Глава 16

Мне очень жарко, словно искры от камина полностью покрыли плечи и с удовольствием жгли нежную плоть. Я даже дышу тяжёло и крайне медленно. Невыносимо хочется пить. Шёлковые простыни прилипли к телу и, казалось, полыхали от назойливого солнца, проникающего сквозь прозрачные занавески.Нерешительно оглядываюсь, с трудом приходя в себя. На часах - семь утра. Еще очень рано. Даже удивительно, что я практически выспалась.Несколько минут тихо лежу, боясь потревожить Эрнеста. Одна его ладонь покоится на моей груди, а вторая свободно свисает с кровати. Я впервые вижу настолько расслабленное лицо Мальдини. Твердые губы изогнулись в намеке на улыбку. Невольно вспоминаю, чем мы занимались этой ночью, и как он вырывал из моего рта хриплые стоны, и тут же покрываюсь краской недовольства и стыда. Лёгкие вибрации пробегают по коже, отправляя к голове тревожные сигналы.Я сделала это - переспала со своим главным врагом. И мужем в одном лице. Больнее всего осознавать, что он выполнил своё обещание. Я не чувствовала никакого дискомфорта и на несколько часов просто забыла собственное имя, которое жгло горло и терзало душу.Эсмеральда Мальдини. Как пафосно и неестественно.Жутко, потому что этой ночью мы вели себя, как настоящие молодожены - не могли насытиться друг другом. Я абсолютно отключила мозг, отвечала на его требовательные ласки и сама подавалась бедрами вперед, не в силах ждать, когда Эрнесту надоест целовать мою кожу.Боже, о чем я думала? Вчера его предложение звучало так логично - всего лишь одна ночь, которую я просто должна перетерпеть. Обычный секс, никаких чувств.Однако всё произошло совершенно по-другому. Его сильные ладони не причиняли боль, а чувственно проходились по моему телу, посылая сотни электрических зарядов, сводящих с ума. Это настоящее безумие. После бесконечной сексуальной «пытки» я чисто физически не смогу его ненавидеть.В этом и заключался план Мальдини? Найти путь к моему сердцу через изголодавшееся по ласкам тело?Я резко мотаю головой, отгоняя все глупые мысли. Слишком много думаю. Через день или два всё забудется, и я с легкостью вернусь к нашим привычным отношениям. К ненависти, отточенной неделями лжи и шантажаНеожиданно его ладонь медленно опускается на живот, и я вздрагиваю, испугавшись, что сейчас он откроет глаза, и я увижу насмешливую улыбку, которая будет кричать: «Повторим?».Задерживаю дыхание и тихо встаю с кровати, чувствуя жуткое облегчение - мужчина до сих пор спит. Надо быстро принять душ, охладиться, выпить кофе и уехать домой. Я еще не готова к разговору с родителями, но риск того, что они узнают обо всем из третьих уст, слишком велик. Придется взять себя в руки и показать обручальное кольцо - клеймо принадлежности Эрнесту.

Если выгонят - что же, я дам им время остыть. В конце концов, я всё же надеюсь на то, что наши крепкие семейные узы преодолеют любые преграды, и рано или поздно они меня поймут.

Наивная.

