9

Виктория

Стефан обошел весь дом, определив подъездную дорожку, как самое удобное место для разговора. Виктория сняла сверкающие босоножки, потому что хоть и просидела в них весь ужин, но ступни от высокого подъема всё же устали. Она не сожалела о своих словах, которые некоторые могли счесть за грубость. Упрямство Стефана раздражало. Он казался ей гордым павлином, у которого всегда и всё было на мази, а что творится рядом и как себя чувствуют его близкие – дело второстепенное.

– И что это было? – спросил он, бегло изучая её лицо. – Что за сцену ты закатила?

– «Сцена» – это выражение моего личного мнения?

– На тебя смотрели, как на идиотку, Виктория! Послушай, если ты не согласна с моим мнением, вовсе не обязательно при всех это показывать.

– А когда я должна об этом сообщить? Потом? Когда мы поднимемся в спальню и «случайно» вспомним все темы, которые обсуждали за ужином? Мы даже не можем с тобой обсудить наши проблемы, Стефан!

– Так вот, что случилось, – продолжительно кивнул он. – Ты злишься на меня за то, что не можешь кончить! Потому и решила прилюдно унизить меня!

– Я просто высказала свое мнение, Стефан! – разозлилась Виктория. – А кончить я могу. Но только не с тобой.

– Ну, да! И фраза «Главное, чтобы трахал, как следует» тому подтверждение!

– Если бы я хотела хоть чуточку унизить тебя, дать пищу для обсуждений и очередной повод Жасмин весело посмеяться, то непременно привела в качестве примера свой собственный. Когда мне было двадцать пять я несколько недель встречалась с мужчиной, который был старше меня на двадцать лет. Нам было хорошо и да, он трахал меня бесподобно. На сексе наши отношения и держались! А потом мы разошлись, и я встретила тебя! Ты бы так же выпучил глаза и всем бы стало понятно, что ты ничего об этом не знал. И тогда бы Жасмин смеялась, а другие бросали в твою сторону косые взгляды, мол как же так, парень? Ты не знал, что у твоей девушки был роман с мужчиной, вдвое старше её? И сидишь тут распыляешься, говоря, насколько это мерзко и отвратительно! Извращение!

– Ты сейчас серьезно? Ты встречалась со взрослым мужиком?

– Какой ужас! Пойди и расскажи своей новой подруге, обсудите, насколько я мерзкая и ужасная, как твоя двоюродная сестра!

– Жасмин знала об этом, да? Поэтому ржала, как лошадь? Охренеть! Моя сестра знает о тебе больше, чем я!

– Вероятно, ты хотел сказать: «Знает о тебе такие мерзости»?

– У вас всё в порядке? – вдруг раздался низкий голос Марка.

Виктория часто заморгала. Он действовал на нее, как успокоительное. Она отступила на шаг назад и только потом посмотрела на Марка, который стоял на балконе второго этажа. Почему в его стремительном, как пуля, взгляде, она видела решительное и непоколебимое желание вмешаться? И почему ей это так нравилось?

– Да, – с заметным в голосе недовольством ответил Стефан. – Мы просто разговариваем.

– Ясно, – одними губами ответил Марк. – Тут немного изменились планы. Ждем вас, чтобы принять решение.

– Мы разговариваем, – повторил Стефан, бросив на него снисходительный взгляд. – Мы можем остаться наедине, пожалуйста? Или нам нужно идти для этого в город?

Марк плавно моргнул, взглянув на Стефана с заметным предостережением. А когда его взгляд снова коснулся Виктории, даже отсюда она заметила, как увеличились его зрачки.

– Поторопитесь, – сказал Марк, а уголки его губ едва заметно поднялись. – Дело чрезвычайной важности.

Теряя терпение, Стефан фыркнул что-то себе под нос.

– Мы сейчас будем, – произнесла Виктория, вернув свое внимание Стефану. Боковым зрением она увидела, что Марк ушел, и, расправив плечи, спросила: – Надеюсь, на этом всё?

– Я не хочу, чтобы между нами были секреты. Мне не нравится, что о них знает моя сестра, а я ни слухом, ни духом!

