Эпилог

Десять лет спустя

— Уже пора? — Странно выдыхаю я, держа Ашера за рукав рубашки.

— Да, Огни, пора.

Он уже много лет зовёт меня так, словно специально возвращая к жизни все прошлое, которое так старательно хоронила. Часто, въедливо, повторяет "Огнина" будто заставляя меня запомнить, что "Тана" это только этап. Уже пройденный, и я вновь дочь своего отца, великого, но коварно свергнутого императора.

— Кто за нами придет? — Поправляя на плече съехавшую шаль, я смахиваю с юбки невидимые соринки, очевидно выдавая свое волнение.

— Тот, кому мой дед доверяет. Не иначе.

Ровно семь дней назад в наш дом залетела птица, неся в своих лапах жёлтый конверт который мог быть только от одного человека. Точнее шасса.

У нас не оставалось сомнений. Это послание от Рамиса Наат, который тщательно прятал нас все эти годы, продолжая плести интриги в столице и воплощая свой план в реальность.

Он не соврал. Десять лет покоя, которые позволяли поверить в то, что все закончилось, но мы знали — это только начало.

Каждый день я жила как последний. Наслаждаясь и радостью, и бедами. Все было, и все что давала мне судьба я принимала с благодарностью. Особенно нашего с Ашером сына. И дочь.

Торос I с пелёнок был… Необычным. Сложно было не заметить всего, чем так щедро одарила его природа. Старший Наат был прав. Нашему ребенку суждено стать великим и оставить свой отпечаток в истории. Невероятный, необъяснимый ребенок, который получил в наследство от нас все, чем мы гордились. Он с легкостью покорил своего зверя, и с таким же изяществом использовал полученные от меня способности, захватывая головы и мысли людей, запечатываюсь в их мыслях монолитом без шанса его забыть.

Я гордилась им.

Слишком умный для ребенка, он без труда впитывал все знания, что мы ему давали. Даже тайну своего происхождения воспринял с такой серьёзностью, что я не переставала поражаться этой юной вдумчивости.

— Мам? — Торос сжал свои пальцы на моей ладони, привлекая внимание. — Это произойдет сегодня?

— Нет. Сегодня мы только вернёмся домой.

— Когда я увижусь с дедом?

Не смогла не улыбнуться.

Хоть я и мало знала деда Ашера, но сложно было не заметить как продуманность, присущая ему передалась и моему ребенку.

— Скоро. Возможно сегодня. Не думаю, что он позволит кому-то встретить нас в столице.

— Точно не позволит. — Подтвердил Ашер. — Торос, проверь сестру. Помоги ей собрать ее вещи.

— Какие именно? Чемодан с плюшевыми зайчатами или сумку с цветными пуговицами? — Съязвил он в силу возраста, но заметив взгляд отца, послушно вернулся в дом.

Дом.

Никогда не думала, что так сильно влюблюсь в свою выдуманную родину. Острова были прекрасны. Свежая зелень, что цвела здесь круглый год, свежесть морского воздуха и умеренная погода с огромной радостью позволили мне забыть, что такое холод.

Я не скучала по долгой осени и промозглой зиме, меня вполне устраивал этот умеренный климат, и иногда я мечтала, что было бы неплохо родись я здесь по-настоящему.

К сожалению, это не так и мое прошлое неизменно ведёт меня к будущему. Это законы природы, мира и я не могу их не соблюдать.

Мы такие. Мы с Ашером рождены такими, и внутренний инстинкт говорит нам о том, что у нас не будет времени, чтобы сдаться. Только вперёд.

— Мне страшно. — Признавшись, я тихо прижимаюсь лбом к плечу мужа и закрываю глаза.

— Я чувствую. Огнина, мы знали, что этот день придет.

— Это не мешает мне бояться.

— Тебе вообще ничто не мешает бояться, любовь моя. — Нежно отвечает он, и прижимается губами к моим волосам.

— Как думаешь, у нас есть шансы?

— На что именно? Занять трон? Сохранить семью? Выжить, в конце концов?

