Глава 17

Весь последующий месяц Павел вёл себя образцово-показательно. Ухаживал, дарил подарки, заботился. Он и раньше всё заботился о ней, но теперь широкие жесты имели романтическую подоплёку и навязчивый характер. Артемьев стал настолько идеальным, что Васильева не узнавала в этом молодом человеке своего друга. Разительный диссонанс вызывал у Насти существенный дискомфорт. Происходящее казалось ей каким-то искусственным.

Анастасия прекрасно сознавала, что Паша до ужаса не любил рестораны. Он скорее бы предпочел поваляться дома на диване за просмотром какого-нибудь боевика, чем провести несколько часов в изысканной обстановке дорогого заведения. Тем не менее, Артемьев беспрекословно исполнял её желание и терпеливо ухаживал. Квартира буквально утопала в цветах, конфетах, мягких игрушках, украшениях. Она даже подумать боялась, сколько денег Павел потратил на подарки и походы по лучшим заведениям города.

Признаться честно, Настя и сама прилично уставала в этой бесконечной череде ресторанов, музеев, кинотеатров, театров. Они катались на воздушном шаре, ходили на каток, посетили казино. В общем, за четыре недели Анастасия выполнила годовой план посещения различных мероприятий и устала, как собака. На данный момент Васильевой хотелось банально выспаться. Совмещать каждодневные свидания и работу оказалось неожиданно трудной задачей.

Помимо физической усталости Настя находилась в некотором моральном напряжении. В её представлении нынешний идеальный Павел никак не хотел вписываться в многолетний образ друга-раздолбая. Исчезли каверзные шуточки, вечные попойки и гулянки, появились сладкие комплементы и галантное отношение. В итоге Васильева пришла к закономерному выводу, что приторно сладкий период ухаживаний подходил для пар недавно встретившихся и только начавших строить отношения, когда каждый пытается показать себя с самой выгодной и лучшей стороны. В их случае переизбыток романтики был явно лишним. Настя слишком хорошо знала отношение Павла к определенным вещам. Девушка ожидала, что друга хватит ненадолго, но Артемьев проявил недюжинное упрямство и продолжал баловать будущую мать своего ребёнка всей этой романтической хренью, да так рьяно, что сама девушка заскучала по быту. Дожилась!

Вот и сейчас Настя не испытывала должного воодушевления, глядя на то, как Павел просматривает меню, решая какое блюдо заказать. Они сидели за столиком около окна, из которого открывался потрясающий вид на вечерний город. Заунылый голос певицы пел о неразделенной любви. Умелый пианист с лихими усами аккомпанировал ей. Официант стоял рядом с ними по стойке смирно, ожидая решение Артемьева. Паша же умело делал вид, что он доволен тем фактом, что находится здесь в её компании. Картину довершали несколько крашенных выдр, косящих своими глазками в сторону Артемьева. Интересно, сколько девушек из-за него заработали косоглазие? Васильева сдула упавшую на глаза прядь волос. Какая скука… Настя не выдержала и зевнула.

Мимо проходящая девица подвернула ногу — весьма плохо отыграв этот момент — и упала аккурат на колени Артемьева. Настя склонила голову и с интересом стала наблюдать за дальнейшим развитием событий. С не меньшим интересом за сценой наблюдал и только что принявший заказ официант.

— Ой, — голос-то приятный, низкий, грудной. Предприимчивая рыжая красотка, решившая не ждать у моря погоды и сама ринувшаяся завоёвывать понравившегося парня, положила ручки с ярко-красным классическим маникюром Павлу на грудь. — Простите меня, пожалуйста. Я такая неаккуратная…

И улыбнулась так заискивающе, приглашающе, и глазками зырк-зырк. Пальчики игриво поглаживают, грудь соблазнительно выглядывает из декольте. Ну таки богиня Афродита, решившая снизойти до простого смертного.

