Глава 4. Обиды и прощения

Как я не рассмеялась при виде этого шедеврального зрелища, не понимаю, но, приложив немало усилий, всё-таки не смогла сдержать улыбку.

Как только эта зеленоликая особа увидела нас, заорала не своим голосом.

— Это всё ты, ведьма! Это ты со мною сделала! — её зелёная физиономия скривилась, а на руках вытянулись когти.

Я впала в ступор. Я ничего не делала, да и незачем мне было пакостить ей, это она с жиру бесилась. И в этот момент мелькнула мысль, что весь этот спектакль разыгрывался не для меня.

— Лиля! — удивлённо произнёс Крас, — Зачем ты это сделала?

— Крас, я не… — попыталась оправдаться, но была прервана.

— Ты немедленно должна извиниться, я вообще не понимаю, как ты могла так поступить! — он был возмущён.

— Крас, да я же… — но мне снова не дали договорить.

— Чем я тебе помешала? — всхлипнула Вероника, — я же ничего тебе не сделала. Это вчера, да? Когда поздравить вас подходила. Ты подсыпала что-то в бокал?

На наши крики уже сбежались все: родители Краса и Вероники, Радимир, даже прислуга выглядывала из дверных проёмов.

Посмотрела на госпожу Станиславу. Она стояла, поджав губы, и сверлила Веронику злым взглядом. Видимо, не только я поняла, что это лишь спектакль этой мерзкой актрисульки. Но этого не понимал Красимир.

— Лиля, извинись перед Вероникой! — твёрдо сказал он.

Выдернула свою руку из его ладони и прошипела:

— Я ни перед кем извиняться не буду! — развернулась и побежала вверх по лестнице. В голове раздался голос Сильвера.

— Вот, идиот!

— Не думала, что мой сын такой слепой дурак, — уже на последних ступенях услышала злой голос матери Краса, — Красимир, Вероника, быстро за мной.

Взлетела по лестнице и побежала, сама не зная куда. Обида клокотала внутри меня, а глаза застилала пелена непролитых слёз.

— Лилька, стой, подожди меня! — раздался в голове голос оберега.

Остановилась, дождалась Сильвера и, подхватив его на руки, решила идти в библиотеку. В комнаты возвращаться не хотелось, потому что Крас непременно там появится сразу после разговора с матерью.

— Лилька, маленькая моя, ты чего, ещё и плакать вздумала из-за этого балбеса? Не смей, — строго проговорил мой питомец. — Это не стоит твоих слёз. Не смей, говорю! — прикрикнул он на меня, когда по щекам стекли первые слезинки.

Вошла в библиотеку и спряталась за гардиной в дальнем углу, устроившись на подоконнике. Как маленький ребёнок, отгородилась от всего мира, лелея свою обиду.

— Он даже слушать меня не стал, — всхлипнула, устраивая дракошку на коленях.

— Да он идиот, ведьмочка, только слепой не видел, что эта змея в него влюблена!

— Не это главное, — покачала головой, — он поверил ей сразу, а меня даже не выслушал. Он поверил ей, а не мне! — всхлипывала и утирала слёзы, отвечая мысленно, потому что произнести что-то вслух мешал ком в горле.

— Ему мать сейчас мозги промоет, и приползёт твой глупый дракон вымаливать прощение, — успокаивал меня мой дракошка.

— Приползёт, — согласилась с ним, — только всё то, что было построено за эти дни — взаимопонимание, доверие и нежность — всё рухнуло в то мгновение, когда он заставлял меня извиняться перед этой гадиной.

— Заново построите, только прекрати реветь, у тебя сейчас лицо опухнет и покраснеет, будешь не краше этой зеленомордой.

Улыбнулась сквозь слёзы, Сильвер всегда оставался самим собой, язвой, но я его любила и такого.

— Спасибо, что отправился за мной, а не остался у него, — погладила его по шипастой голове. — Ты мой верный рыцарь и друг.

— Не говори глупостей, как я мог бросить тебя в таком состоянии? Ты же у меня ведьмочка ранимая, тебя нельзя одну оставлять, когда ты расстроена. Да и какой из меня оберег, если бы я оставил тебя в одиночестве в трудную минуту.

