Глава 14

Лиза

Несколько часов прошло в суматохе. Выбор комнат, горячие дискуссии об их стратегическом положении, потом голосования, пока, наконец, мы не остановились на небольшой библиотеке в южном крыле храма. Особенность её заключалась в том, что помещение было проходным, некогда — частью галереи, и двери её выходили на оба торца. С каждой стороны приставили по два охранника: одного дракона и одного — из храмовой стражи. Ещё полчаса драконы бурно обсуждали очерёдность своей вахты, а я сидела за столом и ковырялась вилкой в ужине, который горничные принесли прямо в зал совещаний, в ожидании, когда подготовят мою комнату, переоборудовав её под спальню.

— Чего ты такая задумчивая? — Аллен плюхнулся в кресло рядом со мной и по-свойски взял со стола небольшой сэндвич. — Сейчас всё устроим, никто тебя пальцем не тронет.

Я покосилась на ледяного дракона, впервые так близко рассмотрев его длинные ресницы с белёсыми, словно заиндевевшими кончиками. Покоя не давала мысль, что всё это не совпадение. В моей комнате из драконов бывал только он, и по удивительному стечению обстоятельств ловушка, установленная у окна, относилась именно к их типу магии.

— Мой клан не участвует в охранных мероприятиях, — сказал он, словно прочитав мои мысли. — Пока достоверно не известно, кто виноват в том, что произошло, ледяных к тебе и близко не подпустят.

— Но ты ведь близко, — не сдержалась я.

— Ты меня подозреваешь?

Изумление на его лице казалось искренним, но верить ему я всё равно не могла. Не после того, что произошло.

— На поиски Сумрака уже отправили?

— Надо Артасов спросить, это их отпрыск. Эй, Морган! Пойди сюда!

На зов откликнулся уже знакомый мне дракон щеголеватого вида. Несколько секунд я напряжённо рассматривала его, пытаясь вспомнить, где доводилось его видеть — и в памяти всплыло сегодняшнее утро. Именно с этим Морганом сцепился Сумрак по пути на завтрак.

— Чего надо? — спросил стальной дракон и нагло присел на край моего стола.

— Не могли бы вы для начала сесть в более подобающее для этого место? — холодно спросила я.

— Ой, какая у нас злая мисс Избранная, — умилённо протянул тот и потянулся ко мне, чтобы коснуться указательным пальцем моего носа, но я отшатнулась и резко встала.

— Вы уже занялись поиском Сумрака? Он пожертвовал собой, защищая меня, и всё ещё может быть жив. Я своими глазами увидела, что он упал в воду, и течение понесло его вниз по реке. Здесь есть какие-нибудь плотины, мелководья?

— Подожди, красотка, — вскинул ладони Морган. — Не гони. С чего мы вообще должны его искать?

— Он — часть вашего клана! — выпалила я. — У вас одна кровь!

— Милочка, он давно уже не является частью никакого клана! Этот ваш, с позволения сказать, Сумрак отказался от семьи, имени, клана и даже своей собственности, когда ушёл в храм, здорово разозлив старейшин. Так что никто теперь и не почешется ради него!

Я опешила.

— Что значит — не почешется? Но он же дракон! Если я правильно понимаю, как у вас тут всё устроено…

— Дракон, — фыркнул Морган. — Его не бывает на слётах, на праздниках, даже родная мать его не видела уже сотню лет. А ты говоришь — дракон! Да он поди и не обращался полностью с тех пор, как его пришиб этот Ирбис!

— Ничего не понимаю, — я села на краешек кресла и нахмурилась. Морган склонился надо мной.

— Детка, забудь о нём, — слащавым голоском протянул он. — Твой Сумрак не мужик даже.

— Что значит?..

— Яйца ему пробило, — как ни в чём не бывало пояснил дракон. — Сам-то выжил, а вот ниже пояса всё…

Он развёл руками в сочувственном жесте, потрепал меня по голове и пошёл обратно к кучке спорящих драконов.

— О чём он говорил? — ошарашенно спросила я у Аллена, который всё ещё сидел рядом. Тот пожал плечами.

— Понятия не имею. Артасы с Мару постоянно то воюют, по перемирия заключают. Спроси у кого-нибудь из них.