– Это не секрет, Стефан. Это просто мое прошлое. У тебя оно тоже есть.

– Есть! Только я не ублажал пятидесятилетнюю женщину!

– А я никого не ублажала, – ответила она, с трудом веря своим ушам, – я получала удовольствие, которого сейчас в моей жизни нет!

Сжав в руке босоножки, Виктория обошла дом и вернулась на террасу. За столом уже никого не было. Она схватила свой бокал и залпом выпила остатки игристого. Её распирало от злости и негодования, а ещё ей чертовски хотелось одним махом разрушить остатки гребаного «уважительного» отношения Стефана, которое держалось из последних сил и было основано на нелепых и кретинских правилах, выдуманных бог знает кем!

– Эй, ну, как вы? – подошла к ней Жасмин и обняла со спины. – Я переживаю за тебя.

– Обыкновенная ссора, – закатила глаза Виктория. – Ничего особенного.

– Но, кажется, ваша первая ссора, – улыбнулась ей подруга. – Ты знаешь, что я тебя обожаю?

– Знаю, – улыбнулась Виктория, стараясь выбросить из головы глупости, которыми накачал и себя, и её Стефан. – И это взаимно. Слышала, что у вас тут планы изменились?

– Я увидела фотографию в соцсети одной знакомой. Она отдыхает в Крыму. Короче говоря, тут недалеко шумит пляжная пенная вечеринка. Там куча народу! Прошла по хештегу и оказалась в раю классных песен и танцев. Поехали?

– На вечеринку? – деланно задумалась Виктория. – Я тут вроде как с парнем поругалась. Думаешь, это уместно?

– Ещё как! – Жасмин игриво подтолкнула её бедром. – Пусть смотрит и локти кусает, что посмел обидеть тебя. Хочу танцевать!

– Хорошо! – закивала Виктория. – Поехали танцевать!

– Ну, что? – На террасу вышел Денис. Жасмин прильнула к нему, подняла голову и посмотрела на него неподдельно влюбленными глазами. – Остаемся или едем?

– Едем танцевать! – хором ответили ему подруги.

– Я ничуть не сомневался!

Виктория потянулась к тарелке с виноградом и заметила выходящего на террасу Марка. Он говорил по телефону, а его сосредоточенный взгляд медленно полз по столу, пока не остановился на её руке. Виктория сорвала черный виноград с ветки и отправила его в рот. Их взгляды встретились, будто синхронно подпрыгнули, отскочили друг от друга и, в конечном итоге, сцепились, точно тысячи воинов двух противоборствующих сторон. Только они не воевали, а обнимали друг друга с жадностью и безнадежным отчаянием. Всего несколько секунд, а сколько чувств испытало её тело! Виктория с трудом проглотила едва разжеванную виноградинку.

– Мы едем на вечеринку! – громко объявила Жасмин, вырвав подругу из продолжительного оцепенения. – Танцы, море, звезды, романтика и-и-и секс!

Виктория усмехнулась, наблюдая за самой счастливой девушкой в их компании. Жасмин умела поднять настроение даже, когда её слова напоминали об отсутствии желаемого. На террасу вышла Наташа. Вид у нее был усталый, словно она уже несколько часов боролась с мигренью или бессонницей.

– На выход! – скомандовал Денис и взглянул на Викторию с застывшим вопросом в глазах. Наверняка он хотел знать, поедет ли Стефан на пляжную вечеринку.

– Слушайте, я очень устала, ребят, – застонала Наташа, опустив руки на плечо Марка. – Сегодня я пас. Морской воздух меня слишком утомляет.

«Отличная новость» – подумала про себя Виктория и необдуманно подмигнула Жасмин, дерзко улыбаясь.

Необдуманно.

Будто хотела прокричать: «Ура! Грамотная останется дома»!

Жасмин чуть нахмурила бровки, пытаясь понять скрытый смысл, который был уж очень очевиден. Только вот эта самая очевидность шла вразрез с обстоятельствами, в которых жила Виктория, и потому непонимающая и слегка опьяневшая Жасмин очень быстро потеряла суть происходящего в своих мыслях.

