6. Снег на голову

Отвадить Мартина и других магов, протоптавших к моему дому незарастающую тропу, было сложнее, чем вывести кусачек и насекомых. К тому же, к последним двум я уже как-то привыкла, да и при помощи местных огород мой перестал напоминать молодой лесок, и культурных растений в нем все-таки стало больше, чем вульгарных сорняков.

Но кусачки продолжали держать глухую оборону, чутко реагируя на любую угрозу. И только Мартина встречали, как давнего друга, радуясь всеми своими отростками и разве что длинными широкими листочками не хлопая, стоило ему появиться на огороде.

Кусачек маг раскормил так, что теперь они стали полноценным кустом — травой такую махину уже не назовешь. Более того, видимо, они действительно как-то взаимодействовали друг с другом, поскольку радовался парню не только ближайший куст, но и его сородичи по огороду требовали внимания и подношений. От любых магических попыток извести этот мерзкий сорняк, он только жирел и матерел.

Я сначала бесилась, а потом подумала, что такими темпами у меня появится естественная защита от драконов. Впрочем, до драконов было еще далеко. Тыквы не особенно-то росли, хотя сил я уделяла им больше всего. Но те же помидоры уже начали завязываться, фиолетовые баклажано-огурцы понемногу плодоносили, а тыквы только выбрасывали цветы, но в завязи не шли. Да и в целом, казалось, выглядели все хуже.

— Я не понимаю, чего им не хватает! — в сердцах высказала я пугалу.

Тыквы чахли на глазах, тогда как сорняки вокруг, наоборот, перли с удвоенной силой. Только успевай корчевать и вырубать.

— Удобрений? — предположил пугало.

— Возможно, — согласилась я. — И чем их удобрять?

У нас можно было пойти в магазин и купить готовое и расфасованное. А тут?

— Не знаю, — честно отозвался мой друг на шесте.

Но хотя бы свою коронную фразу «ты же ведьма» добавлять не стал.

Вообще, чем примерно удобрять, я представляла. Бабка у соседей регулярно коровий навоз покупала. Еще конский — его она особенно хвалила.

Но с живностью здесь была напряженка, да и свежий навоз как удобрение не подойдет, а готового перегнившего у крестьян не имелось — все уже раскидано на поля.

Вечером я пошла к циклопу, так сказать, по-соседски, захватив бутыль бабкиного самогона из закромов.

Циклоп нам с бутылем, ясное дело, обрадовался.

— Слушай, Ягр, — начала я, когда он разлил самогон по кружкам, которые у нас называют пивными. — А ты не знаешь, какое самое лучшее удобрение?

— Драконье дерьмо, конечно, — удивился вопросу Ягр.

Волшебный мир — волшебные удобрения.

— И где его взять? — задала следующий вопрос я.

Циклоп посмотрел на меня как на идиотку.

— У драконов.

Логично, черт побери!

— А купить у кого-то нельзя?

— У драконов.

— Так они его еще и не отдадут бесплатно? — поразилась я.

— Драконы — бесплатно? — хохотнул Ягр и опрокинул в себя кружку, после чего довольно крякнул.

За первой кружкой последовала вторая и третья — моя, тоже отданная циклопу, пить ядреный бабкин алкоголь я не собиралась. А там и бутыль закончилась.

— Знаешь, я после вопроса о драконах подумал, что хорошо, что на тебе не женился, — признался захмелевший Ягр. — Уж больно ты странная.

— Ну, спасибо! — я встала, решив оставить пустую бутылку циклопу.

— Да не, щас присмотрелся — вроде ниче такая, — расплылся в лыбе циклоп, подмигивая мне единственным глазом.

Конечно! После третьей кружки все кажутся ничего.

От циклопа я вышла еще более задумчивая. Драконы жили слишком далеко. До них пехом несколько недель пути. Ну, предположим, дойду. А как потом «удобрение» тащить? На тачке? Или они сами прилетают и удобряют на месте? Ведь если они его продают, то логично предположить хотя бы мало-мальский сервис или доставку.

Впрочем, о чем это я. Какой может быть сервис, когда я каждый день хожу к колодцу за водой и готовлю еду в печи? Тут, поди, и слова-то такого не слышали.