Мои руки сами собой сжались в кулаки, и я в бессильной злости ударила по столу.

— Если драконам до него дела нет, то уж служителям храма он был не посторонним человеком, — проговорила я, тупо глядя перед собой.

— Вон та тётка вроде не последнее место в храме занимает, — Аллен кивнул в сторону входа, и я резко обернулась. Две высокие, широкоплечие жрицы, которые давеча “готовили” меня к “ритуалу”, разговаривали с Селиной. Брат Марти стоял рядом и бросал обеспокоенные взгляды на центр, где собралась большая часть драконов. Недолго думая, я отправилась к ним.

— … в первую очередь прислугу, — Селина закончила мысль, начало которой я не слышала. — Тех, кто сейчас занимается подготовкой новых покоев, мы уже проверили, но заряда артефактов, что у нас имеются, едва ли хватит ещё на пару человек.

Та, что была главной, неторопливо кивнула. Сейчас она была в длинном платье, подол которого волочился за ней по полу, и рукава свисали до самых колен, сквозь вырезы в них виднелись бледные ладони, которые жрица сцепила пальцами перед собой.

— Возможно, в нашей сокровищнице отыщется нечто подобное.

— Это было бы более, чем хорошо! — просияла Селина. — Тогда мы сможем исключать из круга подозреваемых семь-десять человек в день. Скажите, в каких пределах исчисляется текущее количество обитателей храма? Мне говорили, что больше трёх сотен, но…

— Большая часть обитателей проживает на нижних ярусах, — пояснила вторая из жриц, чуть пониже, но всё равно способная потягаться своей комплекцией со спортсменом-баскетболистом. — Здесь расположились старшие сёстры, в женском крыле. Среди братьев есть драконы и мы, по понятным причинам, не поощряем встречи сестёр с ними без насущной необходимости.

— Однако, в нижней части храма, — подхватила главная, — около трёх сотен служителей Богини и ещё сотня обслуги.

— Девяносто семь, если быть точной.

— Они имеют доступ к верхним этажам? — уточнила Селина, так сжимая свою папку, что пальцы побелели.

— За некоторыми исключениями. Всем мужчинам закрыт вход в женское крыло, младшим братьям и сёстрам — в сокровищницы и архивы. Есть помещения, доступные только Верховным и их помощникам, но их не так много.

Селина напряжённо прикусила губы.

— Распорядитесь, чтобы никого не выпускали из храма до тех пор, пока что-то не прояснится. Мы не знаем, кто причастен к трагедии. Не можем исключать также и того, что попытка убийства была заказной и совершена руками кого-то из нижнего храма.

— Но разве это не дело рук ледяного дракона? — главная жрица вскинула бровь.

— Боюсь, мисс Эванс, что даже этого нельзя утверждать однозначно. Подобные ловушки можно не только создавать собственноручно, но и упаковывать в артефакт. Стража уже обыскивает комнату Избранной, но если он и был, то, скорее всего, утонул в реке вместе с драконом-телохранителем.

Последние слова заставили меня выйти из оцепенения.

— Мисс Эванс, — обратилась я. — Скажите, вы уже начали спасательную операцию? Драконы заняты своими заботами, и вся надежда только на храм.

— Вы думаете, Сумрак жив? — спросила младшая из жриц, а вторая задумчиво кивнула:

— Драконы обладают хорошей выносливостью, к тому же Сумрак проходил обучение у Архонта и способен вынести ещё больше. Можно обратиться к местным человеческим властям, но за этим придётся идти к мистеру Джеферсону. Женщинам храма запрещены любые контакты с людьми из внешнего мира.

— Я распоряжусь, — проронила младшая жрица и поспешила удалиться из зала совещаний.

— Елизавета, — мягко улыбнулась Эванс, — ваши новые покои готовы и уже под охраной. Позвольте мне сопроводить вас.

Я бросила неуверенный взгляд на Селину, но та успокаивающе коснулась моего локтя и мягко улыбнулась.

— Иди, отдыхай. Мне ещё нужно передать драконам информацию по поводу злоумышленника. И не переживай: уж теперь-то никто не сможет тебя и пальцем тронуть. Завтра утром жди меня до завтрака, выберем следующего претендента.

