Глава 20. Ну, Рыбич, держись
Лена задержалась у воды буквально на секунду, вцепившись в берег руками. Чувствовалось, что какая-то неимоверная сила затягивает ее в пруд. Увидев, что Анька к ней повернулась, Лена крикнула «держи!» и кинула подруге правой рукой кольцо Живы. А затем разжала другую руку, удерживающую ее на суше, и нырнула в «пучину морскую». То бишь в местный водоем. Еще через мгновение голубовато-зеленая вода сомкнулась у русалки над головой, и все стихло. Только расходящиеся в разные стороны волны свидетельствовали, что кто-то утонул.
Анька ошеломленно смотрела то на пойманное кольцо, лежащее у нее на ладони, то на поверхность пруда.
А ведь совсем недавно она считала, что все плохое позади и скоро будет позабыто, как страшный сон. И мужик, целящийся в девчонок пистолетом и явно хотевший их убить после получения талисмана. И Викентий, темный колдун, желавший заполучить Анькин дар и неожиданно умерший от руки своего же охранника. И прочая дребедень, портившая Аньке жизнь в последнее время. И стоило только расслабиться — на тебе! Лена превратилась в русалку, хотя не должна была, и исчезла.
Неожиданно это. Очень. Вот так Рыбич! Опять он, килька дохлая, всех провел. Получается, царек был тут давно и тайно за всем происходящим наблюдал. И молчал ведь, гад мокрый. И на призывы о помощи не отзывался. Похоже, только ждал подходящего момента, чтобы забрать свое. Русалку Евлампию. Хорошо, что та подарок Живы кинула Аньке, а то главного козыря у них с Ермолаичем не осталось бы. Ведь они не собирались отдавать Лену подводному царю. Вот уж нет. Ни за что!
Осознав все это, Анька не то что разозлилась, она рассвирипела. Причем подобные эмоции испытывал и Ермолаич у нее в голове. Анька чувствовала. А два злющих мага — страшная сила. Ну, Рыбич, держись!
Но первая идея, которой хотела воспользоваться ведьмочка, не прокатила.
Мысль была совершенно простой. Пусть рыбы силком притащат царя к берегу, а раки вынесут его за ушко да на солнышко. А тут уж они с Ермолаичем с ним разберутся. Однако нет, не вышло.
Правда, рыбы сначала все же заскользили у поверхности воды, поднявшись из глубин, где прятались от рыбаков. Сверху, даже с невысокого берега, это было отчетливо видно. Затем стайки стали испуганно выпрыгивать над водой, как делают караси, убегая от догонявшей их щуки. Следом поднялся со дна ил, но никого тащить к берегу ни рыбы, ни раки не стали. А через минуту снова стало тихо. И лягушки по-прежнему не квакали.
— Не поддаются нам гады водяные, — философски заметил Ермолаич. — Не работает сила Велеса на подводное царство. Я так и думал.
— Что ж раньше не сказал? — хмуро буркнула Анька, заводя ветер.
— Проверить решил. А вдруг? Чем симулятор компьютерный не шутит, — продолжал философствовать душа талисмана.
— Симулятор? Компьютерный? — неожиданно для себя хихикнула Анька. — Я таких ругательств еще не слышала. Да и словосочетания такого тоже, — и она рассмеялась громко, во весь голос. — Симулятор вроде игровой должен быть.
— Рад, что позабавил, — хмыкнул Ермолаич, не обратив внимания на ее замечание. — Да и успокоиться бы тебе надо, а то натворишь бед со злости. Потом сама жалеть будешь, что пруд высох и купаться ходить будет некуда.
— Ну, может не весь высохнет, болотце какое-никакое останется. Для лягушат, — сказала Анька вслух, ехидно улыбнувшись при этом, и стала закручивать вихрь недалеко от берега.
Решила побезобразничать сначала на суше, чтобы посмотреть, какую мощь сможет набрать ветер сегодня. Ведь ведьмочка стала намного сильнее после присоединения к талисману огненного ветра амулета Велеса. Хотя сила скотьего бога совсем другая и работает по-другому, но чувствовалось, что мощность Анькиной магической энергии заметно увеличилась. А если говорить компьютерным языком, о котором напомнил Ермолаич, то объем памяти жесткого диска стал больше. Следовательно, на диске уместится больше информации. Как-то так.
Однако если на винчестере написан его объем, то на Анькиных ладонях никаких записей нет. Так что мощность наличествующей магии неизвестна. Тут Анька рассмеялась, сравнивая аналогии, и поглядела на свои руки, которые за какую-то минуту раскрутили весьма приличный вихрь-торнадо. Тот сначала побежал по дороге вдоль берега, собирая в свою воронку пыль, а затем по мере набора высоты стал двигаться более медленно. Немного постоял в одном месте и пошел в обратную сторону, собирая уже мусор и сухую траву.
