ЧАСТЬ 36

— Влад, что здесь произошло?

— Влад пек блинчики.

— Влад что делал?

— Ты не ослышалась, милая. Оказывается, у него скрытые кулинарные таланты, я сам в шоке.

Герман подходит сзади, на нем строгий костюм, обнимает девушку со спины, целуя в шею. Она так вкусно пахнет, ведет носом по тому месту, где пульсирует венка. Вчера, думал, сожрет ее, как одержимый, голодный дембель, ласкал ее, оставляя на коже синяки.

Эта девушка для него, словно спасение, такая милая, нежная, трогательная, но с таким огнем в глазах и безумным темпераментом в постели. Что бы он делал без нее? Где бы он был сейчас, не будь рядом ее и сына? На каком заброшенном кладбищебыли бы похоронены их с Владом тела, не спасиона их? Не посмотри так откровенно прямо в душу своими красивыми янтарными глазами.

— Ой, я замочу тебя, даже волосы не успела высушить. Ты такой красивый, на свидание собрался? Смотри, я узнаю, все волосы повыдергиваю.

Полина улыбается, разворачивается, целует Германа в губы. Он этой ночью столько удовольствия ей подарил своими губами и языком.

— Ревнуешь?

— Конечно, такой красавчик, я видела, как на тебя вчера заглядывались дамы, когда мы были в ресторане.

— А твой Семен чуть шею не свернул, заглядывая в твое декольте.

— Семен пацан.

— Как ты? Ничего не болит?

— Ничего, все хорошо. Так что тут произошло?

— Спроси у кулинара. Мне пора, вечером сюрприз.

— Лучше, чем горелые блинчики?

— Гораздо лучше.

— Интрига, ну, хорошо.

Полина улыбается, снова целует своего мужчину, тот, отрываясь от девушки, идет к сыну, берет на руки, целует в щечку, передает Полине.

— Только не ешь, что он приготовил.

— Я вообще-то все слышу.

— Это радует. Все, я ушел.

Дым почти рассеялся, Саша на руках внимательно рассматривал маму такими же голубыми, как морозное небо, глазами, как только что на нее смотрел его отец. Он почти точная копия Германа: темные волосы, упрямый взгляд и густые черные ресницы. Полина уже очень живо представляет, каким он вырастет любимчиком всего женского пола. И всегда с интересом наблюдает со стороны, как женщины реагируют на Влада или Германа, когда они в общественном месте с ним на руках.

— Ну, что, милый, пойдем, покушаем. Блинчиков сегодня мы не дождемся.

Полина садится на небольшой диванчик, дает сыну грудь, а Влад замирает, глядя на нее.

— Я тоже так хочу.

— Ты так делал всю ночь, а сейчас кушает Сашенька. Да, мой сладкий? Да, мой хороший? Твой папа совершенно не умеет готовить.

— Зато я умею кое-что другое, — подмигивает и нагло улыбается.

Полина помнит эту улыбочку, за которую ей хотелось его треснуть по лицу, а еще по губам, за его наглые словечки.

— Но я тоже голодный.

— Ешь горелые блины.

— Это вышло случайно.

— Где Людмила Васильевна?

На эту женщину чуть за пятьдесят Полина согласилась, только когда Саше исполнилось три месяца, и то ее поставили перед фактом, что ей необходима помощница и няня для ребенка. Хорошо, что не привели длинноногую девицу, они бы оба пошли с ней лесом. Людмила Васильевна на самом деле оказалась незаменимой.

— Она позвонила, сказала, что приболела, температура, — Влад неотрывно смотрел на то, как Полина кормит сына, это было так трогательно и нежно, что дух захватывало.

Он вообще в последний год не может надышаться на свою женщину и сына. За это время много что изменилось, изменился сам Влад. Полина помогла открыть спортивную школу, теперь он не просто бездумно колотит грушу, а учит детей и подростков. Сейчас в ней больше десятка секций, но есть тренажерный зал, ходят не только дети, но и взрослые, но сам тренирует только детей, и что немаловажно, его секции для них всегда бесплатные.

— У тебя нет тренировок?

— Есть, позже.

— Почему ты так смотришь?

