Глава 37

— На обратном пути. Хорошо?

Алекс катит огромный чемодан к выходу, держа Анну за руку. Дочь с самым важным видом катит чемодан поменьше. В нем малая часть ее вещей, пара любимых книг, атлас животных Африки и конечно же игрушки.

— Не забудь.

Алекс вздыхает, повторяя себе: «не забыть про билеты на Хогвартс». Кто-то из пассажиров «угостил» ЭйДжей рекламным буклетом Турции, и Анна увидела в нем волшебный поезд, совсем как в книжке про знаменитого волшебника. Самолет оказался таким скучным местом, а вот красивый поезд «Восточный экспресс» заиграл такими перспективами, ведь он непременно делает остановку где-то неподалеку от Хогвартса! Один Бог знает почему ее не впечатлил Хогсмит от Диснейленд, а вот этот — да. Что до Алекс она догадывается, что дочь постиг приступ разочарования — палочки в магазине Оливандера не летают и действуют в строго определенных местах, лавка Зонко просто склад для красивых, но механических игрушек.

— Керр обещала, что ты увидишь волшебника. Вот и она.

Чемодан падает на пол, Анна со всех ног бежит к встречающей их тетке, рядом с ней тот самый волшебник, который чаще отсутствует, чем присутствует в их жизни.

— Здравствуй, маленькая мисс.

Общение с Клейтоном не прошло для Анны даром. Алекс подходит к их тройке, сдерживая смех. У Анны такой величественный вид — ни дать ни взять царица Савская в новом воплощении.

— Анна Джонатан Дарресон. Здравствуйте.

Она делает книксен и протягивает руку для поцелуя.

— Ниран Кьет. Рад нашему знакомству.

Волшебник не теряется и прикасается губами к маленькой ручке. Алекс обнимает Керри, которая уже давится хохотом.

— Как добрались?

— Нормально. Взяли кровь, проверили на наличие заразы с материка. Мы оказались чистенькими.

Впервые Анна и Алекс летели не частным рейсом, не в невероятно комфортном самолете Клейтона, а общественным, пусть и бизнес-классом. Они справились.

Анне стало скучно среди занятых делами людей, и она поспешила в эконом-класс. Там ведь дети, а у них игрушки, а у Анны плюшевый бегемот Бобу, который должен познакомиться со своими товарищами. Чего не сделаешь ради дочери? С чем только не согласишься, если твой ребенок взрослеет не по дням, а по часам? Сегодня у нее детство, а завтра полезут подростковые прыщи, появится табличка на двери, а за ней начнет петь Дади Кикер.

— Как считаешь у него выйдет покачнуть святой образ Клейтона?

— Вряд ли, — Алекс качает головой. — Если только он превратит крысу в кубок с хвостом.

Ниран все слышит, но даже не думает обижаться или показывать, что его как-то задели слова Алекс.

— У меня есть для тебя подарок.

— Мама не разрешает принимать подарки от незнакомцев.

Анна скрещивает руки на груди с самым непреклонным видом.

— Твоя мама мудрая женщина. — Он присаживается возле девочки и протягивает ей руку с зажатым в ней нечто. — Но мы ведь уже знакомы. К тому же мы почти родственники, Керри — твоя тетя, а значит я — твой дядя.

Анна смотрит на Керри, и та кивает, подтверждая его слова.

— Почему я никогда не видела тебя? Керри часто приходит ко мне в гости, а вот ты нет.

— Видишь ли какое дело я не могу выезжать из страны.

— Почему? Ты наказан?

— Именно.

— Ты преступник?

— Ммм, почти. Я охраняю одну очень важную вещь.

— Разве это наказание? Это работа!

Ниран соглашается с таким определением.

— Это моя работа. Я жду, когда появятся другие волшебники и сменят меня. Вот поэтому ты никогда не видела меня, но я видел твои фотографии.

Анна смотрит на Алекс та кивает ей: она все сделала правильно. Была вежлива, осторожна, выполнила почти все условия их пребывания в обществе людей.

— Я слышал ты любишь гиппопо? — Ниран так и не отпустил руку, ожидая, когда ребенок протянет к нему свою.

Радостный визг Анны заставляет всех присутствующих зала ожидания Нового Аэропорта повернуть к ним головы.

— Анна! Пожалуйста, потише. Давай не будем травмировать ничью психику?

Плюшевый гипопо ничто в сравнении с той копией, что шевелится на ее ладони. Бегемот лежит на ладошке, открывает миниатюрную пасть, привстает на толстых лапах, а потом плюхается обратно.

— Могу я просить тебя не показывать его никому? — говорит волшебник негромко, но с доверительными нотками. — Иначе, волшебство рассеется, и он превратится в простую игрушку.

Анна согласна со всем. Она кивает так усердно, что значительно посветлевшие кудри падают ей на лицо.

— Это круче, чем пони. — Алекс и сама поражена увиденным, стараясь понять, что это за новые технологии. — Привет.

Алекс здоровается с Нираном, который поднял на нее глаза. Она удостаивается пристального внимания странно одетого парня. Он переводит взгляд с нее на ребенка, усмехается чему-то, а потом, улыбаясь, замечает:

— Умный ребенок. Добро пожаловать в Турцию и ко мне домой.

Алекс — не Анна, обученная Вэстом великосветским замашкам, она просто жмет ему руку.

— Алекс. Я наслышана о тебе.

Анна дергает ее за край куртки.

— Мама! Мам! Посмотри на него! Мам! Мамочка!

Волшебная копия гиппопотама трясет толстой задницей, когда она гладит его по ней.

— Это первоклассное волшебство! Да, мама?

Алекс поднимает глаза на безумно счастливую Керри и все еще невозмутимого Нирана.

— Образ Клейтона только что изрядно потускнел.

* * *

— Мама, нам срочно нужен бассейн. Гипопо не спят в крова..

Алекс едва уложила спать Анну. Ребенок на какое-то время просто выпал из реальности, разглядывая своего нового друга. Она закрыла глаза только тогда, когда зевнул бегемот в кроватке куклы Сони. Ручка, обнимающая Бобу, наконец расслабилась.

— Она мечтала о собаке или котенке. Это оказалось круче.

Алекс усаживается за низенький стол, подхватывая с блюда яблоко. День превратился в одно сплошное впечатление. Волшебник, красивый дом с миниатюрным бассейном, сад полный кошек, шатер из платков и разноцветные подушки в нем в нем, множество книг, театр кукол и тетка в наряде цыганки, Шахеризады, пирата и ведьмы.

— Она не соскучится.

— Думаешь?

Алекс все равно беспокоится. Впервые она собирается оставить Анну. Ей нужно уехать на день на другой конец Африки и будет куда безопаснее, если дочка останется дома.

— Отпуск стал накрываться медным тазом.

— Что ты хотела? Горячая пора. Ты внештатный фотограф, а значит тобой будут затыкать все дыры вместе взятые.

— Не все, а те, что в Африке.

— Сути это не меняет.

Алекс подала резюме в несколько глянцевых изданий, особо не надеясь и, честно говоря, сомневаясь в своем решении. Она подумала, что лишние пару сотен евро им не повредят. Деньги никогда не бывают лишними, если только они несут какой-то прямой угрозы для них двоих.

Редакторам понравились ее снимки. Время от времени они приглашают ее в офис и конечно же Анна всегда с ней рядом. Нет человека что не поддастся ее обаянию. Ее дочь мало-помалу становится медийной личностью, тогда как мама то и дело что красит волосы и брови, меняет стрижки, жонглирует линзами и становится гуру перевоплощения при помощи фей с Ютуба и стоит по другую сторону объектива.

— Я думаю, что надо послать их и отправиться смотреть жирафов в Конго или Танзанию, а потом отправиться в Кению.

