11

- Что с тобой происходит? – Вика ворвалась в квартиру, как маленький ураган. – По телефону из тебя слова не вытянешь, встречаться отказываешься… Маш, случилось что?

Теперь уже в ее глазах читалась озабоченность. И Маша понимала отчего. Она и сама на себя в последние дни старалась не смотреть в зеркало. Слоняется бледной тенью по квартире. Не красилась, причесывалась редко, аппетит пропал совершенно, приходилось заставлять себя съедать хоть что-нибудь, чтобы не шататься от слабости.

В первые дни, когда Егор сбежал от нее после ночи, которая в ее воспоминаниях останется, как что-то волшебное и непередаваемое, Маша еще пыталась жить, как обычно. Ходила на работу, встречалась с друзьями, даже в Нострадамус забрела однажды, в надежде встретить там его. И каждый вечер она ждала, что вот сейчас раздастся звонок, она откроет дверь, а на пороге он… Она не знала, что скажет и сделает тогда, но это стало ее навязчивой идеей. И она перестала выходить по вечерам из дома. Ночью, засыпая, она улавливала его запах. Тогда она решила не менять постельное белье, чтобы закрывать глаза и каждый раз представлять Егора.

Через неделю Маша поняла, что не может делать вид, что все в порядке. Ей было до такой степени плохо, что она не могла ни на чем сосредоточиться. Она все время думала о Егоре, вспоминала его улыбку, как его руки прикасались к ней… На работе из-за этого возникли проблемы, да и ее строгий шеф проявлял недовольство. Благо, у нее был почти месяц неиспользованного отпуска. В него она и отправилась, чтобы сидеть дома и ждать Егора. Не мог он не прийти, все фибры ее души кричали об этом. Нужно только терпеливо ждать…

Вика звонила регулярно, и каждый раз она, как могла, уверяла подругу, что все в порядке. На вопрос, почему взяла незапланированный отпуск, неизменно отвечала, что устала и хочет отдохнуть. Куда-нибудь сходить отказывалась. Разве может она выйти из дома? А если как раз в этот момент придет Егор? Она и в магазин-то бегала ближайший и ровно на десять минут. Если там была очередь, то сразу же уходила. В очереди стоять она тоже не могла себе позволить.

Маша и сама понимала, насколько неудовлетворительно звучат все ее отмазки, но ничего не могла с собой поделать. С каждым днем пустота в душе разрасталась, рождая отчаяние.

Несколько раз приходил Дима. Если бы смогла, позволила природная вежливость, Маша бы его не впускала. Но так вести себя некрасиво. Она понимала. Хотя бы в память о том, что между ними было, она обязана вести себя вежливо. Еще она прекрасно осознавала, что наводку ему дала Вика. Сама она была чем-то дико занята, и не могла к ней прийти. Вот и переложила эту ответственную миссию на Диму. И наверное, подспудно преследовала мысль, что они могут помириться.

Маша была благодарна подруге за заботу, но как же ее напрягал вид бывшего бойфренда. Каждый раз она невольно его сравнивала с Егором и страдала, понимая, насколько сильно умудрилась полюбить последнего. Еще разок бы прижаться к его груди, вдохнуть такой родной запах… Еще хотя бы раз.

С Димой все-таки пришлось серьезно поговорить. Естественно, Маша не стала рассказывать ему всей правды, но попросила больше к ней не ходить и не звонить. Если уж выбирать между его компанией и одиночеством, то последнее она предпочитала больше.

И вот однажды вечером, когда Маша бездумно переключала каналы на телевизоре, нагрянул ураган в лице Вики. Рано или поздно это все равно бы произошло, поэтому Маша обреченно впустила подругу в квартиру и даже попыталась разыграть из себя роль гостеприимной хозяйки.

- Что будешь, чай или кофе? – поинтересовалась она.

- Так, ну ка сядь лучше! – гаркнула Вика. – Ты на ногах еле держишься.