— На что угодно.

— Шансы всегда есть. И ты это знаешь. Неужели ты веришь, что судьба, так долго ведущая нас друг к другу, может все бросить и оставить нас с тобой? Я не верю, Огнина. Это сильнее нас. Это сильнее всего.

Маленькая лодочка в сумерках, шурша своим дном о мель, мягко причалила к берегу. В сумерках не видно было тех, кто был на ее борту, но мы знали — человек присланный Рамисом наконец явился, чтобы забрать нас и вернуть домой.

Силуэт в полутьме показался мне очень знакомым, и сердце кольнуло забыто, но так близко, что я прижала пальцы к груди, вглядываясь в серый туман.

— Что ты увидела?

— Я не увидела. Я… Почувствовала. Ашер, я точно знаю этого человека. — Призналась я, сама не веря в свою догадку.

— И кто же это?

— Это… Он.

Мы не виделись целых десять лет, но стоило ему приблизиться, я поняла — он ни на день не постарел. Все те же глаза, что смотрят на меня сурово, пытаясь скрыть под этим налетом нежность, те же губы, которые я так хорошо изучила много лет назад. Только волосы с проблеском седины, да несколько новых шрамов сложившихся в ровный ряд от щеки к шее. Стал только мужественнее, увереннее.

Рондо. Рондо Вальц.

— Здравствуй, Тана. — Он будто готовился. Нес эти слова через года, вынимая их передо мной прямо из сердца. — И чтобы не было недопонимания, хочу сразу проинформировать вас о цели моего визита. — Обернулся и посмотрел, наконец, на Ашера, который неожиданно не превратился в хищника, готового разорвать генерала на куски. — Я тот человек, которого прислал Рамис Наат, ваш дед. Я здесь для того, чтобы вернуть вас и ваших детей домой.

— Подробнее о положении, генерал. — Произносит супругу, и я не слышу… Не слышу той лютой злости на мужчину, с которой они прощались в последний раз.

— Император покинул этот мир.

Я выдыхаю.

Человек, способный превратить мое существование в ад, за тот обман о моей смерти и побег после тайного воскрешения — умер.

Будто цепь на груди, что столько лет давила на кости треснула, и рассыпались, превращая свои звенья в пепел.

— Ваш дед временно приставлен к делам. До выбора нового императора.

— Как обстановка?

— Положительная. Император не оставил наследников и сейчас великие семьи серьезно рассуждают на предмет достойного человека на этот престол. Ваш дед в силу возраста не рассматривается.

— Он и так не согласился бы.

— Смею вас уверить, он очень обстоятельно подошёл к вопросу вашего возвращения.

Это значило только одно.

В столице нас ждут. Рамис не рискнул бы возвращать нас домой, не имея поддержки, значит о том, что мы живы некоторым достойным, по его мнению, уже известно.

— Мам, мы готовы. — Торос вышел к нам, держа маленькую ладошку Зои в руке и мужественно волок ее чемоданчик с игрушками.

Суккуб он и в детстве суккуб. Зои выбрала свое самое красивое платье, будто чувствуя, что предстоит что-то важное, и даже сама расчесала свои алые волосы, украсив челку кокетливым розовым бантиком.

— Это наши дети, Родно. Торос и Зои. — Острый взгляд мужчины блуждал по лицам моих детей, и я видела, как его заполняют странные незнакомые мне эмоции.

Он переводил взгляд то на меня, то на Зои и его зрачки бешеного пульсировали, заполняя радужку глаз.

— Это твои дети. — Я согласно кивнула, хоть и не услышала вопрос в его словах.

— Нам пора. — Ашер резко отпустил мою руку и приблизился к малышам. — Впереди долгий путь. Вы все взяли, что необходимо?

Моя девочка уверенно кивнула, а Торос даже не стал отвечать. И так ясно, что он во всеоружии и готов отправляться.

— Тогда в лодку, быстро.

— Ты не изменилась. — Тихо сказал Родно, стоило нам остаться в зыбком уединении.

