Глава 1 Прилетела одна, улечу с загаром и ящиком рома

Шлюз распахнулся, и я шагнула на трап, в тёплый воздух Проксимы. Влажный, густой ветер подул в лицо, забрался под лёгкую тунику и повеял корицей. Я зажмурилась на секунду, вдохнула полной грудью и приоткрыла рот от удовольствия.

Розовое небо висело низко над головой, три луны, всё ещё бледные в дневном свете, торчали над горизонтом тремя неровными жемчужинами. Где-то вдалеке переливались изумрудные дюны. Идеальное начало отпуска. Именно то, что доктор прописал.

Космопорт встретил прохладой. Биометрическая арка считала мой профиль за секунду, и голографический штамп лёг в галанет-папку с мягким перезвоном. Чемодан подкатился сам, пристроился у ноги и замер, подмигивая индикатором. Умный багаж обожал меня. Я его.

Аэротакси спикировало с неба, распахнуло дверцы и огласило окрестности дурацким сигналом в три ноты. Мой чемодан вздрогнул и придвинулся ближе. За рулём сидел водитель, кожа цвета светлого песка, глаза сплошь серебряные, без зрачков. Он повернулся ко мне всем корпусом и расплылся в улыбке.

— Впервые у нас, госпожа?

— А так заметно?

— У вас лицо человека, который ещё не видел фиолетового моря, — хмыкнул он. — Держитесь. Будет красиво.

Такси взмыло над космопортом и понеслось над дюнами. За окном разворачивался пейзаж, от которого у меня напрочь отключилась способность вести светскую беседу. Песок мерцал зеленью, красиво, но глаз быстро привыкает. А вот море… Море было фиолетовым. Серьёзно. Как будто вылили цистерну чернил. Но закат их разбавил, и получилось что-то такое… Я прилипла к стеклу и честно выпала из реальности.

Водитель что-то рассказывал. Какие-то байки про крабов, три луны и купание в неположенных бухтах. До меня долетали обрывки:

— … передразнивают всех подряд… беззлобные… но если заржёте в ответ обидятся…

— … приливы сумасшедшие… унесёт в Открытый глаз… был случай…

Отель «Изумрудные дюны» показался из-за барханов внезапно. Комплекс раскинулся по побережью мягкими обтекаемыми полусферами, утопленными в зелень и песок. Никаких небоскрёбов. Всё дышало покоем.

Такси опустилось у центрального входа, выложенного перламутровой плиткой. Я выбралась наружу, подхватила свой взволнованный чемодан и направилась к дверям. Вот оно. Десять дней. Мои.

Стойка регистрации встретила меня холодным блеском и приятной тишиной. За ней стояла девушка с кожей оттенка зелёного чая и антеннами, подрагивавшими при каждом движении. Антенны ловили моё настроение, я точно знаю.

— Добро пожаловать на Проксиму! — улыбнулась она. — Ваше имя, госпожа?

— Катерина. Можно просто Катя.

Девушка застучала пальцами по голограмме, сверилась с данными и пододвинула ко мне высокий бокал с бирюзовой жидкостью. Субстанция искрилась и пахла чем-то смутно знакомым.

— Приветственный коктейль «Изумрудный рассвет». За счёт отеля.

Я понюхала. Сделала глоток. Вкус оказался как бабушкин компот, если твоя бабушка инопланетянка. Сладко, с кислинкой и лёгким покалыванием на языке.

— Неплохо, — прокомментировала я.

Она удовлетворённо кивнула и выложила на стойку матовый браслет.

— Это ваш курортный браслет. Синхронизирован с профилем. Функции: здоровье, карта, меню, досуг, служба знакомств…

— Стоп, — я подняла ладонь. — Что за служба знакомств?

Девушка улыбнулась.

— Наш слоган: «Прилетишь один — улетишь с семьёй». Браслет помогает найти… оптимального партнёра.

Усмехнулась и взяла браслет в руки.

— Я улечу с загаром и ящиком рома. Семья не планируется.

Щелчок и он уже на запястье. Прохладный, лёгкий, почти невесомый. Покрутила руку, прислушиваясь к ощущениям. Вроде ничего. Хотя… кажется, потеплел. Или показалось? Нет, точно потеплел. Мягко, будто кто-то погладил запястье бархатной лапой. А потом в голове замурлыкало. Мужской баритон с ленцой, как у ведущего ночного радио, который точно знает, что его голос заставляет женщин прикрывать глаза.