Стоит мне подняться с кровати, как я тут же чувствую лёгкую тяжесть в теле, приятную усталость и саднящую боль между ног. Подхожу к зеркалу и хмурюсь, разглядывая количество красных отметин на коже.Да уж. Мальдини всё сделал для того, чтобы я не смогла забыть эту ночь.Мне требуется несколько минут, чтобы найти своё нижнее белье. С поиском одежды труднее,- вчера на мне было только свадебное платье, которое Эрнест безжалостно разорвал.Тихонько приоткрываю дверь гардероба и достаю его накрахмаленную белую рубашку.Надеюсь, мой «дорогой» муж будет не против одолжить пару своих вещей. Не голой же мне ехать.Нерешительно оглядываюсь и смотрю в сторону кровати. В голове бьётся лишь одна мысль - только бы он сейчас не проснулся. Мои щеки до сих пор пылают, и я не уверена, что смогу скрыть дикое смущение.Тихо крадусь к двери и захожу в ванную. Быстро принимаю душ, пальцами расчесываю мокрые волосы и одеваюсь, недовольно разглядывая своё отражение. Темные синяки залегли под глазами из-за бессонной ночи, на голове творится какой-то хаос, а рубашка едва прикрывает попу.«Идеальный образ для возвращения блудной дочери» - усмехаюсь про себя и спускаюсь вниз, намереваясь выпить кофе. Подхожу к кухне и вдруг резко останавливаюсь, с ужасом вспоминая - мы не предохранялись, и это моя винаЕще не хватало забеременеть от Мальдини, который только этого и ждет, чтобы всеми способами привязать меня к себе.Паника накрывает меня с головой. Я хватаюсь за край стола, всеми словами ругая себя за беспечность. Будто специально подставляюсь. Совсем из ума выжила.«Тихо. Соберись»- делаю глубокий вдох и приказываю себе успокоиться. Еще не всёпотеряно - по пути заеду в аптеку и куплю всё необходимое. Велия рассказывала, что даже после секса можно выпить пару таблеток и избежать жутких последствийНикогда бы не подумала, что однажды я воспользуюсь этой информацией.Варю крепкий кофе и медленно смакую горячий напиток, чувствуя себя крайне неуютно Особняк Мальдини настолько огромный, что высокие потолки и просторные комнаты буквально давят на сознание. Нужно как можно скорее покончить с этим - мама наверняка с ума сходит, не понимая, куда я пропала. Да и папа, уверена, крайне негодует.Жаль, что я вряд ли смогу их успокоить.Я настолько глубоко погружаюсь в свои мысли, что даже не замечаю горящий взгляд неистовый и беснующийся.

Тело пронзает томительная дрожь, когда горячее дыхание касается шеи. Тяжелые и сильные ладони обхватывают меня за талию и поворачивают к Мальдини. На его лице нет привычной усмешки, и от этого мне становится еще страшнее.«Как он смог так бесшумно подобраться ко мне?» - глупый вопрос. Эрнест всегда умел оставаться незамеченным, если ему это было нужно.Он вкрадчиво спрашивает:- Как спалось?- Почему ты проснулся? - с трудом выдерживаю горячий взгляд, в котором плескаются огромные айсберги. Он чем-то недоволен. Злится. Это озадачивает и сбивает меня с толку.

- Без тебя в постели сразу стало холодно и неуютно, - грубо отрезает и довольно щурится,- приятно видеть тебя в моей одежде. Но без неё было бы гораздо лучше.Боже, только не это. Я не хочу думать о том, что произошло между нами. Достаточно отпечатков его безумных ласк на теле, которые постоянно напоминают о себе.Я уже открываю рот, чтобы предупредить о поездке к родителям, как вдруг мужчина резко меня перебивает:- Спорим, он не ублажал тебя так же, как я? -- касается ладонью моего лица и нежно водитбольшим пальцем по губам. Мягкость его рук и стальной металл в голосе заставляют меня отшатнуться в сторону.Я с недоверием смотрю на Мальдини и сипло спрашиваю:- О чем ты?Он медленно подходит ко мне. На нем только черные спортивные штаны, совершенно не скрывающие его возбуждения. Эрнест прижимает меня к кухонному столу и хрипло шепчет:Ты знаешь, о чем я, сокровище моё. Не стоило мне врать.- Я правда не понимаю..- Мне просто интересно, - грубо перебирает пальцами мои волосы и запрокидывает голову назад, вынуждая посмотреть ему в глаза, - ты трахалась с ним за моей спиной? Наверняка этому щенку даже не приходилось тебя уговаривать. Он касался тебя здесь?Мальдини резко вклинивается между моими ногами и проводит ладонью по внутренней стороне бедра. Непроизвольно я начинаю дрожать, то ли от усталости, то ли от страха, и с трудом выдерживаю его обжигающий взгляд, раскаленный до предела.- Что ты делаешь? - нотки волнения прорываются в моем голосе.«Только бы он говорил не о...»- Хочу услышать правду. Долго ты планировала водить меня за нос? Как удобно - у тебя есть муж, а у него - невеста. Видимо, у твоих моральных принципов тоже есть срок годности- хриплый шёпот царапает слух.Я чувствую аромат дорогого парфюма и табака и совсем несвоевременно думаю о том, что я ни разу не видела его с сигаретой.Резко свожу ноги, избавляясь от откровенных прикосновений, которые туманят разум.Невольно задаюсь вопросом: «Как он вообще узнал о Леоне?».- Ты несешь какой-то бред. Я ни с кем не...- Ну конечно, - хрипло смеется, но улыбка совсем не касается глаз, - давай кое-что проясним. Я ненавижу вранье, а ты мне солгала, Эсмера. И не разНаклоняется и жестко припечатывает:Когда ты собиралась сказать мне о том, что жених моей единственной сестры - твой бывший? Когда я бы застал вас в одной кровати? Когда ты бы забеременела от него и подсунула мне чужого ребенка? - переходит на крик.Практически рычит сквозь зубы:

