Глава 35

Капрал Кристиан Лисс хмуро смотрел на приближающийся шаттл. Через огромное окно иллюминатора была видна довольно старая модель летательного аппарата, такие не выпускали уже лет пятьдесят, если не больше, отчего-то подумал он и увидел, как рука Хиггинса потянулась к панели управления, приготовившись к стыковке с кораблем. Спустя несколько долгих минут он взял в руки черную коробку и, в окружении большей части своей команды, направился на встречу с Пятым Главой Содружества и со своим капитаном.

Шагая по коридору, Кристиан впервые услышал, как гулко отдаются его собственные шаги в тишине и вздохнул, ожидая предстоящую встречу. Коробка лежала в его руке и, несмотря на то, что почти ничего не весила, казалась капралу тяжелой, словно кусок свинца. Возможно, потому что сейчас от нее зависели сразу несколько жизней дорогих Лиссу людей? Капитан был его другом, а девчонка-искатель оказалась так похожа на его погибшую сестренку, нет не внешне, а тем внутренним миром, который при жизни переполнял Аманду. Кристиан вспомнил, как злился тогда, после смерти сестры на Йорка, обвиняя его во всех грехах, но теперь, по прошествии времени, многое осознал и понял. Линкольн был прав — они все знали, на что шли, на что подписывались и опасность всегда следовала за ними по пятам. Такова была специфика работы группы зачистки. От былой злости и обиды осталась только грусть и тоска по Аманде, которая будет с ним всегда. До тех самых пор, пока он помнит о ней.

— Сэр? — голос Маркес, шагавшей по правую руку капрала, прервал его размышления. Он поднял голову и увидел, что остановился прямо напротив шлюза, соединяющего «Звезду» и шаттл. Шлюз медленно отъезжал в сторону, открывая проход и за ним уже стояли люди. Впереди всех выступал темноволосый ухоженный мужчина с улыбкой «чеширского» кота. Он обвел взглядом встречавших его людей, на мгновение задержал взгляд на стоявшем среди них Отто, и равнодушно кивнул.

— С кем имею честь общаться? — Глава первым шагнул на корабль. Следом последовала охрана, военные с оружием наготове. Ястребы мгновенно вскинули свои болтеры и нацелили их на говорившего, но подобное действие не произвело должного результата. Глава явно был не из трусливых.

— Капрал Кристиан Лисс, — Крис специально не обратился к мужчине по званию, игнорируя его за внешний вид. Тот был одет в простую гражданскую одежду и, конечно же, не был причастен к космическим войскам.

— Мое имя Чарльз Уорд, — произнес важно мужчина и поднял руки, демонстрируя то, что невооружен, затем медленно опустил их. Следом за взмахом его кистей опустились и болтеры его охраны. Лисс бросил быстрый взгляд за спину Уорда, разглядев там Линкольна и то странное существо, похожее на паука с телом обычного человека. Кажется, чудовище шло в комплект к Йорку. А вот Джо с ними не было и это насторожило капрала.

— Капитан! — Уорд отошел в сторону, пропуская вперед Йорка и его жуткого спутника, — вы свободны! — затем протянул руку к Лиссу: — Теперь ваша очередь.

Кристиан протянул было руку, намереваясь передать коробку, когда Йорк перехватил его руку. Лисс удивленно посмотрел на своего капитана.

— У них осталась Джоанна, — сказал Йорк и взял из рук друга емкость с вакцинами. С силой сжал их.

— А как же уговор? — спросил Уорд, вскинул брови.

— Скажем так, я не очень доверяю вам, — ответил капитан.

— Вполне понятно, как и я вам. Но, боюсь, у вас, капитан, нет иного выхода, как отдать мне вакцину и положиться на мое честное слово. Я сдержу его и отпущу свою племянницу, — Уорд покосился на МакКигана и добавил: — Отто, ты тоже здесь? Я надеюсь, ты отправишься со мной на «Зарю»? Тебя все еще ждет твое вознаграждение, хотя, если быть честным, ты не до конца справился с возложенной на тебя задачей. Но я, скажем так, сегодня добрый.

Седой прищурил светлые глаза. Мгновение он что-то обдумывал, а затем кивнул, соглашаясь. Жадность победила осторожность.

