Глава 49

— Аппетит — это хорошо, — похвалила меня мачеха несносного даркдара. — А то я уж ненароком подумала, что невеста хочет сбежать под шумок, чтобы платье не примерять.

— Нет, ну как же, свадебный наряд — это же святое! — я сделала самые честные глаза, на какие только была способна.

— Да, как же без него, — поддакнула Рита.

— Вы мои хорошие! — Талиана расхохоталась и скомандовала, — тогда идемте в мастерскую, хитрушки.

— А перекусить? — жалобно протянула я.

— Потом! — отрезала женщина. — Натощак нужно, чтобы талия была тоненькая. Так что живенько, поторапливайтесь. И даже не думайте сбежать — все равно найду!

Платье село как влитое, пенным белым кружевом обняв меня от плеч до талии и распустившись дивным цветком подола к полу. Приоткрытые плечи дерзкой ноткой оттеняли его невинность. Прекрасная вышивка светло-серебристой нитью прибавляла глубины и без того изумительной, мягко-сияющей ткани. Россыпь самоцветов была аккуратной, в меру, и лишь улучшала то, что и без того являлось совершенством.

Творец этой красоты ходила вокруг меня кругами, поправляя пышные складки подола и объясняя, какие виньетки и прочие хитрости она использовала при создании этого шедевра. Половину названий я слышала впервые. Но это было неважно. Главное, наряд получился потрясающий — стараниями мачехи Дэмира. Она явно вложила в него всю душу.

— Спасибо, — прошептала, с признательностью глядя на мою фею-крестную. — Что бы я без вас делала!

— Пошла бы под венец в обычном платье, — она сморщила носик, отступила на шаг и, оглядев меня, удовлетворенно кивнула. — Я довольна!

Портниха, застывшая у двери — будто собиралась, подхватив юбки, сбежать прямиком до столицы, если что, облегченно выдохнула, закатив глаза. Чувствую, ей немало досталось за время пошива платья. Придется бедняжке брать отпуск для восстановления нервов, определенно.

— Самое основное сделано, — Талиана достала из кармашка крохотную записную книжку и поставила там галочку. — Так, теперь нужно озаботиться подбором прически. Перепробуем десятка два вариантов, выберем, что больше подойдет. Еще ноготочки, букет невесты, туфельки. Что еще? — нахмурилась. — Ах да! Самое главное чуть не забыла — украшения!

А я-то думала, можно радоваться. Наивная девушка.

— По традиции в день свадьбы невесте дарят драгоценности рода Даркрэйнов. Мать Дэмира шла в них под венец, я тоже. Проверю, в каком они состоянии, отдам почистить. Ты хрупкая, как статуэточка, они довольно массивно на тебе будут смотреться.

Она прикусила карандашик, прикрепленный к книжке шнурком.

— Озадачу ювелира. Может, успеем переделать оправу на более воздушную. Надо было мне этим раньше озаботиться. Прости, Леона.

— Талиана, тебе точно абсолютно не за что извиняться! — мне стало дико стыдно. — Если бы не твоя помощь… Я тебе очень, очень, очень от всего сердца благодарна!

— Все благодарности после свадьбы, — она шутливо помахала пальчиком перед моим носом. — Не переживай, мне в радость. Вот если бы не была женой Пентарха, стала бы свадебным распорядителем. Прекрасная работа — устраивать людям праздник в самый важный день их жизни!

— Госпожа, там вас спрашивают, — шепнула мне Рита. — Тебя, то есть, Леона.

— Кто?

— Девочка из деревни пришла. Говорит, маме кузнеца поплохело, срочно просят тебя придти.

— Да, у нее сердце прихватило на днях, — вспомнила я. — Скажи, что сейчас буду.

— Только бы в день торжества никто помирать не вздумал, — вздохнув, моя фея укоризненно глянула на меня. — Ладно, беги уж, знаю тебя. Девочки, давайте поможем ей из наряда выбраться!

Оставив Риту помогать с бесконечными мелочами, связанными со свадьбой, я поспешила в деревеньку. Мать кузнеца, страдавшая одышкой от избытка лишнего веса, не шла из головы. Синие губы и неровное сердцебиение — очень плохое сочетание, очень. Да еще в ее возрасте.

Дорожка чавкала под ногами, покрывая ботинки плотным слоем грязи. Солнышко маленькой бледно-желтой монеткой пряталось в жиже серой хмари, размазанной по небосводу. Холодный ветерок дерзко залезал за шиворот, стискивая тело совсем не летней прохладой. Погода стремительно портилась. Как и мое настроение.

— Ты куда меня ведешь, девочка? — спросила я у круглолицей девчушки, увидев, что она шагает в противоположную от деревни сторону.

— Сказала же, к мамке кузнеца, — ответила та.

— Их изба вон там, — я указала на оранжевый домик, украшенный кованым флюгером-петухом с роскошным хвостом.

— Она это, у речки была, когда ее прихватило, — ребенок припустила вниз с пригорка — прямиком к синей ленте реки, которая змеей изгибалась внизу.

И что женщина там забыла? Ей же велено было лежать и принимать порошочки. Непослушные пациенты — горе для врача. Надеюсь, она не устроила глобальную стирку, от этого и здоровому дурно станет. И как, любопытно, ее назвать? Кузнечиха? Я поспешила за шустрой девчонкой, через силу заставив себя улыбнуться. На душе было ну как-то совсем уж паршиво. Душу насквозь проедало плохое предчувствие.

И оно меня, как оказалось, не обмануло. Поняла это, когда спустилась с холма и нос к носу столкнулась с парнем.

— Кристиан! — прошептали похолодевшие губы, вмиг став чужими.