Глава 31

Я остановилась перед ним, и он встал. Глупо было смотреть по сторонам, раз уж мы встретились, так что Антону пришлось поднять взгляд.

Он вздохнул, неловко переступил с ноги на ногу, и застыл, увидев мою улыбку. Насторожился вдруг.

Правильно, сейчас я и сама не знала, чего от себя ожидать. Точнее, чего мне хотелось — я знала, а вот что с этим делать — не очень.

— Корсак, ты словно кошка, которая объелась сметаны. Мне ожидать сюрприза? — спросил, хмурясь. — Говорю на всякий случай — если ты вздумаешь пойти в бассейн, то плавки я не захватил. Так что и нырять не стану.

Я и не сомневалась, что у Морозова отличное чувство юмора. Протянув руку, забрала из пальцев шутника очки.

Ну да, мне было радостно его видеть и просто хорошо от того, что он рядом, а я не привыкла скрывать эмоции. Надев очки на нос, спросила:

— Ну, как, Морозко? Мне идет? — Я помнила его слова о том, что он не хочет меня касаться, но мне ужасно хотелось обратного. — Уф, все двоится! И как ты в них ходишь?

Морозов вскинул руку, собираясь снять с моего лица очки, но помедлил. Костяшки пальцев осторожно коснулись виска.

— Нормально хожу. Перестань, тебе не идет.

— Совсем? А вот так? — я подняла очки на лоб.

— И так тоже. Лучше носи солнцезащитные и не порти зрение.

Он снял с меня очки, запутавшись дужкой в прядях волос. Принялся их выпутывать под мой смех, но надевать не стал. Так и пошли вдоль края площади, поглядывая друг на друга.

Я не привыкла, чтобы парни в моем обществе молчали, обычно они трещали без умолку, рассказывая о собственной крутости и протягивая руки, но не соврала, когда сказала Антону, что он может не разговаривать. Странное внутреннее чувство, которому я не могла дать названия, ликовало от одного его присутствия. Мне хватило бы его рук на спине и тихого шепота у губ.

И все же слишком красивым был голос у Морозова и глубоким внутреннее содержание, чтобы лишить себя удовольствия его услышать. Тем более, что вчера я уже дала парню возможность побыть со мной на расстоянии — хватит!

— Морозко, не молчи, давай поговорим, — предложила, не выдержав.

В этот воскресный день на главной площади города было довольно оживленно, так что время от времени нам приходилось кого-то обходить или обходили нас.

— О чем?

— Расскажи о себе. О своей семье, мне интересно. Например, кем работают твои родители? Есть ли у тебя дедушка с бабушкой? О том, что у тебя есть сестра, я помню. Ну же, Морозов, достань кролика из шляпы!

Я уже достаточно изучила Антона, чтобы угадать момент, когда он закрывается. Вот и сейчас взглянул коротко и отвернулся, на миг плотнее сжав губы.

— Боюсь, Корсак, что мой кролик окажется беспородным зайцем. Мне нечем тебя удивить. Давай следующий фант.

Интересно…

— Расскажи о своем проекте. Мне Жилин сказал, что он для тебя важен. Так о чем идет речь?

Морозов несколько шагов прошел молча. Ответил ровно, словно и не надеялся, что я пойму.

— Меня интересует связь вычислительной сложности с гравитационными аномалиями. Действительно ли эффект Риги-Ледюка имеет квантовую природу без классических аналогов. Собираюсь кое-что предположить.

Ну, я, конечно, вундеркиндом не была, но кое-что из сказанного поняла. По точным наукам у меня всегда было отлично, а в университете в Лондоне у нас читал лекции известный профессор физики — человек достаточно молодой и светлый умом, чтобы заинтересовать студентов гипотезами.

— Ты говоришь о термомагнитном эффекте? Когда в отсутствие магнитного поля траектория частиц отклоняется? Думаешь, кванты и тут постарались?

Морозов обернулся и между бровями парня на лбу пролегла озадаченная складочка.

— Да, а квазичастицах. Меня интересует квантовая система и ее взаимодействие с внешней средой. Теория квантовых измерений и все, что с этим связано.

— Хм, — я пожала плечами, — ты собираешься прыгнуть в полный тайн океан, в котором можно утонуть. Не думал прихватить с собой Уфимцеву для балласта?

Антон смутился, вдруг надев очки.

— У Кати много и своих забот. Ты даже не представляешь, насколько она умная. Если существует исключение из правил, то это бесспорно она, — вот сейчас Морозко был настоящим. — Я был бы счастлив с ней работать, но этой девушке надо идти своим путем.

Антон повесил ветровку на плечо и задумался, явно вспоминая свою подругу — юную и пытливую особу, считающуюся лучшей студенткой факультета.

Впрочем, я его понимала. Эта невысокая и худенькая ботанша с большими умными глазами и косой мне нравилась. Всегда любила целеустремленных людей. Вот уж кто сразу догадался, в отличие от Клюквы, что лучше не стоять между мной и Морозовым.

— Ну, хорошо, сделаешь ты свой проект, — задала я следующий вопрос. — А что собираешься делать дальше?

— В смысле? — парень поправил очки. — Что ты имеешь в виду?

— Ну вот закончится сессия и наш с тобой договор, ты уедешь в Канаду. А что потом, Морозко? У тебя ведь наверняка есть планы на будущее?

Морозов скупо кивнул:

— Есть.

— Будешь учиться дальше?

— Да, буду. — Он нехотя подтвердил: — Если смогу.

— А после снова учиться? Вдруг появится необходимость?

Он пожал плечами.

— Значит, снова.

— А жить когда собираешься?

Мы обошли мамаш с колясками, остановившихся возле уличного художника, рисующего баллончиками с красками космические пейзажи, и снова встретились.

Я не договорила, поэтому продолжила:

— Мой следующий фант, Морозов — вопрос! Как ты отнесешься к женитьбе?

Морозов чуть не врезался в не пойми откуда взявшуюся на пути девицу, очень похожую на Нюшу Тихушу в квадрате.

— Ч-что? — моргнул по совиному, извиняясь перед препятствием. — К какой еще женитьбе?

— К нашей, конечно, — я не стала лукавить и ходить вокруг да около. Ну и потроллить Кудряшку хотелось, чего уж. — Я долго ждать не хочу — не можем же мы вечно ходить на свидания? А так учись сколько надо, я не против.

Антон остановился как вкопанный. Были бы рога — вспорол бы землю, а так только выдохнул с чувством.

— Корсак, ну почему ты не можешь быть обыкновенной девушкой? Говорить нормально? Почему тебе обязательно нужно превратить встречу в фарс? Если эта прогулка ради насмешки, то зачем было спрашивать меня о личном? О том, что мне дорого и интересно? Задала бы цель и маршрут, а я запросто могу и помолчать. Это лучше, чем слушать твои издёвки и думать, когда же тебе надоест! — он гневно поправил очки. — Сколько у нас будет детей, еще не придумала? Только учти, больше я с тобой никакой договор не подпишу!

Ты смотри, обиделся. Фома! Явный признак того, что скоро начнет краснеть — ведь не сдержусь.

Я подступила ближе, и пусть была без каблуков, но легко дотянулась до уха парня.

— Мне интересно все, что касается тебя — это раз, — серьезно сказала. — Нет, не надоест, не надейся — это два. Не моя проблема в том, что ты считаешь мои действия игрой. Я даже признаюсь тебе, что сама считаю их оправданными. И три — я никогда не буду для тебя обыкновенной, Ромашка, только особенной!

Мои пальцы вплелись в светло-русые волосы на затылке и нежно погладили кожу, пока я впитывала теплый запах Антона. Он мне нравился, очень, и ни я, ни мое тело не хотело искать другой. Хотелось прижаться к парню лбом и губами, и наплевать на людей.

