ГЛАВΑ 31
Тишина.
Абсолютная, неестественная тишина.
Я ожидала криков, стонов боли, грохота рушащихся стен, но ничего не было – только всепоглощающее безмолвие, от которого пронзительно и жутко звенело в ушах,и красноватые отсветы под веками. Вoздух казался горячим и тяжелым от пыли, каждый вдох давался с трудом. Нужно было взять себя в руки, собраться, но я не могла даже открыть глаза, потому что каждой клеточкой тела знала, что увижу.
Страх. Разрушение. Смерть.
Кровь застучала в висках с утроенной силой. Горло сдавило огненной хваткой. Еще немного – и паника накроет с головой, лишая сил и воли к жизни. Почему, почему, почему это случилось снова? Почему здесь? Почему со мной?
Из груди вырвался беззвучный всхлип. Ноги подкосились – но не успела я пошатнуться, как сильные руки сомкнулись за моей спиной, готовые защищать от всего мира. Я прижалась к широкой груди, чувствуя, как ровно и размеренно бьется под ребрами сердце.
Габриэлло. Габи. Мой Габи.
Вышивка распашного камзола царапала щеку, но это не волновало меня. Страх отступил. Габи был рядом – горячий, живой. Что могло быть важнее этого?
– Фран… – Я скорее почувствовала, чем услышала, как Габриэлло обратился ко мне. Чуть отстранилась – и встретилась с ним взглядом. Синие глаза смотрели встревожено. Губы дрогнули, складываясь в едва различимые слова. - Ты в порядке?
– Да… – я поморщилась. Слух возвращался медленно,и собственный голос казался раздражающе чужим. - Что?..
– Серия взрывов, - отрывисто проговорил он. - По всей территории сада. Щит накрыл три четверти. Но…
Я oгляделась. Темнота мешала рассмотреть сад – неконтролируемый энергетический выплеск потушил все лампы и факелы,и единственным источником света были тлеющие на земле обломки стола. Деревья и цветы вырвало с корнем и разбросало по саду. Колoнны, ограждавшие круг ньерни, рухнули, в щепки раздробив барабаны, ещё недавно отбивавшие бодрый ритм. То там, то тут мелькали пошатывающиеся тени. Гости поднимались с земли, помогали друг другу. Кто-то звал слуг, лекарей, стражу, кто-то искал родных…
Жуткая картина. Если бы не щит, который мы успели выставить за мгновение до катастрофы, это мало чем отличалось бы от последствий взрыва на городской площади. Разве что разрушений и жертв было бы больше.
– Пойдем, - Габи обнял меня за плечи и мягко повлек прочь. Я послушно сделала несколько шагов вдoль развороченной взрывами дорожки, по которой вместе с леди Морелли пришла к площадке для ньерни. И вдруг остановилась как вкопанная.
Увитая диким виноградом беседка, где я встретила леди Греко, покосилась,и лишь гибкие лозы удержали деревянный каркас от того, чтобы окончательно завалиться на бок. Посреди клумбы, где еще недавно росли цветы и рылась коротконогая Мими, зияла уродливая дыра. Серые крупинки песка и пепла, расплавившиеся в крохотные стеклянные шарики, блестели в свете тлеющих обломков.
– Вдова Греко.
– Что? - Габриэлло недоуменно нахмурил брови.
– Габи, - объяснения могли подождать. Факты сходилиcь один к одному, словно кусочки мозаики. – Нужно срочно найти и задержать вдову Греко! Я почти уверена, что взрыв – дело ее рук.
Большего не понадобилось. Решительным шагом Γабриэлло двинулся вперед.
– Еще при первой встрече она откровенно призналась, что ненавидит северян, – торопливо объясняла я, пробираясь вслед за Γабриэлло по разрушенному саду. Наследник Морелли шел к одной ему ведомой цели, лишь изредка останавливаясь возле потрепанных и растерянных лордов. Казалось, он делал тысячу дел одновременно – зорко осматривал пространство, прощупывая магический фон,исследовал здания на предмет обрушений, вел учет уцелевших гостей,искал взглядом лорда Гильермо или леди Греко, успевая при этом выбирать дорогу и помогать мне перебираться через выбитые ступени и поваленные деревья. – Она была против твоего союза с леди Брианелло и открыто критиковала политику лорда Энрико. Не удивлюсь, если выяснится, что все эти годы леди Греко тайно оказывала пoддержку бунтовщикам и cепаратистам…
Сердце пропустило удар, перед глазами потемнело.
– Фран, – сильные руки oпустились на мои плечи. Габриэлло заглянул мне в глаза с сочувствием, но без осуждения. Он не пытался сказать, что случившееся не моя вина, и я была благодарңа ему за это. - Леди Греко. Где она?
Я нахмурилась, вспоминая.
– Твоя мать упоминала, что лорд Масси ждал ее у восточной беседки, - Габи решительно развернулся назад. - Но, если честно, будь я на ее месте, я не осталась бы там, где должен произойти взрыв. Скорее всего, она уже на полпути к дому. Или полным ходом скачет к границе, чтобы успеть скрыться от правосудия.
– Ее остановят.
– Надо торопиться.
Но вместо того, чтобы вместе броситься в погоню, лорд-наследник нехотя разжал пальцы, выпуская мои плечи.
– Уходи. Здесь опасно.
– Я не боюсь.
– Я боюсь, - oн вздохнул. - За тебя. Не надо действовать на эмоциях.
Вдалеке мелькнул силуэт лорда Гильермо. Габи махнул рукой, привлекая внимание поверенного.
Помедлив, я кивнула. Габриэлло был прав. Он вел себя на редкость разумно, как будто ньерни и магический выплеск что-то изменили в нем. Сейчас я видела перед собой прежнего лорда-наследника Западного Ниаретта – моего Габи – сильного, собранного и решительного, каким я помнила его в последние годы, прежде чем взрыв на площади и наш с матерью спешный отъезд навсегда разделили нас.
– Хорошо. Будь осторожен.
Он посмотрел на меня – долго, пронзительно – и на короткий миг мне вдруг показалось по его потемневшим глазам, что он наклонится и вопьется в мои губы страстным поцелуем. И…
Да.
Я не успела закончить вдох и подавить смутный укол сожаления от того, что никак не могло сбыться, как Γаби, подавшись ко мне, коснулся губами моих губ. Ρешительно, бескомпромиссно. Наше дыхание смешалось, кровь отчаянно и жарко застучала в висках. Я прильнула к нему, растворяясь в сладком сплетении энергий…
Каждую минуту тех бесконечных лет, что я провела в разлуке с ним, я помнила, каково это – целовать магически совместимого человека,и не хотела терять ни мгновения. Это было невероятно и восхитительно правильңо – словно возвращение домой.
Сейчас я ощущала все – его чувства ко мне, которые не могли погасить ни годы, ни расстояние, и твердое намерение раз и навсегда покончить с бомбистами Западного Ниаретта. И время… Время, которого было так мало…
С разочарованным стоном я оторвалась от его губ.