Просидела в библиотеке до позднего вечера, читая какие-то книжки, но не понимая прочитанного. В какой-то момент заходил Красимир и звал меня, но я не откликнулась, не хотелось его видеть. Даже дыхание затаила, чтобы он меня не услышал с его-то слухом.

Только ближе к ночи вернулась в комнату. Дракона там не было, наверное, меня искал по всему замку. "Ничего, пусть побегает, ему полезно, может, мозги проветрит, будет думать лучше", — подумала я.

Упала на кровать и мгновенно уснула. Рядом, свернувшись в клубочек, устроился Сильвер.

Открыв глаза утром, первое, что увидела — это розы. Ими была завалена буквально вся комната. Синие и красные. На прикроватном столике стоял завтрак, а на кровати, рядом со мной, сидел Крас и смотрел на меня щенячьими глазами. Села на постели, облокотившись на подушки, и сложила руки на груди. Злости не было на него, лишь горькая обида, которая не утихла за прошедшую ночь.

— Лиль, прости меня, идиота, — тихо начал парень, — я себя таким придурком никогда не чувствовал. Огонёчек, умоляю, прости, я ведь, когда её увидел, сразу свои волосы, покрашенные тобой, вспомнил. Вот меня и переклинило, что это снова твои проказы, только не мог понять, зачем ты это сделала. А твоя реакция вообще меня в замешательство привела. Только мама сразу всё поняла. Она так кричала! Она никогда в жизни на меня так не кричала, а когда всё объяснила, и Вероника призналась, что сама лицо натёрла какой-то выжимкой из трав, я за тобой рванул, а тебя не было нигде. Я так перепугался, что ты сбежала куда-то, пол ночи носился по замку и окрестностям, только потом в комнату решил заглянуть, а ты уже спишь. Свернулась в клубок, а на щеках дорожки слёз. Мне так стыдно. Лилечка, милая моя, я дурак, правильно мама сказала, слепой дурак. Я и подумать не мог, что Вероника влюблена в меня. Она же всегда ребёнком для меня была, а тут такое. Девочка моя, прости, — он опустился на пол и уткнулся головой в мои колени. — Я так тебя обидел, не поверил, слушать не захотел, а теперь не знаю, что сделать, чтобы вернуть наши отношения в прежнее русло, — глухо проговорил он.

По моим щекам снова текли слёзы, мне было обидно, и его сумбурные слова не умалили чувства горечи.

— Не прощай его, Лилька, — раздался голос Сильвера, который лежал рядом на подушке, — пусть помучается, в следующий раз будет умнее.

— Огонёчек, скажи что-нибудь, не молчи, пожалуйста, — поднял голову дракон и посмотрел на меня.

— Я не знаю, что тебе сказать, — сквозь пелену слёз посмотрела на него, — ты меня даже не выслушал, а сразу обвинил во всём. Даже не попытался ничего выяснить, — голос дрожал от слёз. — Твоя сестричка добилась своего. Она хотела поссорить нас, и у неё это вышло, — с каждым моим словом его плечи опускались всё ниже. — Ты обидел меня и сейчас я не смогу делать вид, что ничего не произошло. Что теперь делать, я тоже не знаю, но думать об этом не собираюсь, у меня сегодня встреча с Горынычем, мне есть о чём волноваться. Так что извини, мне пора собираться, — встала с кровати и пошлёпала в ванную. — Спасибо за цветы, они прекрасны. Надеюсь, госпожа Станислава не обидится, что её сад разорён, — слёзы к этому моменту высохли, и я держала себя в руках, так что последние слова были произнесены спокойным голосом.

— Я пойду с тобой к Горынычу, — сказал мне вслед Красимир.

Пожала плечами, пусть идет, с ним будет не настолько волнительно, как в одиночку, но ему об этом знать было необязательно.

— Умничка, девочка, так его! — произнёс Сильвер, когда я была уже в ванной комнате.

Умывшись и одевшись, мы спустились в обеденный зал на завтрак. Тот, что стоял на прикроватном столике, остался нетронутым. Мне нужно было поговорить с господином Милорадом, чтобы уточнить кое-какие детали по поводу сегодняшней встречи с главным драконом, а он может уйти на работу после завтрака. За столом уже собралась вся семья дракона, семейства Вероники не было видно. Я чувствовала себя неловко после вчерашней ситуации, хотя ни в чём не была виновата.

