Глава 47

Меня передёргивает. Красная пелена перед глазами застилает весь обзор.

Паренёк как-то замялся и кинул на меня испуганный взгляд. Но быстро придя в себя, расправляет плечи и ухмыляется.

Притягивает Полину к себе ближе, а у меня от этого действия кровь в венах вскипает молниеносно.

В голове молотком бьётся мысль: МОЕ.

Она ещё даже пахнет мною, а значит принадлежит мне. В этот вечер уж точно.

Не могу позволять, чтобы какой-то индюк приставал к ней или лапал.

Оторвать бы эти руки, что Салтыкову наглым образом трогают.

— А мы у девушки спросим, чья она, — пошатываясь, ржёт этот пьяный хрен. Этим самым подливая масла в огонь.

Полина смотрит на меня с просьбой во взгляде. Её не нравится, что ее лапает и проходу не даёт какой-то левый мужик.

Ну, а чего она хотела, когда в клуб пришла без сопровождения своего мужчины.

Естественно к ней будут парни приставать, за этим они сюда и приходят. Баб лапать. Трахать в туалетах. Но точно не танцевать.

Как хорошо, что я рядом оказался.

«Детка, я здесь, чтобы спасти тебя», шепчу ей губами и улыбаюсь.

— Ты нарвался.

Недолго думая, накидываюсь на него, отвожу руку и выкидываю ее для удара, который проходится ему прямо в челюсть.

Хруст служит подтверждением перелома.

Да, точно в цель. Будет теперь знать, как к моей бабе приставать.

Бля. Чувствую себя при этом ахреннено. То, что мне нужно было. Драка. Нормальная, c кровью и болью.

Давно я кулаки ни об кого не чесал, а в последнее время мне это как никогда необходимо. Голову это хорошо проветривает, мысли сразу в кучку собираются.

Салтыкова тем временем отлетает с криком в сторону.

Думал, что убежит, как положено, испугавшись, но у неё глаза загораются необычайным светом.

— Давай, врежь ему ещё! — кричит она, подбадривая.

— Сучка кровожадная, — говорю ей, подмигивая.

Вот же переменчивая деваха, вот ещё минуту назад рыдала у меня в машине и устраивала истерику, а теперь на мою сторону встаёт.

Ближе подходит, прячась за спиной.

Меня даже как-то заводит это. Что она так отношение переменила, не смотря на нашу недавнюю потасовку.

Парня как-то в сторону ведёт, и он, схватившись за лицо, смотрит на меня, а потом на неё как на идиотов.

Я же делаю к нему шаг, решая продолжить.

— Ладно, ладно! Я думал одна она, — говорит он, подняв руки вверх, хотя я уже поймал настрой для мордобоя.

Жаль, конечно.

Мы оба смотрим на то, как он, пошатываясь, уходит, и я невольно перевожу на нее взгляд.

Босая, растрепанная после траха. Недовольная. Идеальная. И член сразу начинает о себе напоминать. Ну, совсем не вовремя.

А я что поделать могу?

Нравятся мне девки такие скандальные, живые на эмоции. Которые и в драку сами к тебе полезут, лицо расцарапают, выкинут из зоны комфорта. Такие, в которых огня столько, что гореть нам и гореть. Когда во взгляде ненависть, а тело предаёт.

Именно поэтому у нас с ней секс такой яркий получился, потому что терпеть друг друга не можем. Или она не может, а я так-то не против остаться с ней ещё на время.

Может периодически драть.

А может лучше не стоит в это ввязываться. Потому что хочу, чтобы вполне спокойная и размеренная жизнь ко мне вернулась. Чтобы не думать о девке сутками, а спокойно гулять с другими, не бредя этой голубоглазой брюнеточкой, что силы мои истощает своими выходками.

Мысли кажутся логичными, но вот тело бесконтрольно тянется к ней. Ничего с собой поделать не могу.

Хочу так.

Бесцеремонно хватаю ее за руку, ищу в кармане телефон и пишу другу, чтобы из клуба вышел.

Пускай домой нас везёт. Думаю, что сегодня с Салтыковой я ещё не закончил. Ещё разок не повредит.

Надо бы ей последний урок преподать. Раз ее задница ищет приключений.

То она их нашла. А мой хрен в штанах рад этой новости и готов постараться в этот раз и для неё.

Нельзя же допустить, чтобы она неудовлетворенная ушла к своему ублюдку.

— Вот твоя жопа вечно нарывается на неприятности, — дергаю за руку так сильно, что она чуть не падает к моим ногам. — Разоделась как шалава, сиськами тут трясёшь.

Ведь и правда. Бесит.

Вот с этой ситуации я реально в шоке. Куда, собственно, брат мой смотрит?

Его девка по клубам шляется, да трахается по тачкам.

Я-то не против, но это же ненормально, когда люди в отношениях состоят.

Наверное, хорошо, что не вместе мы, потому что я бы такое терпеть не стал. Только бы увидел, как она на другого смотрит, наорал бы, дома под замок посадил, но точно в клуб не отпустил бы.

Сучек контролировать надо, иначе на шею садятся и пользуются, как им вздумается.

И платье это на ней выбешивает.

Покороче найти не могла?

Ее воспитывать и воспитывать нужно.

Была бы моей, задница ее постоянно красной была бы. Воспитания в девке ноль. И характер дьявольский.