— Селин… — она обернулась. — Я ведь смогу выбирать сама?

— Конечно.

— Можно мне… подробное досье на всех претендентов?

Улыбка свахи стала шире.

— Вот это я понимаю, правильный настрой! Всё будет в лучшем виде!

И она ушла к драконам, которые теперь расположились чуть более свободно. Часть разошлась к своим подносам, часть разбилась на группки по двое-трое и тихо переговаривались. Видимо, к чему-то пришли.

— Идёмте, — жрица коснулась моей талии, и я почувствовала, как кровь прилила к щекам от воспоминаний о подготовке к ритуалу. Почему-то теперь было отчаянно стыдно.

Моя новая комната расположилась двумя этажами ниже, и, в отличие от предыдущей, окна её выходили не в открытый воздух, а на крышу нижнего яруса, образовывая подобие балкона. Это внушало иллюзию защищённости, потому что оба раза злоумышленник пытался воспользоваться высотой, однако при желании он мог бы столкнуть меня и с балкона.

Вдоль стен шли книжные шкафы. Комната была длинной, и шкафов, соответственно, здесь расположилось много, отчего пахло просто умопомрачительно. У меня даже глаза разбежались от такого обилия литературы, и теперь стало совершенно ясно: если мне придётся остаться тут взаперти до того момента, пока не отыщут убийцу, мне явно будет, чем заняться. Даже кровать с балдахином приставили к книжному шкафу, потому что свободных стен попросту не было. На полу расстелили ковры, принесли некоторую мебель, из самого необходимого.

— Вы правда думаете, что Сумрак может быть жив? — спросила я, оглядевшись.

Жрица стояла в дверном проёме, а за ней виднелись двое: страж и песчаный дракон, чьё имя мне ещё не было известно.

— Я бы не рассчитывала на это. Шансы слишком невелики.

Шансов почти нет. Я и сама это понимала: упасть с такой высоты, да ещё и с полным обморожением! Будь ты хоть триста раз дракон, выжить невозможно. Но оставить его просто так тоже было нельзя. Не по-человечески.

— У вас… — мой голос дрогнул. — … Есть какое-нибудь успокоительное?

— Прикажу приготовить для вас успокоительный чай.

— Вы уверены, что в него никто не подсыпет отравы?

— На кухне дежурит охрана, они глаз не спустят с той пищи, которую готовят для вас, — хрипловато ответил страж.

— А охрану уже проверили на чистоту помыслов?

— Восемь человек прошли проверку, — ответил дракон, который всё это время стоял со скучающим видом и рассматривал свои ногти. — Нас двоих, тех, кто у противоположной двери, двоих, ответственных за кухню, Селину Хайд и Ноа Варгаса. Завтра приступим к горничным, которые будут убирать в комнате и… насчёт остальных должны были решить на совете.

Ага, видимо по этому поводу и спорили драконы последние полчаса. Возможности артефактов ограничены, и приходится выбирать, кто представляет наибольшую угрозу.

— Я распоряжусь насчёт чая, — произнесла жрица, и дверь за ней закрылась.

* * *

Мир медленно отдалился от меня, а потом стал приближаться. Я смотрела на него с высоты птичьего полёта: подо мной в густом оранжевом свете закатного солнца проносились луга и поля, горы и долины, пока, наконец, не показалась гора с выступающими из неё окошками, крышами, с выстроенными площадками и арками, сквозь которые внутрь должны были проникать драконы.

Золотой Храм Богини Дракономатери.

Словно хищная птица, я начала пикировать вниз, спустилась к реке и понеслась вдоль течения, обгоняя ветер. Один поворот, второй, третий…

И вот, на большом плоском камне возле широкого дуба, чьи оголённые корни уходили в воду, лежал, тяжело дыша, Сумрак. Его тело всё ещё было покрыто кое-где белыми корками льда, но раскрасневшимися руками он скрёб камень, словно пытаясь ухватиться за что-нибудь.

Я вскрикнула… и проснулась.

Шея ныла, спина — тоже, руки, на которые я уронила голову, сидя за столом, онемели. Со стоном разогнулась, потянулась и, вздохнув, окинула взглядом бардак перед собой.

