Глава 10

Лиза

— Болит? — тяжело дыша, с тихой хрипотцой спросил он.

Я свернулась клубочком и поджала к себе колени, спрятавшись под одеялом. Когда всё закончилось, смущение и робость придавили меня, словно тяжёлая бетонная плита, и хотелось то ли провалиться, то ли испариться, то ли сгореть на месте.

Дракон медленно, мягко положил руку мне чуть ниже талии — и тянущая боль утихла. Стало даже немного жаль. Отчего-то казалось, что после того, что я так легко позволила с собой сделать, я заслуживаю эту боль.

Он потянул за одеяло, приоткрывая мою голову, и шепнул:

— Уже можно, — а потом потянул за края повязки, которая закрывала мне глаза, но я не решалась разомкнуть веки. Даже не пошевелилась.

— Меня зовут Блейн, — как ни в чём не бывало заговорил дракон. — Блейн из клана Лоран — лесных драконов.

Блин, лежу тут, как будто напилась в клубе и уехала к какому-то парню, а познакомиться забыла. За годы работы барменом успела на такое насмотреться: и подобные случаи всегда вызывали у меня рвотные позывы — а теперь, вот, сама…

— Ты что-нибудь знаешь про нас? — продолжил Блейн. — Да нет, наверное, ты же из другого мира. Аллен говорил, там, откуда ты пришла, даже магии нет, не то что драконов… Хотя кое-где встречаются и люди с магическим даром, но мы такие миры стараемся обходить стороной, а то ещё попытаются захватить над нами господство. Знаешь, такое уже было однажды! Как раз незадолго до Великого Проклятья. Редкий случай, когда все кланы объединились против общего врага.

Я притворялась мёртвой, слушая и стараясь не упустить ни слова. Не то чтобы его речь казалась мне особенно важной — просто привычка, воспитанная школой, а после и универом.

— Блейр — это мой брат — считал, что сейчас, во время призыва Избранной, кланы снова объединятся. Вроде как у всех общая задача. Спасти мир… Но Саргоны опять со всеми грызутся, Артасы задирают нос, считая себя исключительно правыми…

Я приподнялась на локте и приоткрыла глаза, чтобы увидеть задумчивого викинга. В смысле, не викинга, конечно. Но для полноты образа ему не хватало только густой бороды: русые волосы заплетены тонкими косами, которые по дуге уходили к затылку, сливаясь в одну густую, виски — выбритые, брови — густые, челюсть — широкая, шея — мощная.

— Кто такие Саргоны и Артасы? — с трудом прохрипела я, прочистив пересохшее горло.

Вместо ответа дракон протянул руку вверх, к широкому окну, под которым мы расположились, и, приоткрыв тяжёлую штору, к великому моему удивлению впустил в комнату… стебель. Сильный, широкий стебель вьющегося растения с крупным листом на конце.

— Попей, — сказал он, кивая на лист.

Я замоталась в одеяло и прошла по мягкой поверхности к стеблю, а заглянув внутрь, обнаружила, что внутри вогнутого листа и в самом деле плескалась чистейшая вода.

— Там внизу нам заботливо накрыли стол, можно даже перекусить, но так быстрее, — подмигнул дракон.

Я обернулась — и села на гору подушек. Мы были на высоте трёхэтажного дома, не меньше! На самой вершине угловатого склона, выполненного из плотных, но довольно мягких прямоугольных подушек — или матрасов? — обёрнутых в тёмную синюю ткань.

— Мать моя женщина, — выдохнула я. — Что это?

— Знаменитый Божественный Водопад! — дракон усмехнулся. — Его основала ещё Зелина, последняя жрица-драконица. Кстати, из Лоранов! Мне приходится троюродной бабкой по женской линии.

Я ещё несколько мгновений зачарованно смотрела на открывшийся мне в свете солнца вид, пока дракон не отпустил штору, и та не оборвала узкий луч, после чего всё же аккуратно отпила из листа. Это было немного странно.

— Я хотела спросить: кто такие Саргоны и Артасы?

— А, так это ж кланы. Я вот из Лоранов — лесных драконов. Саргоны — огненные, у них вечно на башке что попало творится. Всклокоченные такие, рыжие или даже красные. Самые буйные, со всеми воюют без конца. Артас — стальные. Их можно отличить по глазам. Сами бледные, будто на солнце не выходят никогда, волосы чёрные, а глаза, наоборот, светлые, даже слишком. Вот таких глаз ни в одном клане не сыщешь. Варгас ещё могут с ними посоревноваться, но уже не то.