Павел от неожиданности на доли секунды потерял дар речи, а Настя задумчиво хмыкнула, находя инцидент показательным. Женщины как сладкие запретные плоды буквально падали к ногам голубоглазого красавчика. На самом деле, тройка друзей Павел, Дракон и Макс всегда весьма активно воздействовала на женский род, заставляя слабый пол сходить с ума. Хотя Исаев и Малиновский давно и вполне счастливо были женаты, находились женщины, которых не интересовали штампы в паспорте, и шли на рожон. Единственный неженатый из тройки естественно становился центром внимания менее отчаянных девушек.

Пока Васильева предавалась ленивым думам, Артемьев успел прийти в себя. Оглядел взглядом профессионального соблазнителя красотку с ног до головы, которая и не думала слезать с его колен. Заполучив внимание Павла девица довольно разулыбалась и потупила глазки, а в следующий момент… Раздался грохот, заставивший абсолютно всех присутствующих обратить внимание на их столик. Грохот произвела та самая дерзкая красотка, когда эффектно приземлялась на пол. Рыжуля круглыми от шока глазами смотрела на стоящего над ней Павла, даже не пытающегося помочь подняться. Она явно не ожидала, что её скинут с колен как неугодного котёнка.

— Ой, какой я неаккуратный, — лениво протянул Артемьев. — Кажется неуклюжесть заразна…

— Да как вы смеете? — взвизгнула девушка. И куда только делся хорошо поставленный голос? — У меня теперь синяк на ноге будет из-за вас!

— Осторожнее нужно быть, — отчеканил Пашка, смотря сверху вниз на ошеломлённую девицу. — Вы мне костюм помяли и член отдавили, я же не кричу об этом на весь ресторан.

За соседним столиком подавились и нервно закашлялись. Настя еле сдержала рвущийся наружу довольный смешок.

— И вообще, девушка, вам бы похудеть не помешало, а то в следующий раз кого-нибудь ненароком придавите, не дай Бог, — продолжил добивать незадачливую соблазнительницу Павел, — инвалидом сделаете. Я вот едва заикой не остался, когда вы так неожиданно на колени прилетели. Вам разве не жалко меня? Теперь всю жизнь придется провести, борясь с душевной травмой, что вы мне причинили.

Оказавшаяся в унизительной ситуации девушка, решительно вздернула подбородок и прищурила кошачьи глазки. Плавно поднявшись на ноги — Настя искренне позавидовала подобной грации — и отряхнувшись, она облила полным презрения взглядом Артемьева.

— Хам, — констатировала она и, резко развернувшись, направилась к выходу, ритмично цокая длинными шпильками и виляя крутыми бедрами. Судя по осанке и изящной грациозности, она явно занималась танцами. Настя тихо вздохнула. О подобной пластике ей оставалось только мечтать.

— Ну по крайнем мере, не стала устраивать скандал, — облегченно выдал Пашка, обратно присаживаясь на свой стул, — не хватало только испортить окончательно вечер из-за неё.

— Это было грубо, — прокомментировала Настя, отпивая из бокала воды.

— Как же они меня достали, — выдохнул Павел, пятерней зарываясь в волосы. Похоже, он был искренне растерян тем, что несмотря на отсутствие интереса с его стороны женщины продолжали навязчиво предлагать ему себя. Даже больше, чем раньше. Чувствуя его отстраненность дамский пол почему-то усилил натиск, пытаясь сбить бывшего грешника с праведного пути. Раньше Павел был увлечен азартом и наслаждался своеобразной охотой на дам, но теперь же выяснялось, что охотился вовсе не он… Это переворачивало его привычным мир верх тормашками.

— Твоя репутация дамского угодника идет впереди тебя, — усмехнулась Настя. За эти недели Васильева насмотрелась на множество женщин, проявлявших неуемное желание к её мужчине. И если сначала Настя психовала из-за этого, то потом довольно быстро пришла к выводу, что тратить нервы на каждую любвеобильную даму просто нерационально. Так никаких нервов не хватит. Тем более сам объект повышенного интереса всеми силами пытался игнорировать наглых бабёнок.

— Интересно, после нашей свадьбы они успокоятся? — задумчиво пробормотал Артемьев, потирая подбородок.

— Сомневаюсь, — протянула Васильева. Почему-то настроение резко устремилось к нулевой отметке, хотя и видимых причин на то не имелось.

