Глава 15

На Хамайль уже легла ночная мгла. Однако парящие в воздухе светляки освещали всю прилегавшую к лиуриму территорию. Там, внутри, уже слышались аплодисменты. Представление только началось, а я уже ушла. Зато чуть дальше расстелилась полнейшая темнота со зловещей тишиной. Мы покинули праздник, о котором столько говорили люди в последние дни.

Равноправие Стихий бывает два раза в год. К нему обычно готовятся от малого до велика. Каждый выйдет в эту ночь на улицу и встретит новый день именно там, воспевая хвалу стихиям, так много дарующим этому миру.

– И ты еще хочешь сказать, что не такая, как она? – резко остановился Ролан, даже не добравшись до тиаса. – Тянешься к тем же людям, секретничаешь с ними. И этот Бруччи…

Упреки. Снова. Я смотрела по сторонам, лишь бы не видеть сейчас мага Воздуха.

– Точно такая же, хоть и пытаешься притворяться хорошей.

Мне были непонятны его претензии. Ведь нет ничего зазорного в том, что я поговорила с Миллером. Вряд ли Ролан стал бы ругаться из-за моего неумения сказать человеку в лицо о его недостатках.

– Может, пойдем обратно? – попыталась я уйти от болезненной темы с Самилией.

– Опять к своему блондину? – резко приблизился он и схватил меня за локоть.

Я шумно вдохнула сильно изменившийся воздух. В прошлый раз от близости мага мне просто стало не по себе. Теперь же все случилось с удвоенной силой. Но было одно огромное отличие – Ролан не думал отстраняться или отходить. Он продолжал нависать надо мной, дожидаясь ответа.

А разве можно что-то сказать, когда во рту пересохло? Я мечтала, чтобы мужчина когда-нибудь вот так подошел вплотную, но не ожидала подобного.

– Перестань строить из себя испуганную овечку, – прищурившись, чуть наклонился он, обдавая меня еле уловимым запахом мяты.

Наверное, я походила в этот момент именно на нее, ведь глаза расширились, сердце перестало биться, а с губ так и не слетело ни единого слова.

– Лия! – встряхнул Ролан меня за плечи, пытаясь привести в чувства.

– Хватит, – начала вырываться я, ощущая, как накидка больно натирает кожу и то, как медленно спадает дурман от воздействия магии Воздуха. – Успокойся уже. Не собираешься идти обратно, так бы сразу и сказал.

Мне пришлось самой отступить, затем обогнуть Ролана и забраться в тиас. Я изначально не хотела отправляться ни на какой праздник. Зачем было настаивать?

– Возвращайся, я могу здесь подождать, – сложив руки на груди, оперлась я головой о стенку летающей машины.

– Не говори глупостей. Это представление я видел уже много раз. Ничего не случится, если слегка опоздаю.

– Зато я не видела, – пробормотала себе под нос, рассматривая издалека шарообразное здание и множество движущихся внутри него теней.

– Лия, почему ты не слушаешь, что я тебе говорю? Разве сложно идти по заданному пути? За неделю ты могла бы далеко продвинуться. Особенно сегодня было много шансов, очень хороших. А что в итоге?

– Полетели домой, – начала выводить я на стекле невидимые узоры.

Вдруг стало холодно. Ролан снова разозлился. Он не любил, когда на него не смотрят во время разговора, когда переводят тему и тем более не отвечают на вопросы. А что я могла сказать? Наверное, надо просто было попрощаться с ним и уйти в звенья или же к Миллеру, который поможет избавиться от накидки. Затем появится больше возможностей, как уехать в соседнее государство, так и вернуться в семью Фленг. Хотя очень смущал один момент – расплата с другом блондина.

– Лия, – появился легкий ветерок, который заставил повернуть голову, – ты хочешь окончательно меня разозлить?

– А ты всегда такой! Когда в последний раз разговаривал со мной нормально? Мне помнится лишь один случай – тогда, на горе. После этого упреки, наставления, недовольство. Неужели тебе нравится такое общение? Мне нет. Я не прошу становиться друзьями, но зачем весь этот негатив? Разве я даю повод? Вроде бы стараюсь не заводить спор, делаю, как ты хочешь, хоть слегка по-своему. Если уж вертишь мной, как куклой, хотя бы иногда улыбайся. Кукловоду обычно доставляют удовольствие его игры.

