34

Оставив Джейн ждать в приемной, Ральф спустился вместе с доктором в мертвецкую, расположенную в подвальном помещении. Остро пахло спиртом и немного — застарелым перегаром, но Ральф даже был этому рад — другие запахи позорно отступили. Свет проникал через частые оконца у потолка, полосуя холодную белую комнату. Тело несчастной Марты, прикрытое белой простыней, лежало на лавке в одном из солнечных пятен, и Ральф с трудом отвел от него взгляд. Поежившись от холода, он подошел к стеллажу, стеклянные дверки которого были открыты, протянул руку к черепу…

— Не трогайте, — строго предупредил доктор. — Гипс еще не высох.

Нехотя убрав руки за спину, Ральф с интересом посмотрел на череп животного, лежащий на полке.

— Я замерил следы зубов, оставшиеся на теле, — пояснил доктор. — Посчитал угол, расстояние и сделал слепок челюсти. А потом немного увлекся.

— У вас прекрасно получилось, доктор Филипс, — не покривил душой Ральф. — Такое чувство, будто это далеко не первый ваш череп.

— Так и есть, — подтвердил он. — Несколько моих статей о краниологии, науке, изучающей черепа, даже были опубликованы в «Медицинском вестнике». Хоть, боюсь, я и не совершил прорыва в науке. Однако для наших целей мое хобби очень кстати. Взгляните сюда, — доктор провел пальцем вдоль изгибающегося клыка, — это определенно волк. Матерый, крупный хищник.

Ральф с нарастающей тревогой смотрел на зубы, слепленные из гипса. Тело женщины, ставшей жертвой этих клыков, лежало позади.

— Точно волк? Не собака?

Версия с убийцей, натравившим на жертву пса, трещала по швам.

— Слишком длинные клыки. Три дюйма. Это и для волка рекорд. Однако… — в голосе доктора послышалась растерянность. Он потер подбородок, цыкнул зубом.

— Что-то не так?

— Есть одна аномалия, — вздохнул он. — На теле жертвы множество ран, следы укусов, один из них особенно четкий, по нему я и сделал этот слепок. Понимаете, инспектор, на верхней челюсти волка должно быть двадцать зубов, если, конечно, часть из них он не потерял, — доктор указал на зияющую дырку в гипсовых зубах. — У нашего отсутствуют два моляра слева.

— И общее количество зубов меньше, чем положено, — быстро подсчитал Ральф.

— Верно, — кивнул доктор. — Это странно. Если бы след укуса не был таким четким, я бы предположил, что сначала жертву укусил человек. Хотя челюсти человека у же и не раскрываются под таким углом…

Он пожал плечами и отошел к столу. Взяв лист бумаги, исписанный едва разборчивым почерком с сильным наклоном вправо, протянул его Ральфу. Почти привычно сравнив его с почерком отправителя писем, Ральф мысленно вычеркнул доктора из списка подозреваемых в деле мисс Уокер.

— Значит, аномально беззубый волк? — уточнил Ральф.

Доктор сел за стол, оперся подбородком на сцепленные пальцы рук, с таким вниманием глядя на белую стену перед собой, точно на ней были ответы.

— Не настолько уж уникальный, — сказал он. — Похоже, в наших лесах завелась новая порода.

— Максимилиан Олдброк, — понял Ральф.

— Именно, — подтвердил мистер Филипс. — Хоть безутешная мать и забрала его тело, не дав провести полный осмотр, я помню следы укусов. Именно они и стали толчком к появлению моего хобби. Мне не хватило данных, чтобы сделать слепок, но это, конечно, не может быть тот же самый волк. Они живут лет десять, а между нападениями прошло в два раза больше времени.

— Если только не поверить в сказки Вуденкерса о вервольфах, — добавил Ральф, но доктор Филипс, повернувшись, посмотрел на него с такой иронией, что ему стало стыдно.

— Есть еще кое-что, инспектор.

Встав, доктор подошел к телу и сдвинул простыню в сторону.

— Синяки на предплечье, — указал он пальцем на красноватые отпечатки. — Гематомы едва успели сформироваться. Совсем свежие. Кто-то очень сильно схватил ее за руку незадолго до смерти.

— Там был человек, — с облегчением понял Ральф, которого разговоры о волке совсем сбили с толку.

— Мужчина, — подтвердил доктор. — Или женщина с крупными руками.

Он приложил руку к бледному предплечью, растопырив пальцы. Ладони доктора Филипса были широкими, с длинными крепкими пальцами, поросшие короткими жесткими волосками, и ложились на синяки, оставленные на теле жертвы, идеально.

— На втором предплечье то же самое, — добавил он.

— Кто-то схватил ее, — понял Ральф.

— Вероятно. На щеке так же небольшой отек от удара, но тут я не могу сказать точно. Может, она ушиблась при падении. В заключении полный перечень повреждений. Первоначальная версия подтвердилась. Смерть от кровопотери.

— Благодарю.

Бросив последний взгляд на тело, Ральф направился к двери.

— Внучка миссис Олдброк очень мила, — сказал доктор, и Ральф, уже взявшийся за ручку двери, застыл.

— Что вы сказали? — пробормотал он.

— Рыженькая мисс, что пришла с вами. Она стояла на крыльце рядом с миссис Олдброк, когда мы уезжали, и я сразу обратил внимание на фамильное сходство, — пояснил доктор. — Я всячески порицаю внебрачные связи. В моей профессии часто приходится сталкиваться с нежелательными последствиями таковых. Если бы все блюли верность в браке, то мне куда реже пришлось бы рассматривать язвы на гениталиях… Но в данном случае я рад, что Максимилиан Олдброк успел оставить потомство. Это грустно, когда род угасает.

— Они ведь совсем непохожи! — воскликнул Ральф, обернувшись. — Мисс Уокер рыжая, с голубыми глазами…

— Издержки моего хобби, — улыбнулся доктор, продемонстрировав желтоватые от табака зубы. — Я сразу подмечаю такие детали: расстояние между глазами, форма челюсти, угол лба. Готов поспорить, она ее внучка, или, по крайней мере, находится в близком кровном родстве. Уверен, в ближайшее время старуха объявит ее наследницей.

— Вот как, — только и смог пробормотать он.

— Полагаете, это важно в вашем деле?

Доктор Филипс заботливо укрыл простыней плечо Марты с кровоподтеками синяков.

— Я не знаю, — честно сказал Ральф.

Он вернулся в приемную на первом этаже, и Джейн поднялась ему навстречу.

— Узнали что-нибудь интересное? — спросила она.

Угол лба? Челюсть? Перед ним стояла красивая девушка, и Ральф, хоть убей, не находил в ней сходства с угрюмой старухой. Доктор Филипс ошибается. Он проспиртовался насквозь, как лабораторная лягушка, его словам нельзя доверять!

— Доктор считает, что миссис Олдброк ваша бабушка, — выпалил он.

Голубые глаза мисс Уокер расширились, она покачнулась, и Ральф быстро обнял ее, не давая упасть. Похоже, он совершенно не умеет сообщать важные новости.