Устав биться с огородом, я решила устроить себе выходной. В этом мире слова “выходной”, как и слова “сервис” никто не знал, отдыхали здесь исключительно по праздникам, которых в разгар лета и огородного сезона, понятное дело, не предусмотрено.

Мне же вконец осточертел огород, тыквы, пугало со своими ценными советами. И маги, которые становились все наглее. Несколько пытались меня усыпить или еще как-то воздействовать, а некоторые — даже скрутить, закинуть на коня и увезти, и если бы не дом, то сама я бы от них не отбилась.

Но пока что защита работала, к тому же маги, как выяснилось, искренне боялись ведьминых проклятий, и все равно надоели мне пуще горькой редьки.

Провести выходной захотелось на речке — и искупаюсь, и вымоюсь нормально, и постирушки устрою.

Ягр вызывался поохранять меня на бережку, но при этом так скабрезно лыбился, что мыслей принять столь щедрое предложение у меня не возникло.

Местная нечисть оказалась не такой, как я себе представляла, и крестьяне долго потешались, когда я начала расспрашивать их о русалках и леших. Здесь водилась всякая живность, имеющая магическую природу и какую-то силу, но разумной и, тем более, человекообразной она не была.

Собрав вещи для стирки (вот уж не думала, что что когда-то еще придется стираться в речке!), два простых грубых полотенца для лежака и для обтирания и нехитрый перекус, я пошла искать речку.

Собственно, нашлась она быстро и совсем недалеко от моего участка, достаточно широкая, чтобы нормально поплавать, вот только берега сплошь заросшие. Отыскать подходящий спуск оказалось нелегко, так что я прилично прошла вдоль, пока не наткнулась на утоптанную полянку. Наверное, и местные сюда захаживают. Расположившись и как следует оглядевшись, я скинула с себя одежду и с наслаждением выкупалась. Вода была в меру теплой, течение несильным — самое то. После одевшись в белье и длинную нательную рубаху — бабкин гардероб тоже перешел мне по наследству — я постирала и выполоскала вещи. Задача минимум выполнена, теперь можно смело валяться на бережке в собственное удовольствие.

Я вытащила пирожок от тетушки Румы — кабы не работа на огороде, точно бы набрала здесь несколько лишних кило благодаря ее стряпне. Ветерок легонько играл листьями и камышами, по воде бежала мелкая рябь, то тут, то там выныривали рыбешки, а облака неторопливо и величественно ползли по небу. Идиллия.

Которую нарушил неожиданный шорох в кустах.

Я встрепенулась и обернулась на шум, наткнувшись взглядом на морду, напоминавшую волчью или собачью, но горящий янтарный взгляд с узким горизонтальным зрачком и торчащие из широких ушей костяные наросты, заканчивавшиеся шипами, придавали твари отнюдь не умильный вид.

А уж какие показались в оскале зубы…

Я сама не поняла, как очутилась на дереве. Только что лежала на расстеленном полотенце — и уже сижу на ветке!

Довольная нечисть, а ничем другим подобное существо быть не могло, деловито помахивая тонким шипастым хвостом, вышла к моей стоянке и принялась изучать доставшиеся ей по праву сильнейшего вещи. Больше всего, разумеется, заинтересовалась прихваченной едой в корзинке, там же и сыр, и колбаса, и еще два пирожка… Было…

Даже квас из кувшинчика вылакала, зараза!

И нет, чтобы на этом уйти, как подобает нормальному животному, эта тварь разлеглась на моем полотенце и принялась ждать, пока я спущусь.

Чувствую, на дереве мне куковать долго. А с учетом того, что единственный пирожок у меня уже переварился, одежды на мне — одно исподнее, преимущество было на стороне врага.

Мы сидели, вернее — сидела я, а нечисть лежала. От скуки она уже порылась в постиранных вещах, вытащив их и как следует изучив — столько труда насмарку! — и вновь вернулась на облюбованное полотенце. Вечерело, ветерок из приятного сделался прохладным, но нечисть явно никуда не торопилась, а мне попросту деваться некуда. Чем бы оно ни было, бегает всяко лучше меня.

