Глава 11

Отправились в путь мы, как и договаривались. Когда мы с Никитой подошли к дому есаула, Антон Семенович уже сидел и ждал нас на лавке, пыхтя трубкой. Одет он был по-походному. А я-то еще думал в мундире он в тайгу попрется или все-таки мозги включит. Думаю, Селиверстов его надоумил одежду поменять. На нем были штаны и куртка из плотной ткани, солдатский сидор за плечами, на боку штатный Смит Вессон в кобуре, а в руках он держал двуствольное охотничье ружье 12 калибра, и патронташ еще заметил в закрытых подсумках на боку. В такой, по-моему, 12–18 патронов влезает, если не ошибаюсь. Голову покрывала фуражка, единственный атрибут того, что перед нами человек служивый, а так легко с охотником спутать, разве что офицерская портупея выдает, да в принципе у нас такую многие носят.

Свистунов был среднего роста, плечистый, без лишнего веса, со строгим взглядом и горбинкой на носу и аккуратными усами. Думаю, ему где-то 25–35 лет, не больше. Интересно как его занесло в Забайкалье. Уверен, что среди офицеров отдельного корпуса жандармов отправка в такие места сравнивается ссылкой. Ведь, по сути, карьера в таком углу стоит как правило на месте, да и скучно, особенно молодежи приведшей к столичному образу жизни. Ну да ладно, что это я стал копаться, мое какое дело. Несмотря на то, что все финансовые операции у нас с ним прошли отлично, я не собирался перед ним раскрываться и особо доверять. Кто его знает, лучше перебдеть. На сколько знаю случайных людей в такой важной, но немногочисленной службе Российской империи нет. К слову, жандармов сейчас в нашей империи в два раза меньше, чем в демократической Франции, тем не менее по мнению большинства европейцев именно у нас душат свободу на каждом шагу.

Пока я размышлял о разном, мы шли, особо не разговаривая, стараясь держать уверенный темп. Конечно, не будь рядом жандарма мы с Никитой ускорились бы минимум в два раза, но глядя на Свистунова я понимал, что он такого скорого темпа просто не вытянет. Тут Никита, шедший метров на пятьдесят впереди заметил глухаря на ветке сосны. Я тихонько остановил жандарма, и попросил обождать. Никита выцелил глухаря из своего маузера. Патроны, конечно, боевые, если попасть не удачно, то ошметки нужно будет собирать по всему лесу, но я-то ученый и прицелился в голову, ей все равно в суп не попадать. Раздался выстрел и примерно с 5 метровой высоты на землю полетела упитанная тушка птицы. Лайки кинулись к дичи и завозились возле нее. Да отлично, сегодня будем со свежатиной подумал я и мы быстро ободрали тушку. Ощипывать по науке было некогда поэтому сняли перья вместе с кожей, потроха сразу пошли собакам, а 4 килограммовая тушка разместилась в мешке за плечом. Свистунов подивился на меткость, и полное отсутствие головы у подбитой птицы, похвалил Никиту. Дорога продолжилась веселее, в предвкушении ужина.

За время пути на привал мы останавливались один раз, перекусили, не разводя костра, и поспешили дальше. К прииску мы подошли уже в сумерках. Там было тихо, разведка, от которой я настоятельно отстранил жандарма, показала, что присутствия посторонних не наблюдается. На месте мы развели костер и в стали варить еду. Две упитанные ножки глухаря посолив повесил обжариваться над углями, а из остальной птицы готовили похлебку с крупой и овощами. Получилось отлично, Свистунов хвалил мой поварской талант. Ну а что нам, соплякам, могем могем, улыбнулся я на его комментарии.

Пока я возился с ужином Никита натянул кусок брезента для навеса и нарубил лапника для лежанок. Осматривать окрестности решили с утра, сейчас то уже поздно. Сидя с кружкой крепкого чая перед пламенем костра, Антон Семенович спросил:

— Илья, вот смотрю я на Вас. И все никак понять не могу, все ваши поступки никак не сходятся у меня с вашим возрастом. Как стреляете я уже успел увидеть, да и то, что вы умудрились с братьями столько бандитов за небольшое время на тот свет отправить, тоже о многом говорит. Ну не бывает так. А то, как вы с братом друг друга чувствуете. Сегодня он остановился, а я приметил, что ты в тот же момент почти на него, не глядя меня за плечо дернул. Что это за мистика такая, может ты мне объяснишь?

