Глава 27. Почитай мне

Саундтрек: Give us a little love — Fallulah

“Только она одна из всех, кого я помню, смотрела мне прямо в глаза — так, словно я что-то значу.”

451 градус по Фаренгейту, Рэй Брэдбери

Вот я вроде была взрослым человеком, а разговора боялась. Хотя он, сидит спокойный за своим столом среди кипы бумаг, а я почему-то нервничаю, когда замечаю закатанные рукава черной рубашки и убранные белые волосы в хвост. На протяжении всего вечера я едва удостоила его взглядом, а здесь мы остались наедине. Это пугало.

— Присядь, — прозвучал тихий приказ.

Мне назло захотелось застрять в дверях, но, вздохнув, я успокоилась. Сейчас я буду сама добродетель.

Когда я села в кресло напротив, и он заглянул в мои глаза, в кабинете вдруг перестало хватать воздуха.

— О чем ты хотела поговорить?

У меня моментально разболелась голова и забилось сердце от близкого присутствия. С ним почему-то всегда так. Так ощутимо. Мне это не нравилось.

Я прочистила горло, прежде чем ответить:

— Я бы хотела вернуться домой.

Маг выгнул бровь и безразлично ответил:

— Нет.

— Но мне очень нужно вернуться домой. Вы не понимаете!

— Так расскажи мне.

— А разве это что-то изменит? — угрюмо ответила я. — Вы довольно категоричны в своих решениях.

— Не попробуешь — не узнаешь.

Господи… почему же он меня так бесит. Я глубоко дышала, пока Киллиан неторопливо подошел ко мне и уселся на стол. Его рука вдруг коснулась моих волос, погладила и тут же исчезла. Голос добрый:

— Ну же, звездочка. Я пытаюсь быть дружелюбным, иду на контакт. Уделяю тебе внимание, что ты так жаждешь.

— Вы много на себя берете, — недовольно ответила я, злясь на себя за то, что не откинула его руку. — И прекратите это.

— Прекратить что?

— Вы прекрасно знаете что.

— Просвяти меня.

Я не торопилась отвечать. От мага исходило такое спокойствие и расслабленность, все движения говорили о том, что Киллиан не настроен на конфликт, а вот я как будто нарочно пыталась его создать.

Неимоверным усилием взяв себя в руки, я попросила мага еще раз, но уже без истерики:

— Мне необходимо вернуться домой как можно раньше. Мой близкий человек попал в беду, и я должна находиться рядом. Осталось всего две недели, верно? Вы можете дать мне противоядие с собой. Я прекрасно себя чувствую и…

— Врешь, — перебил он меня.

Я подняла на него взгляд и тут же смутилась.

Киллиан взял прядь волос, выбившуюся из моей прически, и начал перебирать кончик между пальцами, я попыталась вернуть волосы назад — не отдал.

Я сама благодетель и доброта. Хочет ненормальный маг играться с волосами — пусть играется. Мне не жалко.

— Думаешь, я не знаю, что происходит в моем доме? — начал он пугающе холодным голосом. — Думаешь, я не знаю, как тебе снятся кошмары каждую ночь? Или как часто ты страдаешь головными болями и температурой? А может быть ты думаешь, что утренний чай — это просто чай? Если бы не мои отвары, ты бы давно слегла если не от жара, то от невыносимой боли.

Я вздрогнула, переваривая все сказанное.

— Но мне становится легче. Я выдержу две недели.

— Может быть и выдержишь, — безразлично ответил он, пожав плечами.

— Так вы меня отпустите?

И категоричное:

— Нет.

— Но почему? — зло выдохнула я, вскакивая. Пришлось запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в лицо. — Разве я вам еще чем-то обязана? Я спасла вашу жизнь, помните? Один — один. Так что отпустите. Меня. Домой!

— Хочешь воззвать к моей совести? — хмыкнул маг, все также перебирая прядь волос, поднес ее к лицу, вдохнул. — Даже не пытайся. У меня ее нет.

— Мне нужен ответ. Я что теперь пленница?

— Называй это как хочешь. Мне все равно.

Помнится, у нас был подобный разговор. Дежавю.

— Но почему? — тихо спросила я, нервничая. — Почему вам важно, чтобы я жила в вашем доме?

— Я просто хочу этого, — ответ прозвучал так буднично, что я замерла.

— Что?

— Я хочу, чтобы ты была рядом, Ария. И все, — его голос обманчиво вежливый, спокойный. Он смотрел на меня исподлобья, а я чувствовала себя так, будто я добыча голодного хищника. Страшно. От такого тона — впервые. — Если я сказал, что ты не вернешься домой, значит это не обсуждается. Анита переживет потерю своего братца и без твоих объятий.

