Глава 6. Стефан Келлер

В просторном зале ресторана «Лунный этаж» приглушенно играла музыка. Еще не наступило обеденное время, в помещении царило умиротворение. Редкие работники здания проводили деловые встречи с видом на город, но их было совсем немного. Я выбрал столик неподалеку от черного рояля, установленного рядом с окном. Это место выбрал неслучайно. Несколько лет назад я впервые не увидел, а услышал Маттиаса. В холле отеля, где остановился в том году. Я шел мимо, собирался покорить на горе новую высоту, но услышав необыкновенно красивое исполнение неизвестной мелодии – остановился. Звучание заворожило меня настолько, что я вернулся от дверей, за которыми уже был одной ногой, в холл. В пустом тогда зале, за стареньким пианино сидел худенький паренек. У него тогда была короткая стрижка, совсем такая, как сейчас. Длинные пальцы порхали над клавишами так легко, будто бы даже не касаясь, одним своим полетом создавали чудесную музыку. Меня привлек его затылок и ровная линия плеч, стройный корпус, прикрытый черной битловкой. Мальчишка кого-то ждал, потому что его перчатки, шапка и очки лежали здесь же, на кресле. До пояса был натянут лыжный костюм. Он просто присел в ожидании за инструмент и… даже не подозревая об этом, разорвал мою душу в клочья. Я бесшумно обошел его и опустился в кресло на некотором отдалении от Маттиаса. Беззастенчиво наблюдал за ним – за полетом прекрасных рук с тонкими мужскими запястьями, за его красивыми губами, произносившими бесшумно слова незнакомой мне песни. За его трепещущими длинными ресницами, прикрывшими необыкновенный глаза. Я тогда еще не знал, что влюблюсь в эти глаза еще больше, чем в его руки.

Я так увлекся им, что не заметил, как к молодому музыканту сзади подошел какой-то парень и с размаху влепил первому подзатыльник. Мои пальцы вцепились в подлокотник кресла, первым порывом было вскочить и размазать урода, посмевшего прикоснуться к ангелу своими грязными руками по стенке. Однако в этот миг Маттиас открыл свои невероятные глаза! Это было поистине волшебно! Глаза сияли – их необыкновенная расцветка приковывала к себе внимание окружающих, в числе которых первым на очереди был я. Его глаза были разными – один светло-карий, а второй аквамариновый – и это сочетание словно таило в себе жаркое лето посреди зимы. Как будто все три жарких месяца на какое-то время спрятались в его глазах и только этот паренек мог решать, когда лето вернуть людям и заслужили ли они его…

– Маттиас! – по-русски выплюнул подошедший парень его имя. – Тебе чего предки сказали? Ты должен научить меня спускаться с горы. Нечего здесь сидеть, айда на улицу – меня девчонки ждут. Вставай, пошли!

Чуть позже я порадовался, что не вступился за Маттиаса, он бы мне этого не простил. Я как околдованный, отправился за ними на ту же гору. На самом деле – это была крохотная горка, но второй парень, которого должен был обучать Маттиас, совсем не умел кататься на лыжах. По сравнению с музыкантом, этот второй был настоящим неотесанным увальнем – он был выше и крепче, но его тело было ватным – видно, что никогда не занимался спортом. Что делает на горе – совсем не понятно. И почему Маттиас его слушает? Работает на него? Я тогда попробовал познакомиться – как только увалень съехал с горы, а музыкант остался на месте, я спустился к нему и заговорил:

– Привет! Заметил, что учишь кататься на лыжах?

Глаза с заточенным внутри себя летом, поднялись на меня – они искрились на солнце и не смотря на плохое настроение молодого человека, излучали только добро и тепло.

– Нет, я не учу. С чего вы взяли?

– Ты учил того парня, – я думал, что махнул головой, на самом деле даже не пошевелился – просто потому, что утонул в его лете.

– Того? – весело переспросил Маттиас. – Это мой старший брат. Он не очень любит спорт, попросил показать.

– А ты?

– Что?

