Глава 37. Правда

Александра

Я изменилась. Что-то определённо во мне сломалось. Разбилось и рассыпалось в труху.

Наверное, так и становятся взрослыми. Когда что-то ценное, своё, родное, что связывает тебя пуповиной с детством, наивностью и верой в светлое, отдаёшь взамен без возврата.

Аскар долго успокаивал меня, а потом взял на руки и отнёс наверх, в свою спальню. Тот факт, что я восстановила полностью самой же разрушенное здание со всем содержимым, не затронул моего мозга. Я сейчас сильно переживала и купалась в море печали.

Думала, что не засну. Но, как только Аскар лёг со мной в кровать, не выпуская из рук, провалилась в сон.

— Здравствуй, прилипала. Что-то быстро ты пришла. Мы-то надеялись, что будешь увлечена более необходимыми вещами, чем донимать двух усердных служителей небесной канцелярии, — услышала я язвительную речь Кирилла. Хоть что-то осталось неизменным в моём переменчивом и опасном окружении.

— Что случилось, дорогая? Ты так подавлена, — услышала я Силантия, который видимо ощутил исходящую от меня вселенскую скорбь.

— Прекрасно знаете, что произошло, и меня же спрашиваете? Не надоело издеваться? — раздражённо спросила я.

— Решил, что тебя отвлечёт глупый вопрос, — невозмутимо ответил белобородый.

— Действенно, — согласилась я. — Я не думала о вас и не собиралась сюда являться. Само собой получается. Всё же вы почти родными стали с тех пор, как впервые с вами встретилась. Может, поэтому, когда снимается контроль мозга, тянусь к вам.

— Мы слушаем тебя, — уселся (провалился по самую макушку) в своё неизменное кресло Кирилл, уложив ручки на пузико. Мне показалось, что он всегда так поступает, когда смущён. Хочет скрыть неловкость.

— Что было, вы и так знаете, — махнула я рукой, сама приземлившись в другое кресло. Напротив. Но, в силу своей особенности (воздушное нечто), я приобрела форму и присела на краешек сиденья. Так мне было комфортнее. — Меня беспокоит будущее. Во мне всякой волшебной магической мути так понамешано, что мама не горюй. Я же ходячий ядерный реактор. Вот только не говорите мне, что вы не знаете, что это, — рявкнула я, сама удивляясь своему раздражению.

— А мы и звука не издали, — округлил глаза Кирилл недоуменно, выныривая из своей импровизированного убежища.

— Значит, громко думаете, — осадила я гнома.

Оба мужчины озадаченно переглянулись. Я сама от себя была в шоке. Что на меня находит, когда я не в человеческом теле? Или это всё же сила на меня так действует? Ничто не остаётся безнаказанным. Ни добро, ни зло. И ничего не даётся даром. За всё надо платить. Особенно за такие «дары». Рада буду, если моя плата будет минимальной и обойдётся трёпкой нервов бескрылых служителей.

— Вы лучше мне скажите, что я дальше делать должна? Вы же видели, что я с домом сделала? С целым дворцом. Разрушила до пыли и собрала, как ни в чём ни бывало. Что это было? Ещё услышала, что можно вернуть к жизни всех жителей ледяного мавзолея. Столько Белоснежек и спящих красавиц с Фионами будут шастать туда-сюда, что в пору устраивать конкурс красоты в Поднебесном, — тяжко вздохнула я. Но дышать мне было не обязательно, ведь и лёгких у меня тоже не было. Зато успокаивало нервы, как электронная сигарета курильщика со стажем.

— Вот и устрой, как Михая уничтожишь, — предложил мне гном.

Я сжалась до маленького сгустка от злости. Во всём виноват этот фюрер местного разлива, с претензией на мировое господство. Вспомнила бедную Лину. И сразу прошла растерянность по поводу убийства Катрин. Ещё бы Рамину найти. Жаль, что носит ребёнка. Но наказать стоит.

— Всё у тебя получится, милая. Не переживай. Вот мы с Кириллом в тебе уверены. Вон как справилась с ведьмой, — вытащили меня из моих тяжёлых мыслей.

— Не напоминайте, и так не забуду. Уже решила не переживать по этому поводу. Заслужила. Я не знаю, чего мне ждать от злодея. Она всё же матерью ему приходилась. Артефакты, вроде, мы все забрали. Но сколько их у него ещё осталось? Смог ли он создать новую армию монстров? Или открыл портал в мир, где их и так достаточно? Я тоже не знаю. Мне страшно от того, что могу не справиться. Что мне делать после, когда всё закончится? Этот мир потихоньку замерзает. Бесконечные ледяные пустыни не оставили и шанса выжить тем обитаемым островкам земель, где едва теплится жизнь.

