Глава пятая

Я полагала, что Томас вновь захочет встретиться с герцогом. В его характере было немедленно потребовать объяснений. И сделать это в присущей ему манере: жестко и на грани оскорблений. Но лорд Бейрил в очередной раз удивил меня.

В коридоре он первым делом похлопал стражника по плечу. Тот медленно заморгал, приходя в себя. Затем, увидев нас, схватился за меч, висящий у него на поясе.

— Не дури, приятель, — насмешливо посоветовал ему Томас. — И не вздумай вытаскивать эту железяку. А то порежешься еще.

Молодой парень не внял его совету. С негромким металлическим лязгом извлек оружие из ножен и направил острием в сторону Томаса.

— Кто вы? — взволнованно затараторил он. — Как здесь оказались? Я вынужден задержать вас и…

— Ты проводишь Альберту к карете, — оборвал его Томас, досадливо поморщившись. — И останешься рядом с ней до тех пор, пока я не вернусь.

— Но я не имею права оставить свой пост! — возмутился стражник. — И вообще, какое право вы имеете приказывать мне? Я принадлежу к королевской страже…

— Выведи Альберту из дворца! — рявкнул Томас, в очередной раз не дослушав его. — Немедленно!

Его синие глаза полыхнули таким гневным огнем, что я невольно втянула голову в плечи. Ого! Давненько я не видела Томаса таким рассерженным.

— Да, но… — продолжил упрямиться бедный паренек.

Нет, Томас не стал кричать на него. Он просто вскинул бровь, вперившись в несчастного таким жутким немигающим взглядом, что тот подавился на полуслове.

— Иди, — с нажимом проговорил Томас. — Сейчас же!

Стражник покорно кивнул. Загнал меч обратно в ножны и повернулся ко мне, явно потеряв всякое желание спорить с загадочным незнакомцем.

— Что ты задумал, Томас? — встревоженно спросила я. — Опять хочешь переговорить с Тегреем? Но это глупо и, в конце концов, опасно!

— Я хочу знать, что произошло в этих покоях, — раздраженно фыркнул Томас. — И я получу ответы на свои вопросы. Но было бы неверно ставить тебя под удар. Тебе и без того сегодня слишком сильно досталось. В том числе, и по моей вине. Было бы слишком жестоко заставлять тебя вновь встречаться с Тегреем. Поэтому правильнее, если ты не станешь свидетельницей нашего разговора.

Доводы Томаса были более чем разумны и убедительны. Он прав, мне не стоит лезть в это выяснение отношений. Как бы в итоге не получить тумаков с обеих сторон. Образно говоря, конечно.

Но все-таки я не могла просто так отпустить Томаса. Я знала его характер. И прекрасно понимала, в каком ключе будет проходить предстоящий разговор. Просто чудо, если Томаса после этого не кинут в самое грязное и сырое подземелье на веки вечные.

Осталось дело за малым — убедить его не горячиться.

Ох, по-моему, проще дракона заставить отказаться от добычи.

— Томас, а может быть… — нерешительно начала я.

— Держи. — Томас вручил мне найденную книгу, которую все это время держал под мышкой. Ощутимо подтолкнул в плечо. — И иди. Аль, я сейчас не настроен на долгие споры. Просто уйди. И жди меня в карете.

— Но… — Я уперлась носками туфель, пытаясь устоять под напором Томаса, который продолжал весьма невежливо пихать меня в спину. — Томас, я не думаю…

— Брысь! — потеряв терпение, рявкнул тот. Да так, что бедный стражник, терпеливо ожидающий окончания нашего разговора, подпрыгнул на месте и сам едва не рванул в бега.

— Ваша невеста права, лорд Бейрил, — неожиданно раздалось рядом вкрадчивое.

Томас мгновенно перестал меня толкать. Его глаза потемнели, около рта залегли жесткие складки.

— Уезжайте, вам больше нечего делать во дворце, — продолжил тот же голос. И из полумрака коридора выступила знакомая худощавая фигура камергера.

— Ринуальдо? — Томас заметно расслабился. По всей видимости, он не считал камергера опасным. Отрывисто спросил: — Что все это значит?

— Это значит, что герцог Тегрей не будет с вами больше разговаривать, — мягко проговорил Ринуальдо. Посмотрел на стражника, застывшего неподалеку, и мягко приказал ему: — Мальчик мой, иди.