— Доброе утро, — тихо поздоровалась со всеми.

— Доброе, наша девочка. — Отозвалась госпожа Станислава, — Лиля, я хочу попросить прощения за вчерашний инцидент, — она метнула злой взгляд на Краса, — наши родственники в срочном порядке покинули наш дом и не смогли самостоятельно принести извинения.

— Так бы и сказали, что выгнали этих сволочей поганой метлой, — раздался голос Сильвера, — ишь, как завуалировали. Нам-то только в радость их срочное бегство из этого чудесного дома.

Улыбнулась словам дракошки и кивнула госпоже Станиславе. Она, увидев мою улыбку, расслабилась и пригласила сесть за стол. Как только присели, слово взял глава семьи.

— Лиля, Змей Горыныч будет ждать тебя сегодня вечером, в пять часов, я могу проводить тебя, — вопросительного посмотрел на меня, а затем на Краса. Собралась согласиться, но меня опередил Красимир.

— Не нужно, я сам провожу Лилю.

Господин Милорад кивнул. Завтрак прошёл в напряжённой тишине. Радимир с Красом переглядывались, словно вели безмолвный диалог. Долго не смогла выдержать это напряжение, поэтому, быстро позавтракав, поблагодарила хозяев, поднялась из-за стола и вышла из зала. У лестницы меня нагнал Красимир. Осторожно взяв за локоток, вынудил остановиться.

— Лиля, я понимаю, что ты злишься на меня, но я прошу тебя посетить со мной одно место, я уверен, тебе понравится там. Не отказывайся, пожалуйста, возможно через три дня нам нужно будет уехать, и другая возможность появится только в следующем году, — его умоляющие интонации в голосе не оставили меня равнодушной.

— Хорошо, но мы должны вернуться до пяти часов.

— Конечно, — просиял он, — тогда тебе нужно переодеться в какие-нибудь брюки и захватить купальный костюм, он пригодится, — он потащил меня вверх по лестнице. — Остальное я соберу сам.

Затащив меня в наши комнаты, Крас, наконец, отпустил мой локоть и рванул в гардеробную, потом в ванную, а после, пролетая мимо меня, бросил:

— Собирайся, я минуток через двадцать зайду, и отправимся в путь, — и вышел из покоев.

Покосилась на Сильвера, сидящего на моём плече.

— Это что сейчас было? — прошептала я.

— По-моему, Лилька, твой дракон на фоне стресса того, умом тронулся. Довела парня всё-таки, — серьезно ответил оберег.

— Так ты же сам советовал не прощать его, — вслух воскликнула я.

— А голова у тебя на плечах для чего? Чтобы косички заплетать или шапку носить, что ли? Самой думать надо было, а не всяких оберегов слушать.

— Вот, засранец ты, Сильвер, как есть засранец, — покачала головой, — пошли собираться, быстрее узнаем, что с Красом случилось. Что он там говорил? Брюки надеть и купальник взять?

— Ага.

— Интересно, что он задумал?

— А то непонятно, — хмыкнул дракошка, — словесные извинения не прокатили, сейчас будет романтик тебе устраивать.

— Ага, и обнажёнку заодно. Как-то не вяжется, знаешь ли, романтик с купальником, — ехидно ответила оберегу.

— Да, что бы ты знала, ведьма, точно тебе говорю, сюрприз приготовил он тебе, чтобы ты не устояла и простила эту бестолочь.

— Ты-то как будто знаешь больше моего, ты вообще ограничен в знаниях только моей головой, — усмехнулась, — советчик, умник-разумник.

— Ты не паясничай, — проворчал Сильвер, — собирайся давай, а то твой дракон придёт, а ты как стояла столбом посреди комнаты, так и стоишь.