— Алекс! Не смей! Ниран! Она хочет смыться уже сейчас и прихватить с собой Анну!

Ниран появляется в гостиной, вытирая руки о цветастое полотенце. За ним стелется запах дыма, углей и жаренного мяса.

— Я превращу тебя в линзу, — обещает он с самым серьезным выражением лица. — Чтобы ты смогла сфокусироваться и как следует разглядеть, понять и осознать, сколько сил брошено, как усердно мы готовились к вашему, ее приезду!

Он говорит что-то еще на турецком, а потом добавляет вновь на английском:

— Две недели мы не вылезали с сайтов, магазинов и эти транспортные компании… Кто-то стал думать, что здесь находится их база с товарами!

Алекс нравится его лицо. Оно выразительное. Оно неправильное. Оно хищное с этими невозможном печальными и мудрыми глазами, подернутыми поволокой задумчивости. Они загораются пока еще слабым светом, и Алекс не находит ничего лучше, чем поднять руки, капитулируя перед этой неведомой для нее силой. Ей и в самом деле становится не по себе рядом с этим человеком.

— О! Я пошутила. Я просто переживаю. Я впервые буду одна, без Анны. Вы представляете каково это идти куда-то, не сжимая ручку моей «почемучки»?

— Да!!!

Они восклицают хором и очень громко, быстро опомнившись и взглянув в сторону лестницы.

— Спит! — успокаивает их Алекс. — Она устала. Слишком много впечатлений за один день.

— Пойдемте за стол. Мясо с розмарином сегодня удалось, как никогда.

— Я сейчас.

— Все будет хорошо, — говорит ей Керри, внезапно появившись прямо перед ее лицом. — Мы уже давно не видели молодых вампиров от Дерека и он сам, скоро попадется, если уже не тлеет в какой-нибудь выгребной яме в Дели.

— Хорошо бы, чтобы они все отстали от нас и дали жить спокойно. Я не хочу переезжать в Южную Америку или в Азию, хотя там затеряться будет легче всего.

Алекс откинулась на подушки, размышляя над тем насколько хороша эта идея. Она не возьмет с собой Анну в ЮАР. Там было всегда не просто и опасно даже для взрослого человека, а что говорить о детях? С ее занятостью на чертовом финале конкурса красоты, тем более.

— Вы уже долго путешествуете одни, а сейчас ты оставишь ее рядом с нами. Ни вампиры, ни бессмертные. Здесь нас никто не достанет. Это не дом, а крепость. Правда-правда! Она даже не заметит, что тебя нет рядом. К тому же есть телефон. Ты всегда сможешь позвонить ей и убедиться, что все в порядке.

* * *

Это весьма и весьма странное ощущение остаться одной и быть предоставленной самой себе. Ощущение свободы опьянеет на какие-то жалкие несколько секунд, а затем ей звонит редактор и высылает ей план мероприятия.

— Отщелкаешь их на двух позициях, захватишь пару кадров с финала и можешь возвращаться.

Сара схитрила. Она выслала задание не сразу, а когда была точно уверена, что Алекс уже в самолете, связь отсутствует и не пошлет ее в зад. Две позиции совсем не значило, что они находятся в одном месте и это нормально. Другое дело, что съемка для совершенно разных по тематике журналов, благо, что они оба для женщин. Мода и светская передовица.

«Набросай пару строк, проверим твой талант журналиста!»

— Спасибо тебе, Сара! Ты удивишься, когда получишь материал.

Алекс выжмет из этих красавиц все и даже не подумает, чтобы сжалиться над ними, а потом она напишет про конкурс. Ей очень хочется сказать, что она будет писать правой рукой и не станет особо стараться, но она все равно сделает все и в лучшем виде.

— Вэнити Фэйр просят тебя об еще одном одолжении, раз уж ты там.