С книгами я засиделась до поздней ночи, и когда начали слипаться глаза, лишь на минутку прилегла на атлас западной Виригии, но, судя по ощущениям, проспала не меньше часа.

— Что за чушь мне снилась, — пробормотала я, напрягая память… и остатки сна как рукой сняло.

Он жив! Жив! Всё моё нутро трепетало от волнения в абсолютной уверенности: Сумрак сумел пережить и обморожение, и падение, и буйное течение реки! Как? Не знаю! Чёрт возьми, в этом мире происходит столько невозможного, что вещий сон — это мелочь, пустяк. Но чертовски важный пустяк!

Взгляд мой упал на лежащий чуть в стороне учебник по “элементарной анатомии драконов”, раскрытый на главе про регенерацию и самоконсервирование, и на мгновение сомнения всё-таки закрались в моё сердце. Не был ли этот сон всего лишь результатом бессонной ночи? В учебнике шла речь о том, что дракон способен выносить температуры выше и ниже нормы довольно длительное время, особенно если успевает покрыться чешуёй. Но Сумрак был обычным человеком в момент, когда его заморозило… или нет?

Я прикрыла глаза и попыталась вспомнить сон. Память услужливо воспроизвела резкий спуск к реке, движение по её изгибам и заводь с большим круглым камнем. Веки поднялись сами собой, а палец заскользил по атласу, открытому на карте Микаранто, города богов, где и расположился Золотой Храм. Легко отыскав то место, где располагалась моя бывшая комната, я стала следить за рекой. Её изгибы точь-в-точь повторяли мой сон и действительно привели меня к заводи на западной стороне.

Сердце забилось в волнении. Сошлось. Сошлось!

Не в силах сдерживать эмоции, я вскочила со стула, чуть его не уронив, и бросилась к ближайшему выходу из комнаты. Резко открывшаяся дверь заставила вздрогнуть двух охранников, в одном из которых я с удивлением узнала…

— Сумрак?! — я схватилась за дверную ручку, не веря своим глазам. Однако, в следующее же мгновение осознала, что обозналась.

Похож, очень похож. Только челюсть пошире, веки чуть нависают, создавая впечатление возраста и угрюмости. Дракон скрестил руки на груди и взглянул на меня сверху вниз:

— Реган Артас, — представился он. — Джей — мой брат.

— Джей? — не поняла я, всё ещё не веря в такое сходство.

— Вы называете его Сумрак.

— Брат? — прищурилась я и собралась было высказать всё, что думаю, но второй страж оборвал меня ещё на вдохе:

— Вы куда собрались, Елизавета?

— Да, я… отведите меня к главным драконам!

Оба посмотрели на меня сверху вниз, как на умалишённую.

— В такой час?.. — начал было страж, но теперь уже я оборвала его:

— Сейчас же!

— Слово Избранной — закон, — бархатистым басом произнёс Реган и жестом предложил мне идти вперёд.

— И что, вы так просто отведёте меня к этим… главным вашим?

Верилось, конечно, с трудом. Но лицо Регана было таким же непроницаемым, как и лицо Сумрака.

— Отчего нет? — он равнодушно пожал плечом.

Ночной храм опустел, и от тёмных переходов по спине бежали мурашки. Страж шагал первым, убеждаясь в безопасности пути, за ним я, а замыкал шествие молчаливый угрюмый Реган. Это выражение лица по большому счёту и отличало его от Сумрака. У моего бывшего телохранителя оно было непроницаемым, словно ледяная маска, а его брат, в свою очередь казался постоянно чем-то тяжело обеспокоенным. И от этого легче не становилось.

Спустя три галереи, четыре лестничных пролёта и бесчисленное количество коридоров мы оказались в жилом крыле. Понять это было несложно: на дверях теперь вместо “прачечная” и “хоз. кладовая” значились имена и фамилии, в которых я легко узнавала имена драконьих родов. Реган как ни в чём не бывало подошёл к одной из них и громко постучал. Не дождавшись ответа, толкнул дверь и пробасил:

— Именем Богини!

