Глава 32

ИРИНА

– Может, приедешь завтра? – в голосе подруги мелькает слабый огонек надежды.

Я обнимаю ее хрупкие плечи, в который раз взволнованно отмечая, как сильно она похудела.

Отстраняюсь и заглядываю в осунувшееся лицо.

– Завтра утром планирую съездить в клинику, – заверяю я Злату и воодушевленно продолжаю: – Если не передумаешь, то я позвоню, когда освобожусь, и мы договоримся.

– Хорошо, тогда будем на связи. И, Ир?

– Да? – отзываюсь я, надевая любимые босоножки.

– Я так и не поняла, как ты относишься к отцу моего будущего крестника.

Улыбка против воли растягивает губы. Я чуть приподнимаю голову, ловлю от подруги искорку тепла.

– Когда-нибудь смогу ответить, – весело подмигиваю и, цепляя сумочку, ускользаю во влажную прохладу подъезда.

Оставляю машину на парковке и бодрым шагом направляюсь домой.

Не успеваю я дойти до подъезда, как со мной равняется парень в потертых джинсах, желтой тенниске и бейсболке в тон.

– Здравствуйте, Ирина Игоревна, меня зовут Денис, – торопливо представляется он, снимая бейсболку, и просит ответить на несколько личных вопросов для интернет-издания. Уверяет, что беседа со мной для них чрезвычайно важна, и обещает выпустить материал очень быстро.

Я мгновенно напрягаюсь. Вот этого точно не ожидала. Разумеется, это не первая моя встреча с прессой, но именно сейчас камень с души не сдвинуть. Очень неприятно, когда личная жизнь становится достоянием общественности, особенно если ты сам так холишь и лелеешь вдорогие для тебя моменты, трогательные, личные. Это еще одна причина, почему меня так больно зацепили те самые фото с Арсением. На яхте.

Я не привыкла грубить людям, но и общаться с представителями масс-медиа нет совершенно никакого желания.

Мне приходится сбивчиво извиниться и заверить парнишку, что у меня сейчас нет времени.

– Тогда, может быть, вы дадите интервью в другое время? Я подъеду, куда вам будет удобно.

– Нет, извините, совершенно выбиваюсь из графика, – бросаю я, начиная раздражаться.

Внезапно откуда ни возьмись между мной и парнишкой вырастает коренастый мужчина, я в спешке торможу и отодвигаюсь на три шага назад. Дорога до подъезда перекрыта. Взволнованно оглядываю неизвестного: черные брюки, черная рубашка – сначала мне показалась, что она наглухо застегнута, но теперь могу наблюдать лишь широкую спину, могучие плечи и крепкий мужской затылок.

Парнишка подозрительно косится на незнакомца и снова мучает меня вопросами:

– Вы можете сообщить изданию какие-то подробности? Вы больше не живете с Арсением Соболевым? Он выгнал вас из дома?

Слова эти звучат настолько смехотворно и бестактно, что я успеваю громко усмехнуться.

– Ирина Игоревна торопится, – доносится скрипучий голос.

Мужчина поворачивается боком. На меня он смотрит бегло, равнодушно, словно и не замечает. Внимание его поначалу кажется рассеянным и отрешенным, но как только парнишка пытается обойти внезапную преграду и приблизиться ко мне, взор незнакомца становится цепким, а слова хлесткими:

– Я повторюсь, Ирина Игоревна устала и очень, – он выделяет это слово интонацией, – торопится.

– Да я не отниму много времени, – упорствует мальчишка, пытаясь пройти вперед. И тут же врезается грудью в молниеносно выброшенную вперед руку, а я от неожиданности вздрагиваю.

Непроницаемые темные глаза мужчины в чёрном холодеют и прищуриваются, поблескивают решительностью и неприкрытой угрозой.

А можно это все без меня? Пожалуйста. А я просто пойду домой…

– Все-все! Я понял! Не вовремя, извините, – восклицает парень крайне разочарованно и поспешно ретируется.

Мы с мужчиной поначалу наблюдаем за поспешным бегством, а затем встречаемся глазами. Я немного побаиваюсь идти дальше. Этот бугай, надеюсь, за мной не последует?!

– Так я… – неуверенно уточняю на всякий случай, – домой могу идти, да?

И для пущей убедительности изображаю пальцами бегущего человечка.

– Не смею вас задерживать, Ирина Игоревна, – отвечает незнакомец. У него массивный подбородок, тонкие губы, прямой нос и светлые, почти незаметные брови. И даже стоять рядом мне немного не по себе.

– Вы за мной в подъезд собираетесь заходить? – с глупой надеждой, что все же это не так, озвучиваю я вопрос.

– Да, провожу до двери, – уверенно кивает мужчина и большим пальцем указывает себе за спину. – Там просто еще один стоит. Метрах в тридцати от нас.

– Минутку, пожалуйста.

Не сводя напряженного взгляда с расслабленного мужчины, я отступаю назад. Быстренько нащупываю в сумочке телефон. Набираю его номер. Потому что он – первый, о ком я сейчас думаю.

– Миль? – взволнованно зову я, как только длинные гудки прекращаются, в трубке провисает характерная густая тишина, а молчание собеседника свидетельствует о неполадках связи.

– Да, Ирин, что случилось? – настороженно интересуется Миль, как только связь восстанавливается.

– Ты поручил кому-то приглядывать за мной? – уточняю я сбивчиво.

– Да. Временно. Посчитал, что тебя могут подкараулить у дома или офиса. А ты еще больше начнёшь волноваться.

– Как его зовут?

– Антон.

– Повиси, пожалуйста, на линии, – лепечу в ответ, отнимаю телефон от лица и осторожно приближаюсь к мужчине. – Простите, как я могу к вам обращаться?

– Антон меня зовут.

– Ирина, – взволнованно выдыхаю я, представляясь, и тут же понимаю всю бессмысленность ситуации. Ему и так известно мое имя. Губы охранника едва заметно ползут вверх. И немедленно возвращаются обратно.

Я снова подношу трубку к уху:

– Миль.

– Ну не обижайся. Просто ты сейчас слишком близко к сердцу принимаешь…

Договорить он не успевает, я его перебиваю:

– Спасибо тебе, – бормочу в трубку. Я понимаю, почему он это делает. Хочет оградить меня. И очень, очень, очень ему благодарна. Вряд ли Арсений что-то подобное бы предпринял. Максимум бы сказал: «Ой, что ты паришься? Да, заканчивай, Ириш, ну подумаешь, пара вопросов».

– Серьезно? – подозрительно переспрашивает Миль. – И даже кусать не будешь?

– Меня Антон сейчас проводит до квартиры. Я просто опасалась заходить с ним в подъезд.

– Так может, я сам провожу, Ирин? – замечает он весело, и рядом со мной плавно тормозит его машина.