Глава 22

Где-то в пролеске из синей вспышки вывалились двое… Человек в чёрном балахоне и нагая девушка.

Кассандра, распахнув глаза, обнаружила себя посреди леса. Рядом с Вирсом. Еще не слишком понимая, что произошло, полуэльфа попятилась, опасливо глядя на мага.

«Может, он просто решил забрать себе мою силу, чтобы не делиться ни с кем..?»

Она стыдливо прикрывала свою наготу, в глазах стояли слезы. Сил на вызов стихии уже не оставалось, ведь сколько она выплеснула во время бойни с Вирсом там, на пустыре, да ко всему сказывались последствия столь длительного ментального воздействия.

Поэтому она лишь пятилась, запуганным зверем глядя на мага. Вся в ссадинах, кое-где были и синяки, на шее остался красный след от ошейника, и более отчетливый — черно-синий синяк по форме пальцев Вирса… Губы дрожали, она не могла вымолвить ни слова.

— Кэсс, прости меня. Я был идиотом. — Тихо произнёс чернокнижник, смотря пиромантке прямо в глаза, не предпринимая попыток подойти ближе, или сделать что-то ещё. Вообще извиниться перед кем-то для Вирса это уже было подвигом. — Тёмный… Он затуманил мой разум. Надавил на слабое место. Если захочешь, я потом объясню всё подробнее, а сейчас тебе нужно успокоиться и одеться, не то замерзнешь. — Голос заметно смягчился, теперь звуча даже как-то неестественно. Маг вполне понимал реакцию Кассандры. Но… вдруг она не поверит? Её право…

Кэсс перестала пятиться. После всего того, что с ней произошло, вспоминая, как таяла в руках Лестра, как жаждала убить Вирса. И как сам Вирс чуть не убил ее…

Она всхлипнула. Потом еще раз, задрожали плечи, задрожали губы. Она плюхнулась прямо на землю и разревелась, как маленький ребенок.

— Ну по-почемууууу все таааак? — Это была обычная женская истерика, ну, может не совсем женская, скорее детская. — По-п-очему все хотят меня уууубиииить? — Она вытирала слезы маленькими разодранными кулачками. Нос уже был красным.

После того, как сама стала жертвой воздействия, она поверила чернокнижнику, ну может еще не до конца, но все же очень хотела верить.

Вирс присел на корточки перед пироманткой.

— Теперь, тот, кто захочет тебя убить, будет иметь дело со мной. Пусть это будет даже сам Тёмный. — Рука в чёрной перчатке смахнула слезу с лица девушки. Сейчас он старался отодвинуть привычную холодность, совершенно четко понимая, что нужно девочке. — Отныне всё будет как раньше. Теперь не будет этих наваждений. — На лице мага мелькнула улыбка. Искренняя, настоящая улыбка, как у обычных людей, без доли холода или сарказма.

Кассандра еще несколько раз всхлипнула. Прикосновение мага оказалось неожиданно приятным. Голос его действовал успокаивающе, а то, что он сейчас улыбнулся ей и эта непривычная теплота во взгляде… Не задумываясь, Кэсс рухнула на мага, сшибая того с ног, усаживая прямо на траву. А сама же уткнулась ему в плечо, крепко прижавшись.

— Не предавай больше. Пожалуйста…

— Больше никогда… — Чернокнижник тоже обнял пиромантку, ощущая, как в замерзшем сердце екает что-то теплое, отзываясь, сочувствуя, сопереживая. Когда в последний раз он ощущал подобное? Очень давно… Ещё в родном мире. Ещё когда был совсем молод…

Последние сомнения пиромантки рухнули. Она простила Вирсу его недоверие, его ошибку. Прижавшись к нему, потерлась щекой о его плечо, словно котенок.

Они сидели так еще какое-то время, пока не задул прохладный ветер. Кассандра поежилась.