— Добро пожаловать на Проксиму, Катерина. Ваш статус: одинокая самка. Репродуктивный возраст оптимален. Анализ предпочтений завершён. Рекомендую обратить внимание на гостя курорта: бунгало 1256, самец, раса терранец, возраст 31 год, рост 189, вес 92. Родословная: отец дипломат, мать биоинженер. Сходство во вкусах 94%. Совместимость в сексе 96,3%. Желаете познакомиться?

Я застыла с коктейлем в руке. Антенны администратора заходили ходуном, подрагивая сильнее прежнего. Она явно уловила мой эмоциональный всплеск и понимающе улыбнулась.

— Браслет уже нашёл вам пару? Поздравляю! Это новый рекорд курорта. Обычно требуется хотя бы час.

— Он только что назвал меня «одинокой самкой» и предложил «бурную ночь без обязательств» с незнакомцем, — сообщила я. — Это вообще законно?

Антенны администратора дрогнули. Она явно сдерживала смех.

— Абсолютно. Просто вы первая, кто так бурно реагирует на слово «самка». Обычно все смеются.

Браслет продолжил с готовностью:

— Гость из бунгало 1256. Желаете, чтобы я отправил приглашение на ужин? Доступны варианты: «Лёгкий флирт», «Серьёзные намерения», «Бурная ночь без обязательств».

Я поставила коктейль на стойку. Рука слегка дрогнула.

— Откуда ты вообще знаешь мои предпочтения? И совместимость в сексе 96,3 ты что, мой гормональный фон просканировал?

— Да отовсюду. Гормоны ваши, психосоматика, история поиска… Ну и лайки. Куда ж без лайков. Стандартный пакет «Интим-гид Проксимы». Желаете ознакомиться с пакетом «Расширенный»?

Вдохнула. Выдохнула. Досчитала до трёх. А про себя подумала: 189 роста. Девяносто два килограмма. Наверняка качок с гипертрофированным эго, хроническим недосыпом и интеллектом гантели. Такие обычно клюют на блондинок, а не на пухлых врачей с сарказмом. Так что мимо, браслет. Мимо.

Браслет в голове хмыкнул.

— Зафиксировал преждевременное суждение «качок с интеллектом гантели». Статистика говорит: 96,3% это не только физиология. Это интеллектуальная совместимость, эмоциональный резонанс и чувство юмора. А чувство юмора у гантели отсутствует. Делайте выводы, Катерина.

Я шумно выдохнула.

— Так, браслет. Давай сразу договоримся. Ты молчишь. Я отдыхаю. Никаких самцов, никаких бунгало, никаких 96,3%.

— Принято. Включаю режим «Молчаливый свидетель». Однако предупреждаю: статистика говорит, что 98% одиноких самок, включавших этот режим, находили пару в первые трое суток.

Я мысленно прищурилась. Ну или как это назвать, когда ты смотришь в стену, а внутри тебя закипает профессиональное упрямство. И тут мелькнула шальная мысль: А таксист? Ну тот, с глазами-блюдцами. Он вообще в чей-то процент входит?

Браслет аж вздрогнул, явно обрадовался:

— Водитель такси. Арктурианец. В браке. Трое. Совместимость 23,7%. Не советую.

— Я не спрашивала!

— Мысленно спросили.

Я застонала. Администраторша уже откровенно тряслась, делая вид, что трёт стойку. Антенны у неё ходили ходуном, ещё чуть-чуть, и взлетит.

— Ладно. Возвращаясь к твоей дурацкой статистике. Я и буду этими 2%. Гордыми.

Браслет помолчал. Переваривал? Или делал вид. У этих электронных свах, зуб даю, чувство драмы будь здоров.

— Записано. Наблюдаю молча. Отдыхайте, Катерина.

Подхватила чемодан, попрощалась с администратором и двинулась к бунгало. Мой домик прятался в зелени, чуть в стороне от главной аллеи. Дверь с голографическим номером 1240 бесшумно отъехала в сторону, и стоило мне переступить порог, как я забыла все клинические случаи за этот год. Абсолютно все. Они утонули в фиолетовом море, которое плескалось прямо за стеклянной стеной от пола до потолка.

Я даже не сразу заметила открытую террасу с гамаком и мини-бассейном. И гигантскую круглую кровать посреди спальни заметила только со второго взгляда. Скинула тапочки и с разбегу упала на кровать лицом вниз. Застонала от счастья. Всё. Отсюда я не выйду. Десять дней. Буду лежать. Отращивать чешую. Как местная русалка.