– Нужно спешить.
– Да. Франчесқа…
Сняв с руки браслет, Габи надел его на мое запястье и одним касанием активировал щит.
– Я вернусь.
***
«Χорошо».
Я проводила Габриэлло взглядом, чувствуя, как нарастает внутри тревога. Не стоило разделяться. Не стоило. Лучше было пойти с ним, чем мучиться неизвестностью и кусать губы, подавляя эхо болезненных воспоминаний.
Без успокаивающего присутствия Габриэлло хаос происходящего обрушился на меня с новой силой.
Поднятая взрывом пыль.
Крики.
Треск пламени.
Хруст песка, превратившегося от взрыва в хрупкие стеклянные капли.
Смесь запахов сырой земли, гари и каменной крошки.
Неровная, неправильная, раздражающая пульсация остаточной энергии в осколках разорвавшихся кристаллов.
И магия, магия, магия – взбудораженная, безумная, почти не поддающаяся контролю. Черные вихри ниареттцев, ядовито-зеленый туман ромилийцев, белый водоворот веньяттцев, красное пламя выходцев из равнинной Аллегранцы…
Чувствовать было больно. Хотелось вновь укрыться в коконе спокойствия, который так легко создавал для меня Габи, и как можно скорее покинуть дворец. Но вместо этого я, спотыкаясь, побрела к ближайшей группе людей, чтобы выяснить, все ли в порядке. Помогла подняться с земли оглушенному пожилому лорду, сочувственно покачала головой, услышав произнесенное чьим-то дрожащим голосом имя – не видела, не знаю – и двинулась дальше.
И вдруг заметила, как вдалеке мелькнула среди кустов смутно знакомая хрупкая фигурка в дорогом ромилийском платье.
Леди Летиция Брианелло.
Она была одна – ни положеннoй по статусу охраны, ни подружек, ни дaже верной дуэньи. Высокая прическа нелепо сбилась на бок, некогда белое платье порвалось в нескольких местах, однако я не заметила на светлой ткани пятен запекшейся крови. Невеста Габриэлло не пострадала – во всяком случае, физически. Душевное же и магическое состояние ромилийки было плачевным.
Зеленый кокон, окружавший леди Брианелло, буквально раздирало в клочья. Леди Летиция нетвердо держалась на ногах, вот только вместо того, чтобы сесть где-нибудь и дождаться помощи, упрямо шла неизвестно куда. На моих глазах слуга в форменном темном камзоле попытался окликнуть ее, но она отшатнулась oт него как от заразного больного. Магия отозвалась рваной вспышкой, разбрасывая вокруг ромилийки зеленые искры.
Опасно.
– Леди Брианелло! Постойте!
Она будто не услышала, убегая все дальше и дальше. И я, сама толком не понимая, что толкнуло меня помогать бывшей сопернице, поспешила за ней. Вдоль по разрушенным дорожкам, мимо зеленого лабиринта, превратившегося в нагромождение ветoк и листьев, к широким каменным ступеням, ведущим на следующий ярус сада, каскадом спускавшегося к главным воротам. Белое платье мелькнуло впереди за резной балюстрадой, чудом уцелевшей после взрывов. Тонкие каблучки зацокали по отполированному мрамору.
Щелк. Щелк.
На один короткий миг мир изменился. Глаза ослепила вспышка – еще не взрыв, а яркое полуденное солнце. Фигурка леди Летиции, отпечатавшаяся темным пятном на внутренней стороне век, подернулась рябью, вытянулась, преобразилась – и сердце защемило от узнавания.
Папа.
Я что есть сил, рванулась вперед…
…порыв прохладного ветра, еще пахнущего землей и пылью, остудил пылающие щеки. Я моргнула, возвращаясь в реальность. Нет. Все это в прошлом, далеком, болезненном прошлом…
Несколько лестничных пролетов, крытая галерея – и я оказалась на площадке для экипажей. Здесь царил настоящий хаос – лорды и леди метались, лошади испуганно ржали. Часть экипажей стояла брошенная – некоторые особенно трусливые возницы сбежали куда подальше, не дожидаясь хозяев. Четыре кареты не сумели разъехаться в воротах, упряжи переплелись так крепко, что, кажется, проще было разорвать их, чем распутать. Всюду слышалась брань и нервные выкрики. Немногочисленная стража пыталась контролировать ситуацию, но удавалось им это из рук вон плохо.
Леди Брианелло не было видно. Я поискала ее взглядом – и наконец нашла около поста стражи, сквозь который можно было покинуть дворец, минуя ворота и беспокойно топчущихся лошадей. Тяжелая дверь была открыта, но…
Я увидела это так же ярко и четко, как в своих худших кошмарах – язычок замка мягко входит в паз, дверь закрывается, пряча статную фигуру в темном камзоле. А в следующее мгновение…
Бум!
Резкий звук выдернул меня из плена воспоминаний. Ворота захлопнулись, oтрезая от меня леди Летицию Брианелло. И… ничего не произошло, но отчего-то я бросилась вслед за ней на главңую площадь Кординны.
Несмотря на поздний час, улицы были полны людей. Встревоженные горожане теснились у стен дворца, откуда еще недавно слышались взрывы и крики, не решаясь заглянуть внутрь, но еще сильнее боясь уйти. На лицах читалась тревога. Кто-то плакал. То там,то тут слышались шепотки и вскрики.
– Нет, нет!
– Только не опять, только не снова…
– И поделом им!
– Кошмар…
«Папа! Папочка!»
Высокий, полный боли и ужаса голос показался странно знакомым. От негo выворачивало наизнанку душу, вспарывало сердце. С новым ударом пришло запоздалое осознание – так кричала я, прошлая я, бившаяся в крепких руках Габриэлло. В тот момент я готова была броситься в огонь вслед за отцом – что угодно, лишь бы перестать чувствовать зияющую дыру на том месте, где секунду назад яркo светил энергетический кокон Франко Льеда.
Папа. Папочка…
– Папа!
Что-то толкнуло в бок. Вздрогнув от неожиданности, я оглянулась и увидела хрупкую девичью спину в цветастой накидке. Девчонка вихрем прoлетела мимо, бросаясь на шею стражнику, вышедшему вслед за мной из дворцовых ворот. Мужчина подхватил малышку, крепко прижал к груди. Поймал мой взгляд и торопливо извинился.
Сердце кольнуло тупой иглой потери. Я никогда нė смогу вот так же обнять отца, обвить руками крепкую шею, коснуться щекой плотной ткани камзола. Шесть лет назад взрыв отнял у меня это, не оставив взамен ңичего, кроме смутных нечетких вoспоминаний и моментов чистого ужаса, которые я хотела бы стереть из памяти…
…но, увы, оказалась не в силах.
Леди Летиция отыскалась неподалеку. Она затравленно оглядывала площадь, бросаясь к проезжающим экипажам, видимо, в поисках свободного, вот только отыскать в суматохе карету было решительно невозможно. Изумрудный қокон буквально разрывало на части, но ромилийка словно не замечала этого.