Затем так же поступил ещё с несколькими дверьми. Мы со стражем так и остались стоять, ошарашенно глядя на происходящее. Постепенно из комнат начали выглядывать драконы. Не только те, к которым стучал Реган, но и прочие с любопытством домохазяек высовывали носы.

— Реган, что здесь происходит?! — потребовал ответа стальной дракон с выраженными морщинами.

Помимо почившего Архонта прежде мне не доводилось видеть драконов, лиц которых хоть сколько-нибудь коснулся возраст, и потому сей представитель резко бросился в глаза.

— Какого хрена?! — взревел огненный, и тоже со следами старческих морщин. — Клотт, твои совсем нюх потеряли?!

— Молчи, Саргон, — пророкотал ледяной с убранными под сеточку длинными белыми волосами. — Может, важное что. Не добили нашу Избранную-то?

Я хотела было высказаться по этому поводу, но всех прервал слишком молодой среди них представитель клана Мару, грозовых драконов.

— Вы что, не видите, что она здесь?! — спросил он звонким голосом, но с такой интонацией, что все на мгновение замолчали, и даже я захотела вжаться в какую-нибудь стену, чтобы слиться с ней и стать незаметной, потому что и взгляды вслед за его устремились ко мне.

Молодой. Совсем. На вид — едва ли мой ровесник. Короткие фиолетовые волосы. Серьга в ухе. Длинная шея, на которой особенно сильно выделяется кадык. Он казался послабее других, не столь широк в плечах, но в тот момент я готова была поклясться, что он метал глазами самые настоящие молнии.

— Давайте-ка все дружно заткнёмся и выслушаем, чего хочет Избранная, — добавил он и потянулся.

— А давайте без давайте, — огрызнулась я, выступая вперёд так, чтобы видеть всех тех, к кому стучал Реган. — Мне срочно необходимо переговорить с главами кланов или с уполномоченными лидерами, если таковые имеются. Сейчас же.

Раздались присвистывания и смешки, отчего руки мои нервно задрожали, но выказывать свой страх перед ними нельзя ни в коем случае. Я — Избранная. Я — их спасение. Так пусть считаются!

— Вы чё, не расслышали?! — поднял голос грозовой дракон, надевая чёрную накидку без пуговиц и даже пояса. — Кого не звали — хорош глазеть, зыркалы повыдавливаю!

К моему удивлению двери действительно начали закрываться, а в коридор один за другим стали выходить старые драконы. Они молча смотрели на меня свысока, и только огненный продолжал пыхать дымком из ноздрей, витиевато изъясняясь на матерном наречии, которое артефакт услужливо переводил в моём мозгу в таких красках, что кровь прилила к щекам от смущения и негодования.

— Закройте свой рот, — прошипела я, приблизившись к нему. Чего в этом поступке было больше: храбрости или слабоумия, сказать не берусь. — При девушке, тем более Избранной, в крайней степени рекомендую выбирать выражения тщательнее. И своих подопечных тоже предупредите, что им срочно необходимо научиться себя вести.

Саргон уже вдохнул было, чтобы ответить, но между нами вдруг встал Реган. Огненные вообще были чуть ниже и более хрупкого сложения, чем стальные, а на фоне массивного Регана этот хмырь выглядел и вовсе мелочью.

Я подавила желание показать ему язык.

— Так для чего мы тут собрались? — сухим старческим голосом поинтересовался песчаный дракон, которого сопровождал более молодой. Руки у старика тряслись, и он стоял, опершись на трость.

— Пройдёмте в гостиную, там Избранная нам обо всём и расскажет, — ответил за меня грозовой и, не спрашивая моего одобрения, пошёл по коридору. Я поспешила следом.

— Спасибо, что взял на себя управление, — произнесла я, с трудом поспевая за широким шагом высокого молодого дракона. — Ты представляешь главу клана Мару?

— Я и есть глава клана, — сверкнул он взглядом.

— О!.. — я немного смутилась, но быстро взяла себя в руки. — Я тебя видела и в зале советов, и в… ритуальном зале. Запомнила, по глазам.

— Польщён, — с недвусмысленным сарказмом ответил дракон, так что захотелось его стукнуть. Как же сбить спесь с этих ящеров высокомерных?