— Тебе нужна одежда. Так ведь и простыть не долго. — Чернокнижник, мягко отстранил девушку и снял свой балахона, оставшись в чёрной рубахе. Натянув одежду на девушку, маг легко подхватил ее на руки и понес прочь…

Стоило Вирсу с Кассандрой на руках немного пройти через зеленые заросли, как открылся выход на побережье. Тут, на самой кромке леса, их поджидал Доджи.

— Ай, да Доджи! Доджи всеееех спас! — Мелкий выскочил из кустов потрясая над головой синим амулетом.

— Ну, не без твоего участия… — Отмахнулся чернокнижник, шагая по пролеску. Кассандра устало улыбнулась, не в силах что-либо сказать.

— Думаю, провидица будет рада тебя видеть. — Дабы разрушить гнетущую тишину, Вирс решил поговорить хоть о чем-то. Чувство вины еще глодало чернокнижника. — Я как-то на роль внука не подхожу, а вот ты вполне. — Ледок снова вернулся в голос, правда уже не такой жгучий. А может, Кассандра к нему просто привыкла, кто знает… Доджи пританцовывая шел следом, всю дорогу увлечённо тараторя про «рыжего глазастого дылду» и ещё чёрт знает что, ибо среди его быстрой речи было весьма трудно извлечь что-то осмысленное.

Кассандра, пребывая в некоем трансе, молча размышляла… — «Интересно, рядом с ним все будут пытаться меня убить?» — Она украдкой посмотрела на чернокнижника. На душе было тревожно. Вместе с тем, ощущалось какое-то опустошение. — «Но он ведь обещал защищать…» — Эта мысль немного согрела.

Они еще какое-то время шли вдоль берега. Кассандра, почувствовав себя лучше, попросила опустить ее, и остаток пути шла сама.

Вскоре впереди показался дом ведьмы. Та уже ждала на пороге.

— Ох, заждалась я, совсем решили старую извести, негодяи? — Несмотря на то, что ведьма их ругала, весь ее вид говорил, что и вправду волновалась. — Ох, вы поглядите, еще и босая. Ну-ка, ну-ка, быстро в дом! — И ведьма начала подталкивать обоих внутрь. Доджи поспешил проскочить вместе со всеми.

Кэсс и не противилась. В доме ведь было тепло и уютно, а девушка сейчас ощущала себя разбитой и усталой. Да и Вирс сам был не в лучшем состоянии. Больше он устал морально, чем физически, ибо давно не испытывал ничего… подобного. Зайдя в дом, чернокнижник остановился у окна, скрестив руки на груди. На языке крутился лишь один вопрос: Баалзамон, действительно ли он здесь? Или это просто самомнение, паранойя, игра фантазии? Но толку-то сейчас? Ведьма полностью занята Кассандрой, которая, впрочем, это заслужила.

А ведьма тем временем скрылась за дверью, которая до этого была скрыта ширмой. Кэсс стояла у камина, грея замерзшие босые ноги, кутаясь в балахон. И все же неловкость между ними сохранялась.

Через несколько минут старуха показалась из-за двери, взяла деревянную кадку, сложила туда мыло, мочалку и пару полотенец.

— Так, оба в баньку. И ты, — она строго посмотрела на Вирса и ткнула в него крючковатым пальцем, — ее хорошенько отмоешь. Потому как сама она еле на ногах стоит, а я уже старая для таких делов. А вам все равно не привыкать.

Кассандра покраснела, понимая, что старая ведьма знает об истории с источником… — «Вот позорище…»

Вирс кашлянул, сдержав оторопелые нотки. — «Что, опять??? Переигрывает бабулька…» — Но что поделать. — А банька-то где? Не здесь же? — Поинтересовался своим фирменным холодным тоном…

Кассандра же стояла столбом, оторопело глядя поочередно то на ведьму, то на чернокнижника. Только вот в чем была проблема? Ведь еще час назад она перед ним голая рассекала, после несостоявшегося ритуала. К тому же, вспоминая некоторые подробности общения с тем гипнотизером ощущала себя по-настоящему грязной. Хотелось поскорее смыть с себя все те прикосновения.