У Маши, и правда, сегодня сильнее обычного кружилась голова.

- Ты сегодня что-нибудь ела? – вновь приступила к допросу подруга.

- Не помню, - честно призналась Маша.

- С ума сошла?! Хочешь уморить себя? Так, сейчас я приготовлю омлет, а потом ты мне все расскажешь. И не плети, пожалуйста, что так ты отдыхаешь. Мертвецы, и те краше. Отдыхает она…

Вика еще продолжала что-то бормотать, но Маша уже не слушала. Да и делала она это тихо, гремя посудой что есть силы. Маша даже нашла в себе силы улыбнуться, такой возмущенной выглядела подруга.

- Ешь, и чтобы ни слова, - поставила подруга перед ней тарелку, полную омлета. – Начнешь рассказывать не раньше, чем опустеет тарелка.

Маше пришлось подчиниться, чтобы избежать кормежки с ложки. Вика и на это была способна. Вздохнув тяжело, зная, что не отстанет, она принялась ковырять вилкой в тарелке. Голод все-таки заявил о себе, и омлет она съела.

- Теперь рассказывай!

Маша задумалась. А сможет ли она все рассказать? Начать ведь нужно с того, что случилось в лесу. И как отреагирует на это подруга? А, была-не-была, отмолчаться все равно не получится, да и терять ей нечего.

- Постой, постой… - перебила ее подруга. – Ты хочешь сказать, что там, в лесу, и этот парень из бара – один и тот же человек? Кстати, почему ты тогда мне всего не сказала?

Если она и возмутилась, то на долю секунды. В данный момент ее интересовало другое. И нужно отдать ей должное – на довольно откровенный рассказ Маши, о том, что произошло между ней и Егором в первую их встречу, никаких ханжеских замечаний со стороны Вики не последовало. За это она была особенно благодарна подруге.

- Ну да, - кивнула Маша. Как ни странно, по мере рассказа, она чувствовала, как становится все легче, словно часть своих проблем она перекладывала на плечи подруги.

- Так-так… Он трахнул, уж извини за грубость, тебя в лесу, нашел в городе. Снова трахнул, - Маша невольно поморщилась. Ну как можно так называть самые прекрасные ночи в ее жизни. – Ну, хорошо-хорошо, вы занимались любовью, - заметила подруга ее реакцию. – После последней ночи он сбежал, правильно? И сколько его уже нет?

- Три недели, четыре дня и… - Маша посмотрела на часы, - шесть часов.

Какое-то время подруга смотрела на нее, раскрыв рот. А потом слишком серьезно произнесла:

- Никогда не видела тебя такой. Хотелось бы, чтобы он был достоин такого чувства.

- Он достоин, - ответила ей Маша, чувствуя, как глаза наполняются слезами. И это тоже принесло облегчение, потому что не плакала она уже тоже давно.

- Я не знаю, почему он не приходит, но уверена в одном – таких, как ты не бросают, - вновь заговорила Вика, встав из-за стола и принимаясь мерить шагами кухню. – Скорее всего, живет он в Винновке, ну или где-то поблизости. Если он, конечно, не маньяк и не шляется по ночам по лесам. Все-все… - замахала она руками, видя Машино возмущенное лицо. – Я просто рассуждаю. Если Магомет не идет к горе… то мы снова отправляемся в поход! – радостно умозаключила она.

Такая мысль Маше в голову не приходила. Вообще, она только сейчас начала осознавать, что попала под власть инертности, вместо того чтобы хоть что-то предпринять.

Следующей мыслью стала, что погода не благоприятствует отдыху на природе. Уже стояла начало октября, и начало осени в этом году выдалось не самым теплым. Почти каждый день шли дожди.

- Ну и что, не раскиснем, - оптимистично заявила подруга. Оденемся потеплее, да побольше возьмем с собой спальников… Осталось уговорить Витька.