Алекс откидывается на спинку сидения ничего не отвечая на сообщения в мессенджере. Как говорится добро пожаловать в мир людей с их горящими сроками, вечной спешкой и…

— Ты меня очень обяжешь.

Да, вот этим.

— Что-то еще?

Это было согласием, но Сара решила окончательно припахать ее к своим цейтнотам

— Об одолжении просит редактор Boat International. Их группа решила плыть кораблем и эта ситуация с Сомали.

Столько лет прошло, а они все никак не могут решить ситуацию с пиратами? Что не так с этим миром? Выделять деньги на беспилотники, патрулирующие континент и не желание справиться с этой проблемой!

— Что требуется от меня?

Существа пострашнее пиратов. С этим все ясно. Мир просто грамотно расставил приоритеты и что-то имеет со всего этого.

— Выпускают новую яхту, говорят, что она копия той на которой спаслись те выжившие.

Алекс никак не реагирует на эту новость. За все то, что она живет в безопасном мире она увидела много такого, что спекулировало на их спасении, образах и даже именах. Кто-то изловчился поднять со дна затонувшую яхту и распродать сохранившиеся вещи. Вновь пришла мода на изможденную худобу. Кто-то выпустил коллекцию одежды в стиле Алекс Дарресон и даже создал лейбл с одноименным названием. Человечество продолжало сходить с ума, спецслужбы не оставляли попыток найти ее, а они с Анной жить и скрываться от них.

«Пора подавать в суд!»

Надо полагать, что для Хогарта и Борна это стало делом чести поймать и выяснить все. Ей бы тоже не помешало пару слитков благородного металла. Тогда бы они купили бунгало в Танзании и жили бы там, не зная проблем.

«Когда-нибудь так и будет. Буду я, Анна и гиппопо!»

Жизнь выставила свою цену за их безопасность и жизнь среди людей и Алекс, не хотя, но все же приняла это. В конце концов, у них же все получилось. Верно?

«Мне.»

Она выставила счет ей, но не дочери. В ее быстром росте нашлись свои плюсы. Спецагенты ищут женщину с ребенком на руках, а на самом деле ее Кнопка чуть ли не ежедневно смотрит на них с рекламных билбордов и улыбается проказливой улыбкой взрослой девочки.

— Если это не в Африке, то нет. Дочь мне не простит ни одного лишнего дня.

— Ее еще не отпустили бегемоты?

— Нет.

Сара смеется и обещает Алекс, что с нее причитается книга и подарок в тему для Анны.

— Так где?

Подарки — это хорошо, но у нее достаточно тех, кто балует Эй-Джей всевозможными способами.

— В Танзании. Я тут загуглила. Они там тоже есть.

Совпадение? Как бы не так. Расчетливый интерес редактора, надеющегося примазаться к расположению издателя великосветского глянца.

— Это хорошо.

Алекс отправит ей материал, а потом подыщет домик, где-нибудь в самой глуши, снимет его на все лето, а потом заберет Анну. Никаких камер, спецагентов и вампиров. Можно носиться в полную силу и кричать сколько угодно, а еще гладить гиппопо, знакомиться с миром без оглядки на то, что нормально среди людей и тебя подловят камеры.

— Окей. Но с тебя оплата билетов, трансфера и проживания.

— Хорошо. Это не продлится долго. Так что это не дорого.

— Скряга.

От Танзании рукой подать до Кении. Она надеется, что миссия еще на месте. Алекс верит, что Анне очень понравится там, а еще она очень надеется застать Оума. Однажды, поданный ей чай очень помог ей в этой жизни и дал избежать множество проблем. Подумать только Раф мог бы привести ее к Карен и тогда бы не было ее Анны! Она бы ненавидела его, несмотря ни на что, потому что участь тех детей оказалась незавидной.

«…спасать никого не надо.»

Как знать может у нее бы получилось, если бы Джейк уже тогда сделал ее вампиром, без всяких «но» и «если».