Но представив, что ей придется уединиться с Вирсом в полумраке помывочной, девушка неконтролируемо начала нервничать. Куда-то вниз покатилась самооценка. А вдруг она недостаточно красива, а вдруг ему не приятно на нее смотреть? А может ему вообще длинноногие нравятся? Только вот выбора не оставили.

Ведьма впихнула чернокнижнику кадку со всем необходимым и теперь подгоняла их в сторону «баньки». Сжав губы в полоску, что те аж побелели, Кэсс, старательно не глядя на Вирса, побрела в указанном направлении. Вирс, конечно же, заметил странное поведение пиромантки и теперь гадал чем оно было вызвано… Зайдя следом за Кассандрой, чернокнижник закрыл дверь.

Комната, где они очутились и вправду походила на маленькую баньку. Лавка у стены, котел с водой, нагретые камни вокруг и печь в полу под котлом. Тут же было несколько деревянных лоханей, в одной из которых мог бы без труда поместиться сидящий человек. В углу бочка с холодной водой. Здесь было жарко, воздух пропитался влагой. Освещалось помещение парой лучин.

Стараясь не думать, что Вирс идет следом, Кэсс, стоя к нему спиной, стянула через голову балахон. Когда же протянула руку, чтобы повесить тот на крюк, торчащий из стены, ее заметно покачнуло, быть может от слабости или же от нервов, а может и просто от пара, смешанного с запахом душистых трав. Чернокнижник тут же подхватил ее, прикосновение обожгло холодом.

— Чем они тебя там пичкали, что даже на ногах не держишься? — Ехидно, как в старые добрые времена, поинтересовался он. Сам чернокнижник никакого смущения не испытывал, ибо напрочь был лишён подобного, отвык уже смущаться. Да и Кэсс он находил весьма привлекательной девушкой, при всём при том, что ранее Максимилиан Джоан Вирс, ещё до ухода из академии и связи с Тьмой, славился весьма утончёнными вкусами. Впрочем, неловкость маг все равно ощущал, просто не знал, как себя теперь правильно вести с ней. Не хотелось снова обидеть. И вот эти ощущения вкупе с непониманием и незнанием, просто невероятно злили.

— Не знаю. — Голос полуэльфы был тих. Несмотря на то, что Вирс уже возвращал их общение к «нормальному», она сама все еще не могла окончательно прийти в себя. — Все как в тумане. Помню только невероятной силы злобу, которую испытывала… к тебе. А еще зеленые глаза этого Лестра. Каждый раз, когда я пыталась высвободиться, понять, что происходит, он появлялся рядом и сначала долго смотрел, а потом… потом целовал. — Кажется последнее слово далось Кассандре с большим трудом. Сейчас она с омерзением вспоминала, как горячие руки того мага обследовали ее тело, как он целовал ее, как сама пылко отвечала ему. — Хорошо, что больше ничего не делал. — Она покраснела, вся сжалась. Ей было стыдно говорить о таком, но почему-то казалось важным, чтобы Вирс знал, что ее все же оставили… невинной. — И постоянно этот странный голос в голове. Я не могла разобрать мои ли это мысли или кто-то пытается внушить все это. А когда начинала предпринимать попытки… Не знаю, как объяснить, физической болью это не назовешь, но больно было однозначно.

— Видел я глаза этого конопатого. Он гипнотизёр, менталист, весьма опытный. Тем более, ошейник, то что был на тебе одет… Я, честно говоря, хотел изучить его подольше, если можно было бы потянуть время… — Задумчиво произнёс чернокнижник, припоминая замысловатое магическое плетение. Но один взгляд на Кэсс, и маг решил перевести тему. — Тут нет твоей вины, не нужно так сжиматься, будто ты всё это по своей воле делала. — Ободряюще произнес он.

Кэсс кивнула и все же немного расслабилась. Звучание знакомого спокойного голоса успокаивало. Она немного покачнулась, на этот раз специально, и прижалась обнаженной спиной к груди Вирса.

