Глава 18

— Это же… — Алекс с восхищением оглядывала мягко отсвечивающую поверхность. — Это…

— Мельфиар, — подсказал Вэлмар. — Гномья работа.

Гномы и гоблины, пожалуй, единственные виды двуликих, некогда предпочитавшие держаться в стороне от любых войн и распрей, за что в конечном итоге и поплатились. Устав от безрезультатных попыток уговорить, подкупить или просто завалить угрозами, их на какое-то время оставили в покое, не втягивая в очередную междоусобицу. А потом уничтожили. Одним махом стерли с лица земли оба клана.

И вот сейчас Алекс изумленно застыла, имея возможность так близко рассмотреть прямое подтверждение тому, что гномы все же склонили свои головы перед одной из сторон. Возможно именно после этого, во имя сохранения тайны, их и уничтожили. Джек же, ничего не слышавший о необычном сплаве, равно как и мало знавший о гномах, не разделял ее восхищения.

— Что это?

— Очень, очень древняя сила, — гордо произнес Вэлмар и, подняв руку, постучал по неровной поверхности. Сначала трижды, потом еще раз. — Пришедшая сюда куда раньше всех нас. И ушедшая так же рано…

Дверь бесшумно открылась, и на какое-то мгновение все пространство вокруг наполнилось нестерпимо ярким светом, ослепляя и Джека, и Алекс. Велмар же, зная, что его ожидает, предусмотрительно вскинул руку, прикрывая лицо. Когда глаза всех троих привыкли к свету, они наконец смогли рассмотреть стройную женскую фигурку, облаченную в черное вечернее платье.

— Вэлмар, — протянула незнакомка красивым высоким голосом. — Кто это? Неужели… Некромант?..

Она сделала шаг вперед, выходя из потока света и давая возможность гостям хорошенько рассмотреть себя. По-кошачьи неестественно зеленый взгляд скользнул по инкубу, затем уже более жадно прошелся по Джеку и остановился на Алекс, сканируя ее своим ведьминским чутьем. То, что перед ними стояла ведьма, никто и не сомневался. От нее за милю веяло волнами различных эманаций, насыщенных, словно аромат цитрусов.

— Мы к Фрее. — Инкуб бесцеремонно протиснулся мимо женщины. — По делу.

— Ну, разумеется. — Ведьма приветливо улыбнулась, но ее изумрудные глаза, как и прежде, оставались холодными. — Прошу вас.

Она отступила в сторону, делая приглашающий жест. Джек, осторожно потянув Алекс за руку, последовал за инкубом. После темных, еле освещенных тоннелей помещение, в котором они оказались, больше походило на залитый светом зал дворца. Море настенных и потолочных светильников, наполненных призрачными ведьминскими огнями, наглухо зашторенные окна в потолок, высокие стеллажи, забитые новыми книгами и древними наполненными тайнами фолиантами, корешки которых были искусно расписаны фрагментами старых легенд и сказаний. Все здесь дышало древностью, даже золоченые подсвечники, стоящие на отделанном старым камнем камине. За спинами гостей что-то глухо стукнуло, и резко обернувшись, они только успели заметить, как закрылась потайная дверь, превратившись в один из стеллажей с книгами.

— Меня зовут Мередит. — Женщина грациозно приблизилась к гостям и подала изящную холеную руку Джеку.

Создавалось ощущение, что появление Джека и Алекс отвлекло ведьму от грандиозных планов. Длинное платье ненавязчиво облегало стройную фигуру, а черные волнистые волосы были собраны в высокую прическу. Из нее легкомысленно выбивалось несколько локонов, опускаясь на белоснежную шею. Взгляд ведьмы вновь с интересом задержался на детективе, по достоинству оценив его внешние данные.

— А ваше имя?.. — мурлыкнула женщина, обращаясь к Джеку.

— Солье, — невозмутимо ответил мужчина. — Джек Солье.

— Джек, — попробовала на вкус Мередит. — Я провожу вас.

Алекс фыркнула, чуть не закатив глаза.

— Думаю, Вэлмар сам справится. — Она выразительно глянула на инкуба.

Он же продолжал молчать, издевательски выгнув тонкую бровь и еле сдерживая так и норовящие растянуться в улыбке губы, но, поймав взгляд Кинг, насмешливо кивнул.

— Разумеется, — парень едва не расхохотался. — Не беспокойся, Мередит, дорогу я знаю.

Ведьма перевела взгляд с Джека на Вэлмара и будто безразлично кивнула, соглашаясь. Затем развернулась, столь же безразлично скользнув зеленью взгляда и по Алекс. Несмотря на все показное спокойствие, Алекс точно знала, что ведьма почувствовала в ней «свою» точно так же, как и сама Кинг.

— Конечно, — беспечно отозвалась ведьма, — Фрея будет рада… — Сделав еле заметную паузу, она добавила: — Некроманту.

Инкуб довольно подмигнул нахмурившейся девушке и направился к видневшейся в дальнем конце комнаты двери.

— Не сомневаюсь. Но боюсь, мы здесь по несколько другому вопросу.

Алекс хмуро указала Джеку на выход, и тот, сдержанно кивнув Мередит, словно не замечая ее заинтересованности, последовал за инкубом.

— Обращайтесь, Солье Джек, — она лучезарно улыбнулась. — Что бы ни говорили о нас, людям мы рады.

Уже в просторном фойе Алекс догнала Вэлмара, идущего первым, задев плечом Джека.

— Что значит, они рады людям? В каком смысле?

Парень пожал плечами, ведя их на второй этаж по широкой резной лестнице. Как и в библиотеке, здесь также присутствовала роскошь XVII века. Лучшие реставрации и копии полотен знаменитых художников украшали стены, а с потолка высотой в три этажа свисала огромных размеров люстра.

— Люди — источник энергии. Многие этим пользуются, знаешь ли.

— Но ведьмам не нужна энергия для поддержания жизненных сил. — Алекс прикусила язык, понимая, что сказала лишнее.

Вэлмар насмешливо мазнул по ней взглядом.

— Они используют ее в других целях.

— В каких? — Джек поравнялся с ними на лестнице, время от времени оглядываясь вокруг.

Больше они никого не встретили, и в целом, во всем доме царила необычная тишина. Правда, ощущение, что за ними пристально наблюдают, не покидало ни Джека, ни Алекс. Инкуб же с присущей ему довольной ухмылкой, кажется, вообще не обращал внимания на такие мелочи.

— В своих, — Вэлмар неопределенно махнул рукой. — Ведьминских…

— Где мы сейчас? Я имею в виду адрес… Ты знаешь?

Джек вновь оглянулся, инстинктивно стараясь избавиться от чужого липкого взгляда. Они уже поднялись на второй этаж, и теперь их взглядам предстал темный коридор, освещенный лишь парой настенных бра, с немногочисленными порталами тяжелых дубовых дверей.

— На восьмой линии по Ровер-авеню. Сюда, — невозмутимо ответил инкуб.

Алекс и Джек переглянулись. Они оказались практически на другом конце города! Слова инкуба про протяженность тоннелей вначале показались им преувеличением, но теперь все приобрело новый смысл.

Наконец они остановились перед одной из дверей, и Вэлмар деликатно постучал. Голова Дагона, украшавшая дубовое полотно, не оставляла сомнений в том, что они пришли по адресу. Не дожидаясь ответа или разрешения, инкуб распахнул дверь в кабинет верховной ведьмы и вошел. В этом двуликом причудливо сочетались и смекалка, и почти грубая бесцеремонность, иногда граничащая с полным отсутствием этикета.

— Фрея! — Алекс не видела, но чувствовала, что инкуб широко улыбается наверняка одной из своих самых обольстительных улыбок. — Дорогая моя!