- Когда, Эсмера?!Я заставляю себя посмотреть ему прямо в глаза, но мне так и хочется опустить взгляд на пол.Холодно отрезаю:- Никогда.- Что? - Мальдини замирает, потрясенный столь честным ответом.- Ты бы никогда не узнал об этом, потому что нас с Леоном больше ничего не связывает.Здесь не о чем рассказывать. Что было, то прошло.- Если тебе и правда плевать на него, тогда почему я вижу в твоих глазах столько боли? напрягает челюсть, продолжая рыть яму в моей душе.Я медлю, собираясь с мыслями. Чувствую каждой клеткой своего тела, что сейчас он готов выбивать из меня признания любыми способами. Даже самыми жестокими- Единственный источник моих страданий - это ты, Эрнест. Леон не держал меня силой, не принуждал к сексу, не шантажировал и ничего не требовал. Он всего лишь разбил моё сердце, а ты забрал всю мою жизнь.Он обрывает меня на полуслове:Что-то я не заметил, чтобы ты жаловалась, когда я брал тебя снова и снова, - надменная улыбка непроизвольно вызывает дрожь.Сжимает мои ладони и подтягивает к себе, с силой впечатывая в своё тело. Хрипло продолжает:Тебе было хорошо со мной, как и мне с тобой. Твои страстные стоны до сих пор звенят у меня в ушах. Хочешь, я тебе напомню, насколько легко я могу заставить тебя задрожать?Если тебе недостаточно одной ночи, мы будем раз за разом повторять её, пока до тебя не дойдёт, что принуждение закончилось в день нашей свадьбы.Я чувствую жар, исходящий от его кожи, и медленные поглаживания в районе шеи. Еще чуть-чуть надавит - не смогу дышать. Захлебнусь от крика, который никто не услышит.Мальдини сдерживается. Тушит злость, видя неприкрытый страх в моих глазах, и метко бьёт по оголенным нервам. Нащупывает самые больные точки и без предупреждения стреляет, утверждая свою безоговорочную власть.- Хочешь сказать, что ты меня ни к чему не принуждал? Что я добровольно вышла за тебя замуж? - усмехаюсь и качаю головой, - будь моя воля, я бы опозорила тебя перед всеми гостями и, стоя у алтаря, желчно выплюнула: «Нет».- И всё же в итоге ты моя жена. Я не заставлял тебя ложиться под меня.- Фактически ты поставил ультиматум.Это детали. Главное - достигнутая цель, - холодно отрезает.- И что, ты счастлив? Сам роешь себе могилу. Женился на той, которая тебя ненавидит.- Какие громкие слова, любимая, - сдавливает талию, опаляя плечи горячим дыханием, ночью твоё тело говорило об обратном.