Сделав пару глотков чая, я ответил:

— Нет тут никакой мистики ваше благородие. Мы же близнецы, нас в детстве даже мамка с папкой путали, а у близнецов такое бывает. Если одному плохо другой не спокоен, если один в беде другой чувствует. Это мне бабка Акулина еще рассказывала, вот я думаю и у нас такая же история. А что касается наших стрельбы, да умений, так почитай мы с самого детства тренируемся. Бегаем с утра каждый день уже несколько лет, зарядку делаем, драться учимся, ну а стрелять нас отец учил. Он же у нас охотник промысловик.

— Да… -протянул жандарм- Дела… Учится вам надо мальчики, вот бы вас грамоте обучить, да правильное училище закончить, вам бы цены в нашем корпусе не было бы.

— Знаете, Ваше благородие, с грамотой у нас все хорошо, мы читать да писать еще с трех лет выучились по церковным книгам. И сейчас учимся. Английский, немецкий, латынь, греческий, математика, геометрия и другие науки изучаем. По книжкам правда, но при желании можете проверить, это легко. А то, что учиться нужно нам так я и не отрицаю, это дело всегда пользительное. Для начала мы хотим в гимназию пойти, а куда потом еще не решили. Денежка теперь, благодаря Вам есть, вот и хотим поехать учиться. Только мечта у меня есть поехать в Петербург, вот не знаю выйдет ли.

Свистунов посидел какое-то время задумчиво сказал:

— Вот здесь мальчики, попробую помочь. Дело в том, что мой брат работает заместителем директора С.-Петербургской Одиннадцатой мужской гимназии. И могу просить посодействовать о вашем зачислении. После этой гимназии вы сможете поступить в любое военное училище или в университет. Но скажу, поступить в гимназию тоже не просто. В целом туда берут уже практически с начальным образованием. То, что вы науками занимаетесь конечно замечательно, но думаю хорошо бы еще и репетиторов нанять и позаниматься перед поступлением. И вот еще такой момент. Вы же маму с собой не повезёте в Петербург, а одни вы там куда. Вам нужен будем опекун, кто будет за Вами следить, иначе какими бы вы самостоятельными ни были, ничего не выйдет. И этому опекуну нужно правильные бумаги выправить, чтобы он мог связаться с руководством гимназии, ну и мало ли что произойдет в процессе учебы опять же с него будет спрос. Но помочь, чем смогу, я вам несомненно постараюсь.

Я решил вытянуть из него информации по максимуму:

— Ваше благородие, а знаете сколько стоит обучение? Еще интересно сколько стоит жилье в столице.

— Ну по обучению, могу сказать, что примерно 50 рублей в год на человека придется оплачивать. По жилью вопрос сложнее. Оно самое дорогое в столице. Если это комната в доходном доме от 5 до 15 рублей в месяц, двухкомнатная квартира где-то 15–40 рублей, большая квартира на 3–5 комнат 50–150 рублей в месяц обойдется. Ну а если это дом, то от 300 до 1000 рублей может выйти. Здесь уже разброс очень большой, сами понимаете.

Переваривая услышанное, я прикидывал, что в целом все получается очень даже неплохо, и денег на все про все должно вполне хватить. Конечно хотелось бы в доме жить, но там сможем на месте посмотреть. Может продать золото из заначки и прикупить небольшой домик. А что, хорошее вложение, в крайнем случае можно будет сдавать его, достаточно прибыльно. Но это время будущего.

— Ваше благородие, Антон Семенович, мы точно поедем туда, и будем Вам очень признательны, если поможете с письмом и попросите Вашего брата нам содействие оказать. И еще по возможности помогите с документами на сопровождающего или опекуна. Мы с ним сможем к Вам приехать на Нерчинский завод, чтобы все смогли по месту оформить, а это Вам за хлопоты.

И я, покопавшись в своем рюкзаке вытащил из него револьвер Уэбли и мешочек патронов россыпью.

— Ой, право Илья не стоит, еще же ничего не сделано, а ты уже благодаришь.

— Ничего, -сказал я- как говориться под лежачий камень вода не течет, а это так трофей, Вам пригодиться.

Жандарм стал крутить в руках подарок, было видно, что тот пришелся ему по душе.

— Ладно мальчики, пора спать, завтра дел много.