Я вспомнила про Сумрака и попыталась вглядеться в нижнюю часть залы, надеясь — и в то же время опасаясь — увидеть его там, бдущего, стерегущего, не сводящего с меня глаз. Но не заметила ни единого намёка на чьё-то присутствие.

Закусив губу, я устроилась поудобнее и, стараясь не смотреть в сторону дракона, бросила:

— Не мог бы ты одеться?

— Как скажешь, — весело отозвался Блейн. — Желание Избранной — закон!

Ага, как бы не так.

Несмотря на мой скептический настрой, дракон всё же натянул широкие коричневые штаны прямо на голое тело, сверкнув филейной частью, а потом поднял и расправил зелёную рубашку, чтобы накинуть её на плечи.

— Так лучше, — кивнула я и продолжила допытываться: — Какие ещё у вас есть кланы?

Дракон охотно продолжил:

— Их всего шесть. Четыре — основные. Ещё говорят: главные или высшие, но это считается невежливым по отношению к остальным. Из них я уже упомянул Саргон и Артас, и остались два: Варгас — ледяные драконы, — я кивнула, вспомнив Аллена. — И Мару — грозовые.

— А… младшие?

— Правильно говорить — побочные, — подмигнул Блейн. — К ним относимся мы, Лораны, и песчаные — Дэраго.

— И как вас всех запомнить, — поморгала я и быстро несколько раз повторила: — Саргон — огненные, Артас — стальные, Мару — грозовые, Варгас — ледяные… Лоран — лесные, Дэраго — песчаные.

Дракон хохотнул.

— Надо же, ни одной ошибки!

— Всё равно через пару часов забуду и всех перепутаю, — с сожалением протянула я. Если уж оказалась в этом странном месте, любая информация может оказаться полезное, тем более, что с драконами мне придётся контактировать ещё долго и… слишком близко.

— Кстати, — приспустив одеяло, я высунула руку и потянулась за своим платьем, лежавшим на соседней куче подушек. — Насколько мне известно, кто-то из вас должен меня… — и запнулась, некоторое время тупо рассматривая узор кружева на платье.

— Оплодотворить, — подсказал дракон.

Я почувствовала, как покраснела.

— Да. И как вы… поймёте, что это случилось?

— Нам не обязательно знать, что само оплодотворение уже произошло. — Дракон говорил буднично, словно рассуждал про варианты бутербродов на завтрак. — После интимного контакта с истинной парой, у драконов появляется особая метка, вот здесь, — он указал на плечо, а потом скинул с него рубашку… и обомлел.

Моё сердце глухо ударило в грудную клетку. На плече у дракона, на загоревшей коже, красовалась горизонтальная полоса, красноватая и выпуклая, словно свежий шрам.

— Это метка? — спросила я, едва шевеля губами. Неужели всё кончилось так быстро?

— Метка, — ошарашенно подтвердил Блейн.

— Как метка? — тупо спросила я, а дракон, вскочив на ноги, сделал несколько пружинящих шагов взад-вперёд, обхватил руками голову и с широкой улыбкой поднял взгляд к потолку.

— А-а-а, — простонал он. — Я, конечно, надеялся, но каковы были шансы!..

Он прыжком приземлился рядом со мной и провёл пальцем по линии.

— Одна полоска проявляется, если дракон встречает свою истинную, от которой сможет иметь полнокровное потомство.

— Что значит полнокровное?

— С самым сильным даром, — коротко пояснил Блейн и продолжил: — Далее ниже появляются родительские метки, с каждым последующим зачатием, одна за другой. У моего деда, которому повезло встретить истинную, почти вся рука была в метках, большая часть которых, правда, при моём рождении уже почернели…

Он задумчиво замолчал, потом усмехнулся и, счастливо посмеиваясь, прикрыл лицо руками. А я наблюдала и не могла уложить в голове, что этот совершенно незнакомый человек, вроде как, предначертан мне судьбой.

— Что значит — почернели? — продолжала я задавать вопросы, чтобы хоть чем-то заглушить того зверя, который начал выть у меня в голове.

Всё это не правда, не правда, не правда! С каждой следующей секундой реальность происходящего давила на меня всё сильнее, и всё сложнее было верить в неё.

— Метка чернеет, когда погибает дракон, ею обозначенный. Я же говорил: мы в своё время много воевали, никому ведь и в голову прийти не могло, что однажды мы просто не сможем больше размножаться.

Я покивала, глядя в одну точку.

— И… что теперь? Второй полосы нет, значит, зачатие не произошло?

Дракон хохотнул, обхватил меня за плечи и прижал к себе. Платье выпало из ослабевших рук.