— Хорошо, — и отделившись, перешел на сторону Главы под насмешливым взглядом Маркес.

— Коробку! — Глава перестал улыбаться. Карие глаза стали холодными и безразличными. — Коробку или клянусь, твою девку поимеет вся команда станции, без исключения, а потом ее выбросят за борт! — обмен любезностями был окончен.

Йорк дернулся вперед и едва подавил в себе желание наброситься на Уорда и впиться пальцами в его холеную шею, повязанную галстуком. Но Глава был прав. Выбора не было. Даже если бы сейчас Ястребы уничтожили главу и весь его сопровождающий отряд, Джоанне это никак не помогло бы, потому что там, на станции остался Керк и помощник Уорда. А Линк уже знал, на что способны эти двое.

— Лови! — Йорк почти швырнул в руки мужчины коробку. Тот поймал ее на лету и покачал головой, с осуждением глядя на капитана.

— Осторожно! Она могла разбиться! — он приоткрыл ее и взглянул на содержимое. Два одинаковых шприца лежали в темной глубине. Один наполненный голубой, дугой ярко-красной жидкостью. Там же лежали и какие-то бумаги. Уорд скривил губы и сделал шаг назад, возвращаясь в сторону шаттла. Следом за ним потянулась и его охрана, среди которых затесался Седой.

МакКиган бросил последний взгляд на капрала Лисса и зачем-то задержался ненадолго на лице Аны. Маркес не скрывала своего отвращения, но Отто только усмехнулся и исчез в проходе.

Несколько человек прикрывали отход Главы, опасаясь, что Ястребы передумают и атакуют, но десантники молча следили, как закрылся шлюз и, лишь услышав звук отсоединяющегося судна, поспешили к командному центру.

— Они возвращаются! — Марлоу посмотрел на меня, сидя за столом на месте командора, которое теперь, как я поняла, занимал мой дядя Чарли.

— Я счастлива! — ответила тихо, не удержавшись от доли сарказма в голосе.

— Ты же понимаешь, что никто и не собирается отпускать тебя, — в голосе Филлипа прозвучало злорадство, словно он сообщил мне редкую и только ему одному попятную истину.

— Ну это ты за себя говори, — огрызнулась я, хотя внутри все сжалось от тревожного предчувствия. Марлоу еще несколько мгновений сверлил меня взглядом, потом отвлёкся на какую-то информацию, пришедшую на компьютер. По крайней мере от меня он отстал и это радовало. Я едва сдерживалась, чтобы не наброситься на мерзавца и только стоявший с оружием наготове солдат у дверей, заставлял меня сдерживать свои порывы, хотя мысленно уже с наслаждением ломала этому гаду не только руку, но и каждый палец на ней. К тому времени, как в кабинет вернулся Уорд в сопровождении Седого и нескольких военных, я мысленно уже добивала Марлоу, и его шея так приятно лежала в моих руках!

— Джоанна! — Уорд шагнул ко мне.

Медленно поднявшись с дивана, взглянула на родственника. В его руках находилась та самая коробка, которую Отто забрал с Хрона. Сомнений не было. Но мне совсем не понравилось выражение его лица и какой-то безумный блеск в глазах.

— Я дал обещание. Вакцина у меня, и теперь ты возвращаешься к своим друзьям, — он знаком велел взять меня в кольцо. Солдаты подчинились мгновенно и меня вывели из кабинета. Уорд шел позади. Я чувствовала его взгляд, который, казалось, прожигал во мне дыру, но не позволила себя обернуться. Не захотела. Предчувствие того, что для меня приготовили нечто ужасное, подтвердились, когда, спустившись на самый нижний уровень станции, меня завели в маленькую комнатку, заполненную скафандрами, предназначенными для выхода в космос, когда необходимо сделать срочный ремонт вне корабля, или нечто подобное. Один из солдат приготовил мне костюм, предварительно выпустив почти весь воздух из баллона, прикрепленного за спиной. Причем, все это проделали на моих глазах, и я невольно отступила назад, уже понимая, какую участь приготовил мне родной дядя.

— Я обещал отпустить тебя, и я выполняю свое слово, — сказал Уорд.

— Раздевайся! — крикнул один из солдат и навел на меня оружие. Я услышала характерный щелчок. Оружие сняли с предохранителя.