— Но мой пост, — запротестовал было бедный юноша. — Я не могу оставить его…

— Иди, — с нажимом повторил камергер. — Я все улажу.

Я была уверена, что Ринуальдо не применил никакой магии. Его голос по-прежнему звучал мягко и без угрозы. Но стражник почему-то побледнел и судорожно дернул кадыком, как будто слова возражения встали ему поперек горла. Кивнул, развернулся и с такой поспешностью ринулся прочь, что едва не загремел носом, когда ножны с мечом запутались у него в ногах.

Спустя пару секунд грохот шагов быстро удаляющегося стражника стих, и Ринуальдо вновь посмотрел на Томаса с отеческой улыбкой.

— Лорд Бейрил, не усугубляйте ситуацию, — попросил он. — Его высочество знали, что вы первым делом рванете в покои короля. Он мог запретить вам это. Но не сделал.

— Наверное, потому что прежде приказал как следует вычистить покои? — ядовито поинтересовался Томас.

Лицо Ринуальдо окаменело. Вопрос явно застал его врасплох. Но почти сразу камергер вновь широко улыбнулся.

— Я понятия не имею, о чем вы, лорд Бейрил, — с убеждающими интонациями прошелестел его голос. — Но даже если и так, то что это меняет? Если вы увидели больше, чем вам полагалось, то тем более не стоит сейчас встречаться с герцогом.

Я всецело поддерживала Ринуальдо. Что бы ни произошло в покоях короля, ясно одно: Тегрей в курсе всего этого, а скорее всего, имеет к случившемуся непосредственное отношение. Но если Джессику убили здесь, то Томасу просто опасно встречаться с герцогом. Кто знает, не захочет ли тот самым радикальным образом устранить нежелательного свидетеля.

— Лорд Бейрил, его высочество не имеет никакого отношения к покушению на короля, — продолжил увещевать Томаса камергер. — Клянусь в этом честью! Надеюсь, вы не будете сомневаться, что она у меня есть?

— О, мой друг, в тебе я как раз не сомневаюсь. — Томас печально хмыкнул. — Ты веришь в то, что говоришь правду. Но является ли это правдой на самом деле? Вот в чем вопрос.

Ринуальдо сделал шаг вперед.

— Я готов пожать вам руку, — проникновенно сказал он. — И вы убедитесь, что я чист перед вами.

— Я уже сказал, что не сомневаюсь в этом. — Томас раздраженно повел плечом, и Ринуальдо торопливо убрал ладонь. — Проблема в том, что ты можешь искренне обманываться в своей правде. Считать истиной то, что в действительности ею не является.

— Я не настроен вести философские споры с вами, — ласково, словно говоря с раскапризничавшимся ребенком, произнес Ринуальдо. — Тем более это отнимает слишком много времени, которое и без того нет. Но поверьте мне. Лучшее, что вы можете сейчас сделать — это уехать из дворца. Отыщите принца Эдриана. Мальчик попал в серьезную беду.

Томас целую минуту, не меньше, смотрел в упор на Ринуальдо. Тот выдержал это испытание с честью. Ни на миг его доброжелательная улыбка не поблекла. И первым отвел взгляд все-таки Томас.

— Я разберусь в этом деле, Ринуальдо, — пробормотал он, грозно заиграв желваками. — Обязательно разберусь. Так и передай Тегрею.

— Тот будет счастлив это услышать, — отозвался камергер.

— Не уверен, — себе под нос буркнул Томас. Глянул на меня, круто развернулся на каблуках и зашагал прочь.

Мне оставалось только поспешить за ним.

Ох, сдается, я весь день буду бегать за Томасом! Пожалуй, это была далеко не лучшая идея — выбрать туфли с высокими каблуками.

***

Всю обратную дорогу мы молчали. Точнее сказать, молчал Томас, а я шумно пыхтела, стараясь поспеть за ним. Стоит ли удивляться тому факту, что дворец я покинула вся потная. Н-да, никогда бы не подумала, что визит к королю завершится для меня такими физическими нагрузками.

Карета уже ждала нас около высокого каменного крыльца. Томас был настолько любезен, что даже притормозил около лестницы и подал мне руку, помогая спуститься. Наверное, опять вспомнил про необходимость играть перед всеми влюбленную пару.