Почему-то Маша не сомневалась, что Витька у нее получится уговорить. С ее-то влиянием на любимого…

- Диму звать не будем, нет?..

- Вика!

- Да не ори ты, пошутила я. Надо же как-то вытряхивать тебя из этого вакуума. Прямо сейчас и позвоню Вите…

Она помчалась в коридор, невзирая на Машины возражения. Да и сопротивлялась она вяло, ухватившись за идею, как утопающий за спасительную соломинку. Лишь сидела на кухне и ждала исхода переговоров подруги с женихом, крепко сцепив пальцы.

- Заметано! – прокричала та, возвращаясь в кухню. – Витек велел тебе собираться. А мои вещи он соберет сам. Все-таки мне достался самый лучший мужик в мире.

С этим Маша даже спорить не стала, зная, какие прочные чувства связывают этих двоих и в глубине души даже немного завидуя подруге.

- У тебя есть полчаса, а я пока налью себе кофе.

Как и в прошлый раз, Маша с собой почти ничего не взяла, кроме толстой вязаной кофты, на случай, если сильно замерзнет. Не покидало ощущение дежавю… Только тогда она не хотела ехать, а сейчас на ту поляну рвалась ее душа. Так рвалась, что руки дрожали и не давали складывать вещи в сумку. Движения получались суетными. Пришлось и в этом ей помогать Вике. Она ее просто отодвинула от шкафа, и сама складывала в сумку то, что Маша говорила.

К вечеру опять начал моросить дождь. Маша смотрела в окно машины на мелькающий за ним еще зеленый, но уже по-осеннему унылый пейзаж и думала, что только сумасшедший в такую погоду намеренно планирует слиться с природой. И такими сумасшедшими были Витя с Викой. Но и они же были ее лучшими друзьями. Маша даже примерно не знала, что будет делать дальше, но уже одна их поддержка и желание помочь настраивали на оптимистичный лад.

Вика тоже притихла, что было совершенно ей несвойственно. Маша догадывалась, какого рода мысли сейчас занимают подругу. Скорее всего, она ломает голову, чем может помочь подруге. Наверное, уже наметила какой-то план, и Маша всецело полагалась на ее находчивость.

Один Витек насвистывал что-то веселое и вел себе машину, явно пребывая в отличном настроении. Это же до какой степени нужно любить путешествовать, что даже такая погода не способна отпугнуть. Вика рассказала, что он с радостью ухватился за мысль провести выходные на природе и даже не поинтересовался, зачем это понадобилось подруге. Может, это и к лучшему. Рассказывать еще и Виктору о своих любовных переживаниях Маша совершенно не хотела. Ей бы только разыскать Егора, правда, она даже примерно не знала, что скажет ему.

- Наведаемся в деревню? – предложила Вика, как только они выгрузились из машины, и Виктор принялся сооружать навес, чтобы развести под ним костер. – Витюш, ты справишься тут без нас?

- Само собой. Идите, гуляйте… - он посмотрел на хмурое небо, с которого сыпал мелкий дождь, и хохотнул: – Ну и погодку вы выбрали. Хоть капюшон накинь, - велел он Вике. Маша уже давно застегнула ветровку до верху и надела капюшон.

В Виновке они были уже через десять минут. Недолго думая, постучались в первый же дом. Оказалось, что хозяева поселились в деревне совсем недавно и про местных жителей ничего не знают.

- Да, времена нынче не те пошли. Даже в деревнях народ особняком стал жить. Раньше бы им в первый же день все сплетни рассказала какая-нибудь сердобольная соседка. А сейчас… - размышляла Вика, пока они брели по размытой дороге и выбирали следующий дом.

Во второй дом их просто-напросто не впустили, как они не стучались. И знали точно, что кто-то есть внутри. Это они определили, когда зашевелилась занавеска на окне. Но дверь так и не открыли.

- Совсем с ума посходили! Мы что, похожи на грабителей?