- Ты умеешь вызывать физическое желание, но тебе никогда не добраться до моей души.Задерживаю дыхание, внезапно осознавая, что иду по очень тонкому льду. В его глазах читается неприкрытая злость. Я буквально трясусь от волн судорожной одержимости, которыми он накрывает меня с головой. Не щадит. Затягивает ошейник, напоминая об обручальном кольце.Режет без анестезии. Бьёт хлыстом по израненным нервам и жутко скалится, недовольный моим сопротивлением.Может, я и поменяла фамилию. Стала Мальдини, тайком от родителей выйдя замуж, но это вовсе не значит, что его власть надо мной стала безграничной.В один день он излучает тепло, лаская солнечными лучами, а в другой - бьёт под дых, оставляя кровавые шрамы на моей пораненной гордости.Это не любовь. Он не умеет любить, а моё разбитое сердце никогда не сможет дать ему желаемое. Всё, что у нас есть - - полуфабрикат, наскоро погретый на плите. Вроде и можно есть, но не хочется. Нет никакого вкуса. Только иллюзия, построенная на неправильных мотивах. Мираж, застрявший над пропастью.

И в нашем браке мы летели туда вместе.- Скажи, - вкрадчиво шепчет, забираясь теплой ладонью под белую рубашку и опаляя кожу несвоевременной лаской, - о ком ты думаешь вечерами? Кто является тебе во снах? Кто тревожит тебя по утрам? Мысли о каком человеке не дают покоя?Я не дергаюсь - это бесполезно. Меня бросает то в жар, то в холод от тихих слов, царапающих сердце. Я вижу в его глазах нотки понимания и печали, но они мгновенно исчезают под весом самодовольной усмешки.Мальдини продолжает:- Кто забрал твоё спокойствие? Чьё имя так глубоко застряло в твоём горле, что его не смыть ни криком, ни мольбой?- Эрнест, ты же знаешь, что...Тихо. Ничего не говори, - указательным пальцем касается губ, вынуждая замолчать, - мы оба знаем ответ. Сейчас ты живешь моей жизнью даже больше, чем своей. Устроилась в мою компанию, чтобы подобраться поближе, терпела мои властные замашки, выжимая искусственную улыбку, и даже добровольно приехала в мой дом. Не побоялась, и я буду бесконечно восхищаться твоей смелостью, но в одном ты до смешного слепа.- Только не говори про любовь, ладно? Не смей. Не поверю, особенно после шантажа и брачного договора со специальными условиями- Я не знаю, что такое любовь. Я никогда её не испытывал, - берет мою ладонь и трепетно целует, не разрывая зрительного контакта, - но то, что я испытываю к тебе, просто рвёт мне крышу. Сносит к чертям всё, к чему я привык.Я вспоминаю записи с кассет, злой мужской голос и детские мольбы о пощаде. В его шкафу хранится несколько сотен подобных записей. Мальдини говорил, что нам попалась еще самая безобидная.На мгновение я вижу глубоко сломанного человека, который с детства знал лишь одно правило- жестокого кнута, быстро хлеставшего по спине при допущении единственного промаха.Глаза Эрнеста резко темнеют. Мягкая ладонь превращается в беспощадные тиски.Он яростно шипит:- Мне не нужна твоя жалость. Чёрт возьми, всё, чего я хочу - тебя. Видеть, слышать. касаться, иметь в любых позах. Хочу получить хотя бы каплю той преданности, которая связывает тебя с твоей семьей.- Эрнест, мне больно! - сипло шепчу, и он в ту же секунду меня отпускает.Отшатывается, окидывая моё тело потерянным взглядом, и хрипло говорит:Прости, я..я не хотел.Его бледное лицо, полное раскаяния и сожаления, выводит меня из себя. Я резко вскакиваю и яростно «сцеживаю» каждое слово:

