Глава 12

Девушка стелила постель в комнате, до сих пор злясь на Дмитрия. Действительно, оборотни дикие и необузданные! Не зря про них пишут такие ужасы…

Маше не давали покоя его слова. Неужели правда, что он отпустит ее, но не разрешит вести интимную жизнь? И как это будет называться? Бред!

Взбив подушки, девушка вышла из комнаты и посмотрела по сторонам. Дверь в спальню деда и бабы закрыта, значит, спят. Храп раздавался приличный, на что внучка не удержалась и улыбнулась. Они всегда ложились в десять часов, а сейчас почти одиннадцать.

Выйдя на улицу, увидела Дмитрия, стоявшего у забора. Мужчина был обнажен, и лишь полотенце на его крепких бедрах прикрывало нескромные достоинства.

Мертаев последним пошел в баню, раскочегарив ее до такого жара, что там даже дышать было невозможно, не то что мыться.

Почувствовав присутствие жены, гризли лениво произнес:

– Не побьешь веником? Одному не очень…

Поперхнувшись от такой наглости, девушка послала ему испепеляющий взгляд и отвернулась, намереваясь пойти в дом. Но замерла, не сделав и двух шагов, услышав его слова:

– Уверен, ты и не хочешь, чтобы я уезжал. По-другому твои отказы не объяснить.

Мария мгновенно повернулась и метнулась к нему, гневно шипя:

– Да ты даже не представляешь, как я хочу, что ты оставил меня в покое! Мечтаю!

– Так в чем проблема? – сексуально проговорил он. – Боишься себя или меня?

– Никого я не боюсь! Я… не люблю, когда жарко! – придумала девушка, нагло выдав неправду.

– Любимая, твой дед сегодня хвалился, что ты вся в него, и баньку любишь погорячее, так что не проходит отговорка.

– Но ты… Ты же будешь обнажен! – возмущенно воскликнула она.

– И что? В бане не парятся в одежде, – задорно произнес гризли, голодным жадным взглядом пожирая свою жену.

– Я и без тебя это прекрасно знаю! Но ты…

– Замечу, что ты… уже все видела, любимая. И не только видела… Так что ничего нового не будет.

Мария чувствовала подвох, но и четко осознавала, что если начнет открыто противиться, может все загубить. Недовольно пробурчав себе что-то под нос, направилась прямиком в баню. Мужчина пошел за ней, но в предбаннике девушка с ослепительной улыбкой закрыла перед его носом дверь, громко заявив:

– Подожди здесь!

Через минуту она закричала уже из бани:

– Входи!

Мужчина довольно оскалился и, откинув полотенце в сторону, открыл дверь, увидев, как девушка мочит веник в кипятке в тазу. Мария стояла в темно-бордовом купальнике, подчеркивающем ее стройное тело. Она была притягательна и обворожительна, и его эрегированный член тому подтверждение.

Может, Маша и не относилась к тем роскошным красоткам, к которым он привык, но сейчас мысль о них вызывала раздражение. Только она! Его пара!

Пройдя к Марии, обхватил мускулистой рукой талию и прижал к возбужденному паху. Прочистил горло и хрипло попросил:

– Не жалей сил, красавица.

Девушка выдохнула горячий воздух и ответила:

– Уж постараюсь. Не переживай. Надеюсь, жалоб не будет?

– А что, хочешь пожалеть? – поинтересовался Дмитрий, опуская руки ниже, чуть сжимая ягодицы.

– Не дождешься! – выдохнула Мария, отчетливо чувствуя, как в плавки вдавливается огромный толстый член. – И ложись уже! Трется он!

Мертаев постоял еще три секунды, вдыхая изысканный запах желанной самки, и, наклонившись ниже, где находилась метка, задел губами, отчего у девушки пошла дрожь по всему телу.

Делая вид, что не замечает ее реакции, мужчина заставил себя отойти от жены. Он полез на верхнюю полку, которую девушка тотчас облила теплой водой.