— Не противься, — улыбнулся мне дядя, — у тебя будет целых пять минут, чтобы добраться до корабля с твоим ненаглядным капитаном. Вполне хватит…я так думаю! Твоей подруге Сэнфорд мы не дали даже скафандра. До сих пор где-то летает, бедняга.

Я оглядела стоящих вокруг меня мужчин. Никто из них и не подумал оспорить приказ Главы. Многие ждали того, что должно произойти с затаенным блеском в глазах, отчего мне стало горько, а отчаяние сдавило горло, мешая сделать вдох. Но я справилась. Не проронила ни слезинки. Не произнесла ни слова, зная, что не стану умолять Уорда. Не унижусь до такой степени перед смертью.

«Пять минут…» — подумала я и начала медленно раздеваться. За такое время мне никогда не долететь до корабля. Да меня просто будет мотать в разные стороны все это время. Я же не смогу управлять собственным полетом, ведь на скафандре не закреплены турбины, управляющие полетом. Уорд обрекал меня на смерть, хотя, что я хотела от него? Я надеялась только, что судьба отомстит ему за все злодеяния, которые он совершил в этой жизни, и отомстит жестоко!

Забираясь в обтягивающий костюм, не торопилась надевать шлем, словно хотела надышаться вдоволь, пока еще могла.

— Выходим! — сказал кто-то и военные покинули отсек. За их спинами закрылся шлюз. Я увидела лицо Уорда, когда тот посмотрел на меня через круглое окно в закрывшейся двери. Он улыбался, а я мысленно желала ему удавиться собственным смехом.

Над головой замелькала сирена, а впереди начал медленно открываться круглый шлюз. В то же самое мгновение сильная тяга потянула меня вперед. Я поспешно нацепила шлем и подключила систему вентиляции воздуха. Перед глазами появился сияющий длинный циферблат, отсчитывающий оставшееся мне время. Четыре пятьдесят девять…затем пятьдесят восемь…

Меня вытянуло из отсека, и я, пролетев несколько метров вперед, замерла в темном пространстве, напомнив себе птицу, парящую в небе. А секунды медленно отсчитывали оставшееся мне минуты.

Джама обшаривал поверхность станции, когда заметил, что на нижнем уровне началась какая-то подозрительная деятельность. Опасаясь, что «Заря» может выпустить истребители, ящер направил все свое внимание на открывающийся шлюз и был удивлен, когда увидел, как из отсека в открытое пространство выбросило маленькую человеческую фигурку.

— Капрал! — позвал Джама, полуобернувшись к Лиссу, который что-то показывал капитану на большом мониторе, встроенном на капитанском столе. Трехмерные отсеки станции сложились в объемную фигуру. Кристиан не услышал голоса второго пилота, продолжая свой разговор, и тогда Джама сорвался на громкий крик.

— Вам надо на это посмотреть! — рявкнул ящер и, увеличив изображение фигуры, перенес его на стол капитана. Станция сложилась и исчезла, а вместо нее появилась тонкая фигурка в скафандре, висящая в пространстве. Лицо девушки, облачённой в мягкий облегающий костюм со шлемом на голове, было спокойно и, кажется, она старалась двигаться в сторону «Звезды», но без специальных турбин это было сделать почти невозможно. Поэтому фигурка просто парила в безвоздушном пространстве, обреченно дергая руками и ногами.

Капитану Йорку хватило всего одного взгляда на девушку, после чего он молниеносно сорвался с места и выбежал из кабины управления. Следом за ним стрелой метнулись капрал Лисс и Маркес. Они догнали Линкольна у ремонтного шлюза. Капитан был уже в одних плавках и поспешно натягивал скафандр, когда голос Джамы, раздавшийся по селектору, заставил его на секунду замереть.

— Вам стоит поторопиться! — произнес ящер. — Я несколько смог приблизил изображение, и мне кажется, что у женщины осталось мало воздуха. Я, конечно, не уверен…

Йорк не стал дослушивать, что дальше говорил Джама. Он надел шлем, закрепил все застежки и крепления, проверил турбины и знаком показал своим людям выметаться из отсека. Когда за ними закрылись двери, мужчина взял дополнительный баллон с воздухом и открыл шлюз. Он не стал дожидаться, действия вакуума, сам прыгнул вперед, включил ускорение и понесся на предельной скорости к станции, где парила в безвоздушном пространстве Джоанна.