– Что здесь происходит? – напомнил о себе Стефан. Он оглядел всех с непривычной для многих надменностью в голубых глазах. – Куда вы собрались?

– На пляжную вечеринку, – сообщила ему сестра. – Танцы, пена и всё такое прочее. Мы ещё долго будем здесь стоять и решать, кто едет, а кто нет?

– Едем! – объявила Виктория, предвкушая беззаботное веселье.

– Постой, – усмехнулся Стефан, взяв её за руку. – Ты хочешь поехать?

– Я люблю танцевать, ты же знаешь.

– Может, сегодня для этого не лучшее время? – сквозь зубы напомнил он.

– А, по-моему, идеальное, – совершенно спокойно ответила Виктория. – Ты можешь остаться. Всё равно никогда не танцуешь.

– Наташа, ты тоже остаешься? – спросил Денис.

– Да, – улыбнулась она, повиснув на Марке. – У меня тоже не танцевальное настроение, Стефан. А ты поезжай, – прошептала она Марку, оставив на его мягких губах короткий поцелуй. Викторию так и передернуло от этого зрелища, которое, к слову, она успела заметить, пока на нее саму глядели недовольные глаза Стефана. – Развейся. А я буду ждать тебя в постели.

– Только предупреждаю сразу, – засмеялась Жасмин, пятясь к выходу, – Марк оторвется по полной и завтра не сможет даже рукой пошевелить! Многого от него не жди.

– Мы что, едем в мясорубку? – пошутил Денис. – Я думаю, что такси уже здесь! Так что давайте, шевелите булками, господа!

– Мне нужно идти, Стефан, – тихонько сказала ему Виктория. Меньше всего на свете ей хотелось выяснять отношения перед Марком и его пассией. – Если ты не едешь, отпусти меня.

– Ты серьезно собралась скакать в непроглядной и потной куче туристов?

– Я собралась расслабиться. Если иначе не выходит, то почему бы мне просто не потанцевать? – не сдержалась Виктория и резко вырвала руку. – Танцы тоже приносят мне удовольствие!

Она поспешила за подругой, испытывая угнетающее чувство стыда. Ей ещё не приходилось выяснять отношения на людях, да ещё и при мужчине, к которому так неумолимо влекло. Белый седан с шашечками на крыше уже стоял у открытых ворот. Жасмин, увидев подругу, протянула ей руку и бурлящей, как кипящее молоко, энергетикой стерла с её лица темные тени подавленного настроения. А тремя минутами позже началось болезненное испытание для Виктории.

Денис занял переднее пассажирское место, а троица разместилась сзади. Жасмин вынудила Марка сесть по центру, сказав, что он просто «обязан сидеть в малине». Сопротивления ей оказано не было. Когда машина тронулась, Виктория с трудом сглотнула, опустив осторожный взгляд на их прикасающиеся друг к другу ноги. Она чувствовала тепло его тела, вдыхала соблазняющий запах виски, который точно… точно остался на его губах. С каждой секундой короткой поездки её дыхание превращалось в пунктирные линии. Стоило Марку немного пошевелить левой рукой, как ткань закатанных рукавов темной рубашки издевательски ёрзала по её коже.

– Вик, всё точно в порядке? – спросила Жасмин выглянув из-за Марка. – У вас со Стефаном я имею в виду.

Виктория повернула к ней голову, но непослушный взгляд моментально утонул в миндальных глазах. Снова удар, подскок и объятия! Виктория насильно вырвала себя из зыбкого омута и ответила, делая вид, что рассматривает светящий город за окнами машины:

– Да, не беспокойся. А нам ещё долго ехать?

– А что? – повернулся Денис с хитрющей улыбкой. – Дождаться не можешь, когда взорвешь песчаный танцпол?

– И выпью тоже, – усмехнулась Виктория.

– О-о! Это точно! А я тебе говорил, – обратился Денис к Марку, – что этим девушкам отказать совершенно невозможно! Утащат за собой и пропадешь с концами!