Маша была согласна с подругой, но развивать эту тему не стала. В конце концов, время действительно изменились. И люди порой боятся, сами не знают чего.

Лишь в третьем доме дверь распахнулась, едва они вошли в калитку.

- Давайте, быстрехонько заходите, - позвала подруг сухонькая старушка. - Кто ж гуляет в такую погоду?

Она провела их на кухню и налила по большой чашке чая с какими-то травами. Выставила на стол все вкуснятины, что имелись в загажнике. Как они не сопротивлялись, но старушка заставила попробовать и печенья собственного приготовления, и крендельки, и конфеты… Удивительное гостеприимство, и это в наше-то время. А возможно, старушка просто истосковалась по человеческому общению.

- Баб Кать, скажите пожалуйста, живет ли в вашей деревне Егор? – заговорила Вика, когда они попробовали все угощения. – Парень такой, лет?.. – она посмотрела на Машу.

- Около тридцати, - сколько точно ему лет, Маша не знала.

- Красивый такой парень. Высокий, сильный… - Вика описывала Егора, на ходу сочиняя приметы, а Маша сидела и думала, что для нее он самый красивый.

- Егор, Егор… - задумалась баба Катя. – Ну есть один Егор. Семенов. Тракторист наш. Но только он не такой красивый и молодой, как ты говоришь… Еще был кузнец, только он давно уж уехал...

- И больше никого?..

Машины надежды таяли, как лед в горячей воде. Вика тоже выглядела разочарованной.

- Но вот кузнец очень подходит под ваш портрет, - вновь заговорила баба Катя. – Красивый парень, только странный какой-то… Всех сторонился. А девки за ним табунами бегали. А он все в лесу пропадал…

- В лесу? – встрепенулась Маша. Даже сама не поняла, что ее так заинтересовало в последней фразе словоохотливой бабульки.

- Ну да… Словно прятался там ото всех. А когда умерла Ольга – бабка его, так он продал дом и уехал. Куда, не скажу и не пытайте. Никому ничего не сказал. А кузнец он был знатный. Сейчас вот нет такого, так народ мучается…

Баба Катя все говорила и говорила, но Маша с Викой уже не слушали ее. Переглядывались и думали, как бы поскорее, да повежливее уйти. Но так просто их отпускать не собирались. Пока они не отведали все, что было на столе, баба Катя не отпустила.

- И что дальше? – спросила Маша, как только они оказались на улице.

Благо, дождь перестал, и даже немного потеплело. Подруги, не спеша, возвращались на поляну, где уже весело полыхал костер под большим навесом. Две палатки уже были собраны и установлены, а сам Виктор хлопотал у костра, жаря мясо.

- Как погуляли? – помахал он им рукой. – Кажется, распогоживается, - посмотрел он на заметно посветлевшее небо.

- Никак, - буркнула Вика и опустилась на соседний с ним пенек. Маша еще какое-то время побыла снаружи, с тоской глядя на лес, а потом присоединилась к друзьям под навесом.

Мясо подоспело, когда на улице уже почти совсем стемнело. Маша заставляла себя есть пряные кусочки и постоянно оглядывалась на лес. Почему-то ей казалось, что оттуда за ней снова наблюдают. Но сколько не смотрела, светящихся точек не видела. Она и сама не понимала, почему так хотела увидеть их. Наверное, потому что эта ночь не была похожа на ту, первую, и она искала хоть какое-то сходство.

Постепенно мысли ее стали выстраиваться в логический ряд. Что сказала баба Катя? Что Егор часто пропадал в лесу, прятался от людей. Она его встретила тут, на лесной поляне. Он пришел среди ночи, а это значит, что был где-то неподалеку. То есть, в лесу. Так может он и сейчас там? Маша понимала, насколько диким выглядит ее предположение, как сильно она пытается хоть за что-то ухватиться, даже за самую нелепую мысль, но ничего не могла с собой поделать.

- Ты куда это?! – всполошилась Вика, когда она встала и шагнула в сторону леса.

