Глава 19

♫ Serebro – Сладко

Саша редко бывала в таком отчаянном состоянии. Эмоции захлестывали ее с головой. С одной стороны совершенно невозможная ситуация: парень, который вроде и свободен, но прочно занят, с другой – похожее на одержимость желание быть с ним, и оно несоизмеримо сильнее доводов здравого смысла.

Его закрытость и грубость в сочетании с мужественностью вызывали интерес и привлекали ее намного больше, чем обаяние и открытость любых других парней, которых она встречала раньше.

В глубине души девушка понимала, что и ее собственное поведение исходило лишь из желания вытащить Льва из клетки, в которой он закрылся от других людей. Даже не присущая ей в обычной жизни дерзость возникала в нужный момент лишь как инструмент провокации: обратить его внимание на себя, поддеть, заставить заметить. Любой их разговор был больше похож на игру, где каждый из соперников прощупывал почву в поисках слабых мест.

Но почему эта игра так много для нее значила?

Лев пробуждал в ней совсем другие чувства: романтику, страсть, надежду. Саша знала, что эти чувства напрямую коснутся сердца. Нужно было покончить с этим увлечением как можно скорее, но сейчас она собиралась сделать обратное. Судьба и так была к ней не слишком справедлива. Вместо беззаботной молодости – ворох проблем: ей пришлось взять на себя воспитание младшего брата, лавировать между заботой о нем, подработками и попытками не вылететь из универа.

Саша и без того уже двадцать лет существовала, словно в стерильном коконе: никакой личности жизни. Как птенец, который так и не вылупился. Никаких радостей, эмоций, чувственных наслаждений. А ведь ей так хотелось дышать полной грудью, чувствовать себя женщиной, быть желанной для кого-то.

Может, это как раз то, что им обоим нужно? Его сердце занято, а ей некогда открывать кому-то свое. Два одиноких человека с определенными потребностями, не имеющих возможности полноценно вкладываться в серьезные отношения. Почему бы им не потратить свободные часы в плену повседневности на кое-что захватывающее и приятное? Почему бы не подарить друг другу немного тепла и сладостных ощущений? Кому от этого станет хуже?

Есть такие ошибки, которые человек обязательно должен совершить. Даже если знает, что будет больно.

Саша никогда бы не простила себе, если бы не попробовала. И выстраивая доводы «за» в стройный ряд, она прекрасно слышала голос разума, но намеренно игнорировала. Если бы люди каждый раз поступали правильно, о чем бы они потом сожалели тихими вечерами за бокалом вина?

– Григорий, пора вставать. – Позвала она тихо.

Несмотря на ранний час, мальчишка бодро поднялся с матраса. Вчера они поменялись местами потому, что Гриня пожелал спать внизу – поближе к Толе. И они всю ночь провели в обнимку. Надо заметить, щенок привел его в полный восторг, Саша такого даже не ожидала. Младший брат как будто ожил, его глаза весь вечер сияли, пока он возился с мохнатым, кормил его и водил на прогулку.

Девушка даже пожалела, что они не могут оставить его себе. Через пару месяцев Толя из мохнатого медвежонка, которого можно брать на руки, превратится в лошадку, которую уже так просто с места не сдвинешь. Будет много грязи, шерсти, и понадобится много еды. Как она подозревала, корм придется покупать мешками. Плюс, занятия с кинологом – чтобы Анатолий прилично вел себя в обществе и никому не причинил вреда, почувствовав в себе авторитет и силу. А это опять деньги, деньги, деньги.

К тому же, Анна Аркадьевна не сильно обрадуется, узнав, что они без спроса завели в ее квартире животное. А когда пес достигнет своего максимального размера, им станет здесь тесно. Пытаться арендовать жилье с питомцем таких габаритов – дело практически невозможное. Но, как и в случае с Царевым, Саша не могла не думать об этом: один счастливый взгляд Грини чего стоил! Впервые после смерти родителей мальчишка выглядел таким радостным и живым.

– Мы гулять. – Деловито сказал он, поднимаясь с матраса.

– Умойся для начала. – Улыбнулась девушка. – У тебя еще даже глаза не открылись!

– Нет, Толя может сделать лужу. – Пробубнил он, натянув штаны и подхватив мохнатого здоровяка на руки.

– Поставь, он же тяжелый.

– Поводка у нас нет, поэтому нужно следить, чтобы он не убежал.