Ролан неодобрительно покачал головой, но в то же время в воздухе пропал жуткий холод.

– Лучшая защита – нападение, – ухмыльнулся он. – Не молчи каждый раз, отвечай мне, и не будет негатива.

– А если я не хочу отвечать на твои вопросы?! – все-таки вспылила я.

– А я не это имел в виду, – расплылся в улыбке Ролан. – Просто давай отпор.

Вот она… Как давно я мечтала увидеть ее, подаренную только мне, без лукавства, ехидства и притворства. Сейчас не было игры, все настоящее, взаправду. Я не удержалась и тоже улыбнулась, ощущая легкость на душе.

– Ладно, сегодня все-таки праздник, – оживился он. – И то представление я видел много раз. Поэтому есть предложение посетить другое место. Согласна?

Первым делом захотелось спросить: есть ли выбор? Но резкая перемена настроения Ролана заставила кивнуть в надежде, что он в состоянии спасти этот вечер.

Мы поднялись в воздух и полетели над полностью погруженными во тьму звеньями. Сперва вдалеке появился тлеющий уголек. С каждой секундой он увеличивался, постепенно превращаясь в огромных размеров костер.

У простых людей был свой праздник. Кто-то отмечал Равноправие Стихий в гигантском стеклянном шаре, а кто-то – на улице возле полыхающего костра, явно сооруженного специально для этого мероприятия.

– Каждый год они выбирают новое место. Мы специально незадолго до праздников переносим звенья, чтобы одновременно освободить территорию и приблизить жилье людей к тамимиру.

Тиас плавно начал опускаться на землю, так и не выплыв на свет. Люди, наверное, и не заметили нас, ведь были полностью поглощены танцами и пением. В отличие от богатых, они явно умели веселиться.

– Четыре стихии в одном месте. Сердцевина – вода. Над ней воздух, который наполняет это конусовидное сооружение из камней. Огонь ты и сама видишь. Они все сделали сами, не воспользовались услугами магов, поскольку это очень дорого.

– А зачем обычным людям праздновать его?

– Потому что у них тоже много всего держится на магии. Но главное ведь, что магия – это жизнь, а жизнь и есть магия.

– В смысле?

Ролан быстро поднялся, вышел на улицу и потянул меня за собой.

– Смотри, – он приблизился, от этого дышать стало трудно. – Если привыкнешь, то потом не сможешь без этого. Вокруг меня воздух другой, заметила ведь. Он чище, легче, обогащен кислородом. По утрам это заметно больше всего. Если маги Воздуха все вместе уедут куда-нибудь, то через некоторое время люди начнут задыхаться. В нашем мире все взаимосвязано. Маг Огня не проживет без Воздуха, а мы не справимся без их тепла. Точно так же происходит обмен с Водой и Землей. Только все вместе, в единстве, мы можем нормально существовать.

Мне захотелось прильнуть к нему хотя бы раз, именно сейчас. Темно, никто нас не видел, даже он был не в силах рассмотреть выражение моего лица и то, как я пыталась помимо интересной информации снова уловить запах мяты.

– Что-то ты долго привыкаешь, – хмыкнул Ролан. – То дышишь, то затихаешь. Так и хочется сказать, что ты странная. И лучше бы было именно так, – последнее он добавил тихо, прошептал прямо на ухо, обдавая своим горячим дыханием.

Вроде бы мы говорили о чем-то серьезном, а у меня мурашки побежали по всему телу, и думать вовсе расхотелось.

«Лия, соберись!»

– Хочешь понаблюдать за ними со стороны или принять участие? – спросил Ролан, делая шаг назад, забирая легкость и одновременно возвышенность ощущений.

– И ты готов пойти туда? – я постаралась проговорить это как можно более ровно.

– Если надо, то да. В нашем положении, главное, не сбиться с ветра. Ты – маг, они – простые люди.

У меня свело зубы от этих слов. Наверное, я даже фыркнула в голос, потому что Ролан добавил:

– Разделение не потому, что я богат. Так надо. Если захочешь, то когда-нибудь поймешь это.

