Глава 17

Яна – Ты уверена, что хочешь этого? – горячий, словно вулкан и колкий, как лед голос сводит с ума, – пути назад не будет, принцесса. – Смотря, что ты имеешь в виду, – облизываю губы, слегка поворачиваю голову. Клим странно на меня влияет. Я вся горю и пылаю, но боюсь. Страх, словно острый перчик, приправляет мое возбуждение и делает его еще сильнее. – А ты? – пристальный взгляд почти черных глаз впивается в меня. – Я хочу уединиться с тобой, – переминаюсь с ноги на ногу, потому что внизу живота у меня пожар. Но нужно держать лицо. Так что плечи расправлены, подбородок вздернут. Это внутри у меня такой клубок чувств, что не разобрать. Снаружи Яна Чикина – ледяная принцесса. – Умница, – ладонь Клима сползает вниз и незаметно для всех касается моей попки, – хорошо держишься. Мне нужно отойти на пару минут. И прежде, чем я успеваю открыть рот в возмущении, Уолс исчезает среди гостей. Я остаюсь одна с бокалом шампанского в руках. – Заскучала? – рядом откуда-то материализуется Мартынов, уже без своей сисястой соски. – Отнюдь, – отрезаю, – тут просто великолепно. – Даже не скрываешь сарказм. Ядовитая, – усмехается мужчина, – твое шампанское уже остыло давно. Ты держишь его для того, чтобы все вокруг думали: эта красавица совершенно не настроена на знакомство. А познакомиться с тобой хотят многие, Яна. Болтливый какой… – Вы все так много говорите, Евгений? – смотрю на него в упор. – Если прочитали мою позу, то зачем подошли? Я не настроена знакомиться… – Мы уже знакомы, – парирует, затем вытаскивает из моих пальцев флюте с остывшим игристым. Подзывает официанта. Ставит мое шампанское, берет бокал с красным вином. Протягивает мне. – С чего вы решили, что я люблю именно его? – выгибаю бровь, не беру предложенный напиток. – Потому что ты, Яна, воплощение красного вина. Терпкая, на первый взгляд легкая. Но стоит пригубить, и раскрываешься с новой стороны. На кончике языка играет нотка ягодной сладости. Но если немного подержать во рту, снять первый слой и вслушаться в аромат… то ощутишь глубину табака и изысканную кислинку. Вздрагиваю. Я чувствую угрозу в голосе Мартынова. Беру вино. – Вы меня соблазняете? – стараюсь скрыть дрожь в голосе. Именно сейчас я в полной мере осознаю, где нахожусь. Бассейн с акулами, пираньями, крокодилами и прочими гадами. Они ходят вокруг, высматривая добычу… Сегодня я – блюдо на их пиршестве. – Вряд ли я способен на такое, Яна, – Мартынов усмехается, на первый взгляд добродушно. Но он вовсе не простой мужчина. Мурад сказал, что я могу ему доверять… – Тогда зачем все эти витиеватые фразы, если вы сами слышали, как я их ненавижу? – иду в атаку, показывая, что ему меня не сломать. – Именно поэтому. Я так чувствую в отношении тебя. Но все же не буду ходить вокруг да около. Стань моей женой. Эээ… Округляю глаза. С ума сошел?! Где, черт подери, носит Клима и Мурада, когда они так нужны?! – Я не собираюсь замуж в ближайшее время. Но когда соберусь, так и быть, рассмотрю вашу кандидатуру, Евгений, – залпом осушаю бокал. Терпкий ягодный аромат наполняет рот. Мартынов и правда выбрал хорошее вино. – Уже завтра все эти люди будут осаждать дом Мурада, чтобы предложить тебе наиболее выгодный брак. Я в очереди стоять не намерен, – Мартынов берет мою руку, слюнявит ее. Мне не нравятся его касания. Чувствую себя одиноко среди всех этих людей. Клим! Мурад! Куда вы делись? – Я это учту, – улыбаюсь, спешу отодрать ладонь от его губ, – только у меня вопрос… – Я весь внимание. – Как же ваша жена? Милана… Он усмехается. – Милана – это просто игрушка. Хоть она и считает себя моей женой, заглядывает мне в рот и готова в постели выделывать цирковые кульбиты, у меня иное мнение. Я никогда не женюсь на голодранке. Ты еще очень молода, Яна. И не понимаешь, что брак, он не про любовь. А про расчет. Неправда! – То есть если я соглашусь на ваше предложение, то у вас будут… кхм… девицы разной степени… цирковатости? – выгибаю бровь. – Ты тоже можешь трахаться с Уолсом или Мурадом. Или с ними обоими. Единственное условие будет – делай это так, чтобы никто не знал. – Я рассмотрю ваше предложение, – сдавленно шепчу. Нет! Ни за что! – Буду рад, – он улыбается и уходит. А я спешу к выходу. В легких заканчивается воздух, от концентрации лицемерия он стал невыносим! И когда я пробегаю мимо крайней к двери колонны, меня хватают за руку. Тянут куда-то… – Клим? – смотрю на мужчину, разъяренного, играющего желваками. Он затаскивает меня в туалет. Впечатывает в стену. Нависает сверху ледяной горой. Его грудь высоко вздымается. – Рассмотришь его предложение, значит? – цедит, затем больно впивается пальцами в мое бедро. – Клим… отпусти, мне страшно, – сглатываю, от злости в его глазах рассыпаюсь в пыль. – Ты хотела уединиться, принцесса, – рычит, ведет рукой все выше и выше. – Это ты меня оставил… ушел… – выдыхаю, ощущая, как страх трансформируется в возбуждение. Низ живота напряжен, я постепенно расслабляюсь. Это Уолс… он не обидит меня. Не сделает больно. Он просто ревнует. Рядом с этим мужчиной я могу отпустить себя. Показать, чего хочу на самом деле. – Принцесса… – хрипит, когда я кладу ладонь на его ширинку. Там все мгновенно твердеет. Вожу рукой туда-сюда. Закусываю губу, прикрываю глаза. – Что же мне с тобой сделать? – шепчет томно, вынуждая сжать ноги. – Оттрахать прямо здесь или дождаться, пока домой поедем? Выебать в машине… или уже дома? Его слова сливаются в единый горячий шум. Не понимаю, что Уолс говорит. Схожу с ума от ощущения его голоса на коже. Он на мне, во мне… вокруг меня. Тресь! Дорогие кружевные трусики летят на раковину. Еще миг, и Уолс резко подхватывает мое бедро. Ширинка расстегнута, в руке мужчины презерватив. – Ммм, – цепляюсь за его плечи, балансирую на одной ноге. Неудобно… – Если не трахну тебя, носом пойдет, – рычит, раскатывает резинку по стволу. Толчок. Мгновенное ощущение наполненности. Крик, заглушенный голодным поцелуем. И звук распахивающейся двери туалета…