— Вы знаете про Аниту? — выдохнула я пораженно. А потом на меня лавиной обрушилась правда. — Это все вы! Вы попросили госпожу Луиз спрятать от меня газеты, чтобы я не узнала!

— Не попросил, а приказал. Это разные вещи, Ария. И она не выполнила мой приказ, за что понесет наказание.

— Вы — ненормальный, — возмутилась я, а Киллиан усмехнулся. — Зачем вам так досконально знать о моей жизни?

— Ты мне скажи.

Я услышала как в замочной скважине повернулся ключ и даже не успела рта открыть, как меня подняли на руки и усадили на деревянный стол, надежно заперев между своих рук и ног. Сердце бешено застучало.

Его лицо оказалось в опасной близости от моего. Я смотрела на мага со страхом. Невероятно… Он запер меня наедине с собой!

— Ты мне скажи, Ария, — голос тихий, а в серых глазах горит бешеный огонь, — почему я знаю все о твоей жизни? Почему я не хочу отпускать тебя? Почему мне спокойнее знать, что ты живешь в моем доме, а не находишься под чутким прицелом глаз этой старой ведьмы?

Я очень хотела, чтобы меня отпустили прямо сейчас, чтобы перестали сверлить глазами, считывать все мои чувства так, будто Киллиану это ничего не стоит.

Мне бы стоило дать ему пощечину, но ни глаза, ни разум не слушались. Веки прикрылись, когда холодные пальцы нежно погладили мою щеку. Я никогда не замечала за Киллианом желание быть ласковым. Я такого понятия до встречи с ним и вовсе не знала, но чужие руки именно такие, и голос:

— Можно я поцелую тебя? — проникновенно настолько, что я задрожала. — Не бойся.

Между нами сквозило напряжение, взгляды сталкиваются, словно огромные волны о скалы, но я не глупая, я просто… Не знаю, как так вышло, что между нами и рука не протиснется, что дыхание Киллиана ощущается на губах, что сердце бьется, как сумасшедшее.

Я, кажется, внутренне кричала, просила себя остановиться — не помогло. Я чувствовала, как меня крепко держат, как сама крепко вцепилась в плечи напротив.

Чертовы руки потянулись к шее, погладили старый шрам, отчего мне рвано выдохнули в щеку. Чувство гордости и самосохранения остались где-то позади. Лицо горело, а дыхание мужчины распаляло еще больше.

Я никогда не чувствовала этого ранее. Почему сейчас во мне кипит столько эмоций?

Я слышала и видела будто бы все со стороны: как я зарываюсь носом в яремную ямку мужчины, как мои и чужие руки крепко обнимают, как чужие губы шепчут в ухо, посылая рой мурашек по всему телу:

— Трусиха.

Я закрыла глаза, чувствуя, как задыхаюсь от запаха мыла и дерева. Как его аромат окутывает меня с ног до головы, заставляя забыть, в кого я вцепилась мертвой хваткой. Чей запах я шумно втягиваю.

Меня гладят по голове и кажется напрочь теряют самообладание, нежно целуя в висок. Всего один раз. Но этого хватило, чтобы меня шибануло током.

— Прости, — прошептал мужчина, касаясь губами моего лба, пока я крепко вцепилась в его рубашку, пытаясь понять как так вышло. — Магия вышла из под контроля.

Я дернулась, попытавшись освободиться от крепкой хватки.

— Только не убегай, звездочка. Я догоню.

— Я сижу на месте, — наши голоса тихие.

— Я предупредил.

— Вы ведь отпустите меня? — прошептала я в ответ, заглядывая в белесые глаза.

— Нет.

— Пожалуйста?

Киллиан тихо рассмеялся.

— Попроси получше. Может, и передумаю.

Я нахмурилась.

— Вы издевайтесь?

— Немного.

Мои руки толкнули мужчину в грудь, но едва ли это возымело успех: он перехватил каждую ладонь и нежно поцеловал по очереди. Сердце бешено заколотилось, я старалась контролировать дыхание.

— Отпущу, — заверил меня Киллиан, глубоко вздохнув и поймав мой взгляд, — но с одним условием.

Я хмыкнула.

— Ну конечно же. Условие. И какое?

— Язвишь, — в ответ как ни странно угроза не прозвучала. Маг вздохнул и нехотя отстранился, отчего я задышала чуточку легче и свободнее. — Ты почитаешь для меня сегодня. Завтра я отправлю тебя домой.

Я опустила глаза в пол, улыбнувшись.

Послушался. Уступил. Ну надо же.

— И госпожу Луиз не накажете?

— Не накажу. И ты совсем обнаглела.

— Еще не совсем. Дадите мне пару книг с собой?