– Пойдем, – шагнула я вперед, не желая слушать новую теорию о разделении общества на слои и особенно о ее важности.

Стоило нам выйти на свет, как меня кто-то потянул на себя. Оказалось, это был Амиан. Он сразу же принялся обнимать и поднимать меня, кружа при этом.

– Отпусти, – я звонко рассмеялась.

– Лия, куда ты пропала? Думал, не увижу тебя больше. Ходили слухи, что в семью вернулась. Но я-то знаю, что тогда бы мне рассказала. Да? Рассказала бы?

– Ох, Амиан, как же я по тебе соскучилась. Да, ты бы обязательно узнал. Еще сомневаешься? – толкнула я его кулаком в плечо, однако друг даже с места не сдвинулся.

– Слушай, меня сейчас просверлит взглядом один странный тип.

– Не обращай внимания, – посмеялась я. – Ролан, знакомься, – обернулась я к магу, подзывая к себе жестом руки, – это мой хороший друг, Амиан.

– Очень приятно, Ролан, – быстро кивнул тот.

Было странно, что он не назвал фамилию или стихию. Наверное, мужчина не хотел озвучивать свой статус, чтобы случайно не попасть в неловкую ситуацию.

– Добрый вечер, – поприветствовал его Амиан, но вскоре снова переключился на меня: – Мы с ребятами заняли хорошее местечко. Они будут тебе рады. Если хочешь, найдем место и твоему… другу.

– Скорее, – прищурилась я, – спутнику или провожатому. Мы не друзья.

Амиан широко улыбнулся, потрепал мои волосы, не заботясь о прическе. Он хотел еще что-то сказать, но его вдруг позвали. Мужчина повернулся на голос, махнул рукой и, извинившись перед нами и повторно пригласив в их компанию, убежал.

– Не друг? – выгнул бровь Ролан.

– Нет, – пожала я плечами и сразу же поморщилась из-за накидки.

– То есть Хулиган тебе друг, а я нет?

Так и тянуло сказать, что хотелось бы от него многим большего дружбы. Но личное так и останется личным, а о моих чувствах к нему никто не должен узнать. Ролан мастерски отказывался от эффектных блондинок. Куда уж мне до их уровня? Тем более за последнюю неделю я точно поняла, что полностью не в его вкусе. Ведь были попытки привлечь внимание мага. И все безуспешные.

– Именно так, – улыбнулась я и начала пробираться сквозь редкую толпу в сторону, куда ушел Амиан.

Обойдя костер кругом, я остановилась. Перед нами разлилось бескрайнее море, на котором проложила свою дорожку луна. Его волны шумно набегали на берег, бились о камни, изредка обдавали брызгами. Запах костра смешался с солоноватым бризом. А тот разбавлял своей свежестью Ролан. Огонь согревал, обдавал жаром, играя со светом и тенью. Он повелевал ими, с каждой новой секундой менял цвета, разделял лица людей на две половины, делая одну темнее, а вторую светлее. Огромных размеров костер боролся с высокой луной, приковывая взгляд только к себе, освещая огромную территорию и продолжая наполнять сердца людей приподнятым настроением.

В кои-то веки погода благоволила, позволяла всем собравшимся без опаски танцевать под открытым небом и не бояться дождя или бури.

– Маги поколдовали над погодой? – посмотрела я на Ролана, который внимательно следил за действом возле костра.

– Немного. А здесь интереснее, чем я думал.

Музыка внезапно затихла. Огонь дрогнул под громкий вздох присутствующих. Я не понимала, что происходит, но поддалась волнению толпы. Завыл ветер. Он усиливался с неимоверной скоростью, набрасывался на каждого человека и в особенности на костер, что начал угасать, показывая конструкцию под ним в виде многоярусного торта с тонкими нитями, на которых и держалось пламя. Вслед за ним появилось легкое подрагивание земли.

Я испуганно вскрикнула и схватила Ролана за руку. А тот не отошел, обнял меня за талию и притянул к себе.

Море заволновалось. Его волны увеличились до огромных размеров. Они тоже хотели дотянуться до места празднования, смыть людишек с этого берега – путь бы умолкли, дали спокойно поспать. Ранее мелкие брызги теперь ощутимо ударялись о кожу, опаляя своим холодом. Появились крики присутствующих, волнение в толпе, желание укрыться от непогоды.