Промолчала и пошла в гардеробную. Выбрав костюм для верховой езды из коричневой плотной ткани, быстро переоделась. Белая рубашка с рукавом три четверти и брюки, которые облепили мои ноги вплотную, сели на меня отлично. Повертелась у зеркала, рассматривая себя. Я бы в таком костюмчике и в своём мире прогулялась, смотрелось потрясающе. Все мои приятные глазу формы были подчёркнуты, но без перебора, я выглядела сексуально, но не вульгарно. Кожаную куртку от костюма решила не надевать, погода стояла солнечная, и я подумала, что она мне без надобности. Купальник, сшитый также, на заказ, из эластичной ткани, сложила в сумку. Он был закрытым, такие спортсменки-пловчихи носят в нашем мире. Всё же этот мир ещё не готов к бикини, для него и такой фасончик — это уже чересчур. Здесь девушки купались в длинных рубахах и панталонах. Когда впервые увидела такой шедевр здешней моды, у меня чуть глаз не выпал. Выглядело это ужасно.

Вышла из гардеробной и присела на кровати в ожидании своего дракона. Долго ждать не пришлось, уже через пять минут, он ураганом ворвался в комнату, держа в руках большую корзину, накрытую пледом.

— Ты готова? А куртка где? Она будет нужна, — пожала плечами, зашла в гардеробную и взяла курточку от костюма. — Отлично, тогда идём, — сграбастал мою руку и увлёк за собой. Сильвер в последнюю секунду успел запрыгнуть ко мне на плечо.

Быстрым шагом прошли по коридорам, спустились с лестницы, пересекли холл и оказались на улице. Спустились по ступенькам, и только тогда меня отпустили.

— Сап, — ссаживая своего оберега с плеча, начал раздавать указания Красимир, — возьмёшь корзинку.

— Сильвер, тебя я на себе не понесу, полетишь сам.

— Огонёчек стой здесь, я скажу, когда можно будет подойти.

— Крас, что ты задумал? — я не понимала, что происходит. Как маленький Сапфирчик потащит корзину, которая раз в пятьдесят больше него? Да и куда Сильверу лететь, и зачем?

— Потерпи секундочку, сейчас всё поймешь, — улыбнулся он, и, развернувшись, ушёл на поляну перед домом.

— Лилька, смотри, сейчас твой дракон оборачиваться будет, и ты, наконец, увидишь дракона во второй ипостаси. Тебе-то хорошо, тебя понесут, а мне крыльями работать придётся.

Я во все глаза уставилась на удаляющегося парня.

— Он, что же, действительно решил обернуться и прокатить меня? Да я же высоты боюсь до коликов. Я на него не полезу, — думала, пока он всё дальше удалялся от нас.

— Ты боевой маг или кто? — тут же отозвался на мои мысли Сильвер, — не смей трусить, не позорь мою голову. Ты же дракайна, у тебя в крови любовь к полётам, ты просто не пробовала ещё.

Отмахнулась от слов оберега и, не моргая, наблюдала за Красом. Вот он остановился, поднял руки так, что рёбра ладоней касались груди, и они находились напротив друг друга.

— Помедитировать решил, что ли, перед оборотом? — вслух высказала свои мысли.

В моей голове раздался хохот дракона.

— Ой, Лилька, ой не могу, ну и дурёха же ты.

В этот момент между ладоней Краса начал появляться синий густой дым, всё разрастаясь перед парнем. Когда стена этого дыма выросла в полный его рост, Крас резким движением развёл руки, и его заволокло синим туманом.

Когда туман рассеялся, не смогла сдержать восхищённого вздоха.

Дракон был впечатляющим. Высотой с двухэтажное здание, тёмно-синие чешуйки переливались на солнышке и ближе к брюху становились насыщенно-голубыми, большие кожистые крылья, голова увенчана короной из чёрных шипов, которые, сходясь на затылке, переходили в шипастый гребень вдоль всего тела и заканчивались на кончике хвоста, образовывая булаву, тонкая гибкая шея и непропорционально крупное тело с короткими лапами. Он повернул голову ко мне и оскалился в клыкастой улыбке так, что я вздрогнула. В синих глазах с вытянутым зрачком плясали искры огня. Даже зная, что этот дракон мой и мне ничего не грозит, всё равно испытывала безотчётный страх перед этим хищником. Завораживающее зрелище.

К Красу уже подходил его оберег. Достигнув хозяина, он остановился и обернулся в боевую ипостась. Оберег стал размером со среднюю лошадь, гораздо меньше и светлее своего хозяина.