Но должно же ей когда-то надоесть?!

Видимо, развлечений в здешних краях совсем немного, и тварюшка продолжала лежать, поворачиваясь с бока на бок и время от времени поглядывая на меня.

Я сидела на ветке и скрипела зубами. Вот же попала! Мартин знает, что я собиралась сегодня устроить день ничегонеделания, сама же просила его не беспокоить. Значит, раньше завтрашнего утра меня не хватятся…

Это мне что, всю ночь здесь торчать?!

Местное светило медленно клонилось к закату, стало еще свежее и грустнее, когда ветки раздвинулись и из них выпрыгнул пес Ягра, тут же облаяв нечисть. Та мгновенно оказалась на ногах, вздыбила шесть и прятавшиеся в ней вдоль холки шипы. Сам Ягр не заставил себя ждать.

Нечисть, решив, что раз она напугала безобидную меня, то справится с любым врагом, отважно кинулась на циклопа. А после красиво и с визгом улетела по параболе в воду, подняв кучу брызг.

— А ты гришь — маги! — ухмыльнулся довольный Ягр. — Они пока своей магией магичить будут — их десять раз сожрут. К тому же конкретно этот магией плохо убивается.

— Сп-пасибо, — отозвалась я.

От нервов и холода зуб на зуб не попадал.

— Слезай давай, ведьма, — лыбился Ягр, и не думая отворачиваться.

Сказать оказалось проще, чем сделать. Залезла-то я со страху, а вот слезть не получалось — до нижней ветки я не доставала, а прыгать было высоко и страшно. Но не просить же Ягра помочь!

Пришлось как-то прыгать, повиснув на ветке. Руки я себе в итоге немного ободрала, но это сущая ерунда. Проблема в вещах. Нечисть оказалась не только страшная и шипастая, но и зловонная. Полотенце, на котором она лежала, проще было сразу выкинуть, чем отстирать от запаха и жесткой, как щетина, шерсти. Вещи мои были обмусолены и изгрызены, в том числе и те, которые я постирала. Парочку, кажется, она еще и пометила, на будущее, наверное, чтобы проще находить.

Сама тварюшка переплыла на другой берег, вышла, отряхнулась и стояла, наблюдая, как я в бессильной злобе натягиваю на себя пожеванный сарафан и обгрызенные туфли. В ее отчетливо горящем в темноте взгляде мне чудилось злорадство.

— А я предлагал покараулить, — тоном мамы “которая же говорила” нудел циклоп. — Уж кто здеся лучше со всякой нечистью разберется. Но вы ж, ведьмы, головастые, не слушаете друзей.

— Как ты меня нашел? — спросила я, больше, чтобы перевести тему.

И так было тошно. Устроила, называется, себе выходной. Сходила на речку.

— Да зашел проверить, что ты дома и цела, а тебя нету. Ну и дал Гаву, — с кличкой Ягр не морочился, — задание тебя искать.

Циклоп любовно потрепал пса за шкирку.

— Спасибо вам, — искренне поблагодарила я.

— Да брось, — отмахнулся Ягр. — Просто ты уж зови в следующий раз, а то тебе еще безобидная нечисть попалась, от нее и сама могла палкой отбиться.

Я сглотнула, представив, что если эта “безобидная”, то какая тогда обидная?

Ягр с Гавом проводили меня до дома, где радостным писком встретил пугало. Вещи я заносить в избу не стала — оставила на крыльце проветриваться, завтра постираю.

— Как отдохнула? — крикнул пугало, пока я набирала воды из колодца — мне срочно требовалось помыться после такого “купания”!

— Замечательно! — с чувством ответила я. — А главное — впечатлений масса!

— Это хорошо! Отдыхай тогда почаще, — посоветовал этот умник.

Я же едва ведро не выронила, представив себе повторение такого отдыха. Ну уж нет! Лучше я поработаю!

Кусачие кусты казались родными и безобидными.

Вняв знаку судьбы, что надо работать, а не маяться дурью, следующий день я уже привычно проводила на огороде. И даже шла на грядки без отвращения, а воспринимала ситуацию как необходимое зло. К тому же заняться здесь было все равно нечем: ни интернета, ни книг, ни каких-то других развлечений. А после вчерашнего купания я убедилась, что на огороде оно всяко лучше. Как минимум — безопаснее.