Маша старалась не пялиться на его упругий красивый зад, но почему-то отвернуться не выходило. Выглядела со стороны, как завороженная влюбленная дура, что раздражало.

«Это все метка! Лишь она виновата, проклятущая… Но я человек, не оборотень, значит, смогу преодолеть болезненную тягу!»  – подумала Воропаева и повернулась к котлу.

Схватив кувшин со специально заваренными настоями трав у стены, выплеснула несколько раз на раскаленные камни. Дед всегда готовит отвар для хорошей парилки.

От камней мощными струями поднялся раскаленный пар, отчего девушка отошла в сторону, чтобы не обжечься. Через несколько секунд добившись необходимой температуры и влажности, Маша решила, что можно начинать работу веником.

– Ты что, не знаешь, как правильно парят? – буркнула она, намекая на тот факт, что гризли не так лег и, схватив полотенце, висевшее на вешалке, кинула ему, чтобы он прикрыл пах.

Мужчина хмыкнул и лег спиной на доски. Девушка вздохнула и принялась легко похлопывать веником, продвигаясь от ног к плечам. С каждым проходом чуть усиливая удары, только на животе старалась не бить, зная, что усердствовать на этом участке не рекомендуется.

– Перевернись, – хрипло проговорила она, замечая тяжелый, алчный взгляд оборотня, отчего по ее телу прошла дрожь. Грудь особенно сильно реагировала, и соски отчетливо выделялись через ткань.

Пропарив спину, Маша отступила в сторону, пытаясь дышать нормально и вести себя как обычно. Посмотрела на Мертаева, так сильно воздействующего на ее плоть, и еле слышно прошептала:

– Все. Я… пойду.

– Нет. Теперь ты… ложись, – выдавил мужчина, откидывая полотенце в сторону, поднимаясь, не стесняясь своей наготы. Его мощное тело кричало о желании, и эрегированный член, доставляющий адскую боль от неудовлетворения, тому доказательство.

– Нет! – выдохнула Мария в полной уверенности, что нельзя оставаться. Ни в коем случае! – Ты говорил, что я смогу уйти, как…

Мужчина сдерживал порыв сорваться и прижать девчонку к своему телу, затем разложить на полке и взять, осатанело врываясь в сладкое тело. Воспоминания их безумного срыва атаковали сознание, провоцируя на действия. И только контроль альфы помогал ему обуздывать свои желания.

– Мы не закончили париться, любимая. Минимум еще три раза, а по-хорошему шесть, – довольно проговорил гризли, хищно наблюдая за эмоциями на лице девушки. Оборотень понимал, что она хочет попариться, но боится, что он соблазнит ее.

«Обязательно, но только не сейчас… Чуть позже, но непременно»,  – подумал мужчина, вдыхая неповторимый запах тела своей женщины – черники со сливками.

Скрипнув зубами, девушка панически посмотрела по сторонам, убеждая себя, что она все контролирует. Тем более Маша была не прочь попариться, так как любила эту замечательную процедуру. Одной идти в баню, какой бы она жаркой ни была, совсем не то.

Ступиков, когда они были вместе, панически избегал горячей бани, считая, что это навредит его коже, и поэтому она уже давно не радовала себя.

Прищурившись, Маша предупреждающе посмотрела в глаза мужчины и полезла на нижнюю полку, недовольно буркнув:

– Ты эксплуататор.

Девушка легла на спину и прикрыла глаза, чтобы не видеть лица оборотня, без этого чувствуя его каждой клеточкой кожи.

Мужчина засмеялся хриплым басом и, оказавшись на деревянном полу, поделился:

– Согласен, но с тобой по-другому нельзя.

Спустя время, когда Дмитрий заканчивал парить девушку, он еле сдерживал себя, чтобы не накинуться на нее. Оборотень горел в огне невыносимого разрывающего желания, мечтая лишь об удовлетворении. Резким движением, откинув веник в сторону, схватил ведро с ледяной водой и вылил на себя.

Мария осторожно прошла мимо мужчины и, открыв дверь в комнату для отдыха после баньки, где стояли две скамьи, диван и стол, направилась к последнему. Девушка взяла глиняный кувшин и налила в две кружки кваса. Большое окно было открыто нараспашку, обдавая разгоряченное тело прохладным ночным ветерком.

Выпив напитка, девушка села на диван и довольно вздохнула. Когда вошел мужчина, искренне порадовалась, что он накинул полотенце, и прикрыла глаза. Она, конечно, не стеснительная, но не до такой степени, чтобы не реагировать на полуголое тело такого мощного мужчины.

Через двадцать минут они вновь пошли париться, и после того, как закончили процедуры, мужчина неожиданно облил девушку прохладной водой из таза. От острых ощущений она вскрикнула, а потом, ударив Дмитрия по груди, рявкнула:

– Сумасшедший!

Мертаев только рассмеялся и предложил ей снять купальник, но в ответ услышал недовольное бурчание. Через некоторое время они пошли в комнату отдыха. Девушка хлебнула квасу и только повернулась предложить Диме, но пролила на себя, так как гризли неожиданно оказался позади нее.

Маша пораженно смотрела на себя, злясь, что теперь липкая. Только хотела возмутиться, как оборотень мгновенно наклонился и посадил ее на стол. Прильнув губами к животу, он слизывал сладко-кислую жидкость, отчего девушка только стонала, чувствуя, как весь воздух выходит из легких.

Воропаева даже не могла дышать, лишь всхлипывала, когда мужчина уверенно и нагло ласкал ее грудь, избавившись от верхней части купальника. Опустившись спиной на стол, не в силах отказаться от столь волнующих ощущений, девушка сжала пальцы в кулаки, когда он стянул плавки, откидывая в сторону.

Протяжный женский стон раздался в комнате, стоило только гризли прикоснуться языком к ее клитору, моментально приступая к сладостной атаке. Он ласкал, облизывал, сводил с ума, отчего Маша издавала хриплые возгласы, сдаваясь на милость соблазнителя.

Яркая волна оргазма прошла по телу, и Мария затряслась, растворяясь в восхитительных ощущениях. Стоило только прийти в себя, как мужчина, вглядываясь в ее глаза, стремительно скинул с себя полотенце, отбросив в сторону. Он притянул девушку за бедра к своему возбужденному паху и устроился между ног, окончательно теряя контроль.

– Дима, – позвала Маша, не понимая, умоляет или запрещает ему большее.

– Моя! – прохрипел Мертаев, хватая огромными ладонями ее лицо, притягивая и целуя.

Горячая твердая плоть вошла во влажное лоно, и девушка протяжно застонала, в нетерпении яростных движений. Оборотень замер на секунду, а потом стал врываться и выходить, увеличивая темп, вдалбливаясь в нее с нестерпимой жаждой и невыносимой потребностью.

Девушка постанывала, кусая губы, подчиняясь каждому его движению, крепко сжимая широкие плечи.

Кровь бежала по венам с огромной скоростью, заставляя тело дрожать от накала ощущений. Взрыв страсти отключил разум, растворяя в наслаждении мужчину и женщину, откидывая на секунды в мир стихийного восторга.

Гризли очнулся первым и, нежно поцеловав улыбающуюся жену, поднял ее на руки и понес на диван, усаживая сверху на себя. Девушка мгновенно села и, ощущая возбуждение мужа, замечая голод в его глазах, хрипло прошептала:

– Это ничего не значит.

Дмитрий не ответил, только кивнул, а потом притянул к себе и горячо поцеловал. Маша ответила, поражаясь своим поступкам и неукротимому желанию. Наплевав на все, она медленно насаживалась на член, пока полностью не села.

Через секунду, тяжело дыша, она посмотрела на застывшего напряженного мужчину, вцепившегося в ее талию, и подалась вверх, откидывая все сомнения на потом.