Накинув на ходу ветровку, Гриня прошлепал в коридор. Щелкнула дверь. Надеясь, что брат не ушел босиком, Саша поплелась делать завтрак. Зевнув, поставила вариться кофе. Вчера они легли поздно и еще долго не могли уснуть: каждый от переизбытка эмоций. Девушка все прокручивала в голове разговор со Львом, а ее младший брат гладил щенка и что-то тихо нашептывал ему на ухо.

– А когда эта тетя выздоровеет и заберет Толю, я смогу его навещать? Хоть иногда? – Спросил он, вернувшись с улицы.

Песик деловито забегал возле блюдца, из которого его кормили вчера. Уселся рядом с ним и умными глазами посмотрел на Сашу.

– Не знаю. – Честно ответила она. Достала и насыпала ему дорогущий корм, который купила вчера на развес. – Сегодня я отдам Толю одному из коллег. Он живет один, так что сможет позаботиться о нем, пока эта тетя не выпишется из больницы. Ты же понимаешь, что мы не можем держать его здесь даже пару дней? Если Анна Аркадьевна узнает, если ей сообщит кто-то из соседей, мы окажемся на улице вместе со щенком.

– Ненавижу эту злюку. – Обиженно процедил Гриня.

Сев за стол, он уставился в одну точку. В попытке не расплакаться надул губы.

– Ты не переживай. – Тихо сказала Саша. – У Толи все будет хорошо. А мы с тобой потом тоже заведем щенка, когда будет возможность.

– Я тогда уже состарюсь.

– Вовсе нет.

– Я хочу, чтобы Толя остался у нас.

Девушка вздохнула. Если бы она могла, то подарила бы ему весь мир.

– Гринь, я только устроилась на работу. Даже еще не устроилась: только стажируюсь. Когда-нибудь, когда я встану на ноги…

– Я не хочу его отдавать. – Почти всхлипнул парень.

Саша посмотрела на уминающего корм щенка, затем на брата:

– Прости. Не все в жизни бывает так, как мы хотим.

Он вытер подступающие слезы кулаком и серьезно посмотрел на нее.

– Когда я вырасту, у нас будет все, что мы хотим. Я куплю тебе все, что захочешь, и тебе больше не придется плакать под одеялом.

– Ох… – Выдохнула Саша.

Она и не знала, что братишка слышал ее в моменты, когда было особенно тяжело.

– Мне пора собираться в школу. – Сказал он, встал и ушел в комнату.

Кофе на плите, конечно же, сбежал.

Прибыв в часть со щенком наперевес, Саша застала пересменку Софьи Павловны и Ани.

– Что, так и не решили, кто приютит этого сладкого пупсика? – Бросилась тискать песика Софья.

– Ой, какой милаш! – присоединилась к ней заступающая на смену синеглазая хохотушка Аня.

– А что слышно от его хозяйки?

Саша только пожала плечами.

– Царев обещал забрать щенка, как кончится смена. – Она посмотрела на часы. Это уже совсем скоро. – А насчет его хозяйки, думаю, нам сообщат. Наверняка, Кирилл не просто так забрал собачку с места происшествия.

– Ты мой сладкий, – рассмеялась Аня, когда щенок облизал ее нос.

– Что могло заставить Левушку взять себе этого пухляша? – Почесывая псу за ушами, пропела Софья. – Даже не представляю.

– Сама не знаю. – Отозвалась Саша.

– Но он точно будет для тебя самым лучшим воспитателем, да, малец? – Опустилась перед ним женщина. – М-муа! Зацелую тебя сейчас! М-муа!

– Может, оставим его в части? – Спросила Аня.

– Ой, ты же знаешь наше начальство. – Фыркнула Софья.

Саша, словно почувствовав на спине чей-то взгляд, обернулась.

Царев стоял в гараже среди других пожарных, они сдавали оборудование новому караулу. Посмотрев на нее, он кивнул и тут же отвернулся. В груди у Саши заныло. То, что она задумала, не было правильно, но от понимания этого ее желание не становилось меньше.

После того, как Софья Павловна ушла домой, они с Аней попили чай и приступили к учебе. Толю приходилось держать на руках потому, что, осознав себя объектом всеобщего обожания, щенок все время рвался в гараж – туда, где больше народа. Но в данный момент нельзя было допустить, чтобы он мешался на разводе караулов. Песик как раз уснул, а Саша начала вникать в объяснения наставницы, когда в стеклянную перегородку деликатно постучали.

– Это я. – Тихо сказал Царев, когда они обернулись. – Привет.

