Глава 8

Когда Вербицкий ушел вместе с другом, Тая получила передышку от источника неожиданных эмоций. Что-то разволновалась она не по-детски, однако теперь осталась совершенно одна в незнакомом обществе.

Снова заиграла музыка, и какой-то симпатяга в клетчатом пиджаке попытался пригласить Таю на танец. Она отказалась, и отправилась разглядывать пушистую красавицу, установленную в нише. А поглазеть было на что. Разнообразные домики, шишки, зайцы, медведи, пингвины и, конечно же, мышки переливались в свете мигающих цветных фонариков. Красота!

— Как вы, Тая? Не скучаете? — поинтересовалась незаметно подошедшая Татьяна.

— Все в порядке.

Не сознаваться же, в самом деле, что она скучает.

— Извините Никиту. Ему очень хотелось похвастаться бильярдным столом еще в этом году. Мужчины, они как дети. Вы согласны?

Тая вспомнила своего почти-мужа и вздохнула.

— Пожалуй. — Но она не хотела думать о грустном. — Вербицкий, то есть Арсен рассказал мне немного о вашем знакомстве с Никитой. Такая романтичная история — прямо сюжет для книги.

Таня улыбнулась.

— На самом деле все было не так уж карамельно в самом начале. Однако мы исправили дело позже. Не знаю, рассказывал ли вам Арсен… Кстати, вы давно с ним знакомы? Это я к тому, что все в редакции уверены, будто Вербицкий ни с кем не встречается.

Интересный вопрос! Журналист, как доктор — круглосуточно на работе.

— Все вышло… спонтанно, — заявила Тая, давая понять, что больше ничего не сообщит.

— Понимаю. Обычно все так и происходит. Если это, конечно, что-то настоящее.

— Думаете?

— Конечно. Даже если люди знают друг друга давно, понимание того, что они неравнодушны друг к другу, тоже приходит неожиданно.

— Возможно, — протянула Тая и покосилась на дверь, за которой исчез Вербицкий.

— Это я к чему: вот вы упоминали романтику, а у нас в редакции как раз есть очень романтичная пара.

— Что вы говорите? — навострила уши Тая. Что-то в этой предыстории ее насторожило. Ведь редакция не могла быть такой уж большой.

— Два наших сотрудника очень часто пересекались по работе. Совместный труд, он, сами знаете, сближает. Так вот в прошлом декабре во время европейских рождественских праздников эти двое отправились в Стокгольм в командировку. А Новый год они уже встречали вместе. Кажется, в Берне. — У Таи закружилась голова. — В день святого Валентина у них состоялась помолвка. А совсем недавно они расписались и отправились встречать Новый год…

— В Люксембург?

— Так Арсен вам рассказывал? Они такие счастливые! Уверена, что разговоры о том, будто Спартак женился на дочери владельца строительной компании из-за денег, всего лишь завистливые сплетни. Лика — настоящая красавица!

Тае казалось, что комната вокруг нее начала медленно вращаться. Значит, не было никаких принудительных командировок и деспота-начальника. Все оказалось до банальности просто: ее Спартак тайком женился на другой. Хотя, какой же он ее? Спартак теперь принадлежит другой женщине. Тогда зачем продолжает проводить столько времени с ней, Таей? И в путешествие с ней уехал сразу после помолвки.

— Какой же он…

— Вербицкий? Да, наш шеф — красавчик. — Тая не замечала, что продолжает глазеть на дверь. И что в проеме уже стоит Арсен — тоже. Шок был слишком сильным. — Извините, но я вас оставлю. Напомню Никите, что уже без десяти двенадцать, и включу телевизор.

Вербицкий подошел к ней впритык и обнял за талию, а Тая разрешила ему эту вольность.

— С тобой все в порядке? Ты побледнела.

Тая заглянула в серые глаза и заставила себя улыбнуться.

— Если и нет, то теперь точно будет. Ты нальешь мне шампанского?

— Конечно.

Все, по заведенной привычке, выслушали приветствие президента, и некоторые закричали «Ура!». Снова начался перезвон бокалов, и когда Тая повернулась к Арсену, он поинтересовался:

— Чего бы ты хотела в новом году, Тая?

Серые глаза мерцали и манили, и женщина перестала сопротивляться магии.

— Стать счастливой. По-настоящему, — решительно заявила она.

— Будь по-твоему.

Тая выпила свое вино до донышка. А когда Арсен поцеловал ее в губы, ответила, причем с чувством. Теперь она — свободная женщина, и может делать что пожелает. Даже глупости. Кстати, глупости в первую очередь.

— Ты говорил, что у тебя есть татуировка, или это была шутка?

— Это правда.

— Замечательно. Так вот, я хочу на нее посмотреть.