Через некоторое время принесли заказанную еду. Вечер продвигался ни шатко, ни валко. Оба не были настроены на задушевные разговоры и ограничились ничего незначащими высказываниями. Блюда оказались действительно вкусными, и Настя предпочла наслаждаться едой, а выяснение отношений отложить потом. Похоже, Павел имел схожий настрой, так как несколько раз Васильева ловила на себе его задумчивые взгляды.

— Павлуша, дорогой, — высокий женский голос прервал их молчаливый обмен взглядами, развеяв легкий дурман отстранённости от всего остального мира, — сколько лет, сколько зим!

Настя обратила внимание на спешащую к ним длинноногую блондинку с хищным, жаждущим взглядом. Очередная бывшая, поняла Васильева. Эта категория женщин самая опасная и самая раздражающая. Наверное, потому что все бывшие Павла отчего-то думали, что имеют право лапать и тискать его, а ещё с упоением рассуждали о его достоинствах. И да, Настя попросту ревновала. Всё-таки осознание, что эти, в большинстве случаев тупоголовые куклы, обладали тем, кого Настя больше всего желала в своей жизни, а она вечно оставалась где-то в стороне, было крайне болезненным. До сих это понимание приносило ей боль, а эти крашенные дуры словно в насмешку постоянно тыкали Васильеву в неприглядную правду.

Артемьев тоже не обрадовался появлению бывшей пассии. Глядя на приближающуюся девушку, он скривился, будто бы лимон съел. В его взгляде Настя четко разглядела… отвращение.

— Здравствуй, Кристина, — тон Павла был настолько холодным, что Анастасия удивилась тому, что не образовался пар. Саму Васильеву пробрало, что она невольно поежилась.

Зато блондинку нерадостный приём нисколько не взволновал. Она отодвинула свободный стул и ножки заскользили по половому покрытию, создавая неприятный звук, отчего скривилась уже Настя. Похоже, у этой девицы талант вызывать неприятные ощущения. Васильева приложила пальцы к виску, надеясь, унять начинающуюся головную боль. Вечер не задался с самого начала.

— Тина, мы ужинаем, — тон Артемьева не изменился, остался столь же ледяным. Нужно иметь полностью атрофированный мозг, чтобы не понять, насколько он не желает присутствия здесь одной отдельно взятой особы.

— Ну, ты же разрешишь мне присоединиться к вам? — Кристина ослепительно улыбнулась, отчего Паша стал еще более хмурым.

— Вообще-то нет, — отчеканил он. — Мы хотели поужинать с моей невестой. Наедине. Без тебя!

Кажется, Павел скоро снова начнет хамить…Васильева же удостоилась от незваной собеседницы изучающего взгляда. Столько неприязни было в нем, что Настя удивилась, как Тина не подавилась собственным ядом ненависти. Анастасия ответила таким же неприязненным взглядом с ноткой превосходства.

— Не уж-то нашла способ женить его на себе? — беспардонный вопрос заставил Анастасию лишь усмехнуться.

— Не твоё дело, милочка, — сладким голосом ответила Васильева, стараясь не выдать всю степень недовольства происходящим.

— А я думаю — мое! — упрямая дамочка, а ещё судя по всему навеселе. Причем похоже дело было не только в алкогольном опьянении.

— Тина, лучше бы ты заткнулась, — посоветовал Артемьев. — Может, я в сильном подпитие и спал с тобой, но это не дает тебе права тут качать права. Если не поняла с первого раза, повторяю — ты здесь лишняя!

— Что-то ты бурно реагируешь, дорогой, — капризно сложила губки бывшая любовница Павла, явно напрашиваясь на ссору, — ведь нас столько с тобой связывает… Вспомни!

— Нас связывает с тобой только оргазм и то посредственный, — выдал Павел. — На тот момент мне бы любая сгодилась.

Другая бы оскорбилась и разозлилась, но только не Кристина. Она будто бы не слышала оскорблений, довольно скалилась. Девушка не имела гордости и явно прожигала свою жизнь в погоне за удовольствиями. И почему у Павла настолько отвратительный вкус? Не мог выбирать более достойных кандидаток?