Обедать я как-то традиционно устроилась в тени пугала. К его болтовне уже привыкла за минувшие пару недель, а еще он неплохо отпугивал насекомых, и рядом с ним никто не надоедал жужжанием.

Именно поэтому я едва хлеб не выронила, когда перед глазами что-то промелькнуло и принялось мельтешить у лица.

— Это что еще? — надо мной кружил мелкий неопознанный летательный объект, мало походящий на живой.

Скорее какой-то журавлик из бумаги или хитрый самолетик.

— Вестник, — подсказал пугало. — Просто ладонь раскрой.

Я раскрыла и в нее опустился хитро сложенный лист бумаги, услужливо развернувшийся сам. Сначала я запаниковала: местная письменность напоминала не то иероглифы, не то просто каракули. Но стоило вглядеться, как непонятные символы стали вполне понятными словами.

— "Буду через два дня. Зоран Дрогар". Ну, наконец-то! — всплеснула руками я.

— Ты что, радуешься? Ему, что ли? — удивился пугало.

— А кому же ещё?

— И чему же ты радуешься, я не понимаю? — продолжил докапываться он.

— Ну как же? Хоть один вежливый попался, предупредил заранее о визите, — пояснила я.

На самом деле, эти маги порядком утомили. Понимаю, почему бабка их всех не любила и гнала в шею.

— Кхем, Галя, боюсь тебя немного расстроить… — начал издалека мой друг на шесте. — Но Зоран — это и есть жених твоей бабки, от которого она сбежала.

— Немного? — после длинной паузы переспросила я. — Это называется "немного расстроить"?!

Новость была, прямо скажем, не из лучших, если не из худших.

— И чего ему от меня надо?

— Вот и узнаем. Но я бы на твоем месте заранее подготовился и лопату держал под рукой, — продолжил «немного» расстраивать пугало.

Вечером пришел Мартин с новой порцией зелий. Кусачим кустам мы объявили временное перемирие, все равно ото всех попыток мага их извести, те только разрастались и жирели. Поэтому я перенаправила энтузиазм парня в другое русло — делать удобрения.

Экспериментировали мы, ясно дело, не на тыквах, на которые я и без того дышать боялась, а на помидорах, расплодившихся на огороде не хуже сорняков. Скоро их выпалывать придется.

Как и всегда, я помогала юному магическому дарованию держать разные банки-склянки и заодно следила, чтобы он ненароком что-то не ливанул, куда не надо.

— Ты случайно не слышал что-нибудь про Зорана Дрогара? — между делом поинтересовалась я.

— Разве есть хоть один маг, который бы о нем не слышал! — восторженно обернулся Мартин, едва не выплеснув на меня содержимое пробирки. — Это же сильнейший темный маг королевства! Он у нас один раз давал открытый урок — так даже магистры пришли посмотреть и послушать!

— Темный маг… — повторила я. — Значит, он действительно чернокнижник…

— Но уж вы-то как ведьма должны быть без предрассудков! — укорил меня парень. — Это всего лишь магия! Уверен, он бы в два счета ваши сорняки извел!

Звучало, конечно, заманчиво, чтобы хоть кто-то, наконец, извел мне сорняки. Потому что по-хорошему умирать они явно не хотели. Да и по-плохому тоже. Мартин уже все перепробовал, чуть тыквы мне не угробил, поганец. Так что кто-то профессиональнее мне бы не помешал.

Вот только непонятно, что вообще нужно от меня этому Зорану? Неужели за шестьдесят лет он не нашел другую ведьму?

Или решил посмотреть на внучку строптивой невесты? Надеюсь, он не предъявит мне счет за пережитые унижения от бабки? Я-то, если подумать, совсем ни при чем!

Но все-таки попросила Мартина прийти через два дня пораньше. При свидетелях меня убивать не станут. Надеюсь.

Два дня я провела как на иголках. За это время ко мне наведались четыре мага, которых я быстренько отшила и выпроводила. Утром третьего дня звон колокольчика на заборе показался мне набатом. Я подскочила и осторожно выглянула в окно, но за вымахавшими цветами мало что разглядела. Так что, выходя из дома, захватила с собой лопату. Исключительно на всякий случай.