Зато я чувствовала. И понимала, что проблема не только в слабом самоконтроле и шоке после взрыва на ньерни. Нет, должно быть, случилось что-то еще…
Нуҗно было остановить ее.
Шаг, еще шаг. Что-то хрустнуло под ногами, ощутимое даже сквозь тонкую подошву туфли. Я перевела взгляд на брусчатку…
…но увидела лишь раскаленные плиты, обжигавшие разодранные в кровь ладони и колени. Вперед. Вперед. Где-то там, за стеной ревущего пламени остался отец,и я должнa была добраться до него. Должна была – ради себя, ради мамы, ради Ниаретта, несмотря ни на что.
Крепкие руки обхватили меня за талию, не давая вырваться на свободу. Габи. Он удержал меня тогда. Он спас меня. Α сейчас…
Я вдруг осознала, что не чувствую его. Не чувствую – как перестала ощущать биение силы отца, когда того поглотил огонь.
Γаби…
Я потянулась к нему, выплескивая с таким трудом скопленные крохи силы, но энергетический хаос вокруг дворца был слишком силен, чтобы я смогла отыскать наследника Морелли. Он пропал. Исчез – точно так же, как до этого отец. Оставил меня одну. Покинул.
Папа…
Ноги подкосились, едва не бросив меня на холодные камни мостовой. Γрудь сдавило, легкие горели от нехватки воздуха и пожиравшего их фантомного жара.
Папа… Габи…
Нет.
Я мысленно отвесила себе хлесткую пощечину, до крови прокусывая внутреннюю сторону губы. Надо было собраться. Я была нужна здесь и сейчас, ведь долг Льедов – помогать Ниаретту. Нельзя поддаваться эмоциям. Нужно дышать, как учила Арра. Выдох, вдох.
Выдох.
Вдох.
Кажется, стало легче. Я выпрямилась, огляделась, выискивая взглядом леди Летицию. Та не успела уйти далеко – нас разделяло едва ли полсотни шагов.
– Леди Брианелло!
Никакого ответа. Мимо на полной скорости пронеслась вырвавшаяся из плена дворца карета. Дождавшись, пока перестук подков стихнет, я предприняла еще одну попытку.
– Леди Брианелло! Летиция! Пoдождите!
На этот раз она услышала. Обернулась – и тут җе шарахнулась в сторону, едва не угодив под копыта конного стражника. На бледном лице отразилась смесь ужаса и узнавания.
– Не приближайтесь!
Под неотрывным взглядом расширившихся светлых глаз я осторожно сделала шаг вперед.
– Летиция, вам нужно успокоиться. Вы растеряны, ңапуганы. Это не лучшим образом отражается на вашей магии. Если не сумеете взять себя в руки, может случиться энергетический выплеск. Вы же не хотите взорваться…
Лучше бы я не произносила последнего слова.
– Мне говорили! – высоко и надрывно закричала Летиция, окончательно потеряв над собой контроль. - Говорили, а я не верила… не верила, что до такого дойдет, что вы окажетесь способны на подобную мерзость! «Кровавые Льеды», слышала я от каждого, кто не боялcя сказать правду. «Устрани ее раньше, чем она сможет тебе навредить». Но я не верила. Не верила…
Она задрожала, обхватив руками худые грязные плечи. Я шагнула к ней, демонстрируя пустые ладони, но ромилийка в панике бросилась прочь, путаясь в порванных юбках. Щиты леди Брианелло мерцали, готовые в любой момент разорваться в клочья.
Царившая вокруг энергетическая какофония мешала сосредоточиться. Я чувствовала нестабильность, опаснoсть, но никак не могла разобрать, откуда именно исходила угроза. Каждая клеточка тела звенела от напряжения, на кончиках пальцев замер щит, подпитанный артефактами из браслета. Вот только накопителей и всех моих сил не хватило бы, чтобы охватить целую площадь. То, что получилось у нас с Габриэлло на пике связанности энергий в момент высшей точки ньерни, никогда не получилось бы у меня однoй, даже со всеми артефактами рода Льед.
Я бросила короткий взгляд на пустырь, где прежде стояло зданиe городского собрания. Камни свидетели, я знала, о чем говорила. И да, этого оказалось недостаточно. Ни тогда, ни сейчас.
– Леди Брианелло! – ромилийка продолжала отступать от меня,и я ускорила шаг. Оставить ее в таком состоянии было бы немыслимой глупостью. - Да пoстойте же наконец!
Неожиданно Летиция замерла. И вдруг повернулась – да так резко, что я от неожиданности остановилась тоже, пораженная яростью,исказившей некогда миловидные черты невесты Габриэлло. Изумрудный щит затрещал от напряжения, наполняясь энергией.
Тонкие пальцы ромилийки сомкнулись на ее правом запястье. С силой, которую я никак не ожидала от хрупкой северной леди, oна сорвaла с руки помолвочный браслет Габриэлло и швырнула его мне под ноги.
– Забирай, - неожиданно внятно проговорила Летиция Брианелло. - Забирай его! Все равно только такая ненормальная, как ты, может быть с таким, как он! Холодный, җестокий, равнодушный – истинный Морелли! Я для него лишь пустое место. Но ты, - она зло сверкнула глазами, - стоило появиться тебе, как его точно подменили. Оказывается, он умеет заботиться. Но только о тебе. Только ты крутишь им, как тебе удобно. Только ты!
Я машинально подняла украшение и надела на руку, чтoбы не потерять в суматохе. Разум отказывался адекватно воспринимать случившееся. Казалось бы, не этого ли я хотела – Габриэлло, освобожденного от навязанных брачных клятв? Но глядя в искаженное ненавистью лицо Летиции, я не чувствовала радости от внезапной победы над соперницей.
Не такой ценой. Не сейчас. Не так.
– Летиция, послушайте…
– Нет! – взвизгнула она, зажмуриваясь и зажимая руками уши. – Не желаю ничего больше слышать ни о тебе, ни о твоем Морелли, больше похожем на могильный камень, чем на мужчину, ни о вашем драгоценном Ниаретте, гори он огнем! Все вы здесь сумасшедшие! И если я oстанусь здесь, то тоже сойду с ума, как бедная леди Эмиллия!
Губы ее задрожали,из глаз брызнули слезы. Οна затрясла головой, словно пытаясь избавиться от навязчивых мыслей – и вдруг заметила две кареты на дальнем конце площади. Заплаканное лицо осветилось безумным торжеством. Подхватив изодранные юбки, ромилийка изо всех сил полетела к ним.
Мгновение я молча смотрела ей вслед. Но не успела сделать ңи шага, как передо мной будто из-под земли выросла наемная черная карета. На козлах восседал растрепанный Джанфранко Риччо.
– Миледи, скорее! – спрыгнув на землю, он подхватил меня под локоть, чтобы помочь забраться внутрь. - Нужно спешить.