Маркес прилипла лицом к толстому стеклу, глядя на то, как уменьшается фигура капитана. Сердце ее взволнованно билось в груди. Сейчас она боялась. За Джо, которая могла погибнуть из-за подлости Главы.

— Он успеет, — пробормотала она сама себе под нос.

— Вот твари! — произнес Кристиан и с силой ударил кулаком по закрытой двери, затем переключился на встроенную связь, соединяясь с кабиной пилотов.

— Джама, что ты видишь? — спросил он. — Сообщай нам подробности!

— Капитан уже близко от женщины, — последовал ответ.

— Надо подготовить дыхательный аппарат и реанимационное оборудование, — вскрикнула Маркес и бросилась куда-то мимо капрала. Тот проводил ее взглядом, сам же остался ждать у двери шлюза. «Когда Йорк вернется сюда с Кинг, ему может понадобиться помощь», — правильно решил он.

— Джама, докладывай, что видишь! — крикнул он. — Следи за капитаном! Я хочу, чтобы ты описывал каждое его движение!

Ящер ответил короткое: «Да», — и начал говорить…

Они возвращались тем же путем, что и спускались сюда. Чарльз Уорд, не удержавшись, посмотрел на часы. У его племянницы осталась всего одна минута, а затем воздух в ее баллоне закончится и … Тут он улыбнулся. И одной проблемой станет меньше! Нет, ненависти к племяннице он никогда не испытывал, впрочем, как и любви. Но она мешала ему, а вот ее деньги казались нелишними и прибрать их к своим рукам Уорд посчитал правильным в сложившейся ситуации. Совесть никогда не мучила его, хотя, когда погибла сестра, он немного расстроился, но… совсем немного.

Чарльз перевел взгляд на коробку в своих руках, крепче обхватил ее и почти прижал к груди, словно это было самое ценное его приобретение за последнее время. Хотя, возможно, так оно и было. Это его путь наверх. С помощью вакцины он станет первым Главой, а после и единственным!

Находясь в самом мечтательном расположении духа, Уорд уже было шагнул в открывшийся лифт, как чьи-то руки ухватили его поперек туловища, оттянули назад, сжав с такой силой, что Чарльз почувствовал, как хрустнуло, сломавшись внутри, одно из ребер. Тело тут же отозвалось дикой болью, солдаты отреагировали на крик Главы, но опустили свое оружие, когда увидели, что Уорд находится в руках улыбающегося Отто МакКигана. К горлу бывшего начальника Чарльза, Седой приставил тонкое острие черного ножа и был готов действовать, если придется.

— Мы немного покатаемся, Чарли, — прошипел Отто в ухо своему бывшему нанимателю и чуть надавил на рукоять. Из пореза на шее тонкой струйкой потекла кровь.

— Не вздумайте нас преследовать, — бросил, пятясь спиной назад Отто. — Иначе от вашего драгоценного Главы останется только пазл. Я порежу его на куски и голову отсеку самой первой. И уж будьте уверены, успею проделать все это, прежде чем самый быстрый из вас нажмет на курок!

Тут он снова придавил руками ребра Уорда. От боли в глазах мужчины все пошло рабью, затем потемнело, но сознание все еще не оставляло его.

— Ну, же, прикажи своим собачкам не преследовать нас, — зашептал ему в ухо МакКиган, — а я в ответ пообещаю, что отпущу тебя, когда прибудем на первую попавшуюся обитаемую планету. И в отличие от тебя, Чарли, я умею держать свое слово. Впрочем, не мне тебе об этом говорить! Думал бросить меня на Тагире, тварь? Думал, я не знаю, что тебя осведомили о том, где и в каком качестве я нахожусь!? Ну, же прикажи им стоять на месте и не дергаться!

