Глава 20. Родственные связи

Воскрешать, без сомнений, тяжко, на это уходит много сил. Но как же это полезно! Если каждый оживленный, будет до конца дней служить мне, то так можно и мир захватить. Достаточно только…

Ой, стоп. Я тряхнула головой. Еще немного – и додумаюсь до того, что надо убивать, потом воскрешать, и будет мне идеальный слуга. Нет уж, маньяком-некромантом я становиться не желаю.

Но у меня хотя бы появился личный помощник-кот. Если это только не очередная уловка Аза… Впрочем, сейчас я ему верила и вовсе не из-за самого кота, а из-за Сигизмунда. На своем примере хомяк показал, что воскрешенные действительно мне послушны.

Встряхнувшись, я напомнила себе, что у меня есть обязанности. В кои-то веки я встала раньше всех и решила поднять детей к завтраку.

Не знаю, как их будит старая няня, лично у меня с этим возникли сложности. Первым делом я заглянула к Медине.

— Солнышко встало, и тебе пора! — радостно воскликнула я, и в меня тут же прилетела подушка, еле за дверью успела спрятаться.

Близнецы меня вовсе проигнорировали, закутавшись с головой в одеяла. Стефан хоть и не спал, но одеваться не торопился. Сидел на краю кровати и тяжело вздыхал. Скучает по хомяку – поняла я. Надо с этим что-то делать.

Может, воскресить Сигги до конца и вернуть мальчику? А что, с Азом я неплохо справилась. Идея мне понравилась, и я пошла в спальню к малышу Эдмунду, но и там потерпела неудачу. Нет, ребенок проснулся, но уже через секунду огласил дом громким плачем.

Самостоятельно будить детей было плохой затеей, но отступать поздно. Укачивая Эдмунда на руках, я вернулась в спальню к близнецам.

— