Глава 17
«Драконы» были милосердными. Алексу накормили с рук, чередуя креветки с поцелуями, а потом долго любили, не давая уснуть до утра.
Проснулась девушка в своей постели. На тумбочке стоял завтрак, рядом пион в маленькой круглой вазе. К стакану сока был прислонен листочек:
– Ты так сладко спишь, что будить не поднялась рука. Мы в офис. Отдыхай, гуляй, будем вечером!
Алекса сладко потянулась, упала на постель и некоторое время лежала, вспоминая, как все было здорово. Однозначно, такое лишение невинности куда приятнее, чем судорожная возня под трибунами в школе или в прицепе с сеном!
Потом тело напомнило о своих потребностях, и девушка отправилась в душ. Теперь-то она понимала, для чего в ванной такое большое зеркало! Оно отразило не только сонную и довольную физиономию, но и парочку засосов на шее и плечах, потертости от утренней щетины и несколько синяков на бедрах – Марк увлекся и сжимал ее, словно чашу Грааля, колдуя своим языком над сокровенными тайнами.
Приняв душ, Лекси неспешно перекусила, причесала волосы и надела кроп-топ, объемную рубашку из мягкой ткани, не раздражающей кожу, и бежевые брюки-карго. Потом выглянула в окно, убедилась, что день хорош до неприличия, собрала волосы под веселенькую бандану с черепами и открыла заветный ящик своего гардероба.
Когда ей покупали одежду и все необходимые мелочи, она попросила выделить некоторую сумму на хобби.
– Можно сертификатом, сэр, или номером счета в интернет-магазин, – сказала она, потупившись.
Тейт тогда бросил на нее задумчивый взгляд и положил перед ней карточку с номером пин-кода, написанном на стикере.
– Лимит десять тысяч, – сказал он тогда суховатым тоном.
Алекса захлебнулась благодарностью и шоком, а Тейлор уже отошел к своему рабочему компу и больше на нее не смотрел. Вот тогда мисс Мэлдон и разошлась. Десять тысяч! Да ей и не снилась такая сумма! Прямо с новенького ноутбука девушка зашла в интернет-магазин, в который прежде заглядывала полюбоваться на роскошно отснятые товары. Теперь же она вошла, чтобы сделать покупки, и, млея от каждого лота, наполняла корзинку давно присмотренными сокровищами.
Через час оказалось, что десять тысяч – не такая уж и большая сумма. И все же мисс Мэлдон слегка потряхивало от удовольствия, когда она нажимала кнопку: «оформить заказ».
Через неделю ей доставили большую коробку и без вопросов внесли в комнату. Но что-то мешало Алексе пользоваться ее содержимым. Рука порой тянулась огладить белую крышку, приподнять, заглянуть, но… А вот сегодня девушка легко сбросила упаковку и, наслаждаясь каждой минутой, вынула из шкафа этюдник, пачку разнофактурной бумаги, ящик с красками, кистями и мастихинами, бутыль с растворителем, палитру и еще кучу всяких мелочей, сочтенных необходимыми.
Груз получился большой, так что пришлось вызывать горничную и просить о помощи. Женщина взглянула на ворох, разложенный на полу, и предложила использовать корзину для пикника:
– Она с крышкой, мисс, и туда можно поставить контейнеры…
Мысль Алексе понравилась, и через полчаса в сад шествовал дворецкий с этюдником под мышкой, две горничные с корзинками для пикника и сама мисс Мэлдон с пачкой бумаги.
Выбрав площадку, девушка установила мольберт, расставила вокруг все необходимое и погрузилась в процесс. Сначала ничего не получалось. Все же Алекса слишком давно не позволяла себе эту маленькую слабость. Но сегодня. Здесь. Сейчас. Ей хотелось отразить все буйство эмоций, которые кипели в ней.
Акварель. Тушь. Цветные мелки. Карандаш. Тонкий фломастер… Она пробовала новые инструменты, отбрасывала в сторону один испорченный лист за другим и наконец нашла нужное – акрил. Яркие краски, моментально сохнущие, скоротечные, как этот год. Взрыв. Фейерверк! И голубые-голубые глаза в пшеничном поле волос… Опустив руки, девушка вгляделась в эскиз и поняла – она влюбилась. Невозможно отнестись к Марку холодно. Его можно либо любить, либо ненавидеть. Эйнджел очень старался, чтобы она возненавидела его, но Тейлор не позволил, и… она влюбилась. А эти чайные глаза под карамельной челкой? Намек на усы и бороду, такая длинная щетина отрастала у Тейта за выходные. Кажется, сейчас эти глаза сощурятся и подмигнут ей…
Где-то недалеко послышались голоса. Алекса вскинулась, схватила эскиз, на котором затылками друг к другу расположились мужчины, и спрятала улику в большую папку с бумагой. Остальные неудачные попытки нарисовать цветы или птиц она оставила на месте. Пусть лучше думают, что она провела день зря, чем видят это.
На выложенную плитами площадку действительно вышли Марк и Тейлор. Они явно пришли в сад сразу, не переодевшись после офиса. Их дорогие костюмы и галстуки очень эклектично смотрелись на фоне подстриженных кустов и буйно цветущих клумб.
