Глава 8. Все хулиганки через это проходят

Его стек касается меня между ног. Поигрывая, он шлёпает меня по клитору – легонько, нежно, но властно. И меня тут же охватывает блаженная дрожь. Выпоротая попка не дает сконцентрироваться на одной только киске. Боль эхом прокатывается по ягодицам, заставляя меня покрыться испариной. Но я пытаюсь молчать. Как минимум – не показывать, что моментами реально больно. А как максимум – стараюсь смотреть парням в глаза. В особенности красавчику – смотрю с вызовом и небольшой наглецой. Ведь на деле здесь главная я. Я. А не он. Пусть помнит. *** Удар – мягкий, но ощутимый. Точно между ног, прямо по бугорку. Вздрагиваю. Кусаю губу. Мышцы сжимаются и боль в попке становится острой. “Мне не больно” – в башке бьет чертов самообман. И я продолжаю поджигать их своим горячим взглядом. Так, словно мне не страшно и даже не больно. Совсем. И точка. И даже шире раздвигаю ножки – мол, давай ещё! “Давай-давай, мальчик!” – говорю про себя, но вслух не решаюсь. Всем своим видом показываю, что я и не такое могу. О, господи-боже! Зря я решила выпендриваться с таким горячим мачо. Он мягко проводит стеком по клитору, задевая кожаным кончиком мой бугорок. А потом кааак шлёпнет – аж искры из глаз – с оттяжечкой. – Оуу, – я задрожала и начала прерывисто дышать. Нет и нет! Не надо было так выпендриваться! Но что-то во мне вылезло дикое, животное. Что – сама не пойму. Мне хочется секса с принуждением, грубого, по-животному бешеного. Но умом я такого противлюсь. Я не такая. Либо… Не могу этого признать. Он пальцем указывает на пол. В животе томно разлилась лава – горячая, как пралине шоколадки – тягучая. Нутром я уже на коленях, а умом – стою как вкопанная. Ох, уж этот чертов ум! Он не дает кайфануть, настраивая меня против. Вернее, настраивая меня на какую-то игру. Я трогаю его щеку пальчиком, провожу ладошкой и улыбаюсь. С вызовом смотрю ему в глаза и ощущаю, как улыбка становится хищной. Маню за собой и отрицательно киваю головой. – Ах, сучка маленькая! В его интонации жар. Не тот, что по заказу, не профессиональный. А настоящий, который разжегся у него только сейчас. Сейчас, когда я поманила его пальцем. Сейчас, когда я жестами сказала ему “нет”. А всем телом “да”, он это явно учуял как любой самец в обществе течной самки. Отхожу на пару шагов назад и… Попкой утыкаюсь в огромный стоячий член. – Оххо-хоо, сама пришла! – громогласные раскаты заставили меня испуганно вздрогнуть. О, господи-боже! Оборачиваюсь и поднимаю голову наверх. Смотрю в глаза этого волшебного гиганта и охреневаю в хорошем смысле этого слова. Его глаза горят так, что на одном только взгляде можно хорошо так обжечься. Он молод. Нифига ему не как положено – тысячу или больше лет, – мой мозг шутит. Ему лет сорок, а может даже меньше. Но на него напялили огромную бороду и дурацкий дедморозовский колпак. Не могу отвести глаз. О, боги, как же я влипла. Мозг все еще хочет играться с красавчиком – манить его и динамить, а тут эта громила. Блин. Поворачиваюсь к нему лицом и чувствую его большие руки на талии. Они – как обрамление моей попки – две булочки а по центру стразик. И на попке я ощущаю обжигающий взгляд. Понятно чей. Дед Мороз трогает мою грудь. Между ног вспышками зажигаются искры. Слышу голоса других Сант, они то ли спорят, то ли обсуждают меня: – Отлынивает… – Ага. Надо-надо ее… – Я и говорю, что надо. – А чего это она убежала? – Вот-вот. – Между ножек надо. – Надо. И посильнее. И сзади раздается