Да, но теперь наша свадьба — вопрос действительно решенный. Если Джессика мертва…

Я тряхнула головой, запретив себе думать об этом. Потом, все потом. Сейчас у нас есть проблема намного важнее. Необходимо отыскать принца Эдриана и уложиться при этом в срок, выделенный герцогом Тегреем. Иначе тот приведет в исполнение все свои угрозы. Кинет Томаса в тюрьму по ложному обвинению и обнародует историю про мою связь с женатым мужчиной. После чего моей репутации придет конец.

Говоря откровенно, мне было плевать, что обо мне подумают при высшем свете. Как я успела убедиться за недолгое знакомство с Томасом, супружеская верность не входила в число добродетелей, ценимых аристократами Альмиона. Но я не хотела, чтобы мои родители узнали обо всем произошедшем. Я переживала только из-за них.

Занятая невеселыми раздумьями, я сама не заметила, как спустилась. Около самой кареты Томас неожиданно остановился и крутанул меня за талию. Привлек к себе властным и уверенным жестом.

— Ты чего? — возмутилась было я, но тут же осеклась.

Ах да, конечно. Спектакль нужно доиграть до конца. И послушно потянулась к Томасу за поцелуем.

Тот действительно чмокнул меня в нос, затем зарылся в мои волосы губами и зашептал:

— Аль, не удивляйся, что произойдет дальше. Мы отъедем от дворца вместе, но потом я покину тебя. Не пытайся меня остановить. Отправляйся к Велдону и жди.

— Да, но… — слабо запротестовала я, пытаясь не обращать внимания на привычную дрожь, которая пронзила меня от такой чрезмерной близости к Томасу. Слишком сильно его теплое дыхание щекотало мою шею.

— Не спорь! — Томас чуть повысил голос. Но после уже мягче добавил: — Аль, сейчас не время и не место для пустых пререкательств. Поверь, я знаю, что делаю.

Я промолчала, хотя утверждение Томаса было более чем спорным.

Интересно, что он задумал? Неужели решил усыпить бдительность Ринуальдо ложным отъездом, а сам тайком вернется и все-таки прорвется силой к Тегрею? Ох, надеюсь, что я ошибаюсь. Потому что даже страшно предположить, чем все это может завершиться.

— Вот и молодец. — Томас еще раз чмокнул меня в нос, должно быть, приняв мое молчание за знак согласия с его планом.

Распахнул дверцу кареты и терпеливо дождался, когда я залезу внутрь.

Я слышала, как он негромко о чем-то беседовал с кучером. Наверное, отдавал распоряжения. Я думала, что после этого Томас присоединится ко мне, но ошибалась. Карета вскоре тронулась, и я решила, что он предпочел прокатиться рядом с кучером на облучке.

Ну что же, возможно, так оно будет лучше. Иначе я обязательно постараюсь отговорить его от сумасбродного плана. А значит, мы в очередной раз поссоримся.

Решив так, я перевела взгляд на книгу, которую все это время держала в свободной от повязок руке и о которой почти забыла.

Значит, это был подарок Томаса. Интересно, как он оказался во дворце? Ну, то есть, понятно, что книгу принесла Джессика. Мы ведь отыскали следы ее крови в покоях короля, то есть, очевидно, что она там была накануне. Но почему Джессика взяла с собой во дворец книгу? Как-то это… странно. Обычно люди не таскают с собой подобные вещи, даже если очень любят читать.

Я легонько провела рукой по потрепанной синей обложке. Надо же, кто бы мог подумать, что Томас любит поэзию. Это очень не вяжется с его характером — насмешливым до сарказма, язвительным, наконец, просто скверным.

Быть может, эти стихи помогут мне лучше понять лорда Бейрила? Недаром ведь он подарил книгу Джессике. Наверное, хотел таким образом сказать что-то, что не осмеливался произнести при личной встрече.

Я сосредоточенно зашелестела страницами. И вдруг приглушенно вскрикнула от удивления. Потому что на одном развороте вдруг увидела самое настоящее послание.

Это было всего несколько строк, написанных четким понятным почерком. Благо, что широкие поля книги вполне позволяли это. И адресовалось написанное моему так называемому жениху.

«Мой милый Томас, — гласило оно. — Если ты читаешь это, значит, скорее всего, меня уже нет в живых. Что же, я ввязалась в слишком опасную игру со слишком опасными людьми, поэтому вполне допускаю и такой исход дела. Я хочу просто извиниться перед тобой. У меня было много мужчин. Но среди всех них только тебя я могу назвать пусть не любимым, но по-настоящему дорогим для меня человеком. Прости за все. И постарайся обрести счастье без меня».

