ГЛАВА 7

Новый год Медведевы и Варя встретили весело, несмотря на минувшие проблемы. Ёлку нарядили во дворе, мальчишки слепили Снеговика и Снегурочку. Для деревни очень необычно. Деревья и кусты вокруг дома и сам фасад дома украсили светодиодными гирляндами. Душа просила праздника после всех потрясений, и Алексей постарался его дать и сыновьям, и Варе, по возможности. Её дом тоже подвергся украшательствам, но уже без ёлки во дворе и без снеговиков.

Мангальная зона с беседкой и лавками у Алексея была уже с осени, шашлыки любили все Медведевы. Сейчас её расчистили от снега и решили праздновать на улице, благо погода, всего минус семь, позволяла.

Мальчишки натаптывали площадку возле ёлки, чтобы можно было ходить вокруг неё, Варя была занята на кухне, когда к ней зашёл Алексей. Ни слова не говоря, он подошёл к женщине и уткнувшись носом в волосы, жадно вдохнул желанный запах.

– Варя… какая же ты своя, родная… иди ко мне…, – целуя и лаская руками приговаривал Алексей.

– Лёш, мальчишки…, – слабо отбивалась Варя, испытывая желание, оказаться в его жарких объятьях наедине.

– Молчи, они всё понимают сами и уже ждут твоего решения. Варюш, выходи за меня! За нас, – поправился он тут же.

– Лёш, – Варя таяла в руках мужчины, но остатки разума призывали не торопиться. – Я не знаю…

А поцелуи становились всё требовательнее, всё горячее. Забыты, к чёрту, салаты и нарезки! Тут другая история начинается!

– Пап, Варь! Ну, где вы там застряли?! – крикнул, открыв дверь, Ромка.

Они отпрянули друг от друга, рассмеялись и, прихватив тарелки, вышли на улицу. В просторной ограде Медведевых откуда-то набралось много народа. До этого в деревне не было моды наряжать ёлку во дворе и накрывать стол на улице зимой. Хотя, в полном смысле праздничного стола не было. Был стол из толстых досок в беседке, шашлыки на мангале и на блюде, хлеб и разная фруктово-овощная нарезка.

Варя даже в первый момент растерялась. За три года жизни в этой деревне она ни разу не видела столько народа вместе. А люди всё подходили, здоровались с Алексеем, хвалили за придумку. Ребятня скакала вокруг ёлки, было шумно и весело. Пашка вывел усилители и на улице зазвучала музыка.

Праздник развернулся на полную мощь, особенно после нескольких подряд тостов и продолжился до глубокой ночи. Кому было холодно, забегали погреться в дом. Так Варя Новый год не встречала ещё ни разу. Но, странно, ей понравилось. Правда, она больше стояла в стороне, однако Алексей не забывал о ней и постоянно вытаскивал из укромных уголков на люди, держа при этом свою руку на её талии. И бабы многозначительно при этом переглядывались.

Уже под утро, когда почти все разошлись, Алексей, не скрываясь и не таясь, пошёл провожать Варю к её дому. И остался у неё. Оба были голодные, оба соскучились по ласке, обоим нечего было стыдиться. Никого не обманывали, ни у кого ничего не крали.

– Варюшка, какая ты маленькая! Боюсь тебя раздавить, – шутил Алексей, прижимаясь к ней в постели.

– Не раздавишь, – хрипло отвечала Варя. – Мне только приятна твоя тяжесть, охх! – выгибалась она под ним, принимая его ласки и поцелуи. – Лёш-ша…

Но утром Варя всё же испытывала смущение перед мальчишками и прятала глаза, но парни вели себя обычно, взрослых не обсуждали и делали вид, что всё идёт как надо. Только Ромка не выдержал и спросил:

– Варь, а ты от нас никуда не уедешь?

– Да я никуда и не собиралась, – растерялась Варвара.

– Ну, тогда ладно, – успокоился парнишка и принялся наворачивать тушёную картошку с мясом.

С Нового года жизнь соседей потекла по-новому, но по-прежнему на два дома. Как Алексей не уговаривал, Варя стояла на своём:

– Нет, Лёш, не торопи меня. Я лучше в своём доме пока останусь, неудобно как-то.

– Ты не доверяешь мне? – допытывался Алексей. – Чего боишься? Давай поженимся, наконец! Уже который раз прошу! – горячился он.

– В четвёртый раз рискнёшь? – усмехалась Варя и теребила его волосы, снимая накал страсти.

– Нет сейчас никакого риска! – убеждал её мужчина. – Тебя даже мальчишки приняли, а они не всякого к себе подпустят.

– Давай ещё немного подождём, – не сдавалась Варя. – К весне, может?

Она как предчувствовала, что так просто у них с Алексеем сойтись не получится. Так и жили на два дома. Пашка с Ромкой одинаково удобно чувствовали себя в обоих домах, потому что уроки они по-прежнему делали с Варей. Пригодились и заготовки, которые Варя в увеличенном количестве закатывала летом. Подметали их с удовольствием все.

В феврале Алексей отпросился на пару дней и поехал в город. Надо было добить вопрос с отказом Анастасии от Ромки, да и с обещанными деньгами разобраться. С одной стороны, Алексей прекрасно понимал, что Настя тупо выкачивает из него деньги. С другой стороны, если такова цена за семейное спокойствие и нервно-психическое здоровье ребёнка, то Алексею не жалко её отдать.

Да, можно было пойти по инстанциям, оспаривать и судиться, но Алексей был не из таких людей. Кто спорит, деньги пригодились бы им с мальчишками, но он считал себя ещё не старым крепким мужиком – заработает! Кроме того, когда он позвонил в банк и поинтересовался своим вкладом, то его попросили приехать и взглянуть самому. Вот он и поехал.

Матвей Степанович – главный учредитель их автостанции, встретил его по-дружески.

– Чего это ты вздумал акциями разбрасываться? Я, понятное дело, их с удовольствием выкуплю, но не торопишься ли ты, Алексей? Ты счёт свой видел уже?

– Нет, а что есть на что посмотреть?

– Уведомление банковское оформи и спрашивать не будешь, – проворчал бывший начальник и друг.

– Обязательно к ним заеду сегодня. С Анастасией надо вопрос решить.

– Ну-ка, ну-ка поподробней! Что это коза опять придумала, ох и попила она твоей кровушки, а ты вроде и забыл уже всё, – покачал головой Матвей.

– Хочет дом в престижном месте строить, а там один участок с миллионов начинается. Требует либо деньги, либо Ромку. Под Ромку ей дадут софинансирование, тогда на строительство хватит.

– И ты решил отдать деньги? – нахмурился бывший начальник.

– Ну не Ромку же!

– А через суд?

– Да ну нах! Связываться и нервы мотать! А так я с неё расписку возьму под нотариусом, что она от Ромки отказывается. И всё! Пусть строит свою карьеру и к нам больше не лезет! А вздумает в будущем что-нибудь потребовать, я эту расписку предъявлю.

– Ну, гляди, тебе виднее, конечно, – опять покачал головой мужчина. – Но я бы ей и гроша ломаного не дал!

– Деньги, Матвей, имеют важное значение. Без них жить невозможно. Но, знаешь, всё же они не главное. Не МЫ для денег, а деньги для НАС. Они и нужны для того, чтобы их использовать. Я не жалею. И за сына, за его спокойствие и здоровье – это не самая большая цена.

– Дело твоё. Значит, акции всё же продаёшь?

– Э, нет, – рассмеялся Алексей. – После твоих слов, вначале проверю счёт. А то вас хитрецов не перехитришь.

– Да я тебе и так скажу, – ответил улыбаясь, Матвей. – Поднялись мы хорошо и по акциям уже неплохо получаем. Так что хватит тебе и Насте твоей отдать и ещё на мальчишек останется.

– Так это отлично! Тогда с продажей погожу. Извини, Матвей. Я, похоже, осел окончательно в деревне, но если хочешь, могу открыть наш филиал в Вороново. Это большой посёлок. Доходы будут, конечно, не городские, но там федеральная трасса пересекает нашу. Машин много. Со временем наберём клиентуру.

– А что? Это может быть интересно, – поднял бровь Матвей. Всё не зря будем тебе в конце года отстёгивать. Давай, пробуй! Но… сам! Не дам ни копейки!

– Не боись! Если что, к лету попробую. Пока в школе занят.

– В школе?! – рассмеялся Матвей. – Вот из тебя учитель, представляю!

– А мне даже понравилось, – не обиделся Алексей. – Мальчишки такой народ интересный. Ну, бывай, поеду теперь в банк

– Давай!

В банке сведения Матвея подтвердились. Алексей оформил уведомления, которых у него до сих пор не было (не считал нужным) и теперь знал положение своего счёта. Оставалось перевести деньги на счёт Насти, но без расписки он не собирался этого делать. Значит, надо было договориться с нотариусом.

Оказывается, такие услуги существуют! Нотариус сам по своим каналам оформляет документы. Если клиенты живут в разных городах. Алесей оставил свою заявку, обсудил подробно проблему и, получив уверение в благополучном решении вопроса, отправился по магазинам: накупить всем подарков.

Ни звонить Насте, ни предупреждать её он не собирался. Всё должны были сделать юристы. И слава богу! Снова общаться со своей бывшей, слишком деловой женой, он не собирался.

***

А к Варе в это время приехали родители. Она не видела их семь лет, со дня развода с Сергеем. И, если отец изредка звонил ей, то мать как будто вычеркнула дочь из своей жизни. И вот теперь они приехали.

Варя с мальчишками как раз были на улице и чистили дорожки от снега. Намело за два дня немало, и они не хотели позориться перед Алексеем, который сегодня-завтра должен был вернуться.

Услышав шум подъезжающей машины, Варя увидела знакомую «Ниву». Заслуженная машина отца была ещё на ходу. Отец, постаревший ещё больше, вышел из машины первым и помог выбраться матери. Собственно, они не были такими уж старыми. Отцу было шестьдесят пять лет, а матери – шестьдесят, но она всё время прикидывалась немощной, забытой всеми старухой. Причём лет с пятидесяти начала так себя вести. Варе казалось это наигранным и неправильным. Ведь, по сути, они ещё не старые вполне бодрые люди. Слава богу, без особых болячек.

– Здравствуй, дочь, – отец подошёл и крепко обнял Варю. – А мы вот навестить тебя приехали. Мать сама захотела, – шепнул он ей на ухо.

А у Вари вдруг защипало в носу и слёзы невольно подкатили к глазам.

– Здравствуй, – без особой теплоты в голосе процедила мать. – Это здесь ты теперь живёшь? Ну да, большой шаг вперёд по сравнению с городской трёхкомнатной квартирой. А это что за пацаны? Подрабатывают?

– Нет, это Павел и Роман – сыновья моего соседа. Помогают мне снег почистить.

– Отпускай их, у нас к тебе разговор есть.

– Варя? – испуганно зашептал Ромка. – Ты не уедешь?

– Нет, Ромка, это мои родители, не бойся. Они погостят и уедут.

– Варя, ты обещала, – не успокоился пацан.

– Я помню, – улыбнулась Варя и подтолкнула его в спину. – Бегите уже, потом закончим.

– Да мы сами без тебя всё сделаем, – заверил Павел. – Иди, принимай гостей.

– Ну, спасибо вам, – и Варя заспешила за родителями, которые уже входили в дом.

– Сразу за стол или отдохнёте с дороги? – спросила она у отца.

– Отдохнём, – ответил тот. – Дорога вроде недальняя, но незнакомая, устал я.

– Отдыхайте, сейчас я вам комнату покажу, – согласилась Варя.

Она отвела родителей в гостевую, показав по дороге туалет и умывальник, а сама вернулась на кухню. Собирая свежий салат, она услышала разговор родителей. Отец, видимо, не полностью прикрыл дверь и каждое слово было хорошо слышно.

– Мне здесь не нравится, – ворчливо заметила мать. – Деревня у чёрта на куличках, ни добраться, ни выбраться. Асфальтированной дороги и то нет. Дыра дырой.

– Ну люди же живут, – примирительно отозвался отец. – Посмотри, сколько добротных домов здесь и заброшенности совсем не чувствуется. Да и у Варюшки домик ничего: ухоженный, благоустроенный. Молодец, дочка!

– Зря приехали, – опять начала мать. – Не поедет она с нами. А мне перед людьми уже стыдно. Бабе тридцать два, а у неё ни котёнка, ни ребёнка. Бобылкой живёт. Где это видано?! И что Игорю скажем?

– А вот не надо было тебе его обнадёживать, – теперь уже заворчал отец. – Подумаешь, начальник какого-то там управления. Наша Варя не хуже! А если он в свою матушку пошёл, твою разлюбезную Максимовну, то Варе такой и не нужен.

– А какой ей нужен?! – взвилась мать. – Я старалась, с нужными людьми сходилась, партию ей нашла. Думала после Сергея уж и не смогу никого подобрать ей. А ты теперь взад пятки!

– А, может, она сама себе найдёт или нашла уже, – не согласился отец.

«Кажется, он стал более уверенно возражать матери», – подумала Варя, с интересом слушая их разговор. Планы матери её не пугали и не настораживали. Указывать себе выбор мужчины, она никому не позволит. Да и, похоже, сделала Варя уже свой выбор. Осталось самой с ним согласиться.