Джек и Алекс, быстро переглянувшись, последовали за ним. К удивлению, кабинет внутри оказался довольно аскетичным, создавая некий контраст с теми помещениями, что они уже успели увидеть. Освещение библиотеки цокольного этажа не резало глаз, как вычурная помпезность парадной лестницы. Практически спартанская обстановка разбавлялась лишь небольшой коллекцией причудливых, выполненных из темного материала масок, развешанных на одной из стен, дубовым столом, диванчиком и парой кресел.

Взгляд Алекс задержался на стене с масками, она читала о них и знала, что каждая олицетворяла то или иное чувство, эмоцию, желание и даже страх. Такие маски изготавливались преимущественно из дерева или кожи, проходили долгую обработку и также несли в себе силу каждой из стихий. Считалось, что надевающий ее мог связываться с потусторонним миром, видеть богов и знать их намерения. Только все это если и практиковалось, то лет двести назад, в забытых ныне обрядах африканских племен. А потому сейчас маски являлись лишь частью интерьера, необычного и откровенно пугающего.

— Думаю, ты и так догадываешься, зачем мы здесь. — Вэлмар подошел к ведьме, тем самым давая возможность Алекс разглядеть ту, о которой она и так была достаточно наслышана.

Фрея оказалась темнокожей, с правильными, лишенными морщин чертами лица, невероятно гладкой, словно выполненной из темного стекла кожей. Ее иссиня-черные волосы были заплетены в многочисленные косички, спускавшиеся до самых бедер. В отличие от Мередит, в Фрее не ощущалось ни хрупкости, ни женственной грации, наоборот, это была дикая и сильная кошка, свободолюбивая, в которой все еще жила сила ее народа.

Фрея на удивление приветливо улыбнулась инкубу, а ее острые, как бритвы, глаза цвета аконита потеплели. Голос ведьмы был низок и при каждом слове вибрировал, вызывая в окружающих совершенно невероятный коктейль чувств.

— Я все гадала, когда же вы наконец придете. — Она приветственно кивнула остальным, приглашая присесть. — Сразу трое поцелованных Смертью. Не иначе как знак.

Алекс удивленно вскинула брови. С ней все было ясно — она некромант и смерть с ней не то что «целовалась», а была частью ее. Вэлмару довелось умереть, но Джек?

— В каком смысле? — не смогла промолчать девушка.

Фрея покрутила в пальцах длинный мундштук из темного дерева и закурила, пуская по комнате сладковато-терпкий голубоватый дым с яркой примесью каких-то трав.

— Твой друг, — ведьма указала на Солье, — очень необычен. Впрочем, как и ты, девочка.

На Кинг колко уставились аконитовые глаза, хищно блестевшие на темном лице. Некоторое время в помещении висела тишина, не нарушаемая ничем, а затем, криво улыбнувшись, Фрея вновь обратила все свое внимание на Джека.

— Что она тебе сказала? — Ведьма подалась вперед, выдыхая новую порцию дыма и жадно вглядываясь в Солье. — Что тебе шепнула Безупречная?

Безупречной многие двуликие называли смерть, в основном, древние. Те, кто еще поклонялся старым богам или помнил, как это делали их деды. Смерть, не допускающая ошибок, неподкупная, идеальная. Безупречная.

Джек напрягся и повел плечом, ощущая на себе чужие взгляды и будто пытаясь сбросить их, словно надоевшую вуаль. Говорить об этом ему не хотелось, слишком личным и темным оно было.

— Не понимаю, о чем вы, — хмуро процедил он. — Работа обязывает.

— О нет, — перебила его ведьма, криво ухмыляясь и качая головой, отчего ее многочисленные длинные косы зазмеились по плечам будто живые. — Ты прекрасно все понимаешь. Ты слышал ее шепот, когда готов был на последнюю в своей жизни сделку.