Стихии разбушевались, они накинулись отовсюду, рвали, метали, поднимались вверх и обрушивались вниз. На небе набежали тучи, хлынул дождь. Ветер сдувал мелкие капли в сторону. Дрожь земли усилилась. Казалось, еще немного – и прямо возле ног побегут зловещие трещины, появится расщелина и оттуда поднимется столб огня. Не хватало лишь его.

Ролан стоял на одном месте и прижимал меня к себе. Он не пользовался магией, не защищал нас. Я даже заметила на его лице улыбку. Странно.

Костер почти погас, лишь внизу подрагивал детскими язычками. Однако уже в следующую секунду он вспыхнул ярким пламенем, достающим чуть ли не до небес. Люди заликовали. От былой паники не осталось и следа, теперь все смеялись, что-то кричали, хлопали. Послышались даже поздравления.

– Все-таки здесь лучше, – посмотрел на меня Ролан.

Дождь продолжался, но он был теплым, приятным. Как ни странно, в теле появилась непривычная легкость, словно его наполнили живительной силой.

– Поздравляю с завершением цикла.

– Я что-то чувствую, – меня безудержно тянуло сейчас петь, смеяться, слиться с толпой и так же пританцовывать, выкрикивая хоть что-нибудь.

– Поэтому люди и собираются вместе возле воды, чтобы была возможность получить благословение сразу всех стихий. Тебе понравилось?

– Хочу танцевать…

Мы до сих пор стояли в обнимку, но почему-то меня это совершенно не заботило. Гонимая одним лишь желанием, я оторвалась от мужчины и побежала к остальным людям.

Длинное платье мешало. Оно явно было не для этого праздника. А туфли на каблуках и вовсе оказались лишними. Я сняла их, отбросила в сторону, подобрала подол и примкнула к общему веселью.

Костер продолжал ярко гореть, согревая, добавляя радости в сердце. Ноги топтали влажную землю, превращая ее в грязь. Дождь слегка успокоился, но все-таки моросил. А ветер не прекращал завывать под музыку, высушивая нашу одежду, играя с огнем, танцуя вместе с дождем.

Меня подхватил на руки незнакомый мужчина, начал кружить. Потом я снова оказалась на земле и без конца смеялась. Мной овладела безграничная радость и необходимость двигаться, двигаться, двигаться… Это была магия, настоящая, дарующая жизнь и само желание жить. Я словно помолодела сразу на несколько лет, стала подростком, который готов всю ночь напролет двигаться в ритме музыке на танцполе.

Не знаю, как смотрелось все со стороны. Плевать! Плевать на правила, какие-то трудности, даже на мешающую накидку. Все подождет. Есть только здесь и сейчас. Я и музыка. Я и эти восхитительные моменты радости.

Со мной танцевали, поддерживали, показывали движения и повторяли мои. Водоворот звуков и красок тянулся бесконечно. В какой-то момент я даже начала подпевать, не зная слов. Незнакомые люди, как дети, так и взрослые, сейчас стали ближе кого бы то ни было. Улыбки, общий дух веселья и живость праздника никого не оставили в стороне.

Меня обняли за талию, а потом и вовсе подняли вверх, вызывая очередной звонкий смех. Подол платья поплыл по воздуху. Я откинула голову, приподняла одну ногу, поддаваясь начавшемуся кружению.

Звуки постепенно затихли, тепло огня исчезло. Сверху продолжали опускаться мелкие капли, заставляли закрывать глаза, чтобы в них ничего не попало. Мы остановились. Лишь теперь я заметила, что нахожусь на руках у Ролана. В темноте невозможно было рассмотреть выражение его лица, однако ощущалось, что он тоже поддался чарующему воздействию праздника.

– Лия, – прошептал мужчина и аккуратно поставил меня на землю.

Его пиджак куда-то пропал, осталась рубашка с несколькими расстегнутыми пуговицами. Даже волосы в темноте не казались такими идеально уложенными. На небольшом расстоянии, что разделяло нас, было заметно, как высоко вздымается его грудь, словно не одна я сейчас отплясывала под живую музыку, не жалея своих ног.