— Я тебе говорю, как квалифицированный врач: зачатие мгновенно не происходит. Посмотрим через пару дней.

— А сейчас?

— Что — сейчас?

— Что будем делать сейчас?

— Думаю, надо пойти сообщить жрице, что мы выстрелили в небо и попали в аиста.

Я непонимающе сощурилась.

— Пойдём-пойдём, — дракон похлопал меня по лопаткам. — Обрадуем всех. Этот день станет всемирным праздником возрождения расы драконов!

Я смущённо отвернулась и надела платье, после чего встала, поспешно оправляя юбку. Между ног было влажно и неприятно липко.

— Где можно помыться?

— Вон за той дверью, — дракон указал вниз, где самая глубокая тень накрыла зал.

— Я быстро.

Дракон выглянул в окно и прищурился, глядя в сторону солнца.

— Если поторопимся, успеем к обеду.

Я стала осторожно спускаться по мягким ступеням, которые упруго пружинили подо мной. Надо признать, место интересное, и в иных обстоятельствах с радостью провела бы здесь побольше времени, но сейчас хотелось поскорее его покинуть.

— Ничего, я не голодна.

Блейн надел рубашку и догнал меня. Он спускался, даже не глядя себе под ноги, и ловко перепрыгивал то через одну ступеньку, то через две.

— А вот я бы медведя съел! — хохотнул дракон. — Только у медведей мясо жёсткое, его хорошенько мариновать приходится…

Мне представилась огромная туша медведя, запечёная, как рождественский гусь. Передёрнуло.

— Надеюсь, нам не будут подавать медвежатину на обед?

Я внимательно посмотрела на лицо дракона, невольно задумавшись о том, как он выглядит в своей второй ипостаси. Аллен говорил, они несколько десятков лет проводят в виде чешуйчатых, прежде чем обучаются искусству перевоплощения, однако до сих пор мне доводилось видеть лишь сильные крылья Сумрака…

Забыв смотреть под ноги, я промахнулась мимо очередной ступеньки и едва не упала: Блейн вовремя подхватил меня под руку.

— Вон в ту дверь, — напомнил он, указывая в правый конец зала, где разместились большие — если не сказать “огромные” — диваны, выполненные в том же простом стиле, что и ложе наверху.

Кивнув, я поспешила в указанном направлении, чтобы поскорее смыть с себя следы свершившегося. На пороге остановилась. Обернулась. Дракон неторопливо шёл к накрытому столу с закусками, эмоционально жестикулируя, словно разговаривает сам с собой. Я покачала головой и прошла в душевую.

Вернее — в ванную. Половину помещения занимала круглая ванна, в которой при желании можно было уместить человек десять, если не больше. Или искупать сразу всю группу детского сада.

К счастью, наполнять ванну не было нужды: над ней склонилась широкая головка душа, — и я озадаченно оглядела рычажки и ручки, расположившиеся в изголовье ванны, их форма и цвета не говорили мне ровным счётом ни о чём. Подумав, решила просто осторожно подёргать за все по очереди. Вот, например, этот фиолетовый рычажок вполне может быть холодной водой…

— Вымокнешь.

Я уже взялась за рычажок, когда на мою руку легла широкая ладонь, заставив меня вскрикнуть и отскочить от неожиданности.

— Сумрак? — я схватилась за грудь, пытаясь успокоить грохочущее сердце. — Ты что здесь делаешь?

— Охраняю, — ответил он таким тоном, словно ответ до того очевиден, что вообще не должен был озвучиваться. — Если повернёшь этот рычаг, то включится широкий распылитель, и тебя наверняка забрызгает. Чтобы включить ровную струю из душа, используй этот вентиль, а этим — настраивай температуру.

Он замолчал на несколько секунд, задумчиво глядя на меня, а потом добавил негромко:

— Я же говорил, что не спущу с тебя глаз.

Торопливо покивав, я отвела взгляд.

— Не мог бы ты… отвернуться.

— Не мог.

Это, наверное, было глупо. После всего того, что он мог наблюдать каких-то полчаса назад, так отчаянно смущаться.

— Ты был рядом всё это время? — спросила я, забираясь в ванну прямо в платье.

Он промолчал в ответ, и так же молча наблюдал, как я включаю воду, стягиваю чулки, снимаю платье и смываю с себя следы совершённого ритуала. Пришлось отвернуться к Сумраку спиной, и всё равно его взгляд ощущался даже затылком.

— Здесь есть полотенце? — запоздало вспомнила я, выключив воду, и бросила на него короткий взгляд через плечо. Он стоял у дальней стены, прислонившись к ней спиной и скрестив руки на груди.

— Нет.