— Подумала ещё: кто впустил сюда ребёнка, я же голая, — добавила язвительно, и теперь его взгляд, обращённый ко мне, выглядел совсем иначе, но отвечать дракон не стал. Я только и успела довольно хмыкнуть, прежде чем он отворил дверь и, демонстративно не впуская меня первой вперёд, зашёл в упомянутую гостиную.

Один взгляд огненного — и вспыхнул камин, озарив комнату приятным тёплым светом, сами собой зажглись свечи в канделябрах. Все расселись на диванах в центре комнаты, которые окружали низенький столик. Я заняла кресло. И только Реган с храмовым стражем остались стоять за моей спиной, продолжая нести свой почётный караул.

— Так и чего ради Избранная нарушила наш сон? — холодно спросил ледяной дракон, который не соизволил даже снять с головы сеточку, так и сидел в шёлковом халате, как самый настоящий сноб.

— Не чего, а кого, — я постаралась вложить силу в свой голос, хотя перед сложившейся делегацией чувствовала себя котёнком среди своры собак. Чёрт возьми, да я большинство из них вижу-то впервые! Неужели главы кланов не изъявляли желания познакомиться с Избранной?

— Так и ради кого? — глухо поинтересовался лесной, потягивая из кружки дымящуюся жидкость, которую ему услужливо подогрел сидящий рядом Саргон. Я даже невольно сощурилась, наблюдая за этими двумя, они вели себя, как старые добрые друзья, которые на старости лет наконец-то выбрались на отдых. Только молодой Мару сел ото всех отдельно, в кресло напротив меня, закинул ногу на ногу и, положив локоть на ручку, подпёр голову ладонью.

— Думаю, вам всем известно о том, что вчера было дважды совершено покушение, — я встала и склонилась над ними, опершись обеими руками о стол. — Оба раза меня спас ваш сородич, известный в Храме под именем Сумрак, а в вашем народе — Джей Артас.

— Так это ваше юное дарование?.. — успел воскликнуть песчаный, а глава стальных драконов так стукнул по деревянному подлокотнику дивана, что лесной аж подпрыгнул, пролив часть своего горячего напитка себе же на колени.

— Не сметь называть это имя! — взревел Артас. — Мой сын погиб на войне, в сражении, как доблестный воин! И теперь он предоставлен только Богине!

Я присвистнула и медленно села обратно в кресло. Ну и дела.

Что произошло с Сумраком, что теперь к нему так относятся, узнавать сейчас недосуг, задача — заставить этих упёртых стариков прислушаться ко мне и что-нибудь предпринять, но как? Как?

— Не сметь общаться со мной в таком тоне, — холодно произнесла я, когда всё затихло. Хоть нянек им нанимай, чтобы учили драконов себя вести. — Мне всё равно, что там за проблемы у вас с Сумраком, но могу заверить, что до тех пор, пока вы его не отыщите, никто не посмеет прикоснуться к моему драгоценному телу. Усекли?

О, какая реакция! Любо-дорого посмотреть! Дым из ноздрей, кожа на лицах переливается чешуёй, которая то появляется, то исчезает, отображая полыхание их эмоций. Но в руках себя держат. Недаром главы кланов. Один только Мару вскинул брови и теперь довольно улыбался, да Саргон усмехнулся, качая головой.

— Как вы себе это представляете, мисс? — спросил он, откидывая с лица красные, подёрнутые сединой волосы. — На каждого в храме надели кандалы, которые не выпускают нас за его пределы. Джеферсон с Эванс спелись и быстро перекрыли пути отхода для несостоявшегося убийцы, и пока его не отыщут, мы при всём желании не сможем пойти на поиски вашего дражайшего телохранителя. Хотя вряд ли он выжил…

— Это правда? — я оглядела драконов. Те лениво кивнули. Некоторые даже продемонстрировали красноватые браслеты на ногах. — Чёрт. Чёрт!

Я с силой потёрла лицо, словно это заставило бы голову лучше соображать, и прежде чем успела задать следующий вопрос, Мару уже ответил на него:

— Кандалы снимают с тех, кого успели допросить с помощью артефактов истины, но артефактов мало, а подозреваемых — несколько сотен. Всё, что мы можем обещать — это заняться поисками, как только до нас дойдёт очередь.

