ГЛАВА 23

Она отослaла обратно большую часть его рабочих. Конечно. Он и не ожидал ничего иного.

Черный шторм взметнулся вокруг него яростным вихрем. Кулак сҗался, сминая несколько свежих рабочих контрактов и доклад о финансовых махинациях распорядителя биржи труда.

Как же ему хотелось отбросить все условности и прикоснуться к ней. Позволить энергиям переплестись, раскрывая все скрытое – все чувства, все мысли, все то, для чего им никогда не были нужны слова. Она бы поняла. Она бы все поняла…

За спиной раздался осторожный стук в дверь, но он даже не обернулся.

Она бы все поняла. Она всегда понимала его даже лучше, чем он понимал сам себя. Она вытащила его из тьмы, куда погрузил его первый приступ циндрийской чумы, случившийся с ним в детстве. Она вернула ему желание говорить, действовать, жить…

Стук повторился.

Он не отреагировал. Не стал запирать дверь энергией. Зря.

Тихий скрип. Кабинет наполнил запах тошнотворно-сладких духов, зашуршали по полу многослойные юбки. Зеленый кокон энергии – такой слабый, что хватило бы однoго прикосновения черного щупальца, чтобы он лопнул,точно мыльный пузырь – трусливо дрожал от присутствия грозной, несоизмеримо большей силы.

Он почувствовал в дверях лорда-советника и, не поднимая головы от бумаг, махнул рукой : «Увести».

Ромилийка как будто только и ждала этого знака.

– Лорд Морелли, - проговорила она. - Габриэлло…

– Леди Летиция, - сказал Гильермо, вошедший вслед за самовольной гостьей. – Вам лучше уйти.

– Нет, - вырвалась она упрямо. – Я останусь.

Изумрудный кокон замерцал, выдавая волнение и страх.

– Милорд,так продолжаться не может. Мы с вами пара, мы помолвлены, наши земли рассчитывают на нашу свадьбу. Вы не должны настолько публичнo и открыто уделять внимание другой женщине. Вся Кординна говорит…

Он медленно повернулся, равнодушно встретив взгляд ромилийки.

Гильермо прочистил горло.

– Миледи, прошу вас следовать за мной. Лорд Габриэлло очень занят.

– Он всегда занят, - голос ромилийки дрогнул. - Для меня.

Он поморщился – только не слезы.

– Выйди, - уронил он.

Слез не было.

Ромилийка выпрямилась.

– Если вы ничего не сделаете, я возьму все в свои руки. Вы не можете унижать меня вечно. Мой отец этого не допустит…

Οн не ответил, но ромилийка и не ждала ответа.

Взяв со стола чистый бланк, он начал писать.

Пора было заканчивать с этой помолвкой.

Οн больше не собирался играть по чужим правилам.