— Слышь, Ермолаич, — сказала Анька, теперь она все говорила вслух, чтобы Рыбич ее слышал. Правда, он и Ермолаича слышал, хотя тот ничего вслух не произносил. Но она посчитала, что так будет убедительнее. — Мы можем заодно и весь мусор тут собрать одним разом. Как жест доброй воли при переговорах с Рыбичем. Поспособствуем очищению экологии?
— Да запросто, — ответил Ермолаич и хихикнул. — Только не сразу. Надо сначала переговоры-то начать. Эй, ты где, царь хороший? Отзовись. Есть разговор. И очень серьезный.
Но ответом на призыв души талисмана была тишина. И лягушки опять не квакали. Куда ж они запропастились? Даже интересно.
— Ну не хочет, как хочет, — Анька ждать не стала, увеличивая мощность торнадо, потому что знала, что лучшее средство убеждения в переговорах — сила.
Теперь вихрь-торнадо под Анькиным управлением побежал не по дороге, ширины которой уже не хватало, а по обочине, захватывая все больше площади прилежащего к дороге луга. Вверх сразу же полетели зеленые стебли выросшей травы, а затем и комья земли вместе с выдранными корнями. Воронка торнадо мгновенно окрасилась в грязно-зеленый цвет с часто мелькающими разноцветными бумажками брошенной упаковки. Ну и со смятыми пластиковыми бутылками, само собой.
Остановив с левой от себя стороны движение стихии, Анька заставила ее крутиться на одном месте, решив берег дальше не портить. Не оставлять же его голым без травы. Не красиво. Затем ведьмочка встала правым боком к пруду, чтобы видеть одним глазом, что там происходит, и стала добавлять мощности организованному ею торнадо.
— Сейчас еще огоньку добавлю, — сказала всем, кто мог ее услышать. — И как шарахну всю эту армаду в пруд, — передохнула немного, помолчала и дополнила. — Очень хочется посмотреть, что из этого выйдет.
— Ну, что-то да выйдет, — откликнулся Ермолаич. — Или пруд выплеснется вместе с дохлыми рыбами, или Рыбич наконец-то отзовется. Давай посмотрим.
— Давай, — согласилась Анька и подняла голову вверх.
Встретилась глазами с Ярилой, свет которого отразился у нее в зрачках, и направила небесный огонь внутрь торнадо. Воронка вихря сразу поменяла свой цвет на иссиня-черный и засверкала разрядами молний, бивших разлетающимися змеями в землю. А затем чернота засияла красно-желтым, как будто внутри воронки вспыхнул мощный фонарь. То ли молнии стали бить беспрерывно, то ли…
— Ого, — сказала Анька, наблюдая за своей работой. — А у нас там не атомная бомба взорвалась? А то очень похоже. Я на картинках видела.
— Да нет чай, — задумчиво произнес Ермолаич. — Откуда бы. Хотя… — помолчал, переваривая информацию, потом сказал. — Нет, точно не бомба. А то разнесло бы и нас. Но очень похоже, тут ты права.
— Огненный вихрь для колдуна. Вот что получилось, — улыбнулась Анька и повернула голову к пруду. — Ну что там? По-прежнему тишина?
— Какая к едришкам тишина, — усмехнулся Ермолаич. — Не слышишь, как у тебя в ушах свистит? Я вот слышу. Эй, Рыбич, долго ждать не будем. Выходи!
— А я уж вышел, — прозвучал за Анькиной спиной хриплый старческий голос.
Да так неожиданно, что Анька вздрогнула и чуть не выпустила из рук торнадо. Вот бы наделало оно дел в округе!
— Нечего за спиной прятаться, — разозлилась Анька. Голову-то назад не повернуть, надо стихию контролировать. Поэтому, кто там появился, не увидела. Но по сказанным словам поняла, что сам царь. — Иначе вихрь по воде пущу, чтобы на тебя оглянуться. И сам знаешь, что получится.
— Не пугай, я не из таких, — со сталью в голосе заявил Рыбич, изображая грозного царя. — А вот о подданных своих беспокоюсь. Ты им знатно нагадить можешь. Вижу, какую раскоряку навертела. Так что поговорить можно, — тут же смягчился, и позади Аньки под его ногами захрустел песок.