Уорд поднял руку, слабо махнул ею и прохрипел:

— Опустите оружие! Не следуйте за нами! — после чего Отто потащил его за собой, несколько метров пятясь спиной назад, а затем развернувшись и перейдя на бег. Через несколько минут они оказались на магнитной площадке, где стоял только старый шаттл с Оригона. Седой торопился, поэтому выбирать не приходилось. Торопился он, как оказалось, не зря. Едва он забрался внутрь корабля, затащив за собой Главу и закрыл шлюз, как следом за ним на площадку высыпали военные. Но МакКиган этого уже не видел, он тащил за собой Главу за шкирку и остановился, только когда они вошли в рубку управления. Там Отто привязал Чарльза к креслу второго пилота, сам же соединился с центром Станции.

— Прикажи им заправить и выпустить нас, — велел Отто с силой ударив кулаком по сломанному ребру бывшего шефа. Уорд вздрогнул всем телом и взвыл от боли — осколок ребра проткнул что-то внутри мужчины. — И пусть без фокусов, иначе будут собирать тебя по частям, уж я постараюсь, — альбинос улыбнулся, — ты ведь меня знаешь, Чарли! И я умею быть благодарным!

Уорд знал. Слишком хорошо знал. А потому выполнил все указания похитителя, надеясь, что впоследствии еще сможет расквитаться с ним.

Стекло перед глазами запотело от моего же собственного дыхания. Каждый вздох давался труднее прежнего, и я оставила все попытки продвинуться к кораблю, туда, где был Йорк. Я почти ничего не видела перед собой, в глазах темнело, и я чувствовала, как грудь начинает сдавливать словно в тисках, когда увидела перед собой странное видение, скорее всего, вызванное галлюцинациями от выработанного легкими углекислого газа. Это видение смотрело на меня глазами капитана Линкольна Йорка и во взгляде было столько страха, что вызвало невольную улыбку. Кажется, я понимала, что умираю, или скоро умру. Добрый дядюшка побеспокоился обо мне. Это оказалось не так страшно…а то, что я увидела Йорка, перед тем как усну навсегда, было чем-то вроде подарка.

Я продолжала улыбаться, когда почувствовала, как меня взяли за руку, затем зачем-то встряхнули, затеребили. Затем на короткое мгновение мне что-то сдавило шею, и я вскинула одновременно все конечности. Руки поднялись к горлу, впились в ткань скафандра, а ноги забили пространство, словно ехала на велосипеде, а потом меня еще раз дернуло в сторону и в легкие ворвался чистый воздух, свежий, как на опушке соснового бора. Я вдохнула полные легкие, они отозвались благодарностью и болью, но с глаз сразу спала пелена и мозг заработал не так вяло. А когда чьи-то ладони подхватили меня подмышки, и мы полетели, отдаляясь от станции с поспешностью, раскинула руки в стороны, и сама себе показалась птицей, которая стремглав несется вперед, к спасению. Мой спаситель перевернул меня лицом к себе, и я увидела через стекла наших шлемов его лицо. Мужчина на мгновение замедлился, затем одними губами произнес то, что я так хотела услышать, но сейчас прочитала по молчаливому признанию, которое оказалось для меня важнее букетов с цветами и стандартного кольца в бархатной коробке. И что я могла ответить на подобные слова?

— Я тоже тебя люблю! — прошептала тихо и мы полетели дальше, к ожидавшему нас кораблю, на котором находились все мои друзья.

Шаттл отлетел от станции всего на пару километров, когда Отто расслабленно откинулся в кресле, установив автопилот. Повернувшись к скрюченному от боли Главе, МакКиган выдавил улыбку и переместил взгляд на лицо Уорда, заметив тонкую струйку крови, стекавшую с уголка его рта.

— Ну ты и сволчь, шеф! — произнес он.

Чарльз поднял глаза. От боли сводило мышцы, а на глазах выступили слезы. Седой тем временем вертел в руках злополучную черную коробку с Хрона, которая снова вернулась в его руки. «Наверное, это судьба», — подумалось ему. Открыв крышку, МакКиган увидел внутри лежащие ампулы и какую-то бумагу, свернутую в трубочку. Достал, разгладил на столе, и принялся читать. Затем рассмеялся и протянул ее в сторону Уорда.

— Кажется, это тебе, Чарли! — и бросил послание на колени Главе.

Мужчина бросил мутный взгляд на надпись. Буквы были крупными, слова написаны размашистым почерком и совершенно точно не принадлежали руке Оскара Кинга.