– Да кого она тут найдёт?! И кому она такая нужна?!

«Какая такая?» – усмехнулась Варя. Мать в своём репертуаре: Варя у неё – неудачная дочь, не красавица, не умница, не воспитанная, а серенькая, глупенькая, да ещё и грубая неудачница. Всю жизнь так было: в школе, в институте, по жизни, пока жила рядом с родителями. И всё, что Варя делала, было неправильно и позорно. Особенно развод с Сергеем. Его (развод) мать переживала особенно тяжело.

Так они приехали «осчастливить» меня новым женихом, догадалась Варя. Интересно, жених знает о предполагаемом счастье?

– Кушать подано! – шутливо позвала она, перебивая разговор родителей.

– Спасибо, дочка, – ласково ответил отец, выходя к столу.

– Ну, рассказывай, как ты живёшь? – начала мать, когда все сели за стол. – А то мы о тебе только из газет и узнали, – поджала она губы. – Вот уж известность так известность. И Сергей тоже отчебучил, не ожидала от него. Всегда такой учтивый был, высокий, красивый. Анжелка вон с ним как расцвела. Но тоже дурой оказалась, как и ты. Развелись они через год. А потом он эту Марину где-то нашёл. Уж она-то своего не упустит, – осуждающе и в то же время как-то одобрительно произнесла мать.

Вообще она была в своём репертуаре: задала вопрос и ответа не ждала. Сама говорила, заставляя себя слушать. Она до сих пор считала, что её мнение самое главное, а её суждения самые верные, и другого варианта не признавала.

Может, прежняя Варя опять начала бы умолкать, прятать глаза и уходить от разговора, но не эта. Не та, которая вытащила сама себя из болота отчаяния, не та, которая сумела полностью обеспечить себя материально и не зависела теперь ни от кого, кроме себя. И не та Варя, которая перенесла ужас похищения и не сломалась, и уж тем более не та, которая узнала, что значит внимание и близость желанного мужчины, и которая сама почувствовала себя желанной. Эта Варя молчать и скромничать не стала.

– А чем, интересно, тебя так покорил Сергей? – спокойно спросила она мать. –Тем, что жил за мой счёт, издевался надо мной, оскорблял, пил и изменял мне? То есть доделал то, что ты не могла доделать, потому что женщина?

– Варвара?! – оскорблённо возвысила голос женщина. – Ты с матерью разговариваешь, напомню!

– Да?! А мне показалось с тёткой чужой, – невозмутимо парировала Варя. – Но знаешь, мама, – выделила она обращение. – Я почему-то никогда не чувствовала твоей любви и заботы. Не скажешь, в чём я перед тобой провинилась? Причём, с детства.

– Отец! – женщина несколько даже жалобно посмотрела на мужа. – Ты послушай, что она говорит! Родной матери! А я всегда хотела, как лучше…

– А получалось, как всегда, – отзеркалила Варя.

– Не ссорьтесь, девочки, – заговорил мужчина. – Мать, ты забыла зачем ехала сюда: помириться с дочкой. А сама, что творишь?! А всё характер твой поперечный! Сам на себя удивляюсь, как прожил с тобой сорок лет. Любил, наверное, сильно. – пошутил мужчина и невольно сам рассмеялся. – Давайте-ка лучше выпьем немного для лучшего разговора, – и сам махнул первую рюмку.

Мать посмотрела на него, на водку и тоже разом выпила свою. Варя стопку взяла, но махнуть её вот так одним большим глотком не решилась. Скромно отцедила небольшой глоточек и отставила в сторону.

– Ну, так с чем вы приехали, дорогие родители, через семь лет? – обвела она их взглядом.

– Мириться, – выдохнул отец. – Плохо без тебя, дочка. Одна ведь ты у нас. Мать извелась вся, но характер никуда не денешь, не хочет уступать первой. Но всё же согласилась приехать.

– А что за жених там образовался? – напрямую спросила Варя. – Разве меня не надо было вначале спросить?

– А то бы ты ответила! – хмыкнула мать. – А жених так, кандидатура на всякий случай. Я ему ничего серьёзно не обещала фоточки твои только показала и видео, он и загорелся сам. Однако настаивать не буду. Вижу уже, что изменилась ты. Не знаю, к худу или к добру.

– Понятно, ну передай своему Игорю, что дело не вышло, – сказала Варя. – А за то, что приехали – спасибо. Как видите, у меня всё хорошо.