- Прогуляюсь…

- С ума спятила?! А ну быстро сядь! Гулять ночью по лесу. Что у тебя с головой?

Подруга выглядела настолько испуганной и возмущенной, что Маше ничего не оставалось, как подчиниться. Да и Виктор поглядывал на нее с опаской. Как же они не понимают, что ей необходимо найти Егора?

Мысль о прогулке по лесу, какой бы дикой она не казалась, Маша не оставила. Но действовать пришлось хитростью. Сама себе напоминала помешанную, когда кралась из палатки и неслась прямиком в лес. Она дождалась, когда закончится трапеза и Витя и Викой отправятся на боковую. Какое-то время выжидала в своей палатке, прислушиваясь к звукам на поляне. Когда все стихло, рискнула выйти.

Какой-то дикий первобытный инстинкт гнал ее вперед. И даже промораживающий насквозь страх ни за что не заставил бы повернуть обратно. Она и сама не зала, что рассчитывала найти в лесу, кого встретить, только чувствовала, что поступает правильно. Рассудок кричал, чтобы она немедленно вернулась, но душа подгоняла идти, не останавливаясь.

В какой-то момент страх до такой степени завладел разумом, что Маша остановилась, не в силах двигаться дальше. Что она творит?! Ночью, в лесу, совершенно одна… Тут водятся волки, она это точно знала. Как эхо ее мыслей, лес прорезал одинокий вой. Волосы зашевелились на голове от ужаса. Вот уже она слышит многоголосый вой, и он приближается. А она словно вросла в землю, не может заставить себя сдвинуться и на миллиметр.

Вой приближался со всех сторон. От страха у Маши подкашивались ноги, и тошнота подкатывала к горлу. Она понимала, что ее окружают волки, что они приближаются к ней, что ее неконтролируемый страх послужил им приманкой.

Вот она уже может разглядеть пары светящихся точек, мелькающие между деревьев. Слышит шорох множества лап. До нее доносится приглушенное рычание. Один, два, три… И это только впереди, а сколько хищников приближаются к ней сзади?

Слезы заструились по щекам, как последняя человеческая реакция, перед тем как распрощаться с жизнью. Именно в этот момент прямо перед ней оказался огромный волк. Откуда он выскочил, Маша даже не поняла. Он рычал, оскалив морду и показывая белые клыки. Но рычал он не на нее, как остатками сознания поняла Маша. К ней он был повернут спиной и теснил в сторону, к стволу дерева. Она подчинилась и спряталась за толстый ствол. Страх не отпускал, и Маша уже тряслась всем телом. Но она нашла в себе силы выглянуть из-за дерева и посмотреть на своего защитника.

Волк крутился на одном месте, издавая рычания. Он зыркал во все стороны сразу. Казалось, он всячески старается переключить внимание других волков на себя и заставить их забыть о Маше.

Маша с ужасом наблюдала, как его окружают несколько зверей. Они вели себя настороженно, шли медленно, вытянув морды. Из всех пастей раздавалось приглушенное рычание. А волк в центре словно предупреждал их о чем-то. Но стойку принял боевую – широко расставил лапы и подавшись вперед.

Машин защитник не стал дожидаться, когда волки нападут на него, сделал это первый. Наступил самый благоприятный момент, чтобы сбежать. Но именно этого Маша и не смогла сделать. Чувствуя, как тело сотрясает дрожь, как зубы выколачивают барабанную дробь, она наблюдала за неравной схваткой. Уже не понимала, где ее волк, а где враги. Тела зверей сплелись в один рычащий клубок. Только клочья шерсти разлетались во все стороны. Как назло, выглянула яркая луна и позволяла все видеть.

Казалось, схватка длится вечность. Маша уже находилась на гране потери сознания и все равно в таком состоянии не смогла бы сделать и шага. Да и какое-то равнодушие завладело ею. Если ей предстоит умереть прямо здесь и сейчас, то так тому и быть. В конце концов, она всегда считала себя фаталисткой.