И мы стали укладываться. Тем не менее караулить наш сон мы стали с Никитой по очереди, мне не привыкать. Один спит, остальные бдят. Конечно, уже замечал за собой, что когда несколько дней в режиме бесконечного бодрствования сознания время проходит, в смысле если не спим все одновременно, то через несколько дней приходит усталость. Эта усталость больше эмоциональная что ли. Возможно, так мозг нам дает понять, что ему тоже нужен отдых.

Ночь прошла спокойно, никто не наведывался к нам на огонек. Я проснулся, мы вместе с Свистуновым пошли оправиться к ручью, а Никита в это время готовил завтрак. Он разогрел остатки вчерашней. Похлебки из глухаря и нарезал хлеба с салом.

Попив чаю, я решил, что пару часов времени на дополнительный сон Никите можно выделить, так получилось, что этой ночью ему удалось урвать только четыре часа отдыха. Поэтому он завалился спать, а мы с жандармом стали обследовать бывший лагерь бандитов.

Скрывать от Свистунова что-то причин у меня не было, и я подробно описывал что и как происходило в оба дня столкновения с бандитами, показал место, где мы оставили тела хунхузов. Жандарм поморщился от дурного запаха, все-таки несколько дней на жаре не способствуют свежести трупов, и пахло одуряюще.

— Что похоронить не могли? Спросил жандарм.

Я не стал отвечать ему и просто пожал плечами, показывая всем своим видом, что плевать я хотел на этих выродков.

Дольше всего жандарм осматривал месте, где непосредственно мыли золото, даже найдя один убитый промывочный лоток он попробовал промыть немного речного грунта. И правда несколько крупинок золотого песка после промывки осталось в лотке.

— Ну в принципе мне все ясно, сказал Свистунов. Сейчас я кое-что опишу и можем выдвигаться в обратный путь.

Жандарм примостился к стволу дерева, а я, подняв Никиту стал готовить небольшой перекус перед выходом. Думаю, пообедаем уже в дороге.

Вышли обратно чуть позже полудня. Вот же черт, как мне часов не хватает, в очередной раз задумался я, а Свистунов видя на мои гримасы, понял, что я определяю время по солнцу, сказал:

— Час дня сейчас Илья, спросить, что ли трудно, улыбнулся он и убрал часы луковицу во внутренний карман.

Отвечать я не стал и продолжил идти по маршруту.

До дома мы добрались на следующий день, без дополнительных приключений, перестрелок и встреч с нехорошими людьми. Да, собственно говоря, и хорошие люди нам тоже не встречались, вообще за все время пути никого не встретили. Хотя две куропатки, на свою пернатую голову все же попались, и были безжалостно сопровождены под конвоем к нам домой, в неживом состоянии естественно.

При расставании жандарм нас поблагодарил, и еще раз пообещал помочь с гимназией, а потом отправился в сторону дома есаула.

Дома, пообедав и ополоснувшись в теплой баньке я занялся куропатками. Еще месяц назад мы смастерили не хитрую коптильню, вот я и повесил подсоленные тушки в нее, щедро добавив липовых опилок для дыма. Уже скоро по двору стал разносится непередаваемый аромат, а через 3 часа как раз к ужину на деревянный поднос были выложены две румяные тушки, источающие яркий запах копченой курицы. Да прям как у деда, подумал я, вспомнив как будучи мальцом мы с дедом коптили курицу на мое день рождение. Помню это был 1981-й после олимпиадный год, и дед Андрей постарался для меня организовать праздник в меру сил.

Из задумчивости меня вывела мама:

— Как сходили Илья, жандарм энтот никаких проблем не принесет?

— Нет мам, не переживай, все с ним хорошо. Мы даже отлично поговорили, и помогли ему во всем, что он просил. А еще он пообещал помочь устроить нас в гимназию.

— Энто какую такую гимназию, вскинула руками мать.

Но дед осек ее одним взглядом, и она продолжила слушать, но по виду было понятно, что тараканы в ее голове в этот момент свадьбу играют.

— Не надо раньше времени ругаться. Ты же видишь, что науки нам с братьями отлично даются, и, по правде говоря, всю жизнь по тайге бегать, мы не хотим. Надо нам учиться. Денег на это хватит и Вам на жилье тоже, а если захотите, то и на переезд всей семьи в город. Вы уже решите, как Вам будет лучше с нами поехать или здесь остаться. Мы в любом случае постараемся каждый год на каникулы приезжать.