Не сговариваясь, оба подошли к Алексе и, зажав ее между собой, поцеловали. Марк вообще стиснул девушку, как плюшевого мишку, и потерся о нее всем телом, словно кот, помечающий добычу. Это было… горячо и горько. В объятиях Эйнджела билось нетерпение, желание немедля опрокинуть девушку на траву или прислонить к сараю с инструментами, стоящему неподалеку, и…
– Марк! – с некоторой ленцой в голосе окликнул друга Тейлор.
Блондин вздрогнул и потупился. Алекса смущенно покраснела. Ее тело тоже вспыхнуло навстречу уже знакомым объятиям, но ее пуританское воспитание не позволяло безоглядно броситься в омут страсти без защиты бирюзовых стен.
Чтобы скрыть смущение, Эйнджел взялся собирать рисунки, разлетевшиеся по всей площадке.
– Это довольно интересно! – сказал он вдруг и повернул лист бумаги к Тейту.
Тот подошел ближе, небрежно перебрал стопку цветов-птичек-натюрмортов и завис на первой попытке Алексы нарисовать портрет. Точнее, сразу три портрета. Справа на фоне изгороди ранчо стоял Джон. С другой стороны на фоне вигвама красовался Вихо. А в центре между ними улыбалась Амала, а за ее спиной высились горы. Рисунок был условным, но картинка вызывала чувство умиротворения.
– Действительно интересно, а нас нарисуешь?
Алекса покраснела, и Тейлор ласково провел губами по ее щеке:
– Уже нарисовала? Покажешь?
Девушка спрятала лицо на груди мужчины и затихла. Он ласково погладил ее по голове и прижал к себе чуть сильнее:
– Ну и ладно. Дозреешь, покажешь. А теперь пойдем в дом, жарко!
Пока Тейлор не сказал очевидное, Алекса, увлеченная рисованием, ничего не замечала, а вот теперь осознала, как гудят ноги, пересохло во рту, и как не хочется собирать все в корзинки и тащить в дом. Мужчины довольно быстро и аккуратно помогли девушке убрать все в сарайчик с инструментами.
– Крыша здесь целая, и носить ничего не надо, – сказал Тейт, аргументируя свое предложение.
Марк же просто посмотрел жалобными голубыми глазами и похлопал себя по плоскому животу:
– Решай скорее! Очень есть хочется!
И Алекса сдалась. В конце концов, забрать мольберт можно и позже. Да и в комнате осталось достаточно скетчбуков, маркеров и мелков, чтобы развлекаться пару дней, никуда не выходя.
– Ура! – воскликнул блондинчик и вихрем пронесся по площадке, сгребая бумагу и кисти в корзинки.
Потом Марк с тем же энтузиазмом помчался к дому, а Тейлор, приобняв Алексу, повел ее к французскому окну, чтобы попасть в столовую значительно быстрее. Хихикая и толкаясь, они вбежали в комнату для завтраков на полминуты раньше Эйнджела, и девушка показала ему язык, а он усмехнулся и пообещал найти ее языку лучшее применение.
Смеясь и подкалывая друг друга, все трое выпили по бокалу ледяного мятного лимонада и приступили к закускам. Из-за жары повар сделал акцент на холодных блюдах – салат, рулетики с индейкой, фруктовые канапе и мороженое.
Перекусив, Тейлор демонстративно потянулся, а потом вдруг подскочил к Алексе, закинул ее на плечо и потащил по коридору к бирюзовой комнате. Марк, накинув на плечи сдернутую со стола скатерть, мчался следом, завывая как привидение.
– Сто-о-ой! Отда-а-а-ай! Это моя добыча-а!
– Уйди, бледнолицый! – смеялся Тейт. – Я несу свою женщину в пещеру!
Алекса так смеялась, что просто висела на плече Тейлора, не пытаясь удержаться. Марк завывал и свистел, хватал девушку за ноги, но все было напрасно.
В сияющую мягким холодным светом рукотворную пещеру они вломились с шумом и криком, а через минуту Алекса уже лежала животом на роскошной белой шкуре и тихонько постанывала, потому что рубашка, топ и брюки лежали где-то у двери, а вместо них ее прикрывало гибкое и жадное тело Эйнджела. Тейлор лежал рядом и нежно целовал ее пальцы, краснеющие щеки и нос.
– Потерпи, малышка, сейчас Марк наиграется в мартовского кота, и я покажу тебе, как это можно сделать еще приятнее.
Блондинчик фыркнул, но целовать, лизать и покусывать Алексу не перестал. А вот когда он погладил ее между ног, собираясь взять сзади, Тейт подсунул ей под бедра свернутое валиком полотенце, а потом переместился так, чтобы им было удобно целоваться, не обращая внимания на завороженного зрелищем блондина.
Впрочем, Эйнджел завис на доли секунды, а потом, оценив подсказку, добавил на пальцы смазки и заставил Алексу жарко стонать еще до того, как все же вцепился в ее бедра и дернул на себя, сразу входя на всю длину.
Тейлор терпеливо играл с грудью Алексы, пока Марк, бормоча что-то непристойное, вколачивался в нежное тело. А потом он долго целовал ее – расслабленную, усталую, пробуждая в ней новый виток желания. А когда она потянулась к нему, желая большего, хитрый шатен усадил девушку на себя и, подкидывая бедрами, шептал ей, что она похожа на амазонку, укрощающую дикого коня.
Спать разошлись к полуночи.