Глава 17. У окна

Я взрываюсь от эмоций и от собственного крика: – Ааайй… – мои ногти рвут новое постельное белье. Со снежинками. Красно-белое. Парадное. Черт с ним! Главное – пусть продолжает так делать. Ммм… Как же хорошо! Тело выгибается дугой, губы в кровь, ногти сдерутся к чертям или останутся на пододеяльнике. Плевать! То что он делает – не передать словами. Внутри сладко щекочет, нежно ласкает, давит и ласково трет. Ммм! Эта точка Джей – горячий ключик к управлению женщиной. Парни, кто ее находят – знают как сделать хорошо. Хочется стонать и дергаться, но вместе с тем я на крючке. Как пойманная рыба – его палец внутри, а влажными губами он держит меня за… эмм… За самое ценное. Знает за что девушку держать! И чем! Держит профессионально: мягко, нежно и горячо. Так, что можно и обжечься и запомнить этот вечер навсегда. Выдыхаю. Вдыхаю. Открываю глаза и тут же закрываю, блаженно млея. О, боже! До чего же сладко, нежно и возбуждающе! Мне хочется дернуться – я двигаю бедром и по привычке жмурюсь – вчера меня за это бы шлепнули. Но нынешний Рыжик лишь крепче засасывает мою киску. Нежно. Ласково. И до одурения горячо. Губы сладенькие – по крайней мере киска именно так и считает. Пульсирует и млеет, получая ласки от его напористого, но ласкового язычка. *** А вообще парень не промах! Такого бы – в личное пользование. Его ротик – горячее утреннего кофе. Пронырливый язычок ласкает так, как эспрессо не сможет никогда. Если бы я могла выбирать – то каждое утро меня будил бы такой мачо. Или не такой. Неважно. Главное – чтобы будил ртом. Это был бы мой личный будильник – в положенное время залезает под одеяло, задирает ночную сорочку, снимает с меня трусишки – и вуаля: можно приступать! Я бы все отдала за такого личного Санту! Похоже, такая услуга как кунилингус станет одной из моих постоянных. Вполне можно позволить пару раз в неделю, чтобы чисто расслабиться и отдохнуть. А что? Неприлично? Так никто не узнает! Нельзя так часто? Ха! *** Хотя бы разок в неделю, – решила я и попыталась отбросить все мысли. Но движняк в голове попер дальше: “А что, если вызвать такого мачо и сесть смотреть кино, к примеру. Я смотрю – а он меня облизывает. Или я учу лекцию – а он тихонечко лижет меня, настраивая на нужный лад.” Вот была бы не жизнь, а малина! И почему принято считать, что женщина должна облизывать мужика, а не наоборот? Прогоняю назойливые мысли и возбужденно вздыхаю – раскрываю широко рот и делаю глубокий вздох. Ноги сами собой раздвигаются в стороны. Мне хочется, чтобы он сильнее, глубже, грубее… Но он ласков. Нежен, мил и романтичен. И это его конек. Если бы он был напористее и грубее – я бы уже кончила. И… И на этом было бы уже все. А я не кончаю, а нахожусь в состоянии “вот-вот… еще немного”. Внутри меня кипит-кипит-кипит… И все никак не взорвется. Вулкан разгорается все сильнее, мне хочется все больше и больше и… Но пока никак. Его язычок даже не проникает внутрь, он лижет мои губки и пульсирующий бугорок. Касается кончиком языка, гладит, трет и массирует. А когда я начинаю охать и вздыхать горячее – так снижает ласки на минимум. И так уже несколько раз. *** Начинаю вздыхать сильнее: его палец изнутри ласкает меня так нежно и сладко, что я уже… – Ааахх, – нега вот-вот достигнет пика удовольствия. Но… Его палец выходит наружу. Дает мне передохнуть. Блин. Он больше трех раз доводит меня до пика и не дает кончить. Что это за пытка? Выдыхаю и расслабляюсь. Лежу и смотрю в потолок. Хрусталик люстры мелькает нашим отражением: я – стройная, красивая, с распущенными волосами. Лежу в собственной спальне широко раздвинув ноги. В неприличной развратной позе. Не кто-то там другой, а я сама. Краска так и прилила к лицу. Одно дело это знать, другое – видеть саму себя же. Видеть своими глазами! И что самое пикантное – со стороны увидеть, как мужчина сидит у меня между ног. Я как это увидела – так потекла с такой силой, что мне аж стало стыдно. Все же, одно дело знать, что тебя лижут – чувствовать, понимать, осознавать. А другое – видеть своими глазами как в кино! Видеть свое тело, раздвинутые ноги и треугольничек волос. И… пацанскую голову между ног, которая с наслаждением меня лижет. Это так чертовски заводит! Я лежу. Он стоит на коленях. Вроде бы он подчинен, но с другой стороны это не так. Он владеет самым главным – моей киской. И, в принципе, я тоже слегка в его подчинении. Ловлю повторно отражение и краснею: я сама и не заметила, как обеими руками мну свою грудь. Киска начала сокращаться, я стала грубее сжимать соски и считать мгновения до того, как меня накроет. Собственное отражение меня безумно завело. Кажется, я поняла чего хочу: большое зеркало на потолке! *** А что если… – в голову приходит крайне развратная мысль. Я решаюсь прервать его ласки и сделать кое-что очень наглое. Прямо сейчас. *** Я подбегаю к окну и распахиваю сильнее штору. Приманиваю Санту к себе – как котика: пальцем – “Иди сюда”. Улыбаюсь и скрываю, что задумала кое-что очень горяченькое. Ставлю одну ногу на подоконник и указываю ему на пол. Смотрю в окно – ночная темнота уже поглотила город. И хорошо! Прямо напротив моего окна высокий многоквартирный дом. Окошки со светом и без, с мигающей гирляндой и просто украшенные. Если мы встанем около окна – в любом случае нас точно увидят. Тем более, у меня подоконники низкие. И я голая. Но важно кое-что еще: – Включи яркий свет! – я указываю ему на выключатель, – хочу, чтобы все видели. Люстра, бра и пара торшеров – Санта зажег все, что только нашел. Шторы убраны в стороны. Мое окошко заливает свет. И мой силуэт явно хорошо так прорисовывается. И моя поза с ногой на подоконнике. И голая грудь. Смотрю на Санту и загадочно улыбаюсь. Поигрываю пальчиками и зову его к себе.