громкий командный голос красавчика: – Кира. Не бойся. Иди сюда. Дед Мороз поворачивает меня к себе спиной, лицом к красавчику. Я сопротивляюсь. Подскакивают трое других Сант и один из них лупит ладошкой меня точно между ног. Взвизгиваю и пытаюсь увернуться. Перекрываю коленкой свою киску. – Ага, она боится! – Еще бы! Всем девочкам страшно! – Да она просто не пробовала еще по-настоящему! И голос колоритного Деда: – Сейчас все попробует, – и он заглядывает мне в глаза, – да, Кира? Большими валенками он раздвигает мои стопы в стороны. Как могу сопротивляюсь, соединяю ножки вместе. Но трое других – рядом не просто так. Они фиксируют мои ноги, удерживая за коленки. Красавчик охлаждает их пыл: – Не надо, мальчики. Я хочу, чтобы она сама. И уже мне: – Моя хорошенькая. Давай. Встань ровно и делай то, что я тебе велю. Ведь ты хорошая девочка, верно? Дед держит меня за плечи. А помощник подскакивает, наклоняет мою голову и тоненьким голоском пищит, будто бы это говорю я: – Да, мой господин. Я согласна! Красавчик продолжает игру: – Вот и хорошо. Приготовься. Будет немножечко больно. Но если будешь молодец, то… Голос помощника: – Получишь… И выкрикивает другой помощник – пацан еще моложе: – … леденец! Как их много! У меня голова кругом. Куча красивых мужиков и я… одна! Рывком сжимаю ноги, но тут же между ними врываются огромные валенки. Быстро и ловко мои ноги распихавают по сторонам. Красавчик поднимает стек между моих ног точно на высоту клитора. Не ударяет, а просто держит – похоже, решил попугать. – Ччч, – помощник успокаивает меня, словно маленькую, – не бойся. И голос другого: – Все хулиганки через это проходят. Тихим от возбуждения голосом спрашиваю: – Через что? И визжу. *** – Оууу! Дышу. К щекам бросается кровь. Тело покрывается испариной. – Оууу… Оууу… И срываюсь на громкий крик: – Аааа! Стеком между ног и – точно по клитору. Боль такая, от которой я давно бы уже убежала. Не знаю даже куда – хоть на потолок или спряталась бы под кровать. Но сзади стоит крепкий парень и держит меня, словно рабыню на прилюдной порке. Мышцы сжимаются и анальная пробка ощущается так, что руки сами тянутся ее вынуть. Но как я это сделаю, если даже подумать об этом больно и страшно. Естественно, никак. И эта мысль меня серьезно так заводит. Моя попка подчинена и не мне. Интересно, а если заказать в следующий раз БДСМ сценарий – господин и его провинившаяся шлюшка. Рабыня, которая должна быть наказана за поступок, о котором хорошо знает сама. Возбуждаюсь от новой идеи и это меня частично спасает. Новый шлепок между ног – всего-то тонюсеньким прямоугольничком – и я готова орать… Но не заорала! А только взвизгнула и кокетливо сжала губы. Идея с рабыней меня так завела, что я потекла. Меня и сейчас удерживают так, словно я – Жанна Д”Арк, а Дед Мороз – столб, к которому я привязана. И стек красавчика – самый настоящий огонь, который разъедает мою душу. И сердце. И тело. Все, до чего он коснется. Все, что подожжет. *** Ноги колоритного персонажа не позволяют моим коленкам сжаться и спрятать настрадавшийся клитор. Верчу попой, выгибаюсь, пытаюсь отвертеться от наказания – но никак. Голос красавчика – мягкий как мед и пряный словно соус кисло-сладкий. Этакий вкусный, но не приторный – льется мне в уши как сироп: – Ну что, еще последний шлепок – и сладенькая награда? Сердце екает. Я не знаю чего больше пугаться. Очередного шлепка – финального, значит, со всей силы. Или того, что я опять буду прилюдно сосать.