— Ты тоже. Рондо, я хотела сказать…

— Не нужно. — Прервал он меня и улыбнулся, будто и так знает, что я скажу наперед. — Сейчас есть дела поважнее моих к тебе чувств. Рамис уже подготовил все, чтобы возвысить свою семью и нам нужно как можно скорее расставить все точки над i.

— Рондо, я…

— Позже Тана, позже.

— Дети готовы. — Ашер вернулся, вновь игнорируя всякие эмоции к генералу, и поймал мою ладонь в свои пальцы, привлекая его взгляд. — Вперёд генерал, позже расскажите моей жене о том, как время от времени приплывали сюда, чтобы заглядывать в окна.

Пурпурная краснота на мгновение ошпарила лицо Вальца, но он взял себя в руки, собираясь что-то сказать, но Ашер неожиданно продолжил, шокируя меня все сильнее:

— Я прожил с ней десять счастливых лет, и если позволят боги, останусь рядом до конца жизни рядом. И я понял тебя, Вальц. Ее нельзя не любить. Она прикипает к сердцу и единственный способ забыть — вырезать его и бросить собакам на съедение. — С каждым его словом генерал все плотнее сжимал зубы, смотря на моего шасса слишком прямо и ожидая очередного удара. — Но ещё я понял, как сильно хочется сдохнуть даже от мысли, что ее нет рядом. А ты не сдох. Значит не слабак. Я уважаю тебя как мужчина мужчину, теплых чувств к тебе у меня все так же нет и вряд ли они появятся, но знаешь, я хочу чтобы ты знал — ты можешь быть рядом, не прятаться, чтобы украдкой провожать взглядом. На умеренном расстоянии, разумеется.

— Ты рискуешь, шасс. — Выдавил генерал, выслушав каждое слово Ашера. — Я упрям.

— Не сомневаюсь. — Улыбнулся мой муж. — Это мир. Хлипкий, но все же. Я доверяю тебе свою семью.

Рондо сощурил глаза, но все же согласно кивнул, разворачиваясь на месте и следуя к лодке.

— Что все это значит Ашер?

— Он любит тебя. — Ответил он, смотря мужчине вслед. — Любит настолько сильно, что готов отдать свою жизнь в твои руки, Огнина. Я не могу его за это ненавидеть. Я его как никто понимаю.

— К чему ты ведёшь? — Спросила я, понимая, что злюсь.

— Он единственный человек, который несмотря ни на что защитит тебя и наших детей. Такой верности можно позавидовать.

— Ашер, я знаю, что ты не договариваешь.

Муж только улыбнулся и крепче сжал мои пальцы:

— Позволь ему быть рядом. Он это заслужил.

Уже на рассвете наша лодка причалила к землям империи. Как мы и предполагали, Рамис лично встречал нас на причале, чинно и элегантно опираясь на свою трость.

По его глазам можно было легко прочитать облегчение и азарт, с которым он смотрел на наших детей. План старого шасса был обречён на успех, по-другому и быть не могло.

— Ты готова, Огнина? — Спросил он меня, когда подготовленная заранее упряж из виверн готова была отправляться в столицу.

— К чему именно, уважаемый господин Наат?

— К тому, чтобы вернуться. Как не крути, но это и твой дом тоже.

Взглянув на горизонт, над которым поднималось солнце нового дня, я неожиданно просто призналась себе, что готова.

Жизнь меняется, она не стоит на месте и всегда ждёт перемен. Ее мало волнует, кто займет трон, кто проснется в своей постели, а кто родится или умрет. Она просто движется, и все мы незаменимые детали этой огромной системы.

Уже следующим днём мой сын, Торос, был признан новым императором, при поддержке рода Наат и нескольких великих семей, что безоговорочно признали в нем достойного.

Его нарекли Великим Торосом Первым.

С этого дня началась новая жизнь, к которой мы были готовы. И я, Огнина Наат, с чистой совестью признаю — это лучшая жизнь из всех возможных.

И я не потеряла в ней ни дня.

Чего и вам желаю.

Конец