- Мне искренне жаль, что у тебя было такое тяжелое детство, что ты был растоптан и сломлен. Но я - не чудотворное средство, которым ты сможешь излечиться! Я не могу дать тебе того, чего ты хочешь. Разве не видишь, что своими действиями ты разрушаешь нас обоих? Мы можем на пару лет притвориться, что любим друг друга и живем в полном согласии, но однажды наше притворство сотрёт всё к Дьяволу, и тво идеальная картина семьи распадется, как карточный домик.Ты ошибаешься. Люди постоянно носят маски, как и мы с тобой. Однажды наступит тот день, когда ты вдруг поймешь, что уже не способна отличить себя от притворства. Всё станет реальным, и ты поверишь в чувства, которые ранее считала искусственными.Это цинично. Неужели тебя совсем не волнует, что я тебя не люблю?Он уверенно качает головой и усмехается, вновь закрываясь от меня и нацепляя маску безразличия:Главное, что я тебя люблю. Моя любовь может казаться тебе неправильной, но это далеко не всё, что я могу тебе дать. В моих силах обеспечить тебе успешную жизнь. Мой дом, деньги и даже фамилия - всё твоё.Слова срываются с губ прежде, чем я успеваю задуматься о последствиях:- Мне это не нужно- Тогда чего ты хочешь? - холодный металл в хриплом голосе доводит напряжение между нами до предела, - свободы? Счастливой сказки с Леоном? Любви, о которой пишут в книгах? С фееричными бабочками в животе и хрупкой надеждой на взаимность?- С Леоном давно покончено. Я не говорила тебе о нем, потому что не видела смысла. К тому же, когда ты впервые спросил о наших с ним отношениях, ты был моим начальником. Уж прости, что я не собиралась откровенничать с человеком, который отправил моего отца за решётку.Я вздрагиваю, только сейчас заметив, насколько быстро и бесшумно он подобрался ко мне Мальдини вжимает меня в стол, кладет руки на талию и стискивает кожу, вырывая болезненный вздох- Хорошо, если так. Тебе лучше не врать мне, потому что, если ты еще хотя бы раз заговоришь с ним, я его уничтожу. И заставлю тебя смотреть, как он влачит своё жалкое существование.Я морщусь, чувствуя, как от его хватки ребра буквально трещат по швам. Мальдини медленно опускает руки, но продолжает морально давить, прожигая меня холодным, как лёд, взглядомОсторожно киваю и тихо спрашиваю:- А как же твоя сестра? Беатрис очень его любит, это заметно с первого взгляда.- Она переживёт, - хрипло смеется, - вот бы ты также хорошо замечала мои чувства.Я осторожно поправляю рубашку, толкаю его в грудь, и мужчина мгновенно отстраняется, с любопытством наблюдая за мной.Пора заканчивать. Разговор всё равно ни к чему не приведет, и если я прямо сейчас не уйду, то могу очень об этом пожалеть.

Кажется, Мальдини нравится решать проблемы через секс, но обещанная брачная ночь давно закончилась, и с восходом солнца мы снова проснулись чужими людьми. Он не слышит меня.Говорит только о себе.Даже если любит - его любовь крайне эгоистична. Темна, как ночь, и беспросветна.Мне остается только гадать, смогу ли я когда-нибудь достучаться до его сердца.Если ты закончил с обвинениями, я бы хотела поехать домой. Мама с папой наверняка сходят с ума от беспокойства.- Конечно, - разводит руки в стороны и довольно щурится, - водитель отвезет тебя.Меня настораживает столь неожиданная доброта. Я с сомнением разглядываю его лицо, опускаю глаза на свои голые ноги и спрашиваю:

- Ты не мог бы одолжить мне...Он резко перебивает:- Беатрис иногда ночует здесь, можешь взять её одежду, она точно будет не против. Но, к твоему сведению, вчера утром я распорядился насчет одежды для тебя. Всё новое и точно подойдет тебе по размеру. В нашей гардеробной - справа.С… спасибо,- растерянно благодарю и отворачиваюсь, собираясь подняться наверх,привести себя в порядок и быстро уехать домой.За спиной раздается тихий смешок:- Еще кое-что. Я забыл тебя предупредить о том, что нашу свадьбу транслировали на всех главных телеканалах Рима. Твоим родителям должно безумно повезти, чтобы они ни разу не увидели наши счастливые лица.