— Слушай, Морозов, не порти настроение, а? — попросила. — А то ведь, и правда, придумаю. Не ищи собаку там, где ее нет, это просто свидание. Ну, не девушка я твоей мечты, но я стараюсь тебе понравиться. А насчет сюрприза… Плавки такая ерунда. Если мы вдруг пойдем в бассейн, то я не буду против оказаться в нем с тобой и без купальника.

Я отпустила Морозова и отступила, чтобы не наделать глупостей. Кажется, меня слегка занесло. Да так, что я и сама покраснела. От предвкушения.

Антон поднял руку и провел ладонью по лицу, на длинный миг прикрыв глаза.

— Господи, Корсак… — выдохнул, не спеша на меня смотреть. — Я с тобой свихнусь! Честное слово, легче прыгнуть с моста, чем понять тебя.

— Пойдем в кино! На романтическую комедию! — я обошла его. — Хочу настроить тебя на нужный лад.

— Идем, — он зашагал прямо, — мне уже все равно. Лишь бы этот вечер поскорее закончился!

Но тут же обернулся и пропустил вперед, когда незнакомые парни обратили на меня внимание, свернув шеи и что-то сказав в спину.

— И почему мне кажется, Морозов, что если бы у тебя появилась клетка, ты бы не меня туда посадил, а сам в нее залез? Я не ужасная, Кудряшка. Ты мне нравишься, поэтому я делаю все, чтобы тебя завоевать. Хочешь, станцую? — мы шагали возле уличных музыкантов, и я решила пошутить.

— Не хочу, — лицо у Антона было очень серьезное. На такое смотришь, и так и тянет на провокацию! — Вчера я уже поймался, с меня хватит. Ты совершенно непредсказуемая, тебе об этом говорили?

Я не смогла не согласиться. Как бы Морозко не защищался, он узнавал меня все лучше и лучше.

— Говорили, — ответила, улыбнувшись. — И не раз. Значит, станцую для тебя просто так! Держи! — я остановила Морозова, сняла с себя куртку и вручила ему. Он растерянно поднял глаза.

Собрался было что-то сказать, но упрямо сжал губы.

— Правильно! — я рассмеялась. — Ты же не думаешь, Антон, что Агнию Корсак можно заставить сделать что-то помимо ее воли? Но на этот раз ничего экстремального, обещаю!

У стены центрального универмага играли уличные музыканты. Молодая группа — два парня хипстера в черных круглых очках, с тощими бородками, и девушка-солистка с гитарой и дредами на голове. Сейчас они исполняли на английском хит Рианны «Love on the brain», вполне неплохо исполняли, и вокруг них тормозил гуляющий люд.

В кругу танцевала малышка — девочка лет четырех, прыгала, хлопая в ладошки… И я присоединилась к ней, подмигнув. Определенно, это была наша с ней песня, и мы друг друга понимали…

«Что я ещё должна сотворить, чтобы заполучить твоё чёртово сердце?

Ну же, малыш?

Малыш, ты выводишь меня из себя!

Не вздумай разлюбить меня.

Не прекращай любить меня.

Просто начни любить меня!

Ох, милый. Я пройду сквозь языки пламени,

Лишь бы быть ближе к тебе.

Может, нам сжечь что-нибудь?

И я пробегу сотни миль, лишь бы ощутить этот вкус.

Должно быть, это любовь в моей голове

Вызывает во мне подобные чувства.

Это меня ранит, да, но и вставляет тоже,

И я никак не могу насытиться этим.

Да, должно быть, это любовь в моей голове,

И она продолжает проклинать моё имя.

И что бы я ни делала,

Мне плохо без тебя,

Я не могу насытиться.

Должно быть, это любовь в моей голове…» *

* Rihanna — Love On The Brain / перевод © Лингво-лаборатория «Амальгама».