— Спасибо, что не бросил. И спас. — Она прикрыла припухшие от слез глаза. — Спасибо.

Она почти шептала, но говорила искренне. Тепло ее сущности окутывало теперь их обоих, ведь она действительно говорила «спасибо» от всей души. Вирс изогнул бровь, бросив взгляд на Кассандру, которую, похоже, совсем развезло. Усмехнулся своим мыслям и позволяя девушке вот так немного постоять с ним. «Наверное, ее это успокаивает».

— Бабуля нас мыться отправила, а мы тут откровенностями обмениваемся. Ну не беспредел? — Улыбаясь шепнул чернокнижник спустя некоторое время, и все же отстраняясь, стягивая с рук перчатки. — Тебе помочь или ты сама? — Вопросительно посмотрел на пиромантку, надеясь, что всё-таки сама… Слишком «слишком» уж это было для чернокнижника…

Кэсс хмыкнула, да, с ним всегда одновременно и легко, и нелегко.

— Наверное, лучше сама, а то я себя принцессой начну чувствовать, а тебя воспринимать как фрейлину. — Кассандра понемногу приходила в прежнее состояние. Тем более, что маг этому плодотворно способствовал. Она представила Вирса в розовой пачке и не сдержавшись прыснула со смеху. — Извини. — Хитро прищурившись она искоса глянула на мага. — «Да, теперь все вернется на свои места. Обменялись попытками убить друг друга и дальше дружить. Ну что за жизнь?»

Она отодвинулась от чернокнижника, потянулась к котлу с горячей водой и на этом этапе затормозила.

— Хотя может ты поможешь все же..? — Она виновато посмотрела на Вирса. — А то сварить себя заживо я как-то не хочу. Нальешь воды в кадку? — Смущение понемногу проходило, хотя девушка еще и ощущала некую неловкость и старалась прикрыться или встать к Вирсу боком.

— А как ты до меня, например, голову мыла? Если ты прикасаешься к своим волосам, и они тут же вспыхивают? — Зачерпывая кипяток большим ковшом, Вирс сливал его в самую большую лохань.

— Ооо, это весьма интересный процесс. — Понуро отозвалась девушка, разбавляя кипяток холодной водой. — Приходилось набирать в какую-то емкость воду, хорошенько разбавлять ее мылом, отмачивать волосы в этом растворе, а уж потом промывать в чистой воде. При том, не дай боги, коснуться, чтобы они воспламенились, потому как когда потухнут — мыло все засыхает напрочь и приходится в теплой воде очень и очень долго полоскаться.

Кэсс перекинула одну ногу через бортик, наклонилась, уже подняла вторую ногу, собираясь влезть в кадку целиком, но тут координация подвела, да и от наклона перед глазами снова засверкали звезды, и Кассандра полетела в воду, попутно ее расплескав и нехило так окатив Вирса.

— Упс. — Она уже сидела в воде, вся мокрая и смотрела на не менее мокрого мага.

— Ну-у-у… — Без эмоционально протянул чернокнижник, смахивая с глаз воду. — Мне всё-таки тоже помыться не помешало бы, вот и осуществили… — Он пожал плечами.

Кэсс, спрятавшись в волосах, еле сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

— Прости. — Хихикая выдавила она.

Через несколько секунд, казалось, неловкого молчания он снова произнёс, тоном человека, твёрдо решившего что-либо сделать:

— Но отныне ты ещё и акробатике у меня учиться будешь. А то ты так шею себе свернёшь скоро. Дурацкая, согласись смерть, упасть в собственной ванне и разбить голову. — Действительно, чернокнижник был абсолютно серьёзен, ведь сам он кое-что понимал в подобных вещах, хоть даже до среднего уровня мастерства не дотягивал.

На это заявление Кэсс не знала — то ли радоваться, то ли плакать. А если плакать то за кого? За себя или за Вирса? Ибо ее неуклюжую тушу вряд ли можно было обучить хоть какой-то ловкости. Разве что танцевала она, по мнению зрителей, просто восхитительно. Но то танец, рвущийся прямо из души, неконтролируемый…

— Как скажете, господин учитель. А пока, будьте так любезны, помогите мне с волосами.