— Куда это мы, нет, никуда я отсюда не поеду, как же это, опять стала заводиться мать. А хозяйство, а кузню вот сделали, а…

Но я ее опять перебил.

— Решать вам, не переживай главное все будет хорошо.

— И когда вы собираетесь ехать, в Читу или Иркутск собрались?

Понимая, что мой ответ может вызвать взрыв эмоций, я решил ответить уклончиво, придет время, мать успокоится и расскажем куда поедем.

— Гимназий много разных, мы еще пока не выбрали, ты главное матушка не переживай. Вон бери пример с деда, это кремень, даже не ругается.

Дед покряхтел и стал набивать трубку. Видно, было что он переживает за внуков, но видимо решил поговорить наедине.

Анисим, сидящий за общим столом, ранее не вступавший в диалог сказал:

— Ребята, вы не переживайте, если вы поедите учиться я за хозяйством пригляжу, Таисию Степановну в обиду здесь никому не дадим. Да что говорить, я вам всем что у меня есть сейчас обязан. Так что не переживайте.

На этом разговор сам с собой закончился, я лишь заметил, что мать смахивала платком скупые слезы, когда убирала со стола. Но не стал лезть ей в душу. Переживет, да и правда, новые члены нашей семьи Анисим, Анна, Олег и Санька, отлично вписались, как будто жили с нами всю жизнь. Еще заметил, как Санька за Олегом бегает. Вот пигалица, если так пойдет, то никуда Олегу не деться будет оженят и все. Да, по правде говоря, вариант то не плохой, думаю пару лет и Санька будет готова женихаться, надо Анисиму намекнуть, да за Саньку пообещать приданое хорошее. Ну а что денег выделю, дом поставим рядом, и глядишь семья от этого только крепче станет, подумал я.

С утра все обдумав, я отправился к Селиверстову. Жандарм уже к этому моменту уехал, и мы спокойно могли с ним поговорить. Мне нужен был сопровождающий для поездки на учебу, да и не абы какой, а подходящий. Чтобы в делах помогал, да и не лез особенно в мои дела.

Все-таки сейчас я достаточно ограничен в своих действиях семьей, и, по правде говоря, приходится порой изображать ребенка, и что-то в последнее время все больше и больше промашек допускаю. Вот и Свистунов меня чуть не раскусил.

Выложив есаулу свой план по учебе и обрисовав, что мне нужно, я принялся ждать его ответа, но он не спешил, перебирая на столе какой-то старый пистоль. Дульнозарядный с колесцовым замком. Заинтересованно глядя на эту диковину. Я поинтересовался у казака. Оказалось этот пистоль ему подарил друг, участник крымской войны. Взял в руки и увидел замысловатый герб, выгравированный на рукояти. Занятная вещица, подумал я.

— Вот что Илья, нарушил затянувшуюся паузу есаул. Я одобряю и поддерживаю Ваше желание учиться. Головы у вас братьев Горских светлые, и с хорошим образованием вы сможете многого добиться. А женьшень в тайге растить, да зверя бить, умельцев у нас хватает. Пожалуй, есть у меня на примете один человек. Это Егор Кузьмич Калугин, ты его знаешь, живет в старом доме на другой окраине станицы. К нам прибился года четыре назад, раньше в этом доме семья пасечника жила, да когда пасечник сгорел от лихоманки, жена его в том же годе преставилась. А дочь единственная замуж выскочила и уехала в Заречное. Вот дом пустовал два года, а когда Егор появился, мы ему его и выделили. Он служил всю жизнь, до ефрейтора дослужился, да вот ранение получил в ногу, когда пересыльные взбунтовались под Читой. Его списали из армии, небольшой пенсион назначили, чтобы ноги не протянуть. Да что там от этого пенсиона. Вот он и крутиться с палкой как может, в огороде копается, рыбу ловит, да вроде как что-то из кожи мастерит. — Он достал с полки кожаную папку для документов- Вот глянь его работа. А так думаю с ним можно сговориться. Мы с тобой к нему прямо сейчас и сходим.

— Хорошо Павел Михайлович, давайте попробуем, -сказал я, откладывая в сторону кожаную папку, которую все это время внимательно рассматривал.

Мы допили чай, и отправились знакомится с Егором Кузьмичом, который в последствии сыграет очень важную роль в моей жизни, ну а пока об этом я даже не догадывался.