Кашлянув и прочистив горло, я тоже улыбнулся:

– А ты любишь спорт?

Музыкант пожал худенькими плечами:

– Я им живу, – он посмотрел вниз, туда, где приземлился в сугроб его старший брат. Увалень ругался на всю гору. – Простите, я должен ему помочь!

Он уехал, оставив меня на горе в восхищении смаковать его магическое имя. Маттиас… Позже я искал о нем данные в сети, и первое, на что наткнулся, на толкование, значение этого имени. Маттиас – подарок бога. Немного удалось узнать. Подростком он засветился на нескольких соревнованиях по спорту. Но была еще и одна статья на финском, откуда я и узнал, о его родителях, о нем. Статья была небольшой, все больше об их заводе и о планах на будущее. Его отец очень гордо заявил, что готовит Маттиаса к тому, чтобы он стал достойным наследником. Он отправляет парня учиться в Россию, чтобы тот нашел себе друзей, познакомился с жизнью и стал человеком. Все время, что я пробыл в Альпах в тот год – я наблюдал за ним. Так или иначе постоянно оказывался неподалеку. Меня тянуло к нему как магнитом. Несколько раз чуть не сорвался на его брата – увалень любил переступать черту. Я сохранил дистанцию только потому, что знал – Маттиасу только семнадцать. В ту пору было. Никому бы не понравилось вмешательство взрослого мужчины в дела юноши. Лишь по этой причине держался в стороне, дав себе обещание, вмешаться только если его жизни и здоровью будет что-то угрожать. Увалень хамил, вел себя невоспитанно, но черту не переступал. Еще несколько раз мне посчастливилось слышать его божественную игру на фортепьяно. До того, как он покалечился во время местных соревнований и перед его отъездом. Я отпустил его – парень был слишком молод. Но с тех пор не забывал. Каково же было мое удивление – увидеть сегодня его глаза, в которых навсегда заключено лето, сегодня у себя в компании! Конечно же! Маттиас должен был отправиться учиться в Россию! Но не только! Он отправился на поиски работы и очень быстро ее нашел. К тому же, сегодня ему не семнадцать, а двадцать один. И он больше не будет моим сном.

– Присядешь или будешь и дальше стоять?

Он поднялся в ресторан, как я его и просил. Отчего-то пугается меня, хоть я пока повода не давал. С тех пор он почти не изменился – фигура так и осталась жилистой, почти мальчишеской. Рост совсем невысокий, нежный ангел остался ангелом. Подмывало отодвинуть для него стул – настолько хрупким казалось его на самом деле очень спортивное тело. В этом свитере и джинсах, по-модному болтавшихся на нем, выглядел еще более беззащитным, чем тогда, в горах.

– А о чем мы должны поговорить? – Маттиас сам отодвинул свой стул и опустился на него. Я сел напротив.

– Я пригласил тебя на чай, как старого знакомого. Слышал, что случилось с твоими родителями – хотел сказать, что мне очень жаль.

– Откуда вы могли слышать?

Нам принесли меню, Маттиас взял одно, раскрыл и уставился с недоверием на меня.

– Мы уже давно работаем с твоим заводом, да ты и сам должен был знать это.

– Завод еще пока не мой, – парень насупился, опустив глаза в меню.

– Не твой? Твоего брата?

Маттиас отрицательно покачал головой:

– Согласно завещанию, заводом сейчас руководит управляющая компания, я вступлю в права наследства лишь по достижению двадцати пяти лет. Мои родители хотели, чтобы до этого я научился всему и только потом брал ответственность за людей на себя.

– Хорошее желание, – кивнул ему в ответ. – Раз так, я очень рад, что ты попал к нам. Я надеюсь, что тебе здесь понравится.

Маттиас заказал зеленый чай. Неужто и вправду разлюбил шоколад? Я все еще вспоминаю, как в больнице он пил то, что я приносил ему. Хотел угодить, подбодрить – выиграв с Маттиасом соревнование, я получил хоть какой-то хлипкий предлог, чтобы навещать его в больнице.