Полежала минуту. Потом заставила себя встать и осмотреться. Ванная с душем, мини-бар с графином бирюзового ликёра. В шкафу халат, тапочки, пляжное полотенце, всё белое, пушистое и пахнет счастьем. Вышла на балкон. Вид открывался такой, что я всерьёз задумалась продать почку и остаться тут жить. Слева дюны, справа море. Браслет на запястье потеплел, сильнее, чем в прошлый раз. Будто отозвался на чужую гравитацию. Или на моё настроение. Я не успела решить, что именно, тепло уже схлынуло.

Вернулась в спальню, открыла чемодан. Стопка фэнтези-романов на тумбочку. Три купальника, парео, шорты, шляпа, аптечка. Вытащила самый яркий, бирюзовый с белыми вставками и встала с ним перед зеркалом.

Приложила купальник к груди, подбоченилась и оглядела себя с удовольствием. Голубые глаза блестели. Веснушки, рассыпанные по носу и щекам, уже чуть проступили от местного солнца. Светлые волосы растрепались после перелёта. Грудь, которую я наконец полюбила, гордо обтягивал дорожный топ. Я подмигнула отражению.

— Катя, девочка моя. Ты пышечка. Ты красотка. И ближайшие десять дней ты ленивая, счастливая и ничья. Поняла?

Отражение улыбнулось мне в ответ. Я натянула купальник, повязала парео, схватила шляпу и крем от загара. И тут в голове снова замурлыкало.

— Катерина, прошу прощения. Не удержался.

— Я же сказала молчишь! У нас договор.

— Понимаю. Однако разрешите один вопрос напоследок. Чисто статистический интерес: вы сознательно игнорируете 96,3% совместимость, или мне подобрать вариант с более высоким процентом? Потому что 96,3 это практически рекорд. Такое раз в сезон бывает.

Я нашарила сандали и сжала их в руке.

— Ты вообще в курсе, что такое личное пространство?

— В рамках стандартного пакета «Интим-гид» нет. В рамках «Расширенного» частично. Желаете ознакомиться?

— Браслет. Последнее предупреждение.

— Молчу. Но гость из 1256 сейчас на пляже. В синих плавках. Загорает. Один. Просто к слову.

Я застонала.

— О боже.

— Записываю реакцию «О боже» в профиль. Приятного отдыха, Катерина.

Хлопнула дверью громче, чем планировала, и почти выбежала на дорожку. Врагу не пожелаешь такой браслет. Даже самым вредным пациентам.

Тропинка к пляжу вилась между невысоких барханов, усыпанных мелкими алыми цветами. Пахло нагретым песком и чем-то цитрусовым, будто кто-то раздавил под ногами сотню мандаринов. Я шагала бодро, предвкушая волны и шезлонг, и вдруг фыркнула от смеха. Вспомнила баритон браслета: 'Записываю реакцию ". Вот же хам электронный.

И тут же услышала смешок. Точь-в-точь мой собственный. Остановилась. Ещё смешок. На камнях сидела стайка крабов песочного цвета. Они смотрели на меня бусинками глаз и копировали мои интонации с поразительной точностью. Я сузила глаза.

— Эй! Я так не смеюсь!

— Эй! Я так не смеюсь! — хором ответили крабы.

Я уже смеялась в голос.

— Ну знаете… Это уже наглость.

— Наглость! Наглость! — заверещали они.

Я пошла дальше, улыбаясь до ушей. Крабы проводили меня смехом, и с соседнего камня вдруг отозвалась другая стайка, будто перекличка пошла по всему пляжу. Я аж залипла. Представила: сидит там главный краб. Матёрый такой. Усищи во! Каска из скорлупы, наверняка ещё и ракушками звякает. Орёт на всю округу: Пародируем по моей команде! Раз, два… наглость! Короче, военком пляжный.

Если тут вся фауна с чувством юмора, скучно мне не будет.

Пляж показался за поворотом, изумрудный песок, фиолетовая вода и шезлонги в виде гигантских ракушек. Бар «Звёздная пена» сверкал у кромки воды. Я вдохнула солёный воздух и ступила на песок, готовая к десяти дням блаженства.

Три луны висели над горизонтом, и на секунду мне показалось, что они смотрят на меня. Ждут. Крабы притихли. Даже ветер стих. Я не придала этому значения. А зря. Потому что именно в этот момент космос перестал потирать ладошки и перешёл к активным действиям.