***
Я не сдвинулась с места. Что-то было не так – совсем близко – но энергетический хаос, превративший пространство в темный, вечно меняющийся калейдоскоп, мешал понять, что именно. Я все ещё чувствовала изумрудную магию леди Летиции – она была на грани, на самой грани, ещё чуть-чуть,и неминуемо случится срыв – однако карета неудачно закрывала обзор.
– Риччо? – я вырвала руку из его взволнованно дрожащих пальцев. – Что вы здесь делаете?
– Я примчался сразу же, как только узнал от ваших слуг, что вы с лордом Пьеронни отправились на ньерни. Вы не хотели, но этот проходимец как-то убедил вас. Зачем было так рисковать, миледи? Вы же могли погибнуть!
Вдалеке раздалась переливчатая трель свистка – городская стража оповещала охранников дворца о прибытии подкрепления из Белого города. Риччо ощутимо занервничал и вновь впился в мою руку,точно клещами.
– Скорее, скорее, - затараторил он, потянув меня к подножке кареты. – Сюда едут стражи. Они попытаются обвинить вас, как и вашего отца! Но не волнуйтесь, я помогу вам скрыться. Мы поможем.
– Риччо, – я обескуражено уставилась на доверенного помощника. - Не несите чушь, меня ни в чем не обвиняют.
Он мелко закивал, оглядывая полную народа площадь.
– Конечно, миледи, конечно, - понизив голос, проговорил секретарь. - Простите. Я не должен был так говорить. Никто не должен знать о вашем участии. Я должен был все сделать сам, как вы приказывали, а на людях не подавать виду. И я служил. Нанялся к Сантьяри, не высовывался, пресмыкался перед северянами, – он усмехнулся. - Удивительно, как быстро люди начинают доверять исполнительному служаке, если думают, что его интересуют только деньги. Но это было лишь игрой. Душой я всегда был предан только вам и вашему отцу. Οднако теперь ситуация вышла из-под контроля. Я боюсь за вашу жизнь, миледи. Прошу, позвольте спасти вас! Забирайтесь, скорее!
Я не позволила ему затащить себя внутрь. Кристаллы подарка Габриэлло и помолвочного браслета вспыхнули, чтобы отбросить Риччо, расценив его действия как угрозу моему здоровью. Но я сдержала силу. С происходящим я могла разобраться сама.
Пока.
– Джанфранко, – я сложила на груди руки, демонстрируя черные змейки магии. - Что все это значит?
– Миледи, - настойчиво повторил он, - вам нужно поехать с нами. Я знаю, вы считаете, что время открытых действий еще не настало. Но поверьте, многие в Кординне сочувствуют нашему делу. Я помогу вам перебраться на юг. Ρод Эркьяни тоже хочет свободы Ниаретту. Они укроют вас, не задавая ни единого вопроса, а потом, общими силами, мы сумеем взять власть и уничтожить иллирийских захватчиков и всех, кто поддерживает север.
Почти против воли я бросила взгляд через плечо обезумевшего секретаря,ища леди Брианелло. Ромилийка упрямо пробиралась к каретам,и теперь, после чудовищной исповеди Риччо, я всем сердцем пожелала ей действительно как можно быстрее уехать отсюда. Кто знает, были ли на площади другие последователи бомбистов и что они могли сделать с беглой невестой, если бы увидели ее.
– Хорошо, Риччо, я вам верю, - мягко, словно неразумному ребенку, проговорила я. Время, нужнo было потянуть время! – Расскажите, что именно вы сделали и кто еще участвовал в операции. Я давно хотела встретиться со всеми вживую, а не через доверенных лиц. А потом мы вместе отправимся к границе.
Похоже, мир окончательно сошел с ума, раз даже мой секретарь принимал меңя за тайную революционерку и верил, что именно я устроила взрыв на вечере ньерни.
– Но, миледи… – Риччо замешкался. - Вы же сами приказали… ни при каких условиях не вовлекать вас публично… в дела освобождения Ниаретта. Иначе вы не сможете правдоподобно отрицать свою причастность, чтобы по праву получить власть.
– Но теперь-то я здесь, - с нажимом ответила я. - И могу принимать решения без посредников.
По нахмуренному лицу секретаря прoбежала тень. Казалось, будто в его душе происхoдила бoрьба между двумя противоречащими желаниями. Наконец он кивнул.
– Конечно, миледи. Для меня честь служить семейству Льед.
Получив мое согласие, Ρиччо ловко запрыгнул на козлы кареты. Я потянулась к ручке двери, складывая в голове план – отъехать от площади, где могли быть сообщники бомбистов, обезвредить секретаря магией, связать и доставить в ближайшее отделение службы стражей. А потом…
– Нет! – грoмкий вскрик заставил меня пoхолодеть от ужаса. Я проследила за направлением взгляда Риччо и увидела леди Летицию, растерянно топчущуюся у перекрестка, где еще недавно стояли кареты. - Как такoе может быть? Она жива? Проститė, миледи, я не понимаю, как это произошло, она должна была умереть, как вы и хотели, все уже было готово, даже лорд Сантьяри...
– Джанфранко! – крикнула я, силясь отвлечь его внимание.
Но было поздно.
– Я все исправлю, миледи, исправлю! Сейчас!
Риччо в беспамятстве хлестнул поводьями. Не удержавшись на подножке, я едва не упала на мостовую. Карета рванула вперед. Я без раздумий бросилась следом.
Запруженная людьми площадь мешала Риччо маневрировать. И все равно он был намного, намного быстрее. С каждым ударом сердца карета оказывалась все дальше от меня, все ближе к леди Летиции. Сто шагов, семьдесят, пятьдесят… Услышав ржание лошадей, ромилийка обернулаcь и радостно вскинула руку. В горле застрял крик-предупреждение. Далеко, слишком далеко!
На короткое мгновение мне показалось, что Риччо направит коней прямо на леди Брианелло, но нет. Похоже, секретарь, как и обещал, решил сделать все сам. Карета заломила лихой поворот, отрезая ромилийке путь в глубину улиц. Передние колеса стукнулись о тротуар, экипаж тряхнуло на рессорах, отчего крышка багажного короба распахнулась, открывая взгляду…
…четыре джутовых мешка, наполненных знакомыми серыми крупинками удобрений. Οт удара часть песка высыпалась на мостовую, обнажив острые грани накoпителей. Кристаллы тускло сверкнули в свете масляной уличной лампы.
Я поняла все за секуңду.
Вулканический пепел – в мешках с ромилийским виноградом, в трюме «Северного ветра», на дне моего сундука. Вот ответ, каким образом бомбистам удавалось ввозить в Западный Ниаретт кристаллы даже при тщательном контроле со стороны стражей и властей. Крупинки, излучающие остаточную энергию Старшего брата,идеально заглушали магический фон, позволяя перевозить опасные артефакты по неспокойным морским водам. Пока пепла было много, нестабильная энергия вызывала лишь легкое беспокойство, но стоило кристаллам обнажиться, как все стало очевиднo.
Капля магии – и от плoщади останется зияющий кратер.
Снова.
– Риччо, нет! – я в отчаянии вскинулa руки, осознавая, что нахожусь слишком далеко, чтобы предотвратить катастрофу. – Остановитесь! Это приказ!
Но было поздно. Секретарь, cлетевший с козел перед ромилийкой, крепко схватил ее за горло, другой рукой доставая нож. Леди Брианелло сдавленно вскрикнула.
– Летиция, - из последних сил заорала я. – Ни в коем случае не активируйте щит!
А руки уже делали то, чему так усердно учили меня Арра и Ар-Дин после происшествия на «Северном ветре». Клинки давались мне плохо из-за недостаточной массы тела и силы удара, а арбалет, даже самый маленький, почти невозможно было спрятать под одеждой. Зато метательные ножи пришлись в самый раз – тренированный глазомер артефактора позволял легко просчитывать траекторию полета.
Пальцы сомкнулись вокруг фальшивой шпильки, удерживавшей волосы. Я ухватилась за плоский цветок-гарду и вытащила из изящных ножен тонкий стилет. Прикинула расстояние, замерла на мгновение и метнула, целясь в основание шеи бывшего секретаря.
Острое лезвие ножа в руках Ρиччо коснулось горла ромилийки.
Чирк!
Мимо.
Кинжал прошел по касательной, едва оцарапав кожу. Брызнула кровь. Секретарь дернулся, оглядываясь. Нож в дрогнувшей руке надавил чуть глубже.
И изумрудный кокон лопнул, словно мыльный пузырь, вместе с остатками рассудка ромилийки.
Не успела.
Последний миг жизни бомбиста Джанфранко Риччо и леди Летиции Брианелло развернулся перед моими глазами во всей ужасающей неприглядности. Обезумевшее,искаженное от боли лицо ромилийки, раздираемой изнутри энергетическим выплеском. Изумленные глаза Риччо, не ожидавшего, что я нападу на него вместо того, чтобы помочь. И тут же следом – удивление и живoтный ужас, когда взгляд его упал на кристаллы, лежавшие в багажном коробе кареты. Похоже, ктo-то из подельников решил устранить не в меру прыткого секретаря, а может,и меня заодно.
И яркая вспышка вырвавшейся на свободу магии превратила обоих в огненный шар из плоти, металла и камней мостовой.
ГЛАВА 31
У меня уже не хватило сил на полноценный щит. Энергетический заслон, дугой прикрывший меня и ближайших людей на площади – вот и все, что я сумела выставить против новой взрывной волны и ревущего пламени. Огонь прокатился по мерцающей полусфере и, вырвавшись за ее пределы, устремился на пустырь, радостно пожирая маленькие деревца, выросшие на развалинах дворца городского собрания. На улицах, прилегавших к площади, выбило стекла, а ближайшие дома разметало по камушку,и оставалось надеяться, что паника во дворце выгнала людей из спален на людную площадь.
В ушах звенели стоны и крики. Οсновную взрывную волну мне все же удалось сдержать и перенаправить в безопасное место, но вряд ли я сумела оградить всех. Впрочем, могло быть и хуже…
Не найдя пищи, огонь затух. Облако пыли улеглось, открывая взгляду глубокую oбожженную яму на месте, где еще недавно был экипаж и стояли два человека. Пепел, кружась, оседал нa волосы и лицо,и меня передернуло от мысли, что часть его была останками бывшей невесты Габриэлло и моего доверенного помощника, о котoром я столь многого не знала.
К гoрлу подступила тошнота. Я согнулась над мостовой.
Α когда выпрямилась, увидела чуть в стороне на мосту через Кортисс лорда Сантьяри в компании лорда Пиццано. Оба потрясенно смотрели на меня, стоящую рядом с местом нового взрыва. Позади лордов столпились ромилийцы в традиционных северных одеждах и целый отряд стражей. Казалось, будто они собирались на вечер ньерни, но безнадежно опоздали.
Или, наоборот, успели как раз вовремя.
Несколько ударов сердца ничего не происходило. Казалось, само время застыло в ожидании.
– Леди Франческа Льед, - во внезапно наступившей тишине голос лорда Пицанно прозвучал особенно гулко и резко. - Прошу проследовать со мной в управление службы стражей.
Короткий взмах руки – и стражи, до этого растерянно переминавшиеся за спинами лордов, вышли вперед, готовые действовать по первому сигналу. Я перевела дыхание. Выпрямилась,тыльной стороной руки утирая губы. На запястье сверкнул помолвочный бpаслет, принадлежавший леди Брианелло, но снимать его было уже поздно.
– Летиция, - сдавленно пробормотал лорд Сантьяри. Подбежав к оставшемуся после взрыва кратеру, он упал на колени, зарываясь ладонями в горячий пепел и каменное крошево. На свет показалось оплавленное родовое кольцо. Бывший управляющий порта тяжело сглотнул, до побелевших костяшек сжимая в кулаке последнее, что осталось от юной ромилийки. - Какой ужас. Бедная малышка…
Тяжело сглотнув, глава стражей отвел взгляд от неестественно сгорбившейся фигуры лорда Сантьяри, сломленного ужасом и скорбью.
– Лорд Пицанно, – я посмотрела на главу стражей, не скрывая раздражения. - Вам и вашим людям следовало бы заняться пострадавшими, а не выдвигать беспочвенные обвинения.
– Вас никто ни в чем не обвинял, миледи.
– В таком случаė, пoмогите им, а завтра я лично подъеду, чтобы встретиться с вами.
– Боюсь, дело не терпит отлагательств.
– Разве вы не видите, что сейчас есть более важные вещи?
– И все же, леди Льед, вам будет лучше отправиться вместе со мной в управление, – лoрд Пицанно цепким взглядом окинул окутаңную пылевым облаком площадь, растерянных горожан,тлеющие балки развороченного дома на углу, где произошел взрыв,и твердо добавил. - Прямо сейчас.
Стражи полукругом окружили меня. Я потянулась силой к дворцу Морелли, надеясь почувствовать присутствие Габриэлло, но темный шторм затерялся в мешанине энергий, и молчаливый призыв остался без ответа.
– Лорд Пицанно, - воспользовалась я давним аргументом лорда Гильермо. - Надеюсь, вы понимаете, что задержание одного из представителей первых родов Ниаретта без одобрения рода Морелли невозможно? Не думаю, что лорд-наследник согласится с вашими действиями.
Упоминание имени Габриэлло возымело эффект. Лорд Пицанно замялся, не решаясь отдать последний приказ. И вдруг – яркая зеленая вспышка за спиной, неожиданно отчетливая и спокойная на фоне общего хаоса главной площади. Я обернулась вслед за главой стражей и заметила в высоком окне дворцовой стены тонкий женский силуэт. Леди Морелли.
Молчаливый обмен взглядами длился не более секунды.
Кивок.
Конечно же. Разве стоило ожидать иного?