Повисло напряженное молчание. Во мне до сих пор плескались радость и желание танцевать, но в данный момент, рядом с этим мужчиной, я захотела большего. Шаг к нему. Руки на грудь. Я ощутила твердые мышцы под намокшей тканью. Не знаю, откуда взялась эта смелость, прятавшаяся глубоко во мне долгое время. Я провела одними лишь пальчиками по линии пуговиц, медленно поднимаясь вверх.

Ролан остановил, поцеловал внутреннюю сторону запястья, опаляя его горячим дыханием, и тихо прошептал:

– Лучше не надо.

Раньше бы я согласилась. Сейчас же на меня что-то влияло извне, потому что вторая рука все-таки добралась до его волос и взъерошила их. Я провела по ямочке на щеке, опустилась к шее, груди, торсу.

– Почему? – этот вопрос казался самым правильным в данный момент.

– Потому что на нас воздействует магия, – опустив голову, прошептал Ролан.

Его дыхание ощущалось на лице, согревало и будоражило. Он до сих пор держал в стороне мою правую руку, однако левой удалось обнять мужчину, прижимаясь всем телом. Так необходимые сейчас каблуки валялись где-то на земле, с ними я достала бы до его губ. Оставалось совсем немного…

– Мы можем поддаться ей на сегодняшний вечер.

– Нельзя, Лия, – однако Ролан сам подался вперед и поцеловал.

Говорят, запретный плод сладок. Наверное, именно этот маг Воздуха являлся самым запретным для меня мужчиной на всем белом свете. Иначе как объяснить пронзающую тело дрожь, прошедшую по нему холодным током? Нутро замерло, приятно сжалось. Надо было дышать, но это оказалось выше моих сил. А его губы… мягкие, напористые, подавляли любое возможное сопротивление на своем пути.

Запястье вдруг освободили. Я смогла дотянуться до шеи Ролана и обвить ее, прижимаясь еще больше, углубляя поцелуй, от которого сносило крышу и пропала возможность трезво мыслить. Он обнял меня за талию и приподнял вверх, отрывая от земли. Казалось, сзади выросли крылья. Вторая мужская рука давила на спину, впивалась в кожу пальцами. Она медленно продвигалась к плечам, окончательно захватывая в свой плен.

Было мало, как мне, так и ему. Хотелось большего, намного большего. Я растворилась в этом поцелуе. Вокруг нас словно ничего и никого не осталось. Дождь вдруг обрушился с новой силой, собираясь остудить жар наших тел. Однако он лишь подлил масла в огонь, заставил прильнуть еще ближе, смыл какую-то невидимую преграду.

Я точно перестала дышать, однако воздух не прекращал наполнять мои легкие. Ноги согнулись в коленях, но я по-прежнему находилась в объятьях. Это сумасшествие тянулось целую вечность.

И дождь… Он усиливался с каждой секундой, становился холоднее. Капли стекали по виску, попадали на губы, добавляли солоноватый привкус. В какой-то момент мы оторвались друг от друга и просто смотрели в глаза. Из-за темноты невозможно было рассмотреть черты лица Ролана, хотя я и так отчетливо их помнила.

Маг поставил меня на землю. Вместе с этими медлительными движениями улетало и наваждение, затмившее разум. Может, всему виной дождь?

Грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Руки тянулись прикоснуться к Ролану еще раз, чтобы продолжить, не останавливаться. Однако все изменилось, кардинально и бесповоротно. Это ощущалось в воздухе, в затянувшемся молчании, даже во мне самой. Исчезло то чарующее воздействие магий.

Ролан прикоснулся к моему подбородку, провел по нижней губе большим пальцем, наклонился и еще раз поцеловал, на этот раз легко и нежно.

– На прощание, – прошептал он.

– Что это значит? – заволновалась я, поежившись от набросившегося со всех сторон сильного ветра.

Мокрое платье прилипло к телу. А оно вмиг продрогло, околело, и лишь в груди еще осталось согревающее тепло. Одно сердце учащенно билось, и стук его гулко отдавался в голове. Я дрожала, но толком не понимала от чего: от холода или от сказанных слов.