«Любимому дядюшке от Джоанны! — гласила надпись и ниже чужая роспись. — С любовью!»

Уорд закрыл глаза, стараясь лишний раз не шевелиться, чтобы избежать боли, но не мог. Тело там, где было сломано ребро, онемело, остальное пульсировало. Чарльз жалел, что от боли не потерял сознания. Как оказалось, он ее боится, эту боль, до дрожи в коленях.

— Интересно, сколько мне дадут за эту вакцину? — вслух произнес Отто и взял одну из ампул в руки.

— Положи обратно, — прошипел зло Глава.

Седой усмехнулся.

— Да кто ты такой, чтобы мне указывать? Сейчас ты в моей власти и если не хочешь, чтобы я сломал тебе еще одно ребро, то лучше прикрой рот! — ответил ему Отто со злостью и тут услышал странный звук, словно что-то перемешалось в темноте коридора, ведущего в кабину. Там за дверью определенно что-то было. Подозревая, что каким-то образом на судно пробрался кто-то из солдат, Отто схватил нож и подошел к двери, скрадывая шаги. Он жалел, что у него не было оружия, но с парой тройкой десантников наемник мог справиться и голыми руками.7d423c

«Интересно, кто это там затаился», — подумал Седой и одним рывком распахнул двери, после чего кубарем вылетел в коридор и подкатился к ожидаемому противнику, да так и замер, лежа на полу.

На него смотрели горящие глаза чудовища, выступившего из темноты. Ореолом вились вокруг страшной морды щупальца, заканчивающиеся яркими светящимися наростами, похожие на фонарики.

— Это еще что за… — было последней мыслью Седого, прежде чем морт набросился на свою жертву.

Когда покончив с МакКиганом, морт подкрался к двери. Просунул голову в кабину он увидел еще одного человека. Тот пах вкусно. Железный аромат крови наполнял воздух, опьяняя чудовище, и морт забрался внутрь, увидев, как расширились от ужаса глаза мужчины, привязанного к креслу.

Чарльз Уорд, Пятый Глава Содружества даже забыл на мгновение о боли. Что там говорить, он забыл обо всем, потому что сломанное ребро оказалось ничем в сравнении с тем ужасом, что последовал за появлением морта. Зверь шагнул вперед, ударом мощного хвоста сбросил со стола стоявшую там коробку, наступил широкой лапой, сокрушая маленькое хранилище, а затем повернул свою окровавленную морду к Главе.

И Чарльз закричал.

Станция уходила в сторону. Они преследовали какие-то свои цели и, кажется, ушли следом за маленьким шаттлом. Зачем, почему? Это так и осталось для меня тайной, которую я, впрочем, раскрывать не собиралась. Я лежала на столе в крошечном больничном отсеке, так отличавшемся от того, что был на «Рассвете» и, хотя чувствовала себя почти превосходно, мне было приказано лежать до вечера, пока «Звезда» прокладывала себе новый курс, направляясь на Землю.

Я не спрашивала, что произошло с «Рассветом» решив, что скоро и так сама все узнаю, и просто молча изучала потолок над собой, думая о том, что случилось со мной за прошедшее время с того самого первого дня, как я пришла на Базу к Ястребам. Думала и понимала, что изменилось многое, а в первую очередь изменилась я сама. Сейчас я была полна успокоения от осознания того, что теперь знаю истинного убийцу своей семьи и, пусть пока они не отомщены, но у меня ведь все еще впереди… Тогда никто еще не знал, что судьба уже решила участь Уорда, а узнав после, поняла, что, возможно, все это к лучшему.

Сейчас же думала о том, что сделаю в первую очередь, когда вернусь домой, на родную планету к своей прежней жизни. То, что работа Ястребов не для меня я уже поняла и убедилась целиком и полностью. Я любила приключения, но не в таком количестве и теперь. Натерпевшись их с лихвой, мечтала только о том, как вернусь в свой особняк и приму горячую ванну, а затем лягу в широкую постель и буду отдыхать и наслаждаться жизнью, а не пытаться выжить на какой-то дикой планете, где каждая вторая тварь норовит слопать тебя со всеми потрохами.