– Мы работаем с заводом твоих родителей, мне очень нравится продукция и цены. Будет приятно, если у нас ты получишь необходимый для себя опыт. Я не знал о твоей цели, теперь обязательно подумаю, с деятельностью каких отделов познакомить тебя, чтобы ты получил максимальные знания.

– Я не хочу, чтобы вы выделяли меня среди других, – вдруг резко отреагировал маленький подарок бога. – Отправляя меня в Россию, родители желали, чтобы я работал как обычный человек, работник, чтобы начал с самого низа и сам сделал все для того, чтобы заслужить повышение и там тоже доказал свои способности. Если вы планируете так сделать – то я буду искать другую работу.

Честно признаться – я дрогнул. Что? Не успел я обрадоваться, как он хочет уйти?! Не-е-ет… Этому не бывать! Мне потребовалось несколько долгих мгновений, чтобы обдумать и взвесить свой ответ.

– Если так – то никаких поблажек. Ты получишь повышение только в том случае, если реально заслужишь его. Я уважаю желание твоих родителей, на самом деле, они очень мудро поступили, дав тебе именно такое задание.

Говоря это, я увидел, как напрягшийся было Маттиас и готовый к защите, немного расслабился. Он и вправду был готов уйти?! Я продолжил еще более осторожно:

– У нас хорошая компания. И сотрудники. Серьезные задачи, как ты уже мог слышать на планерке. Надеюсь, ты справишься с должностью, на которую был назначен?

Я рискнул и… победил! Бросил вызов его самолюбию, и он его принял. Лето в его разноцветных глазах взорвалось красным заревом! Мальчишка гордо вскинул голову:

– Я справлюсь! Увидите!

– Отлично! – я позволил себе легкую улыбку. – Рабочее настроение – это прекрасно! Я всегда рад рвению новых сотрудников. Рад, что мы это обсудили. Ты можешь всецело доверять мне – я не нарушу своего слова – поблажек из-за нашего знакомства или твоего статуса не будет. Если ты опоздаешь на работу – будешь оштрафован, как и другие.

Я сделал паузу, дав ему, тем самым, окончательно успокоиться. Сменил тон:

– Кстати. Только что вспомнил. Помнишь тогда, в Альпах? Мы с тобой выиграли соревнование. Ты уехал и забыл свою награду, а из-за твоей ноги мы так и не отпраздновали победу. Что скажешь, если я приглашу тебя завтра заехать ко мне – отдам тебе приз. Там еще несколько распечатанных фотографий. Если помнишь, их вручают организаторы. Ты тогда отболел все время, а я как-то забыл. Теперь вот могу отдать.

Его длинные пальцы задумчиво поглаживали кружку с чаем.

– Если не хочешь – я привезу в офис. Просто обрадовался, увидев старого знакомого на работе. Не думал, что тебе будет настолько неприятно. Прости.

И снова в точку! Маттиас не смог обидеть меня, он пошел на попятную. В результате – я получил надежду на свидание!

– Нет, почему. Мне не неприятно, я не ожидал. Немного… Спасибо, что сберегли приз. Я… мне не сложно, я приеду к вам в гости. Могу чем-то вас отблагодарить? Что-то привезти к… – он замешкался, пока глаза, спрятавшие ото всех лето, не наткнулись на его кружку, – к чаю?

Мне не нужно было ничего, кроме его внимания. Но я должен был доиграть до конца, чтобы он чего-нибудь не заподозрил. Надо было дать ему задание, чтобы, занимаясь им, он не думал о правильности или неправильности нашей встречи и моего приглашения.

– Привези… привези свежий французский хлеб. Если найдешь – багет. А я позабочусь о сырном фондю. Мне не с руки на машине по центру крутиться. Пятьдесят на пятьдесят – согласен?

Он согласился. Мне пришлось завершить наше чаепитие – для первого раза этого было даже замного. Для него. Но как только он покинул ресторан, я занялся поиском одной вещи. У меня были всего лишь сутки, чтобы выбрать, купить и установить… рояль в своей гостиной.