Ролан отступил, окончательно ввергая меня в панику. Он словно на самом деле прощался, расставался со мной, подарив напоследок этот чудесный поцелуй. Но так нельзя, я не согласна. Теперь уж точно не согласна.

И пусть на нас в ту минуту действовала магия, ему неизвестно, как долго я мечтала об этом моменте. В нем было что-то сумасшедшее, незабываемое, но присутствуй хоть капля отвращения с его стороны – ничего бы не случилось. И что бы Ролан ни сказал, я не поверю, что сейчас не появилось взаимности.

Я не в его вкусе? Бред, чушь, выдумка! Определенно в его вкусе, еще как в его, точно в его, сильно…

– Ролан, объясни! – подошла я к мужчине и вскинула голову, собираясь добиться ответа.

– Смотри, люди уже почти разошлись.

Если так захотел сменить тему для разговора, то не выйдет! Я вернусь к ней, потом еще раз и еще. Если не сейчас, то позже. Жаль, что темно и нет возможности увидеть глаза и само лицо. У Ролана не все удавалось скрываться за своей маской безразличной отчужденности. И теперь явно такой случай, ведь эмоции зашкаливали, поцелуй не мог остаться в стороне, позабыться за долю секунды и превратиться в пустой звук.

– Жаль, правда? А я так хотела еще потанцевать, – сквозь зубы процедила я.

По телу разлились негодование, горечь и обида, появилось желание стукнуть мужчину, подарившего столь замечательный поцелуй. Мне неистово хотелось понять те слова, разобраться в ситуации, смыть ненужные мысли из его головы.

Мы продолжали стоять под дождем. Однако сейчас он не сближал нас, а отдалял. Накидка напомнила о себе жгучей болью, хотя последние пару часов ее воздействия вообще не ощущалось. Холодные капли били по макушке, стекали вниз по волосам. Я же пристально смотрела на темный силуэт Ролана.

– Могу найти место, где осуществишь свое желание, – слишком спокойно произнес он.

– А давай, – долго не думая, махнула я рукой и направилась к тиасу, утопая ногами в грязи.

Все делалось с каким-то остервенением. Послышался треск платья – плевать. Волосы мешали и постоянно лезли в лицо – все равно. Слишком много чувств поселилось в груди. Я вроде бы была раздражена, но понимала, что надо успокоиться, ведь Ролан изначально говорил, что не надо нам поддаваться стихиям. Однако он сам сделал последний шаг, сам поцеловал, сам…

Вскоре на полу тиаса из-за моего платья образовалась лужа. От стучавших друг о друга зубов я даже не расслышала, как забрался внутрь Ролан и сел напротив. Он молчал, долгое время просто сидел, не двигаясь. Потом же мужчина, казалось, опомнился и пустил на меня мощный поток воздуха, что вмиг высушил всю одежду. Однако тепла это не придало.

По крыше барабанил дождь, напоминая и заставляя вновь трястись, не столько от холода, как от ощущения покинутости.

– Ролан, – тихо выдохнула я и подняла голову, – можешь обнять меня?

От тишины в тиасе я словно растворилась, превратилась во что-то неживое, боясь лишний раз шелохнуться или издать звук.

– Нет, – отрезал он.

Однако мужчина слишком долго думал, перед тем как ответить. Сердце гулко забилось в груди. Оно будто нашептывало, что стоит высказаться, показать свое нежелание мириться с его поступками, признаться все-таки в чувствах.

Не сейчас… Не время и не место. Возможно, этого никогда не произойдет. Ведь мужчина сказал, что нами двигала только магия. Она управляла и повелевала, подталкивала, заставляла.

– Ролан, мне холодно, обними, пожалуйста, – более настойчиво повторила я.

– Возле твоего сидения есть плед, завернись в него.

– Тебе сложно? – опустила я голову, чтобы понаблюдать за своими ногами, которыми отбивала ритм о пол летающей машины, лишь бы отвлечься.

– Теперь да. Но не будем об этом. Бери плед, согревайся, а я пока отвезу нас туда, где ты сможешь… хм… потанцевать.

Я чуть не сказала вслух, что больше вообще ничего не хочу. Душ и теплая постель – больше ничего не нужно. Однако из принципа я промолчала. Пусть отвезет, пусть выведет в свет Самилию с помятым платьем, испорченной прической и макияжем.