За калиткой стоял мужчина в темной одежде, выглядящий максимум лет на сорок. На хорошие такие сорок, которые бывают при регулярных занятиях спортом, правильном питании и всем таком прочем. И никак не на восемьдесят, которые ему наверняка исполнились. Высокий, плечистый, но при этом больше худощавый, не качок. Черные прямые волосы чуть свисали, не касаясь плеч, аккуратная эспаньолка, хищный нос и пронзительно-синие глаза.

Он был определенно красив. И также определенно опасен.

— Добрый день, проходите, — по-деловому поприветствовала его я.

В конце концов, по работе мне попадались разные клиенты, и сложных среди них встречалось немало. Услугами дизайнера простые люди обычно не пользуются, а те, кто желают интерьер с претензией, зачастую отличаются весьма поганым нравом.

— Здравствуй, — после короткого молчания, во время которого внимательно разглядывали уже меня, отозвался чернокнижник и прошел через калитку.

За ним следовал вороной жеребец с шикарным хвостом и гривой.

Ну просто картина маслом: темный-темный маг на черном-черном коне.

— Животное можете привязать у сарая, там найдете овес и ведро для воды. Колодец за домом, бочку с теплой водой тоже увидите, — проинструктировала гостя я.

— Благодарю, — чернокнижник не отличался разговорчивостью.

Пока я грела чайник на плите и жарила глазунью с овощами, маг позаботился о коне и постучал в дверь. Ах да, приглашение на вход в дом дать забыла.

— Заходите в дом! — крикнула, чтобы не упустить наш завтрак.

Зоран Дрогар прошел внутрь. Дорожный плащ он успел снять, небрежно перекинув его через руку. В другой маг нес седельные сумки, которые прислонил к стене возле обуви — разулся сразу, напоминать не пришлось.

— Присаживайтесь, завтрак скоро будет готов, — указала ему на стул.

Чернокнижник молчал. Не спрашивал ни о чем, не задавал вопросов, сидел и буравил меня взглядом — я спиной чувствовала, оттого стояла особенно прямо, словно палку проглотила. Из-за этого из рук все валилось, включая сковородку, ручку которой я нечаянно задела локтем, и та едва не грохнулась. Но, накренившись, остановилась и медленно вернулась обратно.

— Спасибо, — бросила через плечо я.

Маг не ответил.

Если бы не короткое приветствие, я бы вообще усомнилась, что он говорящий.

Когда яичница была в тарелках подана на стол вместе с ароматным хлебом, маслом, сыром и солью — куда же без нее, травяной чай разлит по кружкам, я пожелала магу приятного аппетита и принялась есть.

Прежде чем притронуться к еде, маг сделал короткий пас, видимо, проверял на наличие «посторонних» веществ.

— Не бойтесь, не отравлено, — как можно спокойнее произнесла я, хотя было неприятно.

Я тут вообще-то старалась! Мог бы как-то незаметно проверить, если уж не доверяет, а не так открыто!

Мы ели в молчании. Я время от времени посматривала на Зорана, он же совершенно не обращал на меня внимания, наверное, увидев все, что ему интересно, еще в первые минуты встречи.

Он ел не торопясь, будто бы не только с дороги, медленно, аккуратно, правильно держа столовые приборы длинными ровными пальцами. И чай пил красиво, не прихлебывая. Я даже как-то успела отвыкнуть от таких воспитанных людей с безукоризненными манерами, хотя, в целом, ничего сверхъестественного он не демонстрировал. Просто обычное хорошее воспитание.

— Благодарю за кров и еду, ведьма, — медленно произнес маг, когда тарелки перед ним опустели. — Полагаю, ты знаешь, что привело меня сюда.

— Понятия не имею, — честно ответила я, собирая грязную посуду. Помою потом, а сейчас пусть стоит подальше.

Ее и так немного осталось, уже прилично о головы его предшественников перебилось…

— Ты ведь слышала нашу с Занией историю, — начал он.

— Что вы хотели на ней жениться против ее воли? — уточнила я.

