Глава 23

Тяжелая дверь закрывается за моей спиной, и я вздрагиваю. В этой полупустой холостяцкой квартире без Дины становится совсем неуютно. Правильно ли я поступила, что отдала ее? Может были другие варианты? Может просто я смалодушничала и пошла на поводу у майора. В конце концов он всегда умел убеждать, уламывать. В полиции без этого качества никуда. Ну, а в криминале и подавно.

И все же может мне стоило настоять на своем? Попробовать договориться. Может быть, он отпустил бы меня вместе с моей дочкой. Неужели я выбрала путь наименьшего сопротивления только из-за страха перед опасным мужчиной? Или же я сама этого хотела? Сама захотела остаться с ним? Какая же я жалкая.

К глазам предательски подкатывают слезы. Но я держусь из последних сил. Не хочу терять остатки гордости. Хотя какая там гордость. Майор раскатал ее, как каток по асфальту, во время нашего последнего секса.

– Там ей будет хорошо.

Тяжелые лапы ложатся мне на плечи. Вопреки логике сбросить их совершенно не хочется. Они такие теплые, а я за сегодняшний день совершенно продрогла. Одежды здесь моей пока нет. А таскаться в Костиной толстовке я напрочь отказалась. Гордость все-таки немного подняла голову и не дала ее надеть. Поэтому весь день пока мы договаривались и провожали Дину в детский лагерь, я бегала в своих коротких шортах и майке в обтяг. А на улице даже еще не лето. Весна с ее переменчивой погодой в самом разгаре.

– Откуда ты знаешь?

– Я бы не доверил ребенка абы кому.

– Почему я должна тебе верить?

На всхлип все-таки срываюсь. Разворачиваюсь и утыкаюсь лицом в твердую мужскую грудь.

– Не должна, – мягкие ладони гладят спину. Впервые так нежно. Почти невесомо, – никому не верь, Крис. Даже мне. Даже собственным глазам. Ладно?

– Прохладно…

Внутри просыпается маленькая обиженная девчонка. Я так устала быть сильной, стойкой, со всем справляться в одиночку. Я оказывается, никакая не сильная. И вообще хочу шоколадку и на ручки.

– А у тебя есть шоколад?

Утираю ладонью уже мокрые от слез глаза.

– Терпеть не могу эту гадость, – морщиться он, потом замолкает, – могу сходить в магазин и купить. Хочешь?

– Хочу, – киваю.

Как давно мы вот так просто не разговаривали. Как обычные люди. Может даже как пара. Отъезд Дины сблизил нас. Все-таки чтобы там ни говорил майор, а его сердце не камень. Он ведь знает, что Дина его дочь, пускай и не подает вида. Пускай и не проникся к ней стопроцентной отцовской любовью и заботой. Но и равнодушным точно не остался. Пытаюсь убедить сама себя.

И это такой маленький, но очень важный шажок, что сердце в груди замирает. Биться перестает. Что хочется взять и снова начать мечтать. Мечтать о нашем светлом будущем. Где я, майор и Дина счастливы вместе. Где мы одна большая дружная семья. Где…

– Иди, прими ванну, – подталкивает он меня под попу к двери, – а то вся замерзла. Мне еще с больной бабой возиться не хватало.

– Зачем тогда меня себе оставил, раз возиться не хочешь? С женщинами вообще много возни.

Пожимаю плечами, но иду в заданном направлении. Жду очередную грубую реплику в спину. Что-нибудь по типу «не твоего ума дела» или «ты не женщина, а секс-игрушка», но он не отвечает. А через секунду хлопает входная дверь и я остаюсь одна.

– Ну, вот и поговорили, – бормочу самой себе, пока прохожу в ванну.

Скидываю одежду. С наслаждением залезаю под горячий душ. Делаю такой, чтобы едва держаться. Приятное тепло судорогами растекается по телу. Затыкаю отверстие пробкой. Бахаю в воду гель с резким мужским ароматом и балдею в наполняющейся до краев ванне. Чистый кайф.

Глаза сами собой начинают закрываться. Не замечаю, как погружаюсь в легкую дрему. Прихожу в себя от резких толчков. Мое тело с силой встряхивают за плечи. Так что голова дергается словно на веревочки.

– Ты рехнулась? Утопиться тут собралась? – орет майор, взрывая мои барабанные перепонки.

– В ванной? Не смеши меня.

Пытаюсь от него отмахнуться, но он и не планирует отпускать.

– Знаешь, сколько таких случаев было только на моей практике.

– И знать не хочу! – резко обрываю.

Еще не хватало слушать страшные полицейские байки. Или он сейчас не о карьере в полиции говорит? Тогда тем более. Только историй про кровавые бандитские разборки мне сейчас не хватало.

Уже собираюсь бросить очередную грубость, чтобы отвалил наконец, как все меняется буквально за считанные секунды. Я их четко отслеживаю. Эти изменения.

Вижу, как расширяются темные порталы зрачков, когда майор опускает взгляд на мою обнаженную грудь с уже вовсю торчащими сосками. Срамота!

Вижу, как дергается его кадык.

Как он нервно облизывает губы, сам, похоже, этого даже не замечая.

Как пальцы на моих влажных обнаженных плечах сжимаются еще сильнее, теперь уже принося физическую боль.

Как…

У меня сегодня был стресс. Да и не только сегодня. Вчера тоже, кстати. И позавчера. Короче, с того самого момента, как вновь повстречала майора. Бандитом его язык назвать не поворачивается, какой бы гадкой ни являлась действительность.

Все правильно. Всему виной именно стресс. Именно он толкает меня вперед прямиком в огромные медвежьи объятья. Именно он заставляет вилять задом, словно выпрашивая грубой и такой сладкой ласки. Ласки, в которой растворяются все проблемы. Все прошлое. И все настоящее. В которой можно забыться, пусть и на столь краткий, но безумно прекрасный миг.