— Фи, ты слишком напряжен, — констатировала она. — Может, помочь тебе расслабиться?

Двусмысленность сквозила настолько явно, что не оставалось никаких сомнений в том, что именно Тина предлагает Павлу. Артемьев набрал воздуха в грудь, чтобы разразиться бранной речью, но его опередила Настя:

— Мы шлюх не вызывали. Ты ошиблась адресом, детка. Здесь твои услуги не нужны.

— Ты меня с кем-то перепутала, детка, — в том же тоне отреагировала Кристина, — я не шлюха!

— Да? Надо же, а очень похожа, — флегматично отозвалась Васильева. Весь этот цирк начинал надоедать.

— Всё-таки может расскажешь, как удалось тебе заарканить козлика, любящего по чужим огородам бегать? Столько лет от тебя налево бегал и опасался ЗАГСа, как огня, а тут сюрприз… Неужто старым бабушкиным способом — животом?

И рассмеялась фальшивым смехом, от которого по спине Васильевой побежали мурашки. Ей стало так противно, будто бы дерьме вымазалась. Кристина попала по больному, и Насте понадобилась вся выдержка, чтобы не сорваться.

— Паша, пойдем отсюда, — ровным голосом произнесла Анастасия, сдерживаясь из последних сил, чтобы не вцепиться в прическу сидящей рядом дамы, — не желаю выслушивать глупые, далекие от реальности предположения от ничего не представляющей из себя пустышки.

И не дожидаясь реакции Павла, встала с места и пошла к выходу. Моральная нагрузка этого вечера была слишком большой, чтобы Васильева смогла её выдержать. То, что многие действительно подумают, что Настя женила вечного бабника и балагура ребёнком, больно царапнуло по сердцу. И пусть это предположение было далеко от реальности, Анастасия уже представляла сколько подобных рассуждений ей придется выдержать в будущем, а может и её ребенку… От подобной несправедливости хотелось заорать нечеловеческим голосом.

* * *

Артемьев, несмотря на подавляющее желание отправиться следом за Настей, задержался. Встав с места, он подошел к нахально ухмыляющейся Кристине и буквально сдернул ее со стула.

— Еще раз я услышу оскорбительные слова в адрес моей любимой женщины, ещё одна подобная выходка и, — он грубо схватил Тину за руку, намерено причиняя боль. Он искренне жалел, что не может причинить физический вред женщине, воспитали его достойно, как не крути. Поэтому проигнорировал желание придушить девицу и пошел по другому пути. Запугать человека можно по-разному.

— И что сделаешь? — несмотря на внешняя браваду деваха испугалась. Павел по её глазам видел. — Ударишь?

Артемьев нехорошо усмехнулся. Улыбка больше походила на оскал.

— Как отреагируют твои семья и друзья, увидев видео порнографического характера, где сексапильную блондинку в парной имеет несколько молодых людей? Особенно когда узнают в этой порно звезде тебя? — поинтересовался Павел. Сам он в том событии не участвовал, никогда не любил делиться, да и просто брезговал подобным, но был наслышан от одного из приятелей. На самом деле Иван, так звали шапочного знакомого, спросил у Павла нет ли среди его знакомых дам раскованные, готовые на эксперименты девушки. На тот момент Артемьев еле избавился от надоедливой Тины и дал ее номер телефона. По прошествии времени Иван радостно поблагодарил за номер телефончика зачетной чики и показал видео, где обкуренная и напившаяся вдрызг Кристина занимается весьма специфичными вещами. — Так что попридержи язычок, милочка. Увижу тебя рядом с Настей, и твой папаша узнает о пристрастиях дочурки. Как думаешь, он продолжит содержать столь порочное дитя?

Артемьев сразу отпустил её и демонстративно вытер руки салфеткой, которую взял со стола. Не желал касаться её. Брезговал. Тина же отшатнулась и ртом ловила воздух, явно не зная, как себя вести. Павел отвернулся, не желая более смотреть в глаза своему порочному, грязному прошлому, которое норовило испортить светлое будущее.