— Мне тоже, наверно, пора, — проговорил Сильвер и, съехав с моего плеча, поплёлся к остальным.

Через пару минут компанию синих драконов разбавил мой — серебристый оберег. Он был крупнее оберега Красимира, и лучи солнца, отражаясь от его чешуек, ослепляли. Головы и тела оберегов также украшали шипы. Сапфир подошёл ближе, подхватил в зубы корзинку и вопросительно глянул на меня.

Я не могла отойти от шока, пожирая глазами этих чудесных, безусловно, красивых, величественных созданий. Моя трансформация была жалкой пародией на настоящих драконов.

— Лиля, — разнёсся по поляне рокочущий, грубый голос Красимира, — не бойся, Огонёчек, иди ко мне, прокатимся с ветерком, только куртку надень, а сумку Сильверу отдай.

— Крас, я вы… — дрожащим голосом собралась признаться в своём страхе.

— Не смей трусить! — воскликнул Сильвер.

Вздохнула, сжала кулаки и на подгибающихся ногах отправилась вместе с Сапфиром к остальным. Проходя мимо своего дракоши, сунула ему в зубы сумку и прошептала:

— Если я умру, упав с дракона, или от остановки сердца — это будет на твоей совести.

— Не переживай, Огонёчек, ты не упадешь, я не позволю, — прогрохотал Красимир. Чёрт бы их побрал, этих драконов с их слухом.

Подошла к Красу и уставилась на него. И как я должна была на него забраться, или он тоже в зубах меня решил тащить?

В ответ на мои мысли одно его крыло опустилось около меня, создавая немаленькую горку, которую мне предстояло покорить, чтобы оказаться на вершине.

— Забирайся и устраивайся между шипами.

Выдохнула и полезла. На вершине оказалась довольно быстро, тренировки у Вяземского не прошли даром. Уселась между шипами, которые были длинною в мой рост, и ухватилась двумя руками за тот, что был предо мной.

— Держись крепче, сейчас немного поболтает. Ничего не бойся, и, прошу тебя, попытайся не кричать, — инструктировал меня дракон.

Он расправил огромные крылья, оттолкнулся и взлетел. Я не кричала. Я визжала так, что, наверно, в соседнем поселении слышно было, а в моей голове раздавался издевательский хохот моего оберега. Визжала я долго, пока Крас не рыкнул. Этот-то рык и привёл меня в чувство. Сердце было как будто везде: в груди, горле, голове, ушах и даже пятках, оно стучало очень громко и быстро.

— Огонёчек, уже всё хорошо, открывай глазки, которые ты наверняка зажмурила, — сквозь свист ветра донёсся до меня голос Краса.

Медленно открыла глаза. Мы летели не очень высоко над землёй, видимо, чтобы я не сошла с ума от страха. По бокам от нас летели наши обереги. Внизу расстилались зелёные поляны, а впереди была гора, к ней-то мы и направлялись.

Сейчас, немного расслабившись и успокоившись, я была в восторге, чувство свободы и эйфория от полёта загнали все страхи в дальний угол сознания, давая мне насладиться полётом. Я вертела головой, наслаждаясь проплывающими под нами пейзажами.

Перелетая через гору, мы оказались над облаками, но это уже не пугало меня. Даже холодный ветер, бьющий в лицо, не мог унять мой восторг. Крас, сложив крылья, помчался прямо в облака под нами, в кровь хлынул адреналин, и я опять завизжала.

Вынырнув из облаков, дракон вновь расправил крылья и медленно начал снижаться, кружа над небольшим озером, от которого исходил пар.

Когда мы приземлились, я поняла, что не могу оторвать руки от шипа. Мало того, что при взлёте я вцепилась в него мёртвой хваткой и не разжимала рук во время полёта ни на секунду, так они ещё замерзли и онемели на ветру.

— Огонёчек, можно спускаться, мы прибыли на место, — пророкотал Крас.

— У меня руки не шевелятся, — прошептала охрипшим от крика голосом.