Чернокнижник принялся за работу. Намылив, а затем как следует промыв золотистые волосы, он собрал их в тугой хвост, намереваясь отжать лишнюю воду. Но тут взгляд его упал на шею девушки. Пресловутое ночное зрение позволило даже в полумраке отлично рассмотреть синяк на бледной коже. Сжав зубы, маг коснулся следов кончиками пальцев. Девушка вздрогнула, обернувшись.

— Болит? — Голос его звучал грозно, но злился маг сейчас только на себя. — «Как я мог поверить Шайи’тану? Идиот…»

Кэсс, не найдя подходящих слов, только отрицательно покачала головой. На миг колыхнулся страх перед стоящим позади магом, но этот порыв девушка быстро погасила.

«Признается она, как же…» — Мелькнуло в мыслях чернокнижника. Все же отжав волосы, маг отошел в дальний угол, тоже намереваясь помыться. Остаток времени они провели в молчании.

Когда водные процедуры были закончены, Вирс положил на лавку рядом с еще домывающейся Кэсс полотенце. Сам же наскоро вытерся, натянул штаны с рубашкой и вышел.

Проводив мага взглядом, пиромантка решила, что ему, наверное, тоже нужно какое-то время, чтобы пережить произошедшее. Она нисколько не винила его, но, похоже, Вирс и сам справлялся с ролью обвинителя.

Закончив, пиромантка не торопясь растерла раскрасневшуюся кожу полотенцем, использовать силу сейчас не хотелось, да и слаба она была. Затем заглянула в маленькую кадку, что дала ведьма. Здесь обнаружилась и одежда. Простое белье, хлопковая белая рубашка и льняные брючки простого покроя, на выходе уже стояли легкие кожаные мокасины. В общем, из «баньки» Девушка вышла чистая, в простой, но явно новой, по размеру, одежде, — «И откуда только бабушка ее взяла? Хотя, она ведь наверняка знала, что мы придем…»

Золотистые волосы, мягкие после помывки свободно струились по спине и плечам. Порезы уже не были так заметны, но вот черный синяк от Вирсовой пятерни выделялся весьма ярко, особенно на фоне белого воротничка.

— Другое дело! — Оценила провидица, глянув на полуэльфку. Она уже суетилась вокруг стола. — Давайте за стол. Поедите, отоспитесь, а там уже обсудим, что дальше делать.

Ведьма разлила по чашкам ароматный отвар, поставила на столе горшочки, в которых было мясное жаркое, и сама села за стол.

— И еще что скажу — спать будете рядышком, потому как иначе Темный опять к тебе в мысли пробраться может. Сны — его территория, а в Огоньке даже для него слишком жарко. Тебя то ее жар не тронет, а вот ему мозги то повыжжет. Тогда-то в городе, ты ее сам сперва ослабил, вот девочка под воздействие и попала. — На эти слова ведьмы маг немного сконфузился.

— Понятно… — Фыркнул чернокнижник, ковыряясь вилкой в горшочке, пытаясь что-то рассмотреть там.

Кэсс принялась за еду с аппетитом, так же, как и Доджи, который восхищался здесь всему. — «Интересно, чем он раньше то питался?» — Наблюдая за чудиком, который с восторгом поглощал еду, думала полуэльфка.

Через несколько минут тишины чернокнижник снова поднял глаза на провидицу. — Кстати… Жезл твой я принёс, а про тот белый силуэт ты так ничего и не рассказала.

«Или специально не рассказала…» — он выудил из горшочка добрый кусок мяса и отправил в рот, ожидая ответа ведьмы. — «Это же надо… Пришёл всего лишь за ответом, а из всего этого столько вышло. И не только приятного… Наверняка она даже знает, куда я дальше собираюсь идти. И зачем… Вот почему я с детства провидиц и пророков не любил. Всё знают. Всё видят. Так и параноиком стать не долго».