— Ты много думаешь. У тебя хватит сил возродить этот мир. Забыла о трёх артефактах возрождения? Об остальных судить не могу, слишком серый неопределённый фон. Как только всё это в тебе умещается? — с удивлением спросил седобородый. — Однако, для начала надо расправиться со злодеем, — погрозил кулаком невидимому врагу Кирилл, похоже, что Михаю. Я скептически посмотрела на эту смешную демонстрацию угрозы. Серьёзно?

— Вы артисты, — хмыкнула я. — Вот что за лажа эта магия? — продолжила я, переключив все внимание на себя. — Вот вы, я уверена, сами могли бы остановить сумасброда. Однако не делаете ничего. Возложив на бедную девчонку непосильную задачу. Почему?

— Мы не можем ни во что вмешиваться, Сани, — с обречённостью несчастного подчинённого сказал седобородый.

— Александра, — опять рявкнула я. Но одёрнула себя.

— Александра, — не стал сопротивляться Силантий. — Может, желание хочешь заказать?

— Может и хочу. Пока надо взвесить своё желание, рассмотреть со всех сторон и принять решение. Это всё-таки вы сделали? — тихо проговорила я, поняв очевидную вещь.

— Что сделали? — опешил от неожиданного вопроса Кирилл. — Что мы ещё успели натворить, но я еще не знаю об этом? — посмотрел он на напарника и этим выдал себя с головой.

— Я всё же избавлюсь от такого болтливого напарника. Помолчать можешь иногда, для разнообразия? — с раздражением отчитал гнома Силантий.

— Это вы специально меня выдернули из моего мира? Даже не дали шанса прожить свою жизнь. Так ведь? — повторила я свой вопрос. Хотя и так всё было очевидно.

— Да. Это сделали мы, — разозлился Силантий. Я чуть челюсть не уронила, удивившись такой реакции. — Только не надо считать себя жертвой. Ты сейчас имеешь больше, чем могла бы иметь в своём мире.

— Я ещё и виновата? Должна кланяться в пояс от такой щедрости? У вас совесть есть, хоть крупица? — возмутилась я, превращаясь в сгусток пламени.

Силантий от меня отшатнулся. А Кирилл стал медленно подходить, вытянув маленькую ручку. Я горела факелом и раздался ровный гул по нарастающей.

— Тише, девочка. Мы, правда, ничего не хотели плохого. Да, немного приврали. Чуть-чуть слукавили. Однако, правда то, что ты не прожила бы долго. Твой срок заканчивался на Земле. Я сейчас говорю истинную правду. С твоей силой ты должна это чувствовать. А нам срочно надо было спасти целый мир. Его жители не заслужили полного уничтожения, согласна? А Аскар? Разве конунг не заслужил такую самоотверженную, смелую девочку в пару, как ты? К тому же, он любит тебя. Ты это тоже чувствуешь. Прости нас, пожалуйста.

— Вам-то какая выгода? Насколько я поняла, вы вмешались в судьбу именно этого мира, а до других вам и дела нет? — спросила я, успокаиваясь и принимая облик безмятежного белого облачка.

— Это мой мир. Я жил там когда-то. Прекрасный, цветущий. Столько живности, столько рас. И все были счастливы и довольны. Один злодей за другим, преследовавшие свои грязные цели, разрушили его. Заслуживаю ли я осуждения за то, что хочу спасти его остатки? — печально произнёс Силантий.

— Вы меня использовали. Надо было всё рассказать сразу. У меня есть сердце. Я бы поняла, — ответила я.

— Ты права. Прости.

— Ладно. С этим выяснили, — сказала я, и оба вздохнули с облегчением. — Даже не надейтесь, что вы прощены. С вас ещё одно желание.

Громкий стон и непереводимые ругательства доносились минут десять, пока оба не устали.

— Ты коварная женщина, — не выдержал Кирилл, сверля меня взглядом.

— Я расчётливая девушка. Если нужна услуга, будь добр платить. Это справедливо, я считаю.

— Хорошо. Что ты хочешь? — спросил он, скрещивая руки на груди.

— Э, не так сразу. Пока я не нуждаюсь в вашей помощи. Кажется, мне пора, — сказала я, чувствуя, что стало жарко и томно. — И вы не ответили на мои предыдущие вопросы.

— Во что мы ввязались, Сил? — услышала я напоследок вопрос, заданный Кириллом.

— Не знаю. Главное, чтобы все сработало. Ты видел её силу? Она даже здесь её применила. Даже не знаю, во что мы вляпались.