И почему-то на этих словах голос дрогнул и сорвался на писк, а слёзы выкатились из глаз крупными горошинами. Варя выскочила из-за стола и скрылась в своей спальне. Не так она рисовала встречу с родителями. Получилось, что встретились случайные посторонние люди, поговорили и завтра разъедутся снова. И снова она будет одна во всём мире и снова не будет рядом родного плеча.

«А Алексей? – шепнул внутренний голос. – Алексей – чужой мужчина, – с сожалением ответила сама себе Варя. – У него целых три жены было. Это одна только пока приезжала, а что если и остальные наведаются? Нет, уж, не надо такого счастья», – шмыгнула Варя носом и уткнулась в подушку.

Мягкая рука опустилась ей на затылок и невесомо провела по волосам, поглаживая и утишая душевную боль.

– Прости меня, дочка, – прошептала мать. – Виновата я перед тобой сильно. Всё хотела, чтобы ты самой лучшей была, да только характер твой не учла: а он у тебя отцовский, мягкий. Не любишь ты, да и не сможешь в лидерах ходить, а я всё старалась переделать тебя…. Теперь понимаю не надо было. Ты и так умная и красивая девочка. И очень самостоятельная. Немножко моей крови в тебе всё же есть, – тихо рассмеялась женщина.

– А почему вы ещё не родили? – осмелела Варя. – Может, второй ребёнок был бы в тебя.

– Не получилось, детка, – вдохнула женщина. – После тебя я аборт сделала, потому что ты ещё совсем маленькая была, боялась с двумя сразу не справлюсь. А потом … не было больше у меня детей, – с надрывом произнесла женщина.

Варя повернулась к ней и невольно обняла, не давая вырваться боли и печали. Обе застыли, сидя рядом и качая друг друга в объятьях. Как не хватало Варе раньше такого единеиия, такой поддержки, такого чувства родства! Но лучше поздно, чем никогда. И она теснее прижалась к матери, пытаясь молчаливо подбодрить.

– Всё хорошо, девочки мои? – в комнату вошёл отец и сел рядом с ними, обнимая руками обеих. – Вот и славно, вот и, наконец, мир. А то я, девчонки, уже устал ждать на своей улице праздника. Ох, и потрепали вы мне нервишки!

– Тебе потреплешь, – шутливо заворчала мать. – Ты представляешь, дочь, я ему кричу, что-то там доказываю, ругаюсь, а он и ухом не ведёт. А потом через минуты спрашивает: «Ты что-то сказала, Лиза?!» Весь мой пыл напрасно в воздух ушёл!

– Так это же хорошо. мам. Представляешь, если бы он на каждый твой выпад отвечал адекватно твоему? Вы бы каждый раз разводились!

– Правда твоя, дочка, – рассмеялся отец. – Хорошо, что я мимо ушей пропускаю, когда Лиза начинает нотации читать, а то бы давно сбежал от неё.

– Сбежал от меня?! – деланно возмутилась женщина и шутливо погналась за мужем.

Тот выскочил в кухню, женщина за ним. Варя, вытирая мокрые щёки, вышла за родителями. Она сейчас как-то совершенно с другой стороны посмотрела на брак родителей. Они прожили вместе сорок лет и между ними ещё сохранилась искра нежности, шутки, заботы. Это говорит гораздо больше, чем внешние официальные маски, которые мы вынуждены надевать на людях. Она даже загордилась ими, особенно отцом. Потому что поняла, что брак родителей держится его огромными усилиями. Ну, не все влюбляются в нежных фиалок, кому-то для любви достаются колючки и горькие ягоды.

Уезжали родители на следующий день утром. И отъезд был совсем другим, чем приезд. Все суетились что-то складывалось в машину отца, что-то доставалось оттуда под восклицания матери: «Ой, забыла!» Мальчишки тоже носились по ограде, не столько помогая таскать банки с заготовками, сколько мешая своей толкотнёй.

Мать всё же нет-нет да поглядывала на них с подозрением, мол, что это чужая пацанва тут делает, но поскольку Варя ничего не рассказала про них с Алексеем, то и подозревать её было не в чем, и мать к отъезду совсем успокоилась.

Машина родителей скрылась за поворотом улицы, а через мгновение там показалась машина Алексея. Ни Варя, ни мальчишки даже в дом не успели уйти.

– Это вы меня так встречаете? – расплылся в улыбке Алексей, выходя из машины.

– Не-а, – ответил непосредственный Ромка. – Это мы Вариных родителей провожали…