Глава 26

О том, что этот медведь меня хочет я знала, не дура. Не стал бы он тащить меня к себе домой, чтобы я тут просто прибиралась и готовила обед.

Но мы же только приехали. И уже вместе в душ?

Первое желание - выскочить из квартиры и бежать, не останавливаясь до самых ворот.

Смотрю на небрежно брошенный чёрный пиджак, слушаю шум воды из ванной.

И не двигаюсь.

В коридоре шаги.

Напрягла спину и повернула голову.

Андрей вырос в проеме в одних брюках и босиком.

Грудь широченная, на ней, как на стене, граффити рисовать можно. Гладкая золотистая кожа, на шее поблёскивает цепь с круглым плоским кулоном.

И мышцы, мышцы...

Твёрдые, выпуклые, этого мужчину словно для выставки лепили, сильное тело завораживает, и я глаз оторвать не могу.

Изучаю его.

Живот плоский, темная дорожка волос убегает под брюки. Они, как вбитые сидят на крепких бедрах. Может, он и не врал, что боксом занимался, иначе почему он такой медведь?

- Я тебя жду, - низко, хрипло поторопил Андрей. - Идешь?

Звучит, как вопрос, вот только понимаю - права отказаться у меня нет.

Сглотнула сухость во рту и нетрезвым шагом пересекла гостиную, обогнула Андрея и зашла в ванную.

Я ни перед кем еще не раздевалась, даже сестру стесняюсь, максимум, что видели девчонки - мое нижнее белье.

А ванная такая большая, и во всю стену зеркало. За стеклянными дверцами душевой кабины хлещет вода, и струйки стекают по стеклу, а я представляю, как упираюсь в дверцы ладонями, воду размазывая, и он позади меня.

- Помочь? - Андрей и, правда, позади вырос, его руки скользнули к моей груди.

Пуговка за пуговкой он начал расстёгивать блузку.

- Я сама, - вырвалась и отступила. Пальцы не слушаются, и я почти вырываю эти дурацкие пуговицы.

За спиной шелестит одежда - он снял брюки.

И трусы тоже - вижу, как темно-синие боксеры летят на пол. И в зеркало покоситься боюсь.

Если он хочет прямо сейчас, в душе, сделать меня женщиной - я должна смириться. Девятнадцать лет - пора уже.

И ничего страшного.

Все этим занимаются.

Бросила на пол блузку, стянула юбку и чулки. Невольно посторонилась, когда Андрей шагнул мимо меня и открыл дверцу душевой.

Не хотела, и все равно уставилась на него обнажённого - широкую спину, сильные крепкие ноги...

Господи, безупречен даже вид сзади.

И я рядом с ним, наверное, какая-то недоделка. Мне даже роста не хватает, не говоря уж...

Расстегнула бюстик, жмурясь, стянула трусики. Пока я раздеваюсь он не смотрит - спиной ко мне стоит под струями воды, и мне легче, если бы он пялился - с одеждой бы я рассталась, только если бы он ее разорвал и сжег.

Ногой сгребла в кучу разбросанное на прохладной плитке белье. Перешагнула порожек и замерла рядом с ним в большой кабине.

Мокрыми пальцами Андрей щелкает кнопки на панели, радио выбирает. В динамике сменяют друг друга песенки, а я больше этого волнения терпеть не могу.

Привычно нырнула под его рукой, чтобы оказаться напротив. И тёмный тяжелый взгляд с панели сразу скользнул на меня.

Сначала на лицо.

После плавно спустился к груди, и там задержался.

С потолка на меня падает вода, по лицу стекает, по волосам, и мокрые пряди змеями расползаются по плечам, выставляя напоказ мое тело. Соски напряжены, и я в ступоре смотрю на мужскую руку, что медленно убирает волосы мне за спину.

Я все представляла иначе.

Не мужчину, а парня, и кровать в лепестках роз, как в фильмах.

Но от этих касаний бежать не хочется. Дрожу лишь, когда его пальцы скользят по моей шее, очерчивают ключицы, спускаются в ложбинку груди.

Он смотрит неотрывно, взглядом прожигает дыру где-то у сердца, поглаживает кожу.

- Боишься? - спросил он негромко.

И между пальцев зажал затвердевший сосок.

Вздрогнула от прошившего тело тока и отшатнулась, спиной врезалась в стену. Андрей шагнул на меня, и в живот мне уперлась горячая плоть. Машинально опустила глаза и ногтями впилась в его руку, когда увидела его член.

Боже, но с его размерами по-другому и быть не могло - такой толстый, что мне не обхватить, такой большой, что в меня и не влезет, он меня этим насквозь проткнет, я потом просто встать не смогу.

- Отойди, - между ним и стеной забилась, еще немного - и рыдать начну, но мне страшно, и я не хочу знать, что такое секс.

- Придется потерпеть, Ксюша, - жестко сказал он и своим телом вжал меня в стену. - Больно только вначале. Немного. А дальше, - его руки легли на ягодицы, вдавливая меня в него, - тебе будет очень приятно. Обещаю.