Глава 38. Принятие

Стою на четвереньках с низко опущенной головой. Опираюсь уже не на локти, а на плечи. Ягодицы разведены, сосочки касаются простыни. В груди засел невысказанный ответ, но сил сопротивляться не ощущаю. Будь что будет. Дрожат коленки, тело пробивает жар и накрывает пот. Прерывисто дышу. Сил нет. Пока что нет. Я думаю, они быстро появятся, когда тело ощутит боль. Я готова к ней. Но в миг, когда получу удар, могу подумать совсем по-другому. Тишину комнаты прорезает взмах. Сжимаюсь каждой клеточкой. Но только внутренне. Внешне кажусь спокойной. Как же за это я себя люблю, что могу притворяться… Интересно, видит ли это Курт? Ленты опускаются. Но я не чувствую. Он ударяет свою ладонь, желая меня напугать. Звук хлесткий, резкий, но мне не страшно. Я стою и жду неотвратимого, того, что случится… Рано или поздно… Того, что Курт сделает со мной. В программе ни слова про секс, только порка до сладостного оргазма. А значит, пока я не кончу – ярко и сладко – он будет меня пороть. Краснею от мыслей. И возбуждаюсь от того, что ничего не могу сделать. Неотвратимость… Многих она пугает. А меня заводит. Я ненормальная? Надеюсь, что да. Иначе как объяснить, что я стою голышом, раком, перед незнакомым мне мужчиной? В мыслях начинает кипеть бешеный водоворот. Одна за другой они лезут мне в голову и устраивают вакханалию. Я начинаю стыдиться саму себя – что стою раком, что приглашаю к себе мужчин. “Кира! Прекрати. Хватит!” О, черт! Я близка к тому, чтобы все бросить прямо сейчас. Какой там оргазм… Похоже… И сегодня выйдет как с Мигелем. На душе становится противно ото всего. От себя, от мыслей, от собственных похабных действий. Когда я свернула не туда? Внимание привлекают шаги – Курт прохаживается рядом. Он дрессирует мою покорность и возбуждает ожиданием. Вернее, пытается возбудить. Ощущаю его горячую ладонь на свой лопатке, он переводит ее вниз. Касается поясницы и легонько, с оттяжечкой, нашлепывает попу – ударяет по одной ягодичке несколько раз. Крепко так. Властно. Показывая где мое место. И вновь я возвращаюсь к той “я”, что была недавно – сучка, готовая течь. Как мало мне надо для возбуждения – хорошая такая порка. А Мигель меня разве что шлепал – и то ласково. А меня надо пороть… О, Господи боже! Вот он мой ключ! Крепкий мужчина – внимательный, ласковый, но в случае капризов и истерик готовый меня наказать. Не сурово, не страшно. А приятно… Волна между ног начинает набирать обороты. …Наказать так, чтобы мне стало хорошо. Курт гладит рукой по моим ягодицам, скорее, не гладит, а с силой проводит. Зажимает мякоть булочки, щиплет, выкручивает, словно щечку. И размашисто шлепает. Не больно, а доказывая, что я – его собственность. И это так. *** Я жду порки – хорошей, настоящей. Как говорят в книжках “чтобы потом не могла сидеть”. Но я сяду через боль. Пускай глаза увлажнятся от того, что сижу на напоротой попе. Я рабыня, нижняя, подчиненная… И я должна терпеть. Слегка поднимаю голову – сердце часто-часто бьется. Тело просит сделать глубокий вдох. Но властная рука Курта тут же ложится на мою голову. Я слышу команду: – Не нервничай. Расслабься. Все под контролем. Он гладит меня по голове и говорит то, что мне кажется самым главным – не сейчас, и не в сексе, а вообще, во всей моей жизни: – Отпусти все то, что тут, – он легонько постукивает мне по виску, – не напрягай голову, это главное. Тогда твое тело примет боль как надо и расслабиться само. И на меня накатывает блажь. Я вовсе не неправильная! Все со мной нормально, просто я… У меня все в голове! Вся ерунда, скопившаяся годами, все эти “правильно” и “неправильно”. Когда кто-то рассуждает “как должно быть”, а я понимаю, что не соответствую. Стыжусь того, что меня заводит боль! Дыхание учащается так, будто меня уже вовсю трахают. Но все мои дырочки свободны. А сердце стучит так, будто меня имеют и в перед, и в зад. Я слышу звук вибрации – это тихое тррр, которое теперь мне кружит голову. Я знаю, что сейчас последует. Мягкая молния – и я буду кричать. Но вместо вибратора я ощущаю хлесткий удар по попе. По ягодичкам, по их подрумяненным щечкам. Второй. Еще и еще. На шестом ударе срываюсь, беру дерганый вдох и кричу, что есть силы: – Аааййй… И ощущаю волну кипятка – головка вибратора вновь на моей киске. Хочу убежать, вернее, тело само хочет, но Курт хватает меня за плечо и не позволяет этого сделать. Кипяток разливается через клитор по всему лону. Мне кажется, в этот раз он вдаряет сильнее. Выбирает режим, который проникает глубоко. Верчу бедрами словно грязная шлюшка – сильно-сильно, из стороны в сторону. Я пытаюсь отвертеться, пытаюсь вырваться из его рук. Но это вряд ли мне удастся… Курт схватил меня так, как это делают в роликах БДСМ. Он держит мое плечо и натягивает поводок. Я слышу, как погромыхивает цепь, ведущая к моей шее. Я полностью в его власти. И я ничего не могу с этим поделать. Кроме простого слова, которое я не произнесу. Вибратор отпускает мой бугорок. И тут же следует удар. Только теперь уже не по булочке. По маленькой анальной дырочке. Булки разведены, а потому плеть свободно попадает своими лентами прямо по анусу. По моей девочке-попке, которая в эти новогодние каникулы познала новую для себя роль. Роль рабыни. Покорной послушницы. Ее растягивали, приучали терпеть боль. А сейчас удар – кожаной лентой прямо по дырочке. Адская боль и мой громкий возбужденный крик. Я кричу так,будто из меня живьем вынимают душу. Пытаюсь отползти, но поводок крепко меня держит. Кожа ошейника впивается мне в шею. Наклоняю голову вниз – против воли, чисто инстинктивно, но шип ошейника впивается и причиняет боль. –Чччч, – он наклоняется к моему уху. И тут же приставляет вибратор к киске. Похоже, врубает его на максимум. Я ощущаю кипяток, который разливается перцовой настойкой между ног. А потом разливается по телу и одурманивающе пьянит. Я вся горю. Жар распространяется вверх и кажется, он доходит до сердца. Я хочу закричать “Я люблю БДСМ”. Признаться Курту в любви, сказать, что он для меня – вся Вселенная. Но стоит мне кончить – как эти слова рассыплются в прах. Прямо передо мной пэддл. Я смотрю на него и представляю, как его плоская часть окажется на моей уже хорошенько подрумяненной попе. А ребрышком Курт будет дразнить клитор, заставляя его трепетать. О, черт! Зачем я засмотрелась на эти инструменты? Курт перехватывает мой взгляд и берет в руки пэддл.