Дракон изогнул шею и дыхнул на меня горячим воздухом, согревая, и я, наконец, смогла отодрать свои руки от него. Скатилась с крыла и встала на дрожащие ноги, облокотившись руками о колени. Буквально через несколько секунд меня подхватили сильные руки перевоплотившегося Краса, и он понёс меня ближе к берегу. Я была не против, сама бы дойти не смогла. Донеся до нужного места, он снова поставил меня на ноги и забрал корзинку у Сапфира. Снял с неё плед и расстелил на берегу. Под пледом оказался сок в стеклянной закупоренной бутылке, фрукты и пироги.

Ноги постепенно перестали дрожать, и я уже твёрдо стояла на земле.

— Ты можешь переодеться там, — кивнул парень на ближайшие заросли кустарника, — я надеюсь, ты искупаешься со мной, вода здесь потрясающая.

Молча забрала у Сильвера сумку и прошмыгнула за кустарник. Переодевшись, вышла к парню в одном купальнике, аккуратно сложив остальную одежду в сумку.

— Уже готова, — оборачиваясь на мои шаги, начал парень, который уже тоже разделся и был в одних свободных шортах до колен, — быстро же ты упр… — не договорив, так и остался стоять с открытым ртом, разглядывая меня.

В своём мире на пляжах щеголяла и в более откровенных купальниках, но там никто не пожирал каждый сантиметрик моего тела таким голодным взглядом, так что я потупилась и не знала куда спрятаться.

— Огонёчек, — охрипшим голосом проговорил парень, — где ты берёшь такое, ммм, — задумался он, подбирая подходящее слово, — интересное бельё?

— Я на заказ сшила по своим эскизам, такое, какое носят в моём мире, — промямлила, не поднимая глаз.

— Нет, это форменное издевательство надо мной! — прочистив горло, возмутился он.

Вскинула голову, желая ему ответить, но снова наткнулась на горящий взгляд парня, и все слова застряли в горле.

— Я не выдержу, честное слово не выдержу, — закрыв глаза и запрокинув голову, тихо продолжал Крас, — это просто невозможное испытание для мужчины, — шумно выдохнул и снова посмотрел на меня.

— Доведёшь ты, Лилька, парня, ох, доведёшь. Я даже боюсь представить, что он сделает с тобой, когда у тебя, в конце концов, откажут тормоза, и ты окажешься с ним в постели. Не для сна, — не смог смолчать мой оберег. У него точно болезнь — словесное недержание называется.

— Ладно, моя прелесть, через что только не приходится проходить, чтобы заслужить прощение, мы сначала искупаемся или перекусим?

— Искупаемся, — всё также не двигаясь с места, с сумкой в руках, сказала ему.

— Тогда бросай вещи и пошли в воду.

Медленно прошла мимо парня и, наклонившись, положила сумку на край пледа. Сзади раздался мученический стон.

— Да ты издеваешься над ним! — возмущённо закричал на меня оберег, — Лилька, прекрати немедленно, это же просто бесчеловечно.

И только после слов дракошки поняла, ЧТО Крас сейчас лицезрел, пока я тут сумку укладывала. К щекам прилил румянец.

— Я не специально, честное слово, — попыталась мысленно оправдаться.

— Специально, не специально, а парню уже плохо, он же из последних сил себя сдерживает.

Повернулась к своему дракону. Глаза лихорадочно блестят, нижнюю губу закусил и тяжело дышит. Таки да, из последних сил.

— Идём? — тихо спросила его.

Кивнул и протянул мне руку, вложила в неё свою ладонь, и мы отправились к воде. Гладкая зеркальная поверхность абсолютно прозрачной воды отражала голубое небо и проплывающие по нему облака. Ни единый всплеск не нарушал целостности водной глади, пока в неё не ворвались, окатив нас водой, две тушки оберегов, до сих пор не вернувшие себе первоначальные размеры.

— Сильвер, поросёнок, ты чего вытворяешь? — закричала вслух.

— Не ворчи, а давай скорее к нам, вода как парное молоко, — не обратил внимания на моё возмущение дракошка. А Крас, рассмеявшись, подхватил меня на руки, понёс в воду.

— Отпусти, я сама пойду, — попросила его, потому что после инцидента с сумкой такая близость меня немного смутила, а особенно его рука на моих обнажённых ногах. Парень, безоговорочно повинуясь, поставил меня в воду. Вода действительно была тёплой, видимо, из-под земли били горячие источники.