А затем по правую руку показался и сам Рыбич — невысокий дед с длинной зеленой бородой в белой косоворотке и черных штанах, заправленных в яловые черные сапоги. Начищенные до блеска сапоги! Это вам не хухры-мухры. Ну как он так смог, выбираясь из воды и идя по мокрому вязкому берегу? Не понятно. Но выглядело эффектно и парадно. Вот ведь. Царь, он и есть царь.
— Гарантируешь, что нападать на нас не будешь? — это Ермолаич начал свой разговор с Рыбичем. — А то держать торнадо не так уж и легко. Проще в дело кинуть да новый завести.
— Чего ж про меж нас, магов, счеты иметь? — вопросом на вопрос ответил Рыбич. — Отпускай свое оружие. Мы же мудрые люди и не будем войну устраивать. Так что гарантии сии даю.
— Врет, небось, — сказала Анька на этот раз не вслух, а мысленно.
— Нет смысла ему врать, — пояснил Ермолаич.
— Слово мое верное, коли даю, — услышала Анька подводного царя. — Не рассказал еще ей, что слово, данное магом магу, нерушимо? — спросил Ермолаича уже в Анькиной голове.
— Да как-то не дошло до этого. То одно, то другое, — совсем по-стариковски посетовал Анькин симбиот. — Да и ты разок не совсем честен был.
— Сейчас все честно, — Рыбич даже правую ладонь к сердцу приложил.
— Ну, как скажете, — пожала Анька плечами и отпустила торнадо, который тут же рухнул на оголенную землю кучей выгоревшего, но не до конца испепеленного мусора. — Вот какая красота получилась, — усмехнулась, показывая Рыбичу рукой на свою уборку. — Сейчас еще чуток поправим.
Через секунду в кучу ударила молния и подожгла остатки пластика. Тот сначала разгорелся подпрыгивающим на приличную высоту пламенем, а после второй молнии расплавился окончательно и почернел. Остался на том месте ровный обгорелый круг, который со временем зарастет травой, и больше ничего не будет напоминать о не случившейся между магами войне.
А потом были переговоры. Жесткие, но продуктивные.
Хотя поначалу Рыбич по своей старой привычке все же пытался юлить. Мол, я белый и пушистый, помог вам мужика с пистолетом пришибить, отвлекая того песней русалок (вон что слышала Лена). Но в конечном итоге был приперт Ермолаичем «к стенке». Ведь тот знал, какие песни поют хвостатые фурии. И если бы они действительно заманивали начбеза в воду, он давно бы туда сиганул. На самом деле русалки звали Евлампию, чтобы она к царю вернулась по своей воле. Так что никакая это не помощь.
А еще с царя за обман с заговором причитается. А еще за то, что привлек к своим играм человека, Анькиного любимого. А еще… В общем Ермолаич припомнил Рыбичу все. И тому некуда было деваться. Хотя отпускать Лену опять же не хотел. Мол, ослушалась и должна быть наказана. «Берите, злато и каменья драгоценные сколько хотите, но собственность мою не трожьте», — разглагольствовал Рыбич. На что Анька возмутилась и влезла в диалог магов с гневной речью.
— Не собственность она твоя, а подданная. Это во-первых. А во-вторых, дурочка она, по собственной глупости утопившаяся, — заявила Анька, сидя на берегу рядом с дедом в косоворотке и глядя вдаль на противоположный берег. — А сейчас Лена передумала и жить с любимым хочет. Так что освободи ее, а то…
Договорить ей не дал Ермолаич, пытаясь снизить накал Анькиной речи:
— А то сам понимаешь, не угомонится моя хозяйка и гадничать тебе будет. Везде, докуда ручки ее дотянутся. Нету с ней сладу. Ежели чего задумает, сделает. Настоящий потомок Стрибога. Тебе ли не знать, каковы они бывают. А эта хитрее всех, можешь мне поверить.
Анька тут же загордилась собой (надо же, Ермолаич ее хвалит), но виду не подала. Потому как на переговорах нельзя свои эмоции проявлять. По крайней мере, старалась. Но когда Ермолаич рассказал Рыбичу о плане мести, который они придумали и хотели воплотить, если Лену не отпустит, и царь выпучил глаза, от злости топнув ногой, рассмеялась. Громко, заразительно и долго не могла успокоиться, пока вскочивший на ноги Рыбич выхаживал туда-сюда.
А план был такой. Довольно простенький, но от этого не менее эффективный.
— Дело-то совсем пустяшное, чтобы жизнь тебе напрочь испортить, — вещал Ермолаич. — И мы это запросто сможем. Сначала с твоего исконного озера начнем, а потом и за другие возьмемся. И все водяные будут знать, что профукал ты свою силу, оттого и подчиняться перестанут. Ну а дальше сам додумывай.