— Ты такая красивая.

— А еще сексуальная, вы мне говорили всю ночь об этом вдвоем. Хотя чуть похудеть бы не мешало.

— Не нужно.

— А то вы бросите меня, найдете молодую да стройную, у женщины всегда в голове именно такие опасения. Мы малость сдвинуты на этом, ведь мужчина больше любит глазами.

— Это у нелюбимых женщин такое в голове.

Против этого аргумента спорить Полина не стала. Она хотела сказать, что очень любит его и согласна на горелые блинчики, но зазвонил телефон Влада, он ответит.

— Да, да, это я. Здравствуйте. Говорите, я передам, — Влад начал расхаживать по кухне, внимательно слушая, Саша, видимо, наелся, сел и уже хотел слезть с колен. Он только недавно пошел, и теперь норовил убежать, но двигался неуверенно и падал. — Это точно? Вы уверены? Спасибо.

Влад сел на высокий стул, отложил телефон, взъерошил волосы и как-то странно посмотрел на Полину.

— Что?

— Ты беременна.

— Я что?

— Ты беременна, Полинка. Сейчас звонил твой врач, сказал, что по анализам, сделанным недавно, ты беременна.

— Но этого не может быть.

— Почему это не может? Саша, иди ко мне, иди, мой хороший.

Влад поманил его руками, мальчик вырвался из объятий мамы и побежал к нему. Такой забавный, в таких ярких штанишках и футболке, снова смеясь. Девушка поправила халат, прикусила губу, задумалась. Что за странная новость, этого не может быть, она кормит, у нее еще нет менструации, и вот беременность. Как такое могло произойти? Да, вопрос, конечно, глупый. У нее почти каждую ночь секс, двое мужчин с яйцами, полными спермы, очень часто они кончают в нее. А Полина еще удивляется, как такое могло произойти? Просто после стольких лет жизни с определенным диагнозом уже не думаешь, что чудоможет случиться во второй раз.

— Ну что, Сашок, у нас скоро будет сестренка. Я ведь обещал маме, что будет девочка, вот она и будет. Давай придумывать имя.

— А почему позвонили тебе? Влад, ты слышишь меня?

— Ты снова телефон где-то бросила. Тапонимающая тетка из клиники, у тебя в карте записан мой номер, я же тебя привозил туда в том году.

— Надо срочно все уточнить, где мой телефон? Нет, дай свой.

— Полинка, ну ты чего? Не рада?

— Я просто растеряна. Надо купить тест, так, надевай штаны, и поехали в аптеку.

— Давай отправим охрану.

— Совсем спятил! Чтоб охрана все знала?

— Она и так все узнает.

Влад громко смеется, Саша, сидя у него на руках, подхватил его, а вот Полине было совсем не до смеха. Нет, она слышала о сотне таких случаев, но мы же все думаем, что с нами такого точно не произойдет. Побежала искать телефон, и правда, пропущенный от Валентины Юрьевны. Поговорила с ней несколько минут, та заверила ее, что сомнений быть не может, она точно беременна, даже поздравила.

— Ну, что, едем в аптеку?

— Нет, аптека теперь не нужна.

Полина откинулась в кресле, посмотрела на Влада и Сашу, улыбнулась.

— Так ты не рада?

— Конечно, рада, Влад, просто слишком неожиданно, также с Сашей было. Но я очень рада, просто все так быстро, это, наверняка, ты все подстроил. А что за сюрприз, о котором утром говорил Герман? Это, случайно, не он?

— Нет, это для Германа будет сюрприз.

Влад наклоняется, целует ее, Саша тут же хватает за волосы, тянет их в рот, они дружно смеются, а на душе разливается счастье. Ждала она этого? Нет, конечно, никак не ждала, может быть, лет через пять она бы хотела родить еще ребенка, ее врач говорила, что все вполне возможно.

А еще было так легко и спокойно именно сейчас, Влад обнимал ее, на руках возился сын, она понимала, что не одна, далеко не одна, и ее счастье, радость и будущие трудности разделят они все вместе. Втроем.

Влад так трогательно кладет свою крупную ладонь ей на живот, смотрит в глаза, Саша рассматривает волка, что вытатуирован на груди мужчины, трогает его пальчиком.