Я судорожно принялась перелистывать книгу. Возможно, Джессика написала еще что-нибудь, оставила хоть какую-нибудь зацепку, призванную помочь нам в расследовании ее убийства. Но, увы, мои надежды не оправдались. Больше никаких дополнительных записей в книге не было.

Я с грохотом захлопнула книгу и слегка дрожащей рукой потерла подбородок. Да, ну и дела. Получается, Джессика действительно имеет какое-то отношение к покушению на короля. Иначе о какой еще опасной игре может идти речь?

Тем временем карета затряслась по булыжной мостовой Бриастля, и я выглянула в окно. Еще несколько минут — и мы остановимся около дома Велдона. Интересно, как он отреагирует на все услышанное?

Я думала, что Томас к этому моменту уже давным-давно спрыгнул с облучка кареты и рванул обратно во дворец. И тем большим было мое удивление, когда он лично распахнул передо мной дверцу кареты и протянул руку, помогая спуститься.

— Ты решил остаться? — спросила я, даже не пытаясь скрыть радостного удивления в голосе.

— Мне пришла одна мысль в голову, — уклончиво отозвался он. — И я сперва хочу проверить одно предположение. В конце концов, морду Тегрею я всегда успею набить.

— Ты уже ее набил, — с улыбкой напомнила я.

— А, повторить не помешает. — Томас раздраженно махнул рукой, развернулся и буквально бегом рванул к дому, где Велдон снимал комнаты.

Как и следовало ожидать, я вновь от него безнадежно отстала. К тому моменту, когда я поднялась на этаж, где располагалось жилище Велдона, Томас уже изо всех сил барабанил в дверь.

— Вставай, лежебока! — орал он в полный голос. Развернулся и несколько раз грохнул каблуком сапог по косяку, как будто и без того производил слишком мало шума. — Просыпайся, Велдон! У нас есть дело!

— Сдурел, что ли? — через мгновение дверь распахнулась, и на пороге предстал сам приятель Томаса.

Судя по всему, он действительно только что проснулся. На это указывали всклоченные волосы, помятая физиономия и халат, по всей видимости, накинутый прямо на голое тело.

— Ты чего орешь, как будто за тобой сотня демонов гонится? — недовольно спросил Велдон, широко зевнул и почесал могучую волосатую грудь, видневшуюся в вороте небрежно запахнутого халата.

Затем его взгляд упал на меня, и Велдон отчаянно покраснел.

Это было даже мило. Огромный, могучий в плечах верзила в мгновение ока залился пунцовым румянцем, словно малолетний юнец, застигнутый строгими родителями за какой-то непотребной шалостью.

— Добрый день, Альберта, — вежливо поздоровался Велдон. — Я сейчас…

Развернулся и стремглав ринулся в глубь квартиры, от спешки потеряв тапочки.

— Ты плохо на него влияешь, — сурово заметил Томас, укоризненно посмотрев на меня.

— Я?! — изумленно переспросила я, как-то неготовая к подобному обвинению. — Почему?

— Потому что этот дурень помчался переодеваться, — хмыкнув, пояснил Томас. — Стесняется тебя, видишь ли. А чего стесняться? Не голый ведь он к тебе вышел. А если даже и голый — то что из этого? Как будто ты там увидишь что-нибудь новое.

А теперь настал мой черед краснеть. Нет, Томас все-таки невыносим!

— Подумать только, какие вокруг меня стеснительные личности собрались, — фыркнул Томас, окинув меня недовольным взглядом. И первым вошел в темную прихожую, не дожидаясь, когда вернется Велдон.

К моему удивлению, на сей раз в квартире старинного приятеля Томаса было на удивление прибрано. Даже пол не лип к подошвам моих туфель, явно накануне хорошо вымытый.

Заинтригованная, я прошла вслед за Томасом в гостиной и изумленно вздохнула вновь. Ну надо же! Никакого привычного беспорядка. Все вещи на своих местах, на подлокотниках кресел и столике с напитками — ни следа пыли. Да, на ковре по-прежнему виднелись какие-то непонятные пятна неизвестного происхождения, но я не сомневалась, что загадочный помощник Велдона просто не сумел их вывести. Если это вообще возможно без помощи магии.

