Глава 19. Во всём виноваты зайцы

Марина была зла на себя, на этого Клиффорда, который, возможно, оказался её истинной парой и на весь этот жестокий мир.

Она сидела на задних лапах и немигающим задумчивым взглядом смотрела на убывающую луну.

— Гадина, ну почему именно так? — зло выкрикнула лиса в сторону ночного светила.

— А мы тебя ищем по всему городу, — от неожиданности Марина подскочила и оскалилась. — Может, поделишься, за что их так? — Голова бурого медведя мотнулась вправо.

— Извини, папа, ты всегда так бесшумно подкрадываешься, будто и не медведь вовсе, — лисичка дёрнула ушками и посмотрела на разорванные тушки зайцев. — Охотилась, нужно же вас кормить, — безэмоционально произнесла она, вновь садясь на траву, и поднимая голову навстречу луне.

— Славная охота, штук пятнадцать не меньше. Из их шкурок сейчас и варежек не сшить. Рассказывай дочка, что случилось.

— Папа я, кажется, влюбилась…

— В кого? — медведь поближе пододвинулся к дочке. — А почему не с ним рвёшь зайцев?

— Он волк, — не сводя взгляда с луны, прошептала девушка.

— Волк, — мужчина задумался, он знал, что его дочь на дух не переносит волков.

— Папа-а-а, — Марина резко повернулась и прыгнула в лапы отца.

— Он тебя обидел? — большая лапа накрыла рыжую ушастую голову и погладила. — Только не ври, всё равно узнаю.

— Нет, не обидел, хуже, — холодный скребущий страх прокатился по позвоночнику медведя. Он замер, боясь услышать то, что скажет ему дочь. — Он, кажется, преступник.

— Так кажется или точно? — Иван Максимович тихонько выдохнул.

— Папа, я нашла серёжку убитой девушки в его машине, — всхлипнула расстроенная дочь и от неожиданности клацнула зубами. Отец закинул лису себе на спину и, не разбирая дороги, ринулся в сторону дома.

— Зай-цы, зайцы пропадут, пап-а-а, — девушка когтями вцепилась в спину родителя, только бы не упасть.

Никита третий раз прошёл через всю кухню и обратно, посматривая на сиротливо лежащее украшение на столе.

— Извини, отец, но я требую: или ты увольняешь её, или забираешь из моего отдела! — Марина тихо, как мышка сновала от разделочного стола к плите, а от неё к холодильнику. — Она должна была ехать на задание, а что вытворяет её лиса? Да это уму непостижимо!

— Давай сначала выслушаем твою сестру, а потом уже будешь ругать, — Иван Максимович строго посмотрел на сына.

Марина было, уже открыла рот, но Никита гневно бросил:

— О чём слушать? О том, что она забрала серьгу из салона? Как мы сейчас будем доказывать, что она именно оттуда? Хвалю, за то, что выследила машину подозреваемого, но зачем полезла без поддержки и официального разрешения к возможному преступнику? А если бы он тебе шею свернул? — Никита встал напротив плиты.

Деревянная ложка упала на пол.

— Найдёшь свою истинную пару на месте преступления и, тогда я буду кричать. Да моя лиса меня чуть изнутри не разорвала! Мозг то включался, то выключался! Ты хоть представляешь, как трудно оторваться от того, кого ждала всю жизнь? Это всё равно, что спрыгнуть с аттракциона, когда твоя люлька находится в ста метрах над землёй! — разгневанная Мари не заметила, как поменяла ипостась. Шерсть на шкуре вздыбилась, ещё мгновение и она кинется на Никиту, ни как на начальника, а как на обидевшего его брата.

— А я зайцев принёс, что вы просили, — в дверях появился Володя. И, как будто, не замечая напряжённой атмосферы в кухне, продолжил: — Только не всех, четыре пришлось выкинуть… Марина, а у тебя молоко с плиты убежало?

— Где? — девушка мгновенно перекинулась, развернулась и даже сделала шаг в сторону плиты. — Какое молоко? — раздался тихий смешок, за ним ещё один, через мгновение на кухне в голос смеялись три мужчины и лисичка.

— Как хорошо, все в сборе, и на ужин не опоздал. Марина, я молоко привёз, ты утром просила зайти в маг… — новый виток смеха пригвоздил непонимающего Василия к полу. Он замер с вытянутой рукой, в кулаке была зажата большая бутылка молока. — А что случилось?

Никита отсмеялся и посмотрел на сестру.

— Разговор не окончен, после ужина всё подробно расскажешь.

— Всё не буду, — Марина, краснее развернулась в сторону плиты.