— Там такая же красивая девочка, как ее мама.

— А вдруг мальчик?

— Нет, точно девочка. Мне надо ехать, ты справишься одна?

— Кончено, приготовлю что-нибудь вкусненькое, погуляем во дворе. Езжай.

Влад уехал, а Полина прислушивалась весь день к своим ощущениям, ее не тошнило, она чувствовала себя прекрасно. Даже забыла на несколько часов до возвращения мужчин об этом, приготовила ужин, надела платье.

— Как ты думаешь, Саша, что там будет за сюрприз? Уж наш сюрприз точно круче, да?

Саша лишь захлопал в ладоши, сидя на своем стульчике, размазывая по столику пюре.

— А вот и мы.

Огромный букет мелких, нежно-розовых роз возник прямо перед Полиной, Саша удивленно прокричал и потянулся к ним руками.

— Цветы? Так много!

— Хотел больше, но, увы, не было.

— Что за праздник?

— Я просто люблю тебя.

— Это точно мой Герман? Мой самый суровый мужчина? Я не узнаю тебя.

Герман стоит совсем близко, их разделяет только букет, рядом Влад, оба смотрят так загадочно. А потом он так неожиданно ведет по лицу девушки рукой, той самой, на которой вытатуирован черный ворон. Который теперь стал не вестником смерти, а защитником, как и волк на груди Влада, оберегающий их союз их семью.

— Ты ведь знаешь, как я тебя люблю, как мы тебя любим?

— Да, — говорит, почти шепчет, смотрит то на Германа, то на Влада, не понимая, что происходит.

— Пришло время двигаться дальше. Пришло время делать выбор.

— Выбор? Какой выбор?

Полина не на шутку пугается, она не хочет делать никакой выбор. Она не готова выбирать. Нет! Ни за что! Что или кого выбирать?

— Ты должна выбрать, чьей женой станешь.

— Женой?

Она словно отупела, отвечает вопросом на вопрос и никак не может понять, что от нее хотят.

— Полина, послушай, никто никуда не уйдет, мы будем все вместе. Это формальность, которую необходимо сделать, чтоб защитить со всех сторон тебя и Сашу. Ты не можешь просто так жить с ними.

— Почему не могу? Я могу. Я не хочу делать выбор, я одинаково люблю вас обоих, — Полина была готова расплакаться в любую секунду, ей не нравилось все это, это неправильный выбор.

— Ну, что ты, девочка моя, не надо плакать.

Герман утирает Полине слезы, что уже кататься по щекам, странная девушка, другая бы прыгала от счастья, а она плачет.

— Мы тоже тебя любим, Полинка, это всего лишь формальность.

— Вы думаете, с вами что-то может случиться? Да, вы поэтому так делаете?

— О господи, нет, конечно. Эта женщина, вообще, нормальная?

— Как она может быть нормальной, если связалась с нами?

Мужчины переглянулись, пожали плечами. Саша активно щипал оставленный без присмотра букет роз, отрывая бутоны. Полина смотрела на них обоих и понимала, что мужчины правы.

— Что это?

— Кольцо, конечно.

Герман открыл коробочку, на черной бархатной поверхности лежало кольцо, такое странное, два тонких ободка соединенных вместе, одно было усыпано белыми камнями, другое черными.

— Это что, бриллианты?

— Конечно. Их два, потому что двое нас, они вместе, потому что мы всегда будем вместе.

Все, слезы полились ручьем, сердце Полины билось, словно бешеное. Это было так трогательно, так мило и так красиво, что хотелось кричать от счастья.

— Надень сама, а кто официально станет мужем, скажешь потом.

Кольцо идеально подошло, так красиво смотрелось на руке.

— Герман.

— Да?

— Спасибо. А еще я беременна.

Полина шмыгнула носом, Герман посмотрел внимательнее, девушка смотрела то на кольцо, то ему в глаза.

— Правда?

— Правда, правда. Немец, можешь не сомневаться, и теперь там точно девочка. И давайте уже напьемся по этому поводу. Нам вискарь, Полинке компот, Сашке титьку.