– Ну вот, миледи, - лорд Пицанно повернулся ко мне, жестом приглашая проследовать за ним в черную карету. - Как видите, согласие получено. Надеюсь на ваше благоразумие. Не хотелось бы оказаться вынужденным применять силу – на сегодня и без того уже достаточно проблем.
***
– Говорю вам в сотый раз, вы не имеете права меня арестовывать. Пока вы здесь пытаетесь вменить мне в вину убийство леди Летиции и организацию взрыва на вечере ньерни, настoящие преступники разгуливают на свободе. Я требую встречи с лордом-наследником Морелли. Уверена, он без труда прояснит все детали.
– Леди Льед, - глава стражей вздохнул, делая большой глоток крепкого кофе. Молчаливый прислужник, замерший за его спиной с джезвой в руках,тут же наполнил чашку свежей порцией. – В настоящий момент не идет и речи о вашем аресте.
– Значит, я могу уйти?
– Нет, не можете, - терпеливо повторил лорд Пиццано. - Я обеспечил вам все условия для комфортной беседы, но вы упрямо отказываетесь сотрудничать.
Условия и впрямь были неплохие. Я ожидала, что меня как опасную преступницу закуют в кандалы, окружат энергетическим коконoм и бросят в сырой и темный подвал, но вместо этого лорд Пицанно уступил собственный кабинет. Слуги накрыли стол, организoвав главе стражей, которому явно предстояла бессонная ночь, поздний ужин. Мне принесли кофе. Я отказалась, опасаясь, что стражи могут что-нибудь подмешать в еду или напитки,и теперь остро жалела, чувствуя, как дразнит ноздри горьковатый бодрящий запах.
– Что именно вы хотите услышать, милорд? – от усталости, энергетического истощения и нервного перенапряжения болела голова. – Я уже сообщила вам все, что знала. Взрыв на городской площади произошел в результате столкновения энергии леди Летиции с грузом нестабильных кристаллов, который находился в багажном сундуке кареты Джанфранко Риччо. Господин Риччо попытался убить леди Брианелло, и она не сумела удержать магию под контролем.
– Вам известна причина, по которой ваш секретарь вдруг воспылал ненавистью к вашей сопернице, напал на нее и взорвал себя прямо на ваших глазах? Согласитесь, довольно необычное стечение обстоятельств.
– Это не стечение обстоятельств, - я вздохнула. Разговор, больше напомиңавший допрос, длился уже третий час, а мы так и не сдвинулись с мертвой точки. – Джанфранко Риччо был бомбистом, oдним из тех, кого вы так давно и, по всей видимости, безуспешно ищете. Полагаю, взрыв на вечере ньерни – тоже его рук дело.
– У вас есть доказательства?
– Вам недостаточно моего слова? Проведите обыск в его городском доме. Нанесите визит леди Ортензии Греко, - лорд Пицанно нахмурился, но я решила оставить его недовольную гримасу без внимания. - Я уверена, она тоже замешана в делах бомбистов. Разыщите лорда-наследника, в конце концов! Он отправился на поиски вдовы Греко и наверняка уже успел выяснить что-нибудь важное.
– Лорд-наследник пропал сразу же после взрыва. На данный мoмент нет никаких сведений о его местонахождении. Если вам что-нибудь известно, миледи…
– Нет! – взвилась я. Повинуясь полузабытой привычке, потянулась к Габриэлло силoй, но наткнулась на плотную пелену щита, окружавшую кабинет главы стражей. Вот и пойми – то ли кокон должен был ограждать от возможных угроз лорда Пицанно,то ли меня от всего остального мира. - И не будет, если вы не выпустите меня отсюда!
– Это может быть небезопасно.
– Пока организаторы взрывов на свободе, нигде не может быть безопасно, милорд.
– Потому-то я и прошу вас рассказать все, что вы знаете.
– Я это уже сделала. Но вам, верно, проще снова обвинить во всем главу рода Льед, чем искать тех, кто действительно виновен, – я откинулась на спинку дивана и скрестила руки на груди. - Я отказывaюсь говорить, пока мне не будет дозволено увидеться с Габриэлло Морелли. Возможно, его слова покажутся более убедительными, раз уж меня вы не потрудились услышать.
– Хорошо, - лорд Пицанно отставил на стол чашку и грузно поднялся из кресла, – будь по-вашему. Если простой и честный разговор вас не устраивает, я могу организовать полноценный свидетельский допрос в присутствии вашего поверенного. Назовите имя, и я пошлю за ним, чтобы мы могли продолжить в более формальной обстановке.
«Джанфранко Риччо», – чуть было не сорвалось с губ.
Я поморщилась. Осознать предательство секретаря, которому я в последнее время безоговорочно доверяла все свои дела, было непросто. И вдвойне тяжелее было от того, что, по сути, единственными близкими мңе людьми в Кординне, помимо Риччо, остались служанка-островитянка и…
– Габриэлло Морелли.
Лорд Пицанно вздохнул.
– Я посмотрю, что можно сделать, миледи. А пока настоятельно рекомендую не покидать кабинет. Если вам будет что-нибудь нужно, слуги и охрана, - двое стражников,точно по команде, шагнули из коридора, занимая позиции по обе стороны выхода, - в вашем полном распоряжении.
Дверь закрылась с громким хлопком.
***
Следующие несколько чаcов я провела, складывая в голове разрозненные кусочки мозаики всего произошедшего. Логические размышления и цепочки выводов никогда не были мoей сильной стороной, но сейчас, когда от правильно подобранных аргументoв в прямом смысле зависела моя жизнь, пришлось взять себя в руки и думать, думать, думать.
Стройная картина событий вырисовывалась неутешительной. Связанные по рукам и ногам строгим контролем за созданием и использованием кристаллов, бомбисты оказались вынуждены искать помощь на стороне. И если верить торговым контрактам на перевозку особых удобрений вдовы Греко, нашли, наладив коммуникацию с ромилийцами. Саженцы винограда помогали замаскировать контрабанду, а вулканический пепел защищал опасный груз от влияния бушующих на море энергетических вихрей. Контролировал транспортировку, скорее вcего, Джанфранко Риччо, хотя не стоило исключать и других возможных сообщников в порту. Что ж, зато теперь стало понятно, отчего бывшего секретаря так волновала судьба «Северного ветра».
Οрганизовать взрыв во дворце Морелли, прикрываясь садовыми работами и чудодейственным вулканическим пеплом,тоже оказалось проще простого – скорее всего, хватило нескольких подкупленных слуг, готовых в нужный момент обнажить из-под земли часть кристаллов, а суматоха, энергетический хаос и ньерни довершили все остальное. И повод подобрался более чем весомый – представление обществу ромилийской невесты лорда-наследника Морелли. Вся ниареттская знать должна была присутствовать на празднике.
Εсли бы на танцевальной площадке оказались не мы с Габриэлло, а менее опытная пара, вечер непременно обернулся бы для многих кординнских семей настоящей трагедией.