Мало ли у него иная трактовка событий?

— Да, — подтвердил маг, — все так. Я хотел получить самую сильную ведьму в жены, не узнав ее волю и даже заведомо пойдя против оной.

— Надеюсь, вы поняли, что ошиблись, и сделали верные выводы, — поддела его я.

Все же в моих глазах он был бабкиным обидчиком, о чем не следовало забывать. И напомнить ему тоже не помешает.

— Поверь, за шестьдесят лет я сполна осознал свою неправоту, — со вздохом подтвердил он.

— Значит, мне не стоит бояться, что вы начнете разными способами склонять меня к браку? — поинтересовалась я.

— Нет, — подтвердил маг. — С ведьмами вашей семьи я больше связываться не рискну.

Хотя он ведь, наверняка, женат. Поди, нашел другую, более сговорчивую, за шестьдесят-то лет.

— Вот и хорошо, — кивнула я. — Это и была цель вашего визита?

Маг удивленно вскинул темную бровь.

— Ты все-таки не знаешь? — удивился он.

— Не знаю о чем?

— О брачной клятве.

Внутри у меня все разом похолодело.

— Какой еще клятве? — дрогнувшим голосом поинтересовалась я.

— В Ковене я дал брачную клятву на волосе твоей предшественницы и своей крови. По сути, связав себя нерушимыми брачными узами с ней, — каждая новая фраза звучала все страшнее и страшнее, падая, словно камень.

— Вы женаты на моей бабке? — уточнила я, украдкой вытерев ладони о юбку.

Ой, какие у меня плохие предчувствия!

— Она не подтвердила клятву со своей стороны, но и не отринула ее. Так что, фактически, да.

— Но она мертва! — я вскочила со стула, не в силах усидеть. — Значит и вы свободный вдовец.

— Не все так просто, — синий взгляд мага пронизывал насквозь. — Ты ее преемница, тебя признал дом, приняла земля. В тебе ее сила и кровь. Она со своей стороны клятву не давала, значит, теперь я связан с тобой.

— Так, — я потерла виски, — послушайте. У меня в планах вернуться в свой мир, моя жизнь там, а не здесь. Так что никакая дополнительная связь мне не нужна.

Особенно с бабкиным бывшим. Кому сказать!

А вдруг он мой дед? Бабка никогда не рассказывала, от кого родила мою маму.

— А у вас с моей бабк… ушкой ничего не было? Просто вдруг…кхм… мы родственники?

Серьезно, назвать привлекательного мужчину, выглядящего совсем немного старше меня, дедушкой, было нереально.

— Точно нет.

— Фух, — облегченно выдохнула я. — Так что там со связью? Ее можно оборвать?

А то вдруг мир меня не отпустит? Верховная ведьма весьма однозначно говорила, что мне нельзя обзаводиться связями…

— Можно, — подтвердил чернокнижник. — Ты можешь.

— Каким образом?

— Просто выдерни свой волос, откажись от клятвы и сожги его на огне, — с заминкой ответил маг.

Кажется, он слегка удивился, что я не знаю таких простых вещей.

Ну, простите, ведьмовскому искусству не обучена.

Я достала свечу, поставила ее на стол и уже почти развернулась, чтобы пойти за кресалом, как огонек на фитильке вспыхнул. Магу даже пальцами щелкать не пришлось. Пламя тут же отразилось в потемневших, как предгрозовое небо, глазах.

Не собираясь мучить его неизвестностью и себя заодно, я безжалостно выдрала из прически волос и четко произнесла:

— Зоран Дрогар, я не принимаю твою клятву, — и посмотрела на мужчину.

Он кивнул, подтверждая, что все правильно, и я поднесла волосинку к огню. Тот в два счета сожрал его и не заметил.

— Все? — спросила я.

Маг смотрел на меня каким-то странным и совершенно нечитаемым взглядом.

— А ты не видишь, что нет?

— В смысле «нет»? — опешила я. — Я же делала точно, как вы сказали!

— Нет, не точно, — не согласился он, нехорошо прищурившись. — Ты должна применить свой дар, а не просто сжечь волос.

И тут-то я поняла, что у нас проблема…