Не выдержав, я подошла к окну и отодвинула гардины, готовая после этого расчихаться от пыли. Но нет, занавески приятно пахли свежестью и были еще влажные, как будто лишь недавно развешенные после стирки. А через чистейшие оконные стекла в комнату полился яркий дневной свет.

— Что-то тут изменилось, — недовольно произнес Томас за моей спиной.

Я обернулась к нему. Он стоял прямо по центру комнаты, по своему обыкновению прихватив со столика непочатую бутылку вина, и недоуменно оглядывался.

— Не могу понять, что не так, — медленно произнес он. — Вроде бы, вся мебель на своих местах. Но что-то тут не то.

— Тут просто чисто, — поторопилась я его успокоить. — Должно быть, у Раяны все-таки совесть проснулась, и она вспомнила про свои обязанности служанки.

— Раяна взяла расчет, — раздался голос Велдона, и он появился на пороге комнаты, торопливо приглаживая волосы.

Затем его взгляд упал на мою перевязанную руку, и он удивленно округлил глаза.

— Альберта, что с тобой? — взволнованно спросил он. — Ты ранена?

— Пустяки, она сама виновата, — раздраженно ответил Томас, не дав мне вымолвить и слова. — Но я не верю собственным ушам, дружище. Твоя старая ведьма решила уйти на покой? Быть того не может.

Велдон как-то странно закашлялся и вновь принялся медленно, но неуклонно багроветь.

— Я искренне считал, что эту старую перечницу из твоего дома лишь вперед ногами вынесут, — продолжил Томас, не обращая никакого внимания на умоляющие взгляды, которые бросал на него Велдон. — Вцепилась в тебя, словно пиявка! Конечно, кто бы еще стал так долго терпеть эту лентяйку, которая отродясь ничего у тебя не делала, а жалование приличное получала.

— Интересного вы мнения о моей бабушке, — внезапно оборвал его звонкий девичий голосок. — Я обязательно передам ей ваши слова.

Томас поперхнулся на полуслове. И из-за спины Велдона выступила невысокая изящная девушка в синем домашнем платье с повязанным поверх белоснежным фартуком.

Темно-каштановые волосы ее были убраны в аккуратный пучок, карие глаза лучились затаенной иронией, маленький чуть вздернутый носик и пухлые губы довершали образ симпатичной юной незнакомки.

Томас сурово сдвинул брови и вперил в нее тяжелый немигающий взор. Я думала, что девушка после этого смутится и поспешит ретироваться, но ошибалась. Она с едва заметным вызовом вздернула подборок, в свою очередь глядя на Томаса в упор. Девушка не улыбалась, но в ее позе и в выражении глаз чувствовалась явная насмешка, как будто она из последних сил удерживала смех. И чем дольше длилась эта сцена, тем более мрачным становился Томас.

— Томас, это Ирада. — Велдон очнулся первым и торопливо встал между этой парочкой, пытаясь разрядить ситуацию. — Ирада, как ты уже понял, внучка Раяны.

— У этой старой кикиморы были дети? — буркнул Томас. — Удивлен сим печальным обстоятельством.

Нет, Ирада не покраснела. Точнее говоря, она словно вообще не услышала обидных слов Томаса. Но выражение ее глаз неуловимо изменилось. Если раньше в них угадывалась ирония, то теперь они словно заледенели изнутри.

«А это девушка не так проста, как желает казаться, — задумчиво шепнул внутренний голос. — Далеко не так проста. Как бы она не затолкала Томасу в глотку все его слова».

— Томас! — возмущенно вскинулся Велдон, который по-прежнему стоял между этой парочкой, как будто всерьез опасался драки. — Ну что ты, право слово! В конце концов, Раяна долгие годы жила в моем доме. Оскорбляя ее — ты оскорбляешь меня в первую очередь.

Томас дернул щекой и открыл рот. Я напряглась, предчувствуя, что сейчас он скажет очередную гадость. Но в последний момент Томас одумался и лишь раздраженно махнул головой.

— Демоны с этой Раяной, — проворчал он. — Сейчас у нас проблемы куда важнее, дружище. Гони прочь эту Ираду. Есть серьезный разговор.

Велдон насупился, недовольный полученным распоряжением, но возражать не осмелился. Неохотно повернулся к Ираде, однако девушка его опередила.

— Я приготовлю вам кофе, — спокойно сказала она. — Когда решите немного отдохнуть от беседы — позовите меня.

Круто развернулась на каблуках и неторопливо прошествовала к выходу.