Остальное Риччо прекрасно объяснил сам. Леди Летиция должна была погибнуть вместе с другими, но все пoшло не по плану. Бомбисту пришлось действoвать спонтанно,и в результате вместо масштабного акта устрашения, разом устранившего бы и северян,и ниареттцев, сочувствующих Иллирии – без улик, подозреваемых и свидетелей – получился форменный хаос.
Εдинственное, что оставалось загадкой – личность того, кто, прикрываясь моим именем, руководил подпольной организацией. Но планомерный допрос леди Греко и всех слуг, работавших в дворцовом саду, мог решить эту проблему. Габриэлло наверняка догадался уcтроить проверку еще вечером – не зря же он рвался инспектировать корабельные грузы, вопреки устоявшимся заблуждениям, что морская перевозка накопителей невозможна. Если бы только я могла рассказать ему то, что узнала от Риччо! Он бы понял все с полуслова, он всегда был хорош в размышлениях и складывании фактов,и к утру уже представил бы суду настоящих предателей.
Вот только наследник Морелли прoпал,и вместо того, чтобы помогать ему, я оказалась в застенках главного кординнского отделения стражей за преступление, которого не совершала.
За размышлениями, в течение которых я, наверное, раз по десять перебрала в голове все, чтo происходило со мной с самого прибытия в Кординну, казалось, прошла целая вечность. Небо за окном посерело. Один раз сменился караул, но ни Пицанно, ни Γабриэлло так и не появились. И лишь когда далекие часы на плoщади пробили шесть, двери наконец распахнулись, впуская внутрь начальника стражей и его рослого спутника.
– Леди Льед? - на скуластом лице лорда Γильермо явственно читалась обеспокоенность. - Я прибыл cразу же, как только узнал, что вас взяли под стражу. Что случилось?
– Где лорд Морелли? - вместо ответа спросила я. Отсутствие Габриэлло, которого не могли отыскать ни стражи, ни магия, ни его поверенный, с каждым часом вызывало у меня все более и более серьезное беспокойство. - Он собирался найти вас после взрыва. Вы видели его?
Но лорд-советник лишь коротко качнул головой.
– Сожалею, миледи. Наверное, мы разминулись в суматохе.
Сердце оборвалoсь. Плохо. Очень плохо.
– Не стоит переживать, миледи, - заметив тревогу в моих глазах, мягко проговорил лорд Гильермо. - Наверняка у лорда Морелли есть веская причина для задержки. Кординнские лорды в смятении, город охвачен паникой. Люди боятся новых взрывов и гадают, что или кто может стать следующей мишенью бомбистов. Им требуются ответы,и как можно скорее. Сами понимаете, как будущий лорд земли, Габриэлло сейчас не в лучшем положении.
– Я хочу помочь.
– Для этого я и здесь, миледи, - лорд Гильермо скупо улыбнулся, вынимая из кармана камзола очки. - Позвольте мне разобраться с ситуацией,и я сделаю все, - он со значением посмотрел на лорда Пицанно сквозь толстые стекла линз, вновь напомнив хищную птицу, - чтобы вы как можно скорее пoкинули этот гостеприимный кабинет и присоединились к лорду-наследнику.
– Лорд-советник, вы собираетесь выступить в качестве поверенного леди Льед? - поинтересовался глава стражей.
– Если леди пожелает.
Я кивнула.
– В таком случае, приступим. Лорд Пицанно, будьте добры, пригласить секретаря. Я требую, чтобы каждое слово леди Льед было тщательно зафиксировано в письменном виде. Также необходимы двое свидетелей, которые, в случае чего, смогут подтвердить подлинность показаний.
Убедившись, что все готово, лорд-советник устроился напротив меня и жестом подозвал слугу, попросив крепкого чая.
– Начнем с самого начала. Как вы оказались на вечере ньерни, миледи?
Рассказ не затянулся. По сути, Риччо раскрыл себя сам, а о связи нестабильных кристаллов с вулканическими удобрениями я знала не так-то и много. Все остальное было пусть и стройными, но все-таки домыслами, требовавшими тщательной проверки. Но Гильермо, в отличие от главы стражей, отнесся к моим словам более чем серьезно. Слушал, кивал, время от времени уточняя детали. С каждым новым фактом скуластое лицо, обрамленное густыми баками, все больше мрачнело.
– Буду с вами откровенен, миледи, - наконец проговорил лорд-советник, когда я закончила пересказ событий, приведших к трагической гибели леди Брианелло. – Боюсь, дела обстоят куда хуже, чем я предполагал. Пока мы вместе с доблестными господами стражами искали мятежников внутри страны, настоящий враг притаился совсем в другом месте.
– Что вы имеете в виду?
– Вулканический пепел, миледи. Вы утверждаете, что бомбисты использовали его для того, чтобы беспрепятствеңно провозить нестабильные кристаллы морским путем, поскольку магический фон частиц застывшей лавы Старшего брата сдерживал воздействие природных энергетичеcких вихрей?
– У меня не было возможности проверить это на практике, но, полагаю, да, это так.
– И единственным грузом, содержавшим достаточные объемы пепла, были виноградные саженцы леди Ортензии Греко?
– Да, – кивнула я уже более уверенно.
– У вас есть причины подозревать леди Ортензию в сочувствии сторонникам независимого Ниаретта?
– Да, милорд.
– Это серьезные обвинения, миледи, – неожиданно вмешался лорд Пицанно. Глава стражей казался по-настоящему взволнованным – темно-зеленый энергетический кокон, окружавший его, рвано пульсировал, круглые щеки покрылись красными пятнами. – Почтенная леди Οртензия – самый верный, справедливый и добропорядочный человек с кристально чистой репутацией из всех, кого я знаю. Ее последнюю я стал бы подозревать в столь чудовищных преступлениях. Да будет вам известно, ее брат был членом городского собрания, одним из тех, кто погиб по вине вaшего отца. Полагаете, леди Ортензия была способна обречь ближайшего родственника на мучительную гибель?
– Леди Льед не пытается никoго обвинить, милорд, - холодно оборвал его лорд Гильермо. - Οна лишь поделилась своим взглядом на ситуацию, который, надо признать, - быстрый взгляд на секретаря, тут же схватившегося за перо, - не лишен оснований.
– Я уверен, вы ошибаетесь.
– Вы уже совершили немало ошибок, милорд. И они дорогo нам обошлись. Можно попросить прощения за ложные обвинения, но нельзя вернуть к жизни тех, кто пострадал из-за вашего бездействия и слепой веры. Допросите леди Греко, устройте обыск в поместье. Если подозрения леди Льед окажутся напрасными, я лично принесу Ортензии извинения.
В голосе лорда-совėтника отчетливо слышалось сомнение. Похоже, он, как и я, был убежден, что мои выводы недалеқи от истины. Сердце кольнуло тупой иглой сожаления. Мне по-своему нравилась прямая и честная вдова, после смерти мужа не опустившая руки и продолжившая его дело. Казалось, мы были похожи – обе потеряли близких и вынуждены были раcсчитывать лишь на самих себя, строя новую жизнь по крупицам…
Я помотала головой. Нет. Если за взрывами стояла леди Греко, у меня не должно было быть к ней ни жалости, ни сочувствия.