– Что я слышу! А вы, мальчики, говорите о нас, да?

– А разве может быть иначе? – усмехнулся Марк.

Во рту моментально пересохло. Виктория плавно закрыла глаза, стараясь совладать с эмоциями. Ей определенно нужно потанцевать. Так сказать избавить свое тело и разум от тяжелой и какой-то уж больно навязчивой энергии…

– Мы приехали! – объявил Денис, чьи слова стали радостным и долгожданным глотком свежего воздуха для шибко взволнованной девушки на заднем сиденье.

Они вышли из машины и направились в сторону громкой и зажигательной музыки, что ревела на пляже.

– Обалдеть! Сколько здесь народу!

– Я уже насчитал три бара! – сообщил Денис, оглядывая местность.

– Постой! – присмотрелась к чему-то Жасмин. – Это не наш ли комплекс вон там светится? Синие огоньки!

– Ага! – прокричал Денис. – К нам можно дойти пешком, но на это уйдет минут сорок!

– Что вы хотите выпить? – спросил девушек Марк.

– Что-нибудь на ваш вкус, – ответила ему Виктория. Не в ограниченном пространстве она чувствовала себя намного уверенне. Даже волнение отступило.

– А если вам не понравится? – усмехнулся Марк.

О, нет. Не отступило. Скорее заиграло дерзостью и азартом.

– Уверена, ты не ошибешься, – улыбнулась ему Виктория. – Вы, – исправилась она. – Найдете нас где-нибудь в этой толпе!

– Да, мальчики! А мы пошли зажигать! Ждем вас!

«Жду тебя» – прошептало непослушное сознание Виктории.

Подруги ворвались на песчаный танцпол, как две заряженные бомбы. Вокруг танцевали люди самых разных возрастов и удивительнее всего то, что каждый знал слова катастрофически пошлой, бессмысленной, но чертовски зажигательной песни пугающего на вид артиста. Отдыхающие прыгали в такт музыки, разливали друг на друга свои напитки в пластмассовых прозрачных стаканчиках и всем было абсолютно всё равно, что их одежда испачкана, а песок невероятным образом прилипал даже к щекам. Диджей вносил свою лепту в знакомую музыку, превращая песню в зажигательный микс безумия и какого-то детского восторга.

Infinity звучала иначе. Мужской голос ласкал слух, басы раскачивали мокрые от пены и воды тела. Виктория отдавалась минутам наслаждения, а нечаянные касания чужих конечностей никак не нарушали этот долгожданный отрыв от земли. Они с Жасмин срывали голоса, прыгали, терлись друг о друга задницами и спинами. В танце Виктория чувствовала себя свободной, пролетающей над бескрайним морем птицей. Не существовало забот и переживаний, только лишь эта прекрасная, настоящая и веселая ночь в компании подруги.

«И опять унесет нас обратно этот запах снов.Ты конечно живой вариант, только запасной.Ты так хочешь со мной говорить, помолчать пару слов.Так хочу тебя вспоминать, забывать не готов».

Виктория пела, закрыв от наслаждения глаза. Она подняла руки над головой, плавно виляя бедрами, и почувствовала, как кто-то неспешно провел линию по её спине. Оглянувшись, Виктория невольно растянулась в счастливой улыбке. Марк напевал припев известной песни, держа в руках два небольших прозрачных стаканчика с напитками. Она взяла один и сделала несколько глотков. Они улыбались, смотрели друг другу в глаза и пели, будто были знакомы всю жизнь. В какой-то момент кто-то пихнул Марка в спину и его напиток вместе с тем, что держала Виктория, опрокинулись прямо на её очаровательный коралловый сарафан. Виновник тут же поспешил извиниться. Марк похлопал его по плечу и с опьяненной внимательностью оглядел Викторию.

– Всё в порядке? – прокричал он, наклонившись к ней.

– Лучше и быть не может!

Они засмеялись и вновь ворвались в громкую, беззаботную и чертовски прекрасную ночь на южном берегу. Вот бы она никогда не заканчивалась.