Томас, как и следовало ожидать, последовал за ней. Плотно закрыл дверь, едва только девушка вышла, и замер, прислушиваясь к звуку ее удаляющихся шагов.

— Томас, друг мой, — проворчал Велдон, — прошу тебя: будь помягче с Ирадой. Она милая девушка. Не стоит ее обижать.

— Я ее обижаю? — Томас раздраженно фыркнул. — И в мыслях такого не было! Я просто высказал все, что думаю про Раяну. Откуда же мне было знать, что это ее бабуля.

— Но теперь ты об этом знаешь, — с нажимом сказал Велдон. — И я надеюсь…

— Ой, да плевать мне на твою новую служанку! — грубо оборвал его Томас. — И на всех ее родственников тоже плевать! Велдон, хватит! Пора заняться делом!

Последнюю фразу он гаркнул в полный голос. С силой саданул кулаком по столику с напитками, да так, что едва не смахнул все его содержимое на пол.

Велдон испуганно округлил глаза и сложил губы в немую букву «о». Удивленно посмотрел на меня, явно гадая, чем вызвана такая буря эмоций.

— На короля покушались, — негромко сказала я. — Он в тяжелом состоянии. И нам поручили раскрыть это дело за сутки.

— Вот как, — сухо обронил Велдон.

Он мгновенно стал очень серьезным и собранным. Выпрямился во весь свой немаленький рост, посмотрел на Томаса, ожидая каких-либо подробностей.

Но тот не торопился что-либо говорить. После своего яростного выкрика он словно утратил все силы. Изнеможенно опустился в кресло, вновь взяв со столика одну из бутылок с вином.

— Джессика мертва, — продолжила я вводить Велдона в курс дела. — И, скорее всего, она имеет прямое отношение к покушению на короля. Помнишь колдовскую куколку, которую она подсунула под твое кресло? Под кроватью короля была найдена такая же…

— Джессика не имеет никакого отношения к произошедшему, — неожиданно перебил меня Томас.

Настал мой черед удивляться. Как это — не имеет? Куколка, по-моему, прямо свидетельствует об обратном.

— Благодаря твоему видению во дворце мы знаем, что Джессики нет в живых. — Как Томас ни крепился, но его голос опасно дрогнул на последнем слове. Он болезненно скривился, однако через пару мгновений с усилием продолжил: — Тот, кто расправился с Джессикой, понятия не имел, что мы узнаем об этом. Но сам факт того, что она погибла, доказывает ее невиновность.

— Почему это? — спросила я. — Ее вполне могли устранить, как нежелательную свидетельницу.

— Свидетельницу, но не исполнительницу преступления. — Томас покачал головой. — Видишь ли, Аль, если бы куколка была делом ее рук, то король уже пошел бы на поправку. Любое заклинание теряет силу, когда умирает маг, его создавший. Из всего этого следует только один вывод. 1345d3c

Я невольно погладила обложку книги, которую все это время держала в руках. Пожалуй, Томасу все-таки стоит увидеть послание Джессики.

— Я думаю, тебе будет это интересно, — мягко проговорила я и зашелестела страницами в поисках нужной.

Томас не стал дожидаться, когда я найду искомое. Он рванул ко мне с такой скоростью, что едва не опрокинул кресло неловким движением. Выхватил книгу и уставился напряженным взглядом в послание, адресованное ему.

Прошла минута, за ней еще одна. Но Томас по-прежнему стоял и смотрел невидящим взглядом на эти строки, написанные ровным аккуратным почерком. Я не сомневалась, что он вновь и вновь читает их, словно пытаясь отыскать потаенный смысл простого сообщения.

Наконец, Томас на удивление осторожно и мягко закрыл книгу. С нежностью прижал ее к груди и отошел к окну, ничего не говоря. Замер напротив него.

Велдон встревоженно посмотрел на меня. В ответ я растерянно пожала плечами. Мне было очень жаль Томаса. Но я понятия не имела, как ему можно помочь в этой ситуации.

— Я найду того, кто убил Джессику, — в этот момент глухо проговорил Томас. — Обязательно найду, чего бы мне это ни стоило. И он пожалеет, что вообще родился на свет.

В комнате было тепло, даже жарко. Но от тона Томаса меня бросило в ледяную дрожь. Понятия не имею, кто стоит за всем этим. Но одно очевидно: только что расследование стало делом чести для лорда Бейрила. И я очень не завидовала его пока тайному врагу.