***

Эми не стало поздней осенью, когда деревья тянули скрюченные и почерневшие ветви в хмурое тяжелое небо. Свинцовые тучи громоздко висели над городом, время от времени роняя скупые капли, слишком жадные, чтобы расщедриться на настоящий дождь. Небо словно копило в себе всю влагу, готовясь в один день обрушить ее на головы людей.

У них с Эми все было хорошо, даже слишком. И возможно, боги просто приревновали. Когда-то он слышал, что они не терпят сильной любви, их взоры не выдерживают вида настоящего счастья, когда одна половинка души находит вторую, истинную. Созданную специально для определенного человека.

Эмили была именно такой, только для Джека. Разговоры и даже просто воспоминания о ней до сих пор причиняли тупую боль, воющую загнанным волком глубоко внутри.

Два месяца Джек беспробудно пил, потеряв реальность из виду. Его квартира, их с Эми квартира превратилась в персональный ад, где каждый сантиметр напоминал о ней. И однажды, приговорив очередную бутылку виски, Солье взял в руки бейсбольную биту и разнес все к чертовой матери.

Терпеть стало уже невозможно, запах ее духов душил стальными цепями. Он сидел посреди комнаты, обросший, пьяный и больной, с опухшими глазами и со сбитыми в кровь костяшками. Тогда-то он и решил, что достаточно тянул, ни к чему больше ждать. Как бессмысленно проживать уже не свою жизнь.

Несмотря на выпитое, его разум был абсолютно чист, когда Солье брал в руки табельное оружие. Оно легло в его ладони легко, заученно и привычно. Джек проверил магазин, хотя тот был всегда полон, и без раздумий приставил к виску. Все казалось ему правильным, одно простое движение должно окончательно расставить вещи по своим местам.

Мысли, если они и были, давно себя исчерпали, и звук их голосов в голове затих, заглушенный беспробудным пьянством, чувством боли и вины. Джек не думал. Всего секунда, отделявшая его от Эмили, всего одно мгновение. Он почти нажал на курок, он был готов сделать это, когда услышал ЕЕ. Словно дуновение холодного ветерка по спине или далекий невнятный шепот, который Солье, однако, отчетливо расслышал. Не в своем обезумевшем мозгу, а наяву. Ясно и четко.

— Что? Что она шепнула тебе?

Джек поднял глаза на Фрею и внезапно понял, что она видит его. Она видела все или почти все, но кое-что все же оставалось тайной и для нее.

— «Не сейчас», — хрипло произнес мужчина. — Она сказала: «Не сейчас».

Алекс вздрогнула. Девушка и понятия не имела, что такой как Джек мог желать свести счеты с жизнью. Он всегда казался ей слишком самоуверенным, даже чересчур. По-своему равнодушным, но больше в силу своей работы. Кинг вспомнила фотографию на его комоде, ту, от которой веяло смертью и сырым тленом. Эмили, кажется. Она чувствовала, что это напоминание прошлого невероятно важно для него… Но чтобы все зашло настолько далеко…

Фрея удовлетворенно кивнула, прикрыв глаза и выпустив очередную струю дыма.

— Люди боятся ее… Безупречную! Но не ты. — Она задумалась на секунду. — Ты был готов.

Джек отвлеченно кивнул. Странно, ему казалось, что память разорвет его на куски, стоит лишь подумать о прошлом. Но этого не случилось. Раны еще саднили, но уже не убивали. Он посмотрел на Алекс и, поймав ее сочувствующий взгляд, криво улыбнулся, как бы говоря, что все дела давно минувших дней.

— Мы пришли не обо мне говорить, — голос Солье снова стал прежним.

Фрея затушила недокуренную сигарету и откинулась назад. Она обвела всех своими невозможными глазами, задержавшись на Алекс, и медленно произнесла:

— Я знаю. И я вас ждала.

Конец