Мы поднялись в воздух, куда-то полетели. За окном изредка мелькали огоньки. Плед так и остался лежать нетронутым. Во мне взыграло упрямство, желание поступать не так, как говорят, противиться Ролану и гнуть свою линию.

Вскоре тучи расступились, показалась уже знакомая цепь гор, то же место, усыпанное пеплом. Я медленно вышла из тиаса и чуть не заплакала. Однако пришлось проглотить обиду и пойти вперед, утопая босыми ногами в черном покрывале пика.

– Танцуй.

– Смешно, Ролан! Но почему-то ты даже не улыбаешься, – мельком глянула я на него и снова посмотрела вниз, покачивая головой. – Зачем ты это делаешь?

– Ты завтра днем уезжаешь.

Я моментально подняла на него взгляд и захлопала глазами, ведь не ожидала услышать подобное. Разве провинилась в чем-то? Неужели всему виной поцелуй?

– Ученица из тебя никудышная, – усевшись под тем же деревом, спокойно заговорил мужчина. – Вы ведь с Миллером и Бруччи о чем-то договаривались. Иначе не сделали бы защиту, чтобы нельзя было услышать. Лия, не надо играть со мной в игры. Тем более ты изначально делала все без энтузиазма.

– Мне просто не нравятся твои методы, – опустилась я рядом. – Я не Самилия, по головам людей идти не умею и не буду. А ты предложил именно такой путь, будто другого не существует.

– А его и нет.

– Почему это? Обязательно должен существовать.

Ролан поджал губы и покачал головой. Под светом заходящей луны уже было отчетливо видно не только лицо, но и окружение, даже вдали среди предрассветной мглы различались очертания высоток Хамайля.

– Ты опять даже не пытаешься меня услышать. Накидку могут снять лишь главы семей. Тебе надо добраться именно до такого человека и втереться к нему в доверие. Другого пути нет!

– Есть… – вспомнились мне слова о заклинании.

– Нет, – повторил он, а затем настороженно посмотрел на меня. – Даже не вздумай! Ни в коем случае, Лия! – резко поднялся Ролан на ноги. – Никаких заклинаний, особенно запретных. Это очень опасно, ведь они работают на крови. Если случится малейшая ошибка, пострадаешь не одна ты, но и весь твой род. При этом не факт, что они. Могут быть затронуты родные из другого мира. И не думай, что только родители, братья и сестры, даже дальние родственники. Все!

– Что именно может произойти? – вкрадчиво спросила я.

– Лия! – проревел Ролан. Его желваки заходили ходуном, он быстро отошел к тиасу, а потом вернулся обратно, но не сразу нашел слова. – Хотя знаешь, да. Поступай, как считаешь нужным. Мне теперь все равно, – поморщился мужчина. – Столько раз говорил, но ты меня не слушала. На этот раз слова опять окажутся лишними. Упертая и не принимаешь мнение остальных в расчет.

– Не утрируй, – выдохнув, сдержанно проговорила я. – Припомнил единичные случаи и машешь ими теперь перед носом. Ты указывал мне, что делать, и я делала, не говоря при этом ни слова. Но, Ролан, мир не вертится вокруг тебя!

Мужчина вдруг улыбнулся, и вся злость на него осталась позади, как и вчерашний день. Тепло, поселившееся в груди, разлилось по всему телу. Я закрыла лицо руками, только чтобы не было заметно моего испуга из-за слишком сильной реакции на обычное движение губ.

– Уже отвечаешь на выпад, – усмехнулся он и снова сел рядом.

Через пару минут на плечи опустился плед, а мужские руки притянули к себе и обняли за талию. Я повернулась к Ролану в непонимании. Однако он полностью сконцентрировался на восходящем солнце, словно ничего особенного пару секунд назад не сделал.

– Лучше смотри туда, а не на меня. Ты просила обнять – получай.

– Мне нужно было тогда, – пододвинулась я к нему и опустила голову на плечо.

– Лия, но ты все равно уезжаешь сегодня днем. Не знаю, куда именно, но больше рядом со мной тебе не место.

– Отчего же? – вскинула я брови, но не повернулась к Ролану, лишь скосила на него взгляд.