— Я вижу ты пришла в себя. Можем продолжить?

Хитрые светло-серые глаза прищурены. Я толкнула его грудь и слезла со стола, отходя на безопасное расстояние. Зря, он быстро преодолел его.

— Что вам почитать? — спросила я, передвигаясь между книжными полками. Киллиан двигался за мной по пятам.

— Мне все равно. Выбери любую.

Я повернулась к нему, нахмурившись.

— Зачем тогда просили, если вам все равно?

— Просто сделай то, что я попросил. И не задавай лишних вопросов.

— Хорошо, но вы не можете ко мне близко приближаться.

Он усмехнулся.

— Только если ты сама не попросишь.

Я закатила глаза, выбирая свою любимую детскую сказку, которую я иногда читала по ночам, когда подолгу не могла заснуть.

— Где… — я растерялась. — Где вам почитать?

Маг уселся на диван и похлопал себя по коленям.

Я шумно выдохнула, усаживаясь на другой край дивана.

— Я так ничего не услышу, — усмехнулись рядом.

— Я буду читать погромче.

— Какая же ты вредная. Скажу Луиз, чтобы она кормила тебя получше.

— Она и так меня прекрасно кормит. А теперь я попрошу вас замолчать и послушать мое чтение. Как долго вам читать?

— Пока я не усну.

Я опустила глаза на синий переплет, раскрыла книгу и начала читать:

– “У одного отца было три сына и ни одной дочки. Первого сына прозвали Вороном за угольные волосы и темные как ночь глаза. Он был старшим…”

— Сказка о Змеином Короле? — перебил меня маг.

Он устроился слушать с удобством, развалившись на диване, вытянув ноги и закинув руки за голову. Я раздраженно взглянула на него:

— Верно.

— Продолжай, — велел он, закрыв глаза.

– “Второго прозвали Медовым Лисом за хитрый ум и смекалку. Он был младшим. А средний сын любил змей, за что получил прозвище Змеиный Король…”

Дочитав сказку до конца, я закрыла книгу и взглянула на спящего мага. Пожалуй, я сама не заметила, как он заснул, потому как погрузилась в чтение.

Раннее утро уже зевало сквозь окна. Мужчина спал мирным сном, глаза его были прикрыты, а дыхание — ровным и размеренным. Осторожно отложив книгу на стол, я глубоко вздохнула и позволила себе немного порассматривать мага.

Он высокий и изящный, хотя очень сильный. И магически, и физически, это очевидно.

Мне бы вот хоть секундочку не вспоминать то, что между нами произошло. Всего-то поцелуй. И пара объятий. Подумаешь… Хотя благопристойная леди уже давно была бы опорочена и за меньшее. Киллиан, вероятно, точно не забивает себе голову такими вещами. И мне оно ни к чему.

Но почему я думаю об этом?

Почему рассматриваю мужественное бледное лицо, длинные ресницы, ровный нос. Губы, что первыми поцеловали меня. У него светлая и безупречно гладкая кожа. Он красив. До ужаса красив. Нужно быть глупой, чтобы отрицать это.

Белые волосы были убраны в хвост, одна прядь выбилась и лезла на лоб. Я сжала пальцы, чтобы не потянуться к ней, не убрать за ухо, не погладить в ответ. Было страшно. За чувства. За то, что я испытывала впервые. Я даже толком не понимала, отчего мое сердце так колотится. Отчего руки тянулись к этому пугающему, жестокому мужчине. Это ненормально. Он не должен мне нравится.

И все же меня бросало то в жар, то в холод, то в краску. Я отвернулась и старалась более не смотреть в его сторону, но не получалось не кидать взгляды, наполненные раздражением. Казалось бы, зачем я вообще сижу здесь? Зачем ему делать это. Смотреть? Смущать? Ему просто скучно? Или от меня что-то надо? Глупости, какой прок от влюбленной дурочки? Он и так может с легкостью добиться желаемого, силу он использовать не скупится. Тогда зачем?

Было жарко от мысли, что придется говорить всякие вещи. “Пожалуйста, перестаньте меня целовать. Не просите разрешения”. Нет, это глупо. “Пожалуйста, давайте забудем обо всем?”. Тоже глупо. Наверняка он посмеется в ответ и скажет, что лишь одна я придаю этому такое больше значение.

Мы больше не увидимся.

Господи… О чем я только думаю? Я, кажется, окончательно спятила…

— Ария, — раздался хриплый голос, и я вздрогнула.

Я посмотрела в сонные светло-серые глаза и с ужасом осознала, что за всей этой вереницей мыслей, даже не заметила, как нагло пялилась на него. Замерла, как вкопанная. Чего ждала — непонятно. Чуда наверное. Или чтобы Киллиан как всегда прочитал мысли, просканировал меня и избавил от страданий.

