20

Андрей

Мармышка смотрела на него так враждебно, будто это именно он остановил лифт. Даже смешно. Хотя чему он вообще радуется? Что вновь застрял в лифтовой шахте во время новогодних праздников? Вчерашний — хотя нет, сегодняшний — Палыч ещё, небось, не проспался.

— Шо, опять? — возмутилась та же диспетчер. — Вы там чего, танцуете в этом лифте?

«Трахаемся», — подумал Андрей мрачно, но вслух ответил:

— Нет. Мы в нём застреваем.

Женщина подумала и ответила:

— Ладно, ждите, сейчас придут, вынут вас.

— Интересно, сейчас — это когда? — пробормотала мармышка. — В этом году или уже в следующем? Хотя… риторический вопрос. Хм… а чем это так воняет?

Андрей поводил носом.

— Я ничего не чувствую.

— Да ладно, — мармышка нахмурилась, раздувая ноздри. — Пахнет, как… чёрт, я даже не знаю… Как ссаные тряпки или грязные носки…

И тут он понял, о чём она.

— А-а-а… Это сыр.

Соседка вытаращила глаза.

— Какой ещё сыр?!

— С плесенью.

— Фу-у-у! — она демонстративно зажала нос. — Так это от тебя воняет!