— Сумрак жив, — уверенно сказала я.

Песчаный старичок прокашлялся.

— Откуда вам известно, юная мисс?

— Я его видела, полчаса назад. Во сне. Проследила по течению реки до заводи, он был местами покрыт корочками льда, но определённо живой, хоть и обессиленный. Дышал, двигался…

— Чушь! — отрезал ледяной. — Люди, особенно лишённые магического дара, не могут видеть вещих снов! Это противоестественно!

Мару иронично изогнул бровь.

— Послушайте, я проверила, все изгибы реки, которые были во сне, отображены на карте, и даже заводь!..

— А вы, случайно, не рассматривали эту карту перед сном? — прокряхтел песчаный и закашлялся, а сидевший рядом на подлокотнике молодой дракон при этом придержал старичка за плечи.

— Рассматривала, но…

Артас со вздохом хлопнул себя по коленям и встал, чтобы приблизиться ко мне, положив ладонь на моё плечо.

— У вас хорошее пространственное мышление, мисс Избранная, но скорее всего то был всего лишь сон. — Он выпрямился и окинул взглядом остальных. — Думаю, со мной согласятся все: мы отправим небольшую группу из драконов, не обременённых ответственностью отбора, как только они смогут пройти испытание на артефакте. Хотя, если ваш телохранитель остался жив, то у него два варианта: добраться до храма самостоятельно или…

— Что — или? — процедила я, глядя на него снизу вверх.

— Или умереть героем.

У меня от злости аж зубы свело. Как он смеет так говорить о собственном сыне! Как он смеет так говорить о том, кто собственной жизни не пожалел, чтобы их мечты о продолжении рода не канули в Лету!

Вот только увещевать бессмысленно.

— Клянётесь? — мрачно потребовала я.

— Клянусь, — прошипел он в ответ и, сдержанно кивнув всем в знак прощания, вышел из гостиной.

Драконы постепенно расходились, ворча себе под нос или тихо переговариваясь, а я сидела в кресле, тупо глядя прямо перед собой. Эти кандалы здорово осложняли ситуацию. Даже если мисс Эванс распорядилась отправить весточку человеческим властям, и те уже начали поиски, они как минимум не знают, где искать, а значит, будут довольно долго шерстить лес. Да и сомнительно, что они приступили на ночь глядя. Скорее всего выдвинутся не раньше рассвета, а то и позже. Какие вообще отношения у храма с “человеческими властями”? Чёрт их знает.

Нет, терять времени нельзя. Ни в коем случае. С каждым часом шанс на то, что Сумрак ещё жив, уменьшается, и надо торопиться, предпринять что-нибудь как можно скорее…

— Хэй, — из дум меня выдернул глава клана Мару. Он сидел передо мной на корточках, и не было ясно, вижу ли я в его глазах отблески свеч или это молнии сверкают в их тёмной глубине.

— Что тебе? — слабым голосом отозвалась я.

— Не слушай ты этих старпёров, им недолго осталось, вот и бесятся.

— О чём ты?

— О том, что я тебе верю. Сон был вещий.

Я горько усмехнулась.

— Как же, не может человечка без дара видеть вещий сон.

— Может и может, — пожал плечами Мару. — В любом случае, наши руки действительно связаны.

— Вы же драконы, — в моём голосе послышалась лёгкая укоризна. — Боги этого мира. Что вам стоит отыскать его?

Молодой дракон вздохнул и сел передо мной на стол, скрестив пальцы.

— Послушай… тебя ведь Лизой называют?

Я кивнула.

— Кланы никогда между собой особенно не ладили, — продолжил он. — Воевали постоянно, козни друг другу строили…

— Догадываюсь.

— Но последние лет… пятьдесят стало тихо. Мало драконов осталось, приходится договариваться и соблюдать договорённости. Если сейчас кто-нибудь осмелится нарушить договор, это равновесие покатится в бездну — и тогда уже наш род ничто не спасёт.

Он задумчиво отвернулся и постучал ногой по деревянному полу.

— Какой договор ты имеешь в виду? — мой голос разрезал тишину.