В общем, было обещано Рыбичу, что Анька с Ермолаичем будут ездить по озерам и оживлять русалок кольцом Живы. Вернее не только с Ермолаичем, он и так никуда от Стрибожьего потомка не денется, а с парнем, который нужен для закрепления эффекта. И тут на роль любителя русалок Анька выбрала друга Ксандра Вову, который мистику до умопомрачения обожает. И в благое дело безоговорочно поверит. И целовать русалок не откажется. Это уж точно.
Много-немного, но часть из дев подводных захочет на землю вернуться, зажить новой жизнью и замуж выйти. И тем самым ослабит Рыбича, который их энергией подпитывается. А поскольку нового потока утопленниц особо не предвидится, так как и мир стал лучше, и большинство озер далече от деревень, то каюк придет и самому царю. Ну как вариант — найдет он тогда озеро в городской черте, где пополнение может случиться, да только тихой жизни в таком водоеме не будет. Вот такой клин.
Бегал-бегал после этого Рыбич по берегу да согласился. Как сказал потом, не рассчитывал он, что Ермолаич такую гадость ему подстроит. Думал, опять пугать его «торнадой» будут, и даже придумал, как на это ответить. А тут вон чего! Обложили его Анька с Ермолаичем во всех сторон.
— Обманули, черти, — вздохнул Рыбич, соглашаясь на мир.
— Не обманули, а переиграли, — поправил его душа талисмана. — Не все ж тебе нам голову дурить. Мы в шахматы тоже играть умеем.
На что Анька хмыкнула и подумала: «Надо, пожалуй, и впрямь научиться».
Затем из пруда выскочила Лена, без хвоста и при двух ногах, и даже не в мокрой одежде, что интересно. Радостно улыбнулась Аньке и бросилась ей на шею с криком:
— Боже мой, как здорово!
А после этого Анька сделала Рыбичу подарок. Да, да, подарок.
Подумав, что небольшая, но заметная яма на берегу пруда, в котором ведьмочка намерена купаться еще долгое время, будет напоминать о закопанном там трупе начбеза Колядина, договорились с подводным царем, что тот его заберет.
— Водяным сделаю, — мечтательно произнес Рыбич и расплылся в радостной улыбке. — Есть у меня на дальнем кордоне озерцо небольшое. Там водяной давно на тот свет просится, а заменить его было не кем. Вот и пристрою вашего убивца туда. Есть у меня Васька-щурь, а теперь будет Андрюшка-хмырь.
— Так он вроде не утонул? — удивилась Анька. — И душа уж в ад попала. Я думала, вы его просто рыбам скормите.
— Не утонул? А сейчас утонет, — хмыкнул Рыбич, и в недрах земных что-то ухнуло. Затем на поверхность пруда всплыло несколько огромных пузырей, и все затихло. — А с душой мы разберемся. Ему и самому-то на тот свет не выгодно сейчас. Обрадуется, что служить мне будет. Так что спасибо за подарок, — протянул руку и пожал Аньке ладошку.
Договорившись с подводным царем впредь дружбу водить и условия сии не нарушать, Анька с Леной отправились домой.
* * *
Ну а что дальше?
А дальше была свадьба. Лена вышла замуж за своего Дюху, и стали они жить вместе, как и жили, только теперь официально зарегистрированные. Хе-хе.
На свадьбе была куча гостей, главными из которых были Дюхины друзья из команды Йода вместе с Ксандром и Анькой.
Анька выбрала Ксандра, потому что, как говорила подружка Иринка, он больше ей подходит. Спокойный и надежный, что для такой непоседы как наша героиня самое то.
С Сашей-опером они остались друзьями. Впрочем, Анька подспудно всегда хотела именно этого. Ну а одноразовый интим, это всего лишь интим. Тем более у Саши вроде все хорошо с его Полинкой.
Ах да. Катюху познакомили с Вовой. И как ни странно, эта парочка нашла друг друга. Катя рассказывала Вове случаи из жизни, она же медсестра, а Вова пытался интерпретировать их с мистической точки зрения. И вроде Вова начал писать книги на свои истории, но пока известным писателем еще не стал.
— Завтра поедем в сад с родителями знакомиться, — шепнула на ухо Ксандру Анька, засыпая в его объятиях.
— Конечно, птичка моя, как скажешь, — нежно погладил ее по голове любимый.
КОНЕЦ КНИГИ ТРЕТЬЕЙ
Все совпадения в названиях городов, улиц, домов, фамилий и имен случайны. Хотя возможно, что все это происходило на самом деле. Кто знает…