– Ты снимешь накидку и без моей помощи. Я видел, что справляешься сама. Главное, отправляйся подальше от круга Фленгов. Если выберешь мой путь, то уже знаешь, как действовать. А если свяжешься с Бруччи, то мы с тобой больше не знакомы.

– И чем тебе не угодил этот маг Воды? – во мне разыгралось любопытство.

– Я говорю не про него, а про запретное заклинание, которое вы собрались достать в академии.

– Нет, ничего подобного, – и я попыталась скрыть страх, что забрался под кожу холодной змейкой.

– Дважды повторять не собираюсь. Я все сказал, – отрезал он.

Повисла тишина. Мне мешал плед, разделяющий слишком толстым слоем наши тела. Приятно было ощущать близость Ролана, его руки на себе, улавливать еле различимый запах мяты. Но не это сейчас являлось главным, а появившееся чувство единства. Будто так и должно быть, словно мы созданы друг для друга и находиться настолько близко – лучший для нас обоих подарок. Умиротворенность, крупицы радости и душевный подъем – вот что вытеснило все отрицательные мысли и эмоции. Мужчине с легкостью удавалось менять к себе отношение одним маленьким действием или поступком. Казалось, Ролан имел особую способность управлять мной и затрагивать самые стойкие струны души.

Солнце медленно выплывало из-за горизонта. Его лучи раскрасили небо разными цветами, прогоняли прочь холодную луну. Зарождался новый день, не предвещающий ничего хорошего, однако именно сейчас я была счастлива как никогда за последние годы. А всего-то и требовалось найти милого сердцу мужчину, заставить его обнять меня и встретить вдвоем рассвет.

– Боишься высоты? – спросил Ролан, заглядывая мне в лицо.

– Не особо, – растерянно проговорила я, не понимая, к чему этот вопрос.

А в следующую секунду тишину разрезал мой визг. Мы резко взметнулись в небо, туда, где обычно клубятся тучи. Настолько высоко, что дышать стало трудно, что сердце замерло от восторга, а глаза заслезились.

Мы летели без какой-либо машины, рассекали пространство. Холодный воздух бил в лицо, играл с моими волосами. Я еще кричала, от неожиданности и одновременно от восхищения. Дух захватило, сковало восхищением, не было возможности расслабиться и полностью отдаться ощущению полета, но внезапно Ролан остановился.

– А теперь смотри, – указал он на солнце.

Восход отсюда выглядел иначе. Солнце словно разожгло пожар вокруг себя. Небо полыхало яркими красками, разгоняя пламенем скопившийся за ночь холод. Оно казалось не таким ласковым, а строгим, сильным, беспощадным. Светило не видело преград, выплывало, готовясь установить свои законы в этом мире, показать преимущество и власть над всей землей.

– Уау, – не сдержалась я.

Под нами далеко внизу покрылась плотным туманом суша. Только где-нигде проступали верхушки гор да свет высоток Хамайля. Воздух здесь был разряжен и непригоден для дыхания, однако я не ощущала нехватки кислорода. Наверное, все благодаря Ролану, который продолжал обнимать меня через плотный плед.

Маг начал медленно лететь по небу, делать виражи, падать вниз, затем подниматься обратно вверх. Я хватала ртом воздух, иногда пищала, однако не переставала смотреть во все глаза, наслаждаться этими чудесными мгновениями. Ветер бил в лицо, иногда нежно ласкал, он был холодным и теплым, иногда колючим, а бывало и очень влажным. Мы ускоряли темп, от чего видеть что-то перед собой становилось трудно. А бывало, резко тормозили, ощущая пару секунд себя в невесомости, так как тело еще стремилось вперед, но уже стояло на месте.

Ролан словно развлекался, наслаждался сам и позволял мне присутствовать в этот момент рядом. Вскоре мы медленно опустились на землю, запыхавшиеся, будто пробежали несколько километров. От увиденного сложно было прийти в себя, да и не хотелось. Казалось, я побывала где-то за гранью реальности.

– Спасибо, – повернулась я к мужчине и потянулась, чтобы обнять.

Однако Ролан отступил, отрицательно покачивая головой.

– Пожалуйста. А теперь возвращаемся, – сухо произнес мужчина и направился к тиасу.