Черт. Я и сам не понимаю, нравится мне это или нет. Вроде и злюсь, но и завожусь от этого нехило.

И меня как будто током обдаёт, когда она шипит в мою сторону:

— Ничем я не трясу. Руки убери!

Дергается. Обувь обратно надевает, кидает на меня презрительный взгляд и разворачивается.

А «спасибо» где? Я ее так-то от возможного насильника только что спас.

Неблагодарная!

— Далеко собралась?

Обгоняю ее и перекрываю путь. Руки в бока упираю. Черт, как папочка.

— Танцевать! — пытается обойти. — Впрочем, не твоё дело.

Ещё как мое! Здесь теперь оставить ее не могу, заснуть не смогу, зная, что за ней охоту будут вести.

— Забудь. Сейчас такси вызову, домой поедем, — наступаю, беру за талию, сжимаю и в сторону веду, чтобы людям стоящим рядом не мешать. Она же вырывается как кошка дикая. — Да что не так?! Ты вообще бываешь в хорошем настроении?

Судя по недовольному лицу — нет. Особенно, когда я рядом. У неё на меня словно переключатель особенный есть. Даже не улыбнётся. Слова хорошего не скажет.

— Что не так? — вскрикивает она, сверля меня взглядом. — Что не так?! Королев, ты вообще в своем уме? Ты изнасиловал меня два года назад! Не подходи ко мне. Не трогай меня!

Блять. И она решила только сейчас это обсудить?

В голове неразбериха.

Изнасиловал?

Она так говорит, будто не знала, что у нас тогда произошло. Но этого быть не могло. Как девка может не понять, что ее поимели?

Я просто не понимаю, к чему этот разговор.

Вот именно, что уже столько времени прошло.

Я ее не понимаю, словно мы на разных языках разговариваем. Что она этим сказать хочет?

Ее начинает трясти. И думаю это не от холодного ветра. В глазах столько боли и обиды. Будто я главный предатель.

— Да. Я это сделал. Я дерьмо! — кричу ей в лицо, подходя ближе. Не одну ее начинает колотить. Только меня от ярости. — Подсыпал тебе наркотик. Но не знал, что тебя так с него отрубит. Обычно девки становятся немного податливей. И ты. Ты… Я не сделал тебе больно. Ты кончила, ясно?!

А так оно и было. Даже если она плохо помнит наш первый секс. Было все гладко. Она извивалась подо мной. По имени меня называла.

Я не насильник.

Парни часто практикуют подобное, напаивают, подсыпают вещества. Даже в клубах, подобных этому, сами бармены накачивают красивых баб. Я об этом не понаслышке знаю, рассказывали такое знакомые.

— Ты воспользовался мной! — голос ее срывается, она тычет в меня пальцем, еле сдерживая слёзы. — Я ненавижу тебя. Ненавижууу!

Меня срывает. Слова сами бесконтрольно летят изо рта. Хочу промолчать, прекратить ругань, но ничего не выходит, только крик.

— Как и я тебя, гадюка! И после всего ты легла под него!

Она отшатывается, смотря на меня удивленно. Да я сам в шоке от того, что выдал подобное.

Она никогда моей не была и не будет, так почему сказанное так затрагивает меня.

Я хотел знать, что ответит. Как выкручиваться будет.

— Он был моим другом. И это не твоё дело, Королев!

Так и оставался бы дальше другом, так эта гнида залезла на неё.

Да и она молодец. Другого и ожидать не нужно было. Дрянь она, вот и все.

Блять, мне, собственно, это все надоело. Она может трахаться с кем угодно, но только теперь не с ним.

— Теперь это мое дело! После произошедшего в этой машине, — указываю в сторону своей тачки. — Я не хочу, чтобы это чмо ошивалось рядом с тобой! Иначе вы оба пожалеете, что сюда переехали.

— Я уже пожалела!

Ну все, пиздец тебе, Салтыкова.

— Ах, ты, драная…

Договорить не успеваю, так как кто-то хватает меня за плечо и отодвигает от девушки.

Фил, как обычно не вовремя. А рядом с ним Воронцова, стоит, оглядывает нас со страхом в глазах.

Смотря ещё по сторонам, замечаю народ, который наблюдает за нашей ссорой. Один хрен даже на телефон снимает.

— Я тебе его сейчас в задницу засуну, — говорю ему, быстро преодолевая расстояние, за шкирку его беру и толкаю.

Злость требует выхода. За себя я уже отвечать не могу.

Вот, что со мной она делает.

Я превращаюсь в неадекватного человека, готового просто так на людей накидываться. Ещё немного и можно дурку вызывать.

— Стой ты, — Филипп становится напротив, удерживая меня на месте. — Ты не видишь, что девчонок своим поведением пугаешь?

Оглядываюсь, видя, как Полина уткнулась в плечо к Рите и тряслась, а та по голове ее гладила.

Отлично, меня сделали козлом отпущения. Просто блеск.

— Домой нас отвезёшь, — говорю ему немного погодя, когда перекурил и вроде пришёл в себя.

— Я тебе уже такси вызвал. А их я сам отвезу.

Хочу возразить, но судя по колкому взгляду друга, лучше его послушать.

Ведь неизвестно, что ещё в машине произойдёт. И смогу ли я отпустить ее домой.

Нет, точно не смогу. Но на сегодня с меня достаточно.

Пускай Полина Салтыкова катится ко всем чертям.