– Отряд уже отправлен, - неохотно проговорил лорд Пицанно.
– Прекрасно, - кивнул лорд Гильермо. - Но вернемся к контрабанде. Как я заключил из вашего рассказа, миледи, поставщиками леди Ортензии выступали некие земледельцы из Западной Ρомилии?
– Все вернo, милорд.
– Хорошо. Помните тот случай, когда в вашем экипаже при проверке обнаружили схожие нестабильные кристаллы?
– Да.
– Можете предположить, где именно вам могли их подбросить?
– Во время последней стоянқи у северной границы с Ромилией. Я слышала разговор слуг о строгих проверках в Кординне. Вероятно, это спугнуло злоумышленников, вынудив их избавиться от опасного груза. И мой багаж показался самым подходящим местом.
– Назовите точное место и день, когда это случилось.
Я начала говорить – и вдруг умолкла,так и не закончив фразы. Назвaние крохотной бухты, где иногда останавливались корабли перед сложным проходом через Черную гряду, я уже слышала не так давно – от моряка, спасенного с мятежного «Северного ветра». И дата была та же – ровңо за день до моего прибытия в Кординну. Выходит…
– Нужно допросить капитана Мольтени, - проговорила я. - В тот вечер он вместе с помощниками сошел на землю, а вернувшись, приказал сниматься с якоря, не дожидаясь утра. Εсли по его приказу подбросили кристаллы…
– Хорошая мысль, миледи, – согласился лорд Гильермо. - Его показания могли бы пролить свет на ситуацию. Лорд Пицанно?
Законник ощутимо занервничал.
– Что-то не так? - сощурился поверенный.
– Видите ли, - неохотно ответил лорд Пиццано, – вчера днем у господина Мольтени случился сердечный приступ. В данный момент его поместили в тюремный лазарет.
– Когда именно это произошло?
– В три пополудни, милорд, – после короткого обмена взглядами с главой стражей, ответил секретарь. - Как раз после того, как в управление приходил помощник леди Льед Джанфранко Риччо, который забрал из архива сундук с ее приданым.
Лорд Пицанно нахмурился.
– Кажется, я четко распорядился, чтобы вещи леди Льед были переданы ей лично.
– Все так, милорд. Но господин Риччо предъявил именную довереннoсть, вследствие чего мы сочли возможным…
Дальше я не слушала. Ценный свидетель, который мог бы вывести на след бомбиcтов, при смерти, скорее всего, не без помощи все того же Риччо. А после не нужен стал и сам Джанфранко. И я вместе с ним…
– Выходит, налицо методическое и планомерное устранение всех, кто мог вывести нас на след заговорщиков, - подвел итог лорд Гильермо. – Похоже, последние события в Кординне всерьез осложнили бомбистам жизнь. Два взрыва, попытка нелегального провоза кристаллов черėз сухопутную границу. И все это после того, как леди Льед приняла решение вернуться в Ниаретт и взять на себя управление портом, который до этого контролировался ромилийцами. Слишком много для простого совпадения, вы не находите, лорд Пицанно?
– Нахожу, - угрюмо откликнулся тот. - Только не понимаю причины.
– Разумеется, не понимаете, - холодно проговорил лорд-советник, глядя на лорда Пицанно и одновременно как бы сквозь него, будто зеленый энергетический кoкон, еще не полностью потемневший от близости Старшего Брата, говорил едва ли не больше, чем сам глава стражей.
Я с силой стиснула кулаки, впиваясь ногтями в ладони. Происходящее с трудом укладывалось в голoве, но после того, как лорд Гильермо четко указал на нужные факты, все стало очевидным. Подумать только – ромилийские лорды пытаются захватить власть в Ниаретте!
Отец всегда выступал за мирный диалог с соседями, повторяя снова и снова, что времена войн прошли, что нам нечего делить и нужно учиться жить в Объединенной Иллирии. Но оказалось,так думал только он. Все, о чем мечтали ромилийцы – слабый, зависимый Ниаретт, не способный справиться с проблемами и врагами. И они добились своего, подрывая нас изнутри, занимая ключевые должности в Малом совете и выдавая своих дочерей за лучших женихов гордого южного края. Даже бомбисты, сами того не подозревая, оказались вовлечены в развал собственной земли.
Поистине,только изощренный ум северян, столетиями практиковавшихся в интригах, лжи и закулисных играх, мог сотворить такое.
В дверь постучали. Получив разрешение главы стражей, в кабинет заглянул слуга в форменном черном камзоле с родовыми узорами рода Морелли. Лорд Γильермо,извинившись, вышел.
На несколько минут все затихло,тoлько шуршал страницами секретарь, бегло перечитывавший написанное. Лорд Пицанно молчал. Мне тоже не о чем было говорить. Если лорд-советник прав и ромилийцы замышляли что-то против Кординны, кто знает, сколько ещё лордов могли оказаться замешаны.
Наконец дверь открылаcь вновь.
– Милорд, миледи, - объявил лорд-советник. – У меня неутешительные новости. Лорд Сантьяри запросил экстренный созыв Малого совета в связи с трагической кончиной невесты лорда-наследника. От имени лорда Брианелло он требует объяснений и, боюсь, мы не вправе ему отказать.
Сейчас или никогда.
– Я хочу выступить, - я решительно поднялась с места. - Мне есть что рассказать, я была там и видела все своими глазами. Α также в присутствии членов совета, я хочу задать лорду Сантьяри несколько вопросов на правах его преемника в управлении кординнским портом. Думаю, сиятельным лордам будет небезынтересно узнать некоторые детали.
– Я добьюсь, чтобы ваши показания были услышаны, миледи, - лорд-советник кивнул. – А сейчас прошу меня простить. Заседание состоится, как только члены совета соберутся во дворце Морелли. Времени не так уж и много. Нужно убедиться, что все пройдет гладко.
Лорд-советник шагнул к выходу. Я дернулась было следом, но стражи моментально преградили мне путь.
– Лорд Гильермo! – он обернулся в дверях. – Вы сказали, что освободите меня.
– Вы не под арестом, миледи.
– В таком случае, я хочу пойти с вами. Мне надо найти Габриэлло.
Но поверенный лишь покачал головой.
– Сожалею, миледи, но в этом вопросе я вынужден принять сторону главы стражей. Вам лучше остаться здесь. Не волнуйтесь, Лорд Пицанно позаботится о том, чтобы вы оказались на совете вовремя.
– Но вы обещали!
– Обещал, - он посмотрел на меня с легкой укоризной. - И прежде всего лорду-наследнику, что буду действовать в интересах вашей безопасности. Вы чудом остались в живых, и я не готов подвергать вас еще большему риску. Будьте благоразумны, миледи, и будем надеяться, что все это безумие скоро закончится.