Замечательно. Так готовили к этому их ритуалу, а полотенце в ванной оставить не удосужились.

Плюнув на всё, я надела платье, которое тут же облепило мокрое тело. Интересно, когда они вернут мне нормальную одежду?

Сумрак дождался, когда я вылезу из ванны, осмотрел меня и, покачав головой, снял с себя короткую куртку из чёрной кожи, чтобы накинуть её мне на плечи.

— Спасибо, — пролепетала я. Дракон открыл передо мной дверь, выпуская обратно в зал.

— Лиза! — воскликнул Блейн, вставая из-за стола. — Быстро ты! По моему опыту девушки проводят в ванной куда больше… а это ещё кто?

Он настороженно смотрел мне за спину — туда, где бесшумно ступал Сумрак, скрываясь в тени.

— Мой телохранитель, — ответила я с каким-то глубоким удовольствием и даже злорадством.

— Артас, что ли? — прищурился Блейн. Он подошёл к Сумраку и остановился слишком близко для почтительного расстояния. — Что-то я тебя не припомню.

Тот ответил лишь холодным взглядом.

— Его приставили ко мне ещё вчера, — поспешила пояснить я. — Жрицы позволили ему сопровождать меня везде, включая женскую часть храма.

Блейн подозрительно повёл головой.

— Хочешь сказать, ты присутствовал во время ритуала?

В этот раз Сумрак иронично вскинул бровь.

— Быть не может, здесь никого не было, — с ноткой сомнения протянул Блейн.

Мой телохранитель пожал плечами, как бы говоря: “Думай, что хочешь, но мы-то оба знаем…”

С немалым раздражением лесной дракон рыкнул, шумно втянул в себя воздух, после чего развернулся и пошёл по направлению к самой большой и заметной двери.

— Это всё уже не важно, — говорил он, не оборачиваясь. — Избранная нашла своего истинного, так что скоро мы с этим покончим.

Я взглянула на непроницаемое лицо Сумрака и, с трудом сдерживая улыбку, в несколько шагов догнала Блейна.

— А когда мне можно будет отправиться домой?

— Это не мне решать, — ответил Блейн. В его голосе теперь было куда меньше задора. — Такие вопросы подчиняются Верховному Совету.

— И кто состоит в Верховном Совете?

— Верховный жрец… вернее, пока что вместо него будет его зам. Верховная жрица, главы кланов и старейшины. Может быть пригласят Кристофа, но что-то я сомневаюсь.

— Кристофа?

— Человеческого короля, — пояснил Блейн и поднял руку, подзывая пробегающую мимо горничную. — Подскажите, мисс, где я могу найти леди Сапфиру?

Та посмотрела на него испуганно и захлопала ресницами:

— Не могу знать, милорд. Леди Сапфиру с самого утра никто не видел, она и к завтраку не явилась, и на предобеденное собрание не пришла.

— Не понял, — нахмурился Блейн. — И часто с ней такое бывает?

Горничная мелко замотала головой, отступая спиной всё дальше.

— Я здесь всего три дня, милорд, спросите кого-нибудь другого.

Дракон важно кивнул.

— Можете идти, мисс.

Девушка резко развернулась и побежала прочь, сверкая панталончиками из-под короткого сарафана.

Я обернулась на Сумрака, будто могла найти в его глазах ответ на вопрос, как нам быть дальше, — он встретил мой взгляд и иронично взглянул на Блейна. Мне показалось, или он к своему лесному собрату относится несколько… свысока?

— План меняется, — Блейн резко развернулся и, взяв меня за руку, потащил в обратную сторону.

— Куда мы?

— К своим. Уж кто-то должен знать, куда делась эта Сапфира! Вот она мне с самого начала не понравилась: так вести себя перед господами, ишь! Возомнила о себе! В такой момент где-то пропадает!

Он держал меня за руку крепко, словно уже воспринял меня, как свою если не романтическую пару, то как минимум собственностью, и я едва поспевала за его широким шагом. Сумрак шёл за мною след в след, всё так же плавно и бесшумно.

Через несколько минут мы спустились по ступеням, пересекли стеклянный переход в “большую” половину храма и, в конце концов, вошли в просторное помещение, размером с три спортивных зала средней российской школы. Здесь, на расставленных полукругом креслах за небольшими столами сидели драконы. Вернее, сидели только трое из них. Остальные стояли и, тыча друг в друга пальцами, о чём-то спорили.

— Тихо! — по своему столу стукнул ледяной дракон, один из тех, кто сидел — и тут я заметила рядом с ним на стульчике Селину, которая крепко сжимала в руках какую-то папку. — Так мы ни к чему не придём!