— Уже утро. Я смог заснуть? — Тон удивленный.

Я неуверенно кивнула, не понимая, чему тут удивляться. Прочистила горло.

— Я хотела сказать… — начала я, но тут же замолчала, не зная как подобрать слова.

В голове совсем пусто, потому что Киллиан смотрел внимательно. Следил. А у меня шум в ушах и жжение в животе, когда мужчина, пытаясь скрыть ухмылку, провел пальцем по губам. Он совсем не так все понял. Это конец…

Однако же голос у Киллиана холодный, уверенный:

— Сядь ближе.

Меня как будто кирпичом по голове приложили.

Я не хочу этого. Мне нужно вернуться домой… Мне…

Киллиан не спросил разрешения, сам подтянул ближе, с легкостью пересадил на колени. Подсознание думать отказывалось. Я в том числе, потому что сама дрожащими руками обняла мужчину и с наслаждением втянула тяжелый запах мыла и дерева. В этот самый момент, я осознала, что вляпалась во что-то очень очень плохое. Потому как то, что происходит, — уже не впервой. Значит это не исключение.

Меня нежно гладили по спине, кажется понимая, что я ужасно нервничала. Расстояние между нами было как у любовников — выдоху не протолкнуться.

— Лицо прячешь, — усмехнулся Киллиан. — Покажи. Мне стало интересно, что ты там такое скрываешь.

— Отстаньте, — смущенно пробурчала я, пряча нос за воротом черной рубашки.

Мужчина слегка съежился, а потом посмеялся.

— Щекотно.

Чужие холодные руки обнимали. Прижали к себе еще крепче.

— Давно так хорошо не высыпался. Спасибо.

От этого тихого, нежного голоса у меня все переворачивается внутри. Я силой воли подняла голову и заглянула в дождливые глаза.

— У тебя всегда такое лицо, — Киллиан довольный, как мартовский кот, — как будто я тебя пытаю.

А есть разница?

— Это ничего не значит, — наконец сказала то, что хотела, прежде чем меня схватили и обезвредили, — все это… Это все моя неопытность.

— И как я сразу не догадался? — тихо посмеялся Киллиан, смотрел с прищуром. — Наверное поэтому даже в глаза смотреть боишься?

— Я не боюсь, — процедила я, прожигая его взглядом в упор.

— Глаза твои, звездочка… — неожиданно ответил он тихо и без намека на шутку. — Век бы в них смотрел.

— В них нет ничего особенного, — я отвернулась, щеки как назло нагрелись и запылали.

— Не отворачивайся, — прошептали мне, обнимая мое горячее лицо холодными ладонями. Приятно…

— Вы вернете меня домой, — я не узнавала свой хриплый голос, — и мы больше не увидимся. Я не такая, как вы подумали. Я не готова на такие отношения.

Боже, что я только что сказала… Почему мозг плавился, как горячий шоколад на солнце?

— Я и не предлагал.

Между нами воцарилось молчание, и я не успела и рта открыть, чтобы оправдаться, как Киллиан выдал лаконичное:

— Пока что.

— Я никогда не пойду на это, — мой голос злой.

— На что это?

Киллиан издевался, знал как на меня это действует — лицо заалело пуще прежнего, сердце билось как бешеное. Впрочем, его тоже не отставало судя по быстрому стуку под моими ладонями.

— Не притворяйтесь дурачком. Вам не идет.

Мой взгляд был злобным, а Киллиана это совсем не задело. Он наклонил голову, осторожно заправил мои волосы за ухо и грустно улыбнулся.

— Передумаю ведь.

Я прищурилась.

— Опять угрожаете?

— Куда мне ужасному.

— И бесчеловечному.

— Ну я ведь маг, — он усмехнулся. — Мне положено.

Я едва удержалась, чтобы не закатить глаза.

— Тебе нужно поспать.

Нежный поцелуй в висок. Я ничего не ответила, устав огрызаться, и под неровное сердцебиение под моими ладонями как-то незаметно начала проваливаться в сон…

* * *

Межлесье. Резиденция Аспида

Киллиан

Опаснейший из магов осторожно сжимал в объятьях спящую девушку и то и дело прикасался к ее волосам, оставляя в них короткие поцелуи.

Отпустить или нет?

Отпустить или нет?

Отпустить или?..

Запри! Запри! Запри! — шептали сотни мертвых голосов.

Забери ее себе.

Забери…

Она твоя!

Он тяжело вздохнул. Не сейчас… Не время. Ему стоит подождать.

Прозвучали слова, которые она никогда не узнает. Слишком важные. Слишком значимые:

— Если в глазах всего мира я буду монстром, оставишь ли ты меня?..