Глава 23

Олег Вваливаюсь в свою квартиру. Только что позвонил отец и потребовал объяснений из-за случившейся драки. А что я ему скажу? Что заревновал малышку Тосю к брату? Причем так сильно, что будто с цепи сорвался? Или что? Влюбился я в Тоську. Словно молнией шарахнуло и все… Один гребаный день перевернул всю мою жизнь. Стягиваю рубашку и брюки прямо на ходу и ковыляю в душ. Нужно будет раны обработать. Наверняка сестричка испугалась. Но какая она была красивая! В тоненькой маечке без лифчика. И соски торчали… блядь, как мне теперь ее стоячую грудь выбросить из головы?! Бросаю боксеры в корзину для белья. Встаю у зеркала и смотрю на заплывший глаз. – Ну пиздец, Егорка… наворотили мы дел, – хмыкаю, затем захожу в душевую кабинку, – какие нахуй переговоры теперь? Пока настраиваю воду, думаю о Тосе. Безумно хочу написать ей сообщение. Извиниться. Она наверняка испугалась и ничего не поняла. Но ее образ стоит перед глазами. Опираюсь спиной на кафель, опускаю руку к члену. Никто не узнает, что я делаю. Это пиздец странно, но от этого желание лишь усиливается. Огромные голубые глаза сводной, ее хрупкая фигурка и небольшая стоячая грудь пускают мою фантазию во все тяжкие. – Сука, – рычу, крепко сжимая член. Слишком ярко представляю Тосю. Какая она нежная в постели. Как мой член погружается в ее мокрую и узкую киску. И как она стонет… так, сука, сладко стонет! Так крепко мой член не стоял никогда. Нет, проблем с эрекцией у меня никогда не было, но то, что происходит сейчас… это за гранью. Он просто каменный от одной мысли о сводной сестричке. Оргазм накатывает почти мгновенно, разбивает меня вдребезги. Стою, заливаю спермой кулак и пытаюсь отдышаться. Кончаю долго… яйца все никак не опустошаются. Затем второй раз и третий… Позорно дрочу на Тосю. Никто, кроме меня, об этом никогда не узнает. И когда, наконец, мой член опадает и больше не поднимается даже на мысли о сводной, я тщательно смываю свой грех и выхожу в спальню. Нихуя легче не становится, но хотя бы яйца пустые и мозги более-менее трезвые. Пишу Тосе извинительное сообщение в надежде, что она завтра сходит со мной позавтракать. И она соглашается. Это здорово поднимает мне настроение. С утра заезжаю к семейному врачу, чтобы он привел в порядок мою рожу. Тося дала мне шанс, и я его не проебу. – Всем доброе утро! – захожу в надежде увидеть свою сладкую сестричку и замираю. Тося невероятно красивая сегодня. Обтягивающие голубые брючки, туфельки на каблуке и блузка. Да, застегнутая на все пуговицы, наша сестричка ведь хорошая девочка. А эти длинные белые волосы, собранные в строгий хвост, так и хочется накрутить на кулак и… – Доброе, – сухо здоровается, разбивая все мои фантазии. Замечаю тень недовольства на ее личике. Подхожу. Вижу довольную физиономию Ленки, скрежещу зубами. Наверняка, стерва что-то наплела малышке Тосе. – Тося, как ты себя чувствуешь? – Сейчас будет кофе, Олег Борисович, – утыкается в бумажки, ее щеки розовеют. Гневается? Интересно, что я уже успел сделать не так? Но я не намерен просто так сдаваться. Опираюсь кулаками на ее стол. – Таак? И что у нас случилось? – говорю тихо, чтобы Ленка не услышала и всякой дряни не надумала про нас с помощницей. – Ничего, – ее голос сухой и безжизненный, словно пустыня Сахара, – пойду сделаю кофе. Ну уж нет! – Тося, зайди ко мне, – спокойно говорю, но она улепетывает в сторону кухни. – Пойду подпишу бумаги в секретариате, – хмыкает Ленка, встает и цокает каблуками в сторону выхода. Я захожу в кабинет, какое-то время меряю его шагами. Надолго меня не хватает, подрываюсь на нашу кухню и нахожу там свою сестричку. Она всхлипывает. – Тось, в чем дело? – закрываю дверь, подхожу к девушке. – Почему ты плачешь? – Я не плачу, – дрожащий голос выдает ее с потрохами, – сейчас кофе будет. Сейчас… Она пытается насыпать кофе в кофеварку, но ее пальчики дрожат. Все рассыпается на стол, Тося какое-то время смотрит. Затем закрывает лицо руками. – Оставь, – мягко отодвигаю ее, беру тряпку и вытираю рассыпанный кофе, – лучше расскажи, почему ты так расстроена? Осматриваю ее. – Ты сегодня очень красивая, Тось, – ловлю взглядом легкий румянец, выступивший на ее щеках. – Спасибо, – лепечет, садится на стул. Кладет руки на коленки, вся такая правильная девочка. Сука, член тут же оживает. Да я вчера раз шесть дрочил на неё! – Что Лена тебе сказала? – запустив кофемашину, присаживаюсь напротив сводной. – Ничего, – она отворачивается, но я ловлю ее личико и разворачиваю к себе. – Ты обманываешь, – коротко говорю, стараюсь быть мягким, – рассказывай. – Я сломана, Олег, – тихо говорит, – сломанная кукла, которую не починить. В груди начинает неприятно жечь. Я прищуриваюсь, пристально смотрю на Тосю. – С чего ты это взяла? – Так и есть. Я думала, что смогу начать нормальную жизнь, но меня выбивает из колеи буквально любое слово, – всхлипывает. – Что она сказала? – теряю терпение, хочу прямо сейчас уволить Ленку нахуй. Вот привязалась к моей Тосе! Сегодня же потребую у Егора решить этот вопрос. – Что ты… просил свою бывшую помощницу сделать тебе массаж, – она краснеет, кусает губы, – также, как меня вчера. – А откуда она знает, что вчера ты массировала мои плечи? – смахиваю выбившуюся белую прядку с лица Тоси. Глаза сводной становятся огромными. Она поджимает губы. Я на них залипаю… – Она подслушивала и сегодня просто решила испортить тебе настроение, – улыбаюсь, – Тось, я никогда не спал со своей помощницей. Клянусь тебе. И массаж мне от неё не нужен был. – Почему ты объясняешься? – Хочу, чтобы ты мне доверяла, – в порыве нежности накрываю ладошку сводной. Воздух вокруг мгновенно раскаляется, в узкой комнатушке становится еще теснее. Тося поднимает глаза. Наши взгляды сталкиваются…