В какой-то момент лес прорезал вой, который показался Маше предсмертным. Волки расступились, как по команде, и рассматривали то, что находилось в центре образуемого ими круга. А потом они цепочкой потянулись в лес, в противоположную от Маши сторону. Они даже не взглянули на нее, хоть она уже и не пряталась за деревом.30f6fc

На месте схватки остался лежать одинокий волк – Машин защитник. Она аккуратно приблизилась к нему, видя, как вздымается мощная грудь, и открытая пасть хватает воздух.

Маша уже не боялась, она точно знала, что волки не вернуться, и этот, поверженный в неравной схватке, не сделает ей ничего плохого. Почему-то вспомнился случай, как они с Егором сбили волчицу. Наверное, потому что этот волк выглядел сейчас так же.

Она опустилась перед ним на корточки и едва сдержала вопль ужаса. Вся шерсть волка была покрыта кровью, которая сочилась из рваных ран. Он смотрел на нее, и взгляд его казался до боли знакомым. С трудом нашла неокровавленный участок шерсти на морде и прикоснулась к нему в последней ласке. Слезы застилали глаза и лились по щекам безостановочно. Маша понимала, что жизнь покидает это могучее тело. Вздохи волка становились все реже, а глаза уже заволакивал предсмертный туман. Но он продолжал смотреть на нее.

Дернувшись в последний раз, волк откинул голову и застыл. Взгляд его, прикованный к ее лицу, мгновенно остекленел и неестественно блестел в лунном свете.

Маша зарыдала и уткнулась лицом в колени. Она сидела на сырой земле, но ничего, кроме всепоглощающего горя, не чувствовала. Почему ей казалось, что потеряла самое дорогое в жизни? Почему ей до такой степени не хотелось жить?

Она продолжала скулить, пока не почувствовала прикосновение к волосам. Встрепенулась, вскинула голову и тут же окунулась в до боли любимые глаза.

- Привет, - прошептал Егор, словно боялся разрушить очарование этой волшебной минуты.

- Но?..

Маша оглянулась. Волка и след простыл. Вместо него рядом с ней сидел совершенно голый Егор и радостно улыбался.

Мысли в голове ворочались до такой степени медленно, что Маша ни за одну из них не могла ухватиться. Она пыталась думать логически, но не получалось думать вообще. А в душе ее уже свирепствовал ураган – радость разбушевалась на полную катушку.

- Это ты! – закричала она, бросаясь Егору на шею и прижимаясь к его телу. – Я нашла тебя!

- Это я нашел тебя, - проговорил он ей в волосы, прежде чем прижаться к ее губам. – Ты – моя самка, и теперь никто не сможет отнять тебя у меня.

Если Маша и хотела что-то ответить, то не успела. В лесу раздался звук выстрела, и Викин голос проорал, что есть мочи:

- Машка, ау, где ты? Отзовись, пока я тебя не прикончила!

В голосе подруги звучала такая паника, смешанная со страхом, что Маша невольно поверила в угрозу.

- Я тут, - прокричала она.

Через несколько минут они увидели Виктора и Вику. Первый нес наперевес ружье, готовый в любой момент пустить его в ход.

- Дура, ты дура! – подлетела к ней подруга, ощупывая, цела ли. На Егора она даже внимания не обратила. – Я чуть с ума не сошла, - заплакала Вика и принялась колотить Машу по плечу.

- Да жива я, жива, успокойся, - увещевала Маша ее.

- А почему ты голый? – раздался голос Виктора. В нем явно угадывался смех.

- Ой, а кто это? – ошарашенно уставилась Вика на Егора, только что заметив его.

- Это Егор.

- А почему он голый?! – повторила она вопрос жениха и без стеснения уставилась на гениталии Егора, которые тот не догадался вовремя спрятать.

- Потому что я только что родился, - маскируя в голосе смущение, ответил тот.