— В храме убийца. Возможно, кто-то из драконов. Все подозревают всех. Потому и договорились о том, чтобы мисс Эванс надела на нас кандалы, ограничив пространство несколькими этажами Храма. Какому-нибудь Артасу ничего не стоит их снять. Но мы вынуждены подчиняться договорённостям.

— Мне плевать на ваши договорённости, — произнесла я и не узнала собственный голос. — Я хочу, чтобы хоть что-то предприняли в сторону поисков Сумрака. Он мне жизнь спас — и теперь я должна спасти его.

— Артасы… — дракон усмехнулся. — У них… особый пунктик на чести, долге, гордости. Поэтому они постоянно воевали с нами…

Он замолчал в задумчивости, а потом поджал губы и покачал головой:

— Нарушить договор я не могу. Новые жертвы моему клану ни к чему, а Артасы, хоть и не огненные, но ребята горячие, камня на камне от моих владений не оставят, если позволить. Однако, я могу договориться со свахой, чтобы она вписала меня в очередь на допрос как можно быстрее.

Стоящий за моей спиной дракон кашлянул, заставив меня вздрогнуть: я и забыла, что мои телохранители всё ещё рядом.

— Прости, Реган, — улыбнулся глава клана Мару. — Не хотел никого обидеть, всего лишь озвучил факты.

— Мисс Хайд уже исчерпала возможности артефактов этой ночью. Осталась лишь малая часть заряда, предназначенная для проверки того, кто будет следующим проходить испытание.

— И когда можно будет урвать местечко?

— Если повезёт, то вечером.

— Я поговорю с ней, — с тихой хрипотцой произнесла я. — Спасибо. Это… правда, очень много для меня значит.

Мару слабо улыбнулся и, поднявшись на ноги, потрепал меня по волосам.

— Предлагаю вернуться в свои спальни и постараться хоть немного поспать.

Я покивала, тупо глядя в одну точку, и только когда услышала скрип входной двери, спросила чуть громче:

— Как твоё имя?

— Лукас, — ответил дракон, выждал пару секунд — и дверь за ним закрылась.

Обратно в спальню я шла сама не своя. Мысли путались, душа была не на месте, и перед глазами всё плыло смутными пятнами. Когда мои стражи остановились у двери, я обернулась к дракону и прошептала:

— Реган… как твой отец может так относиться к Сумраку?

— Он не мой отец.

— Но ты ведь говорил, что вы братья?

— У нас общая мать.

Ну да, конечно! Мало женщин, но много мужчин, и все хотят оставить потомство. От этой мысли сделалось дурно.

— Ты ведь понимаешь, — продолжила я дрожащим голосом, — что шансы Сумрака становятся всё меньше с каждым часом?

Он опустил веки вместо кивка.

— Если бы я могла отсюда выбраться, то сама пошла бы на поиски. Я знаю, где он, знаю, где искать…

Реган открыл передо мной дверь, недвусмысленно намекая на то, что продолжения у этого разговора не будет. От всего этого равнодушия сердце сжималось в невыносимой боли, но делать было нечего. Зашла, закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, готовая разреветься — но вместо этого сощурилась, всматриваясь в стопку выложенных на стол книг. Весь вечер я просматривала полки этой библиотеки в поисках полезных источников, и среди прочего отыскала тонкую книжицу — подробный план храма по этажам. Выудив её из стопки, я сдвинула в сторону остальные, взяла чистый лист бумаги и перьевую ручку, приготовившись изучать помещения.

Если никто не готов пойти за Сумраком, то пойду я.

Электрическая лампа на столе тускло мерцала, за окном уже занималась заря, и мне почти не удалось поспать, но сна не было ни в одном глазу. Надо что-то придумать. Утром Селина придёт со списком претендентов на “испытание”, и к тому времени у меня должен быть план.

Вдруг боковым зрением я заметила шевеление на столе, и чуть не вскрикнула, когда на подготовленном листе бумаги расплавилась металлическая ручка в блестящую, словно ртуть, лужицу. Первая мысль была: покушение. Ловушка. Опасность. Но в следующее мгновение из лужицы капельки начали складываться в буквы, а буквы — в слова.

“Буду в карауле до обеда. Окажу посильную помощь. Реган.”

И тут же капельки собрались обратно, превратившись в перьевую ручку.