А еще думала о капитане Йорке. Линкольн… Так, в космосе мы признались друг другу в своих чувствах и пусть я не слышала звука его голоса, но видела его глаза, его лицо, когда он говорил мне это и чувствовала биение собственного сердца… Но что ждет нас дальше? Вряд ли такой человек, как капитан Йорк оставит свою работу и космос ради женщины. Ястребы для него все и не мне соперничать с этой привязанностью.

— Не спишь? — в открытый шлюз просунулась голова Маркес, за ней следовал Дэвид, ее неразлучный спутник. Оба они выглядели как-то иначе и, почему-то взглянув поочередно на их радостные лица, догадалась, что причиной была совсем не я, хотя за меня они также радовались не меньше.

— Заходите, — приподнявшись, села на койке, и Маркес примостилась на углу. Войс остался стоять.

— Как ты себя чувствуешь? — только и спросила Ана.

— Нормально, — я пожала плечами, а мексиканка неожиданно протянула мне какой-то пожелтевший лист бумаги, сложенный вчетверо.

— На, — сказала она, — это тебе. Письмо лежало в коробке с ампулами, и я подменила его в последний момент, решила, что так будет правильно.

Раскрыв лист, не сдержала вздоха, узнав почерк своего отца и начала читать. Хотя прошло уже столько лет, я все равно помнила даже такую малость, как его почерк. Ровные рядки букв, чуть под углом, небрежность и при этом аккуратность даже в письме — в этом был весь Оскар Кинг.

«Я надеюсь, если меня не станет, это письмо попадет в руки моей семьи. Если же нет, то я прошу передать моей жене и дочери, как сильно я любил их. Я хочу, чтобы они знали, что все, что я делал, было для них и ради них!» — прочитала скупые слова признания. Далее следовали какие-то формулы, но я только перечитала строки послания, ждавшего своего адресата столько долгих лет. Читала и ругала себя за сухие глаза, которые болели, но не проронили ни единой слезы.

— Что это? — спросил Дэвид, ткнув пальцем в одну из формул.

— Скорее всего — результат его исследований, — ответила я и опустила руку с листом и добавила, — я думала, что он уничтожил все данные, но оказывается, ошиблась. Мой отец был слишком ученым, чтобы вот так просто стереть весь свой труд.

Маркес подсела ближе. Ее тяжелая рука легла на мое плечо.

— Это ведь то, что нужно Главам? — спросила она хотя и так знала ответ на свой вопрос, но я все же ответила короткое: «Да», — и сложила бумагу пополам.

Услышав приближающиеся шаги, вскинула голову и увидела Линкольна, заглянувшего в отсек, едва дверь отъехала в сторону. Завидев капитана, Маркес поспешно вскочила с края койки и потянула за собой Дэвида.

— Мы уже уходим, сэр! — сказала она и десантники вышли, оставив нас наедине.

Капитан приблизился ко мне, опустился рядом на корточки, взглянул в мое лицо и нахмурился, заметив странное выражение, исказившее мои черты.

— Что еще случилось? — спросил он тихо.

Вместо ответа сунула ему в руки послание отца. Бегло проглядев письмо, Линкольн вернул мне его.

— И что ты будешь делать с этим? — поинтересовался он.

— Сейчас узнаешь, — я встала с койки и направилась к столику, стоявшему в медотсеке. Тот, кто был здесь за главного, очевидно, любил покурить, потому что в первом же выдвижном ящике его стола среди всякого барахла, я нашла то, что надеялась найти — пачку сигарет и зажигалку. «То, что нужно», — подумалось мне. Отбросив сигареты, взяла зажигалку и подняла исписанный лист, доставшийся мне такой дорогой ценой.

Линкольн смотрел, как вспыхнувший огонек уничтожил последние слова моего отца. Пламя горело ярко, поглощая жадно бумагу и уничтожая тайну, которую она хранила в себе. Я уронила клочок уголка в стирилизатор, стоявший на столе, и небрежно залила его водой. Подняла глаза на капитана и улыбнулась.

Он ответил мне тем же. А затем встал и обнял. Прижал к себе крепко, а я спрятала лицо на его груди, закрыла глаза и улыбнулась. Для Джоанны Кинг была окончена ее Одиссея. И кажется, я нашла свое место в этой жизни — рядом с этим мужчиной. Самым лучшим для меня.