Мы плавали, плескались, дурачились. Я, ухватившись за гребень своего дракошки, со словами "покатай меня большая черепаха"* заставила его прокатить меня по озеру. Как дети, играли с Красом в догонялки на воде, я всегда уплывала, а он непременно ловил, то за руку, то за ногу. И вот, в очередной раз уплывая от него, направилась к берегу, с целью сбежать на сушу, но не преуспела, меня поймали, когда воды было мне по грудь, а до берега оставалось всего ничего, и, подхватив за талию, прижали к сильной груди. Крас приподнял меня чуть выше, и мои ноги непроизвольно обвились вокруг его талии, а руки вокруг шеи. Он одной рукой обнял меня за талию, прижимая к себе, а вторая расположилась на попе, и наши лица оказались очень близко.

— Ты не сбежишь от меня, Огонёчек, никогда. Я не отпущу тебя, — прошептал мне в губы, глядя в глаза. — Ты простишь своего дракона-дурака?

— Уже, — также шёпотом ответила ему, — уже простила, но если ты ещё когда-нибудь обидишь меня, так легко тебе не заполучить моё прощение, — в шутку стукнула его по плечу.

Я не солгала, обида прошла под наплывом новых впечатлений, да и не хотелось портить прекрасное начало дня.

— Никогда, — ответил он и накрыл мои губы в нежном поцелуе.

— Ну наконец-то, — раздался голос Сильвера.

Но я не обратила внимания, окунувшись с головой в те чувства, что дарили губы дракона. С каждой секундой всё сильнее прижималась к его обнаженной груди. Не заметила, как мы вышли из воды, и поняла это только тогда, когда спины коснулась мягкая ткань пледа. Его руки путешествовали по моему телу, то поглаживая, то сжимая, вырывая мои стоны и заставляя выгибаться вслед за его руками. Вот и настал тот момент, когда мои тормоза отказали, и я не готова прекратить эту пытку, к чему бы она ни привела.

— Лилька, я, конечно, понимаю, что не вовремя, но ты должна это увидеть, — действительно не вовремя раздался голос оберега.

— Отстань.

— Лилька, я сейчас за филей твоего дракона цапну, но внимание привлеку. Ты же, если это не увидишь, потом всех собак на меня спустишь из-за того, что я не настоял.

Разочаровано застонала, не разрывая поцелуй.

— Что-то не так? — оторвавшись и нависая надо мной, спросил дракон. Он тяжело дышал, впрочем, как и я.

— Сильвер, — жалобно простонала я. — Он чего-то переполошился и говорит, что не отстанет, пока мы не обратим на него внимание.

— Ну давай посмотрим, что нужно твоему блюстителю целомудрия. — Крас был раздражён.

Мы сели на плед и уставились злыми взглядами на моего оберега. Ничего особенного не увидели.

— Да не на меня, балбесы, в небо, в небо скорее смотрите, — воскликнул взбудораженный дракошка.

Подняла голову и замерла. Даже дышать перестала. Над озером кружила крупная огненная птица.

— Жар-птица, — потрясённо прошептал Красимир. — Они здесь недалеко, за горой живут, но я впервые вижу их настолько близко.

Наши павлины удавились бы от зависти. Длинный хвост развевался по воздуху, словно живое пламя. Перья у основания были малинового цвета, постепенно переходя в жёлтый на кончике хвоста, впрочем, как и вся птица. Пламя на перьях то и дело вспыхивало, осыпаясь в небе искрами. Потрясающее сказочное создание. Она кружила над озером. И вот, пролетая над нами, одно из перьев птицы, словно лепесток огня, сорвалось и полетело к нам. Упав в паре сантиметров от пледа, воткнулось в землю, продолжая полыхать. Пока я наблюдала за полётом пера, жар-птица уже улетела в неизвестном направлении.

— Потрясающе! — вслух восторгалась я.

— И ты даже не представляешь насколько, — задумчиво проговорил парень и усадил к себе на колени. — У нас есть поверье, что тот, кто найдёт перо жар-птицы, будет непомерно счастлив, и его ждёт удача во всём. А мы его даже не искали, оно нам само на голову свалилось, впрочем, как и ты — моё огненное счастье, упала из своего мира прямо в мои руки.

* М/ф "Как львёнок и черепаха пели песню".