Боже, нет! Видеть его в кожаной куртке, джинсах и кроссовках было едва ли не тяжелее, чем в боевке и каске. Этому великану шла буквально любая одежда, и любой образ делал его горячим и сексуальным. Саше нестерпимо захотелось снова попробовать его губы на вкус.

Ее дыхание сделалось прерывистым, пульс опасно участился.

– Привет, – произнесла она не своим голосом, боясь, что все сейчас заметят, в каком она состоянии.

– Привет! – Сказала Аня, как ни в чем не бывало. Неужели, он не производил на нее такого же эффекта? Как ей, вообще, удавалось держаться? – Уже домой?

– Да, и я готов взять щенка, как мы договаривались.

– Пойдем, объясню тебе все. – Встала Саша. Она обернулась к наставнице. – Анют, я на минутку.

– Конечно. – Ответила та, с интересом глядя на них.

– Давай, выйдем. – Шепнула Саша, вкладывая Льву в руки щенка.

Прижав Толю к груди, Царев послушно последовал за ней на улицу.

– Саш, слушай, я хотел поговорить насчет вчерашнего. – Сказал он, когда они вышли за ворота гаража и отошли подальше.

Его лицо было напряжено. Пока щенок обнюхивал его куртку, Лев щурился от солнца. «Он сказал, что у него три года никого не было», – напомнила себе Саша. Нужно было переходить в наступление, пока парень не наговорил тут чего-то, что навсегда отвернет их друг от друга.

– У меня есть к тебе предложение. – Она напустила на себя деловой вид. – Мы должны заняться сексом.

Лицо Царева вытянулось. Он словно потерял дар речи.

– Сейчас объясню. – Поспешила уточнить Саша.

Вокруг него, наверняка, вьется куча красоток, и он может выбрать себе любую. Но раз не делает этого, значит, у него есть на это причины. Возможно, он пошлет ее подальше после этого предложения, но не попробовать она тоже не может.

– Ты мне нравишься. – Прямо сказала Саша. Вынужденная смотреть на него снизу вверх, как ученица на учителя, девушка не чувствовала себя слишком уверенной, поэтому ей пришлось сделать рваный вдох, чтобы продолжить. – Судя по всему, я тебе тоже нравлюсь.

– Саш. – Странно посмотрев на нее, начал Лев.

– Я все обдумала, так что не перебивай. – Отмахнулась она. – Я услышала все, что ты вчера мне сказал. И поверь, в твою личную жизнь я не полезу. То, что я хочу тебе предложить, ни к чему не будет нас обоих обязывать.

Наверное, нужно было выпить для храбрости. На работе бы этого не поняли, но складывать слова в предложения было бы значительно проще.

– Мы слишком брезгливы, чтобы играть в сексуальную рулетку с партнерами с улицы. – Выпалила Саша. – Но глупо отрицать, что нам обоим нужно куда-то выплескивать… нашу энергию. Мы могли бы объединиться, чтобы помочь друг другу.

– Ты предлагаешь мне секс по дружбе?

– Дружба? Умоляю тебя. – Нервно хихикнула она. – Просто секс. Мы можем даже не разговаривать и не общаться. Время от времени будем встречаться и трахаться. Пока… ну, например, пока не заведем серьезных отношений. Или пока не убьем друг друга, что, вероятнее всего, случится гораздо раньше.

Царев молчал так долго, что Саша покраснела как помидор под его удивленным взглядом. Вот же позорище! Как она вообще могла ему такое предложить? Может, пока не поздно, сказать, что пошутила?

– Можешь не отвечать прямо сейчас. – Беззаботно отмахнувшись, добавила она. – Подумай.

Ей захотелось обнять себя, разрыдаться и убежать. Только каким-то чудом Саша все еще сохраняла самообладание и оставалась на месте.

– Ты уверена, что тебе это подходит?

Была ли она уверена, что хочет раздеть его и завалить в постель? Миллион раз да – еще с того момента, когда увидела впервые.

– Абсолютно. – Твердо ответила Саша. – Я даже придумала несколько правил для нашей сделки.

По крайней мере, он не послал ее. Значит, идея ему понравилась, и нужно было ее только доработать.

– И какие же это правила? – Взяв щенка удобнее, поинтересовался Лев.

– Правила, которые помогут нам не сближаться, чтобы все не испортить. – Она сдула с лица непослушный локон. – Никто из нас ни на что не претендует. Мы не разговариваем, ни о чем не спрашиваем, не звоним друг другу, не встречаемся просто так – только ради секса. А также не ссоримся, не ревнуем, не обнимаемся, не врем, не едим вместе и не гуляем под ручку. – Придумывать на ходу правила, которые не дадут ему путей к отступлению, удавалось ей лучше всего. Саша даже мысленно похвалила себя за находчивость. – И да. Никаких поцелуев даже во время секса.

– Нет. – Его глаза потемнели, он подошел ближе. – С поцелуями.

Хорошо, что между ними был Толя – крутящийся и кряхтящий мохнатый комок.

– Отлично. – Она буквально сложила свою руку в его большую ладонь и крепко пожала. – Когда готов приступить?

– Дьявол… – Закатив глаза, устало выдохнул Лев. – Я пожалею, что пошел на это.

Саша знала, что они оба пожалеют. Но ей было плевать, она хотела поскорее заняться с ним сексом. Царев был мощным и сильным, но в ее фантазиях он рвал на ней одежду не руками, а зубами. Эти мысли даже сейчас заводили ее до предела.

– Никто не пожалеет. – Хрипло ответила девушка. – Ты хочешь меня, я хочу тебя. О чем тут жалеть? Деловые отношения, где каждый получает только выгоду.

Ей необходимы были оргазмы, и она собиралась получить их от него любой ценой. Даже угрозами и шантажом. Но лучше лаской, страстью и приложенными к ним усилиями.

– Тебе это особенно выгодно. – Решила подытожить Саша.

– Разве?

– Да, ты ведь ничего не будешь мне должен. Мы с тобой… мы никто друг другу. Взрослые и очень занятые люди. У меня младший брат на попечении, у тебя… ну, сам знаешь. Тоже все непросто. Нам обоим это нужно. Секс. Много секса.

Судя по всему, они оба ощущали дикую неловкость. Но в сексуальном пожаре, полыхавшем между ними, уже меркло сознание.

– Хорошо. – Кивнул Царев. – Но у меня тоже будет условие.

– Какое?

– Мы спим только друг с другом. Если ты моя, то только моя. Если у тебя появляется кто-то, ты должна предупредить, и мы прекращаем. Никаких интрижек на одну ночь.

– В тот раз я просто перебрала потому, что ничего не ела целый день. – Смутилась Саша.

В целом, ей это условие нравилось.

– То же самое касается и меня. – Серьезно сказал он. – Никаких других женщин в моей постели не будет.

Она кивнула.

Паутина желания окутывала их все крепче, и выбраться было уже невозможно. Никакой романтики, ласки, заботы и задушевных разговоров, чтобы Царев не терзал себя тем, что закрутил с кем-то при живой, пусть это и было под вопросом, невесте. Зато у них будет секс. Такой жаркий, о котором он даже не мечтал. Ну, по крайней мере, Саша надеялась на это.

– Когда мы сделаем это? – Спросила она и закусила губу.

– Ты сегодня во сколько освобождаешься?

– О… – она даже растерялась. – В четыре.

– Ровно в четыре буду ждать тебя на стоянке за частью. – Это было сказано настолько безапелляционно, что девушке оставалось только согласиться.

Быстро прикинув, что брат в этой время еще будет на гимнастике, а попросить встретить его можно одну из подруг, она ответила:

– Договорились.

– Пока, ребят! Сухих рукавов! – Раздался в нескольких метрах от них бодрый голос Соловьева. Он попрощался с парнями из нового караула и поспешил к ним. – Саня, привет, везет же тебе: домой ночевать ходишь, а нам тут приходится. Койки здесь такое же дерьмо, как если просто уснуть на досках!

Кирилл обнял ее, затем потрепал щенка, потом поднял взгляд и посмотрел на Льва.

– Что обсуждаем?

– Ничего. – С ровным лицом ответил Царев. – Уже обсудили.

Как всегда, в своем репертуаре. Но так даже лучше. Когда он развернулся и без лишних объяснений направился к своему мотоциклу, его друг лишь усмехнулся.

– Эй, – последовал он за ним, – а как ты его повезешь-то? – На ходу обернулся к Саше. – Пока, Санек!

Убедившись, что Лев нашел способ перевезти Толю, устроив внутри собственной куртки и с трудом ее застегнув, оставив псу лишь отверстие для морды, она улыбнулась и пошла на рабочее место. Ощущение у Саши было такое, будто она летит над землей. И неважно, что ее запустили туда из пушки, и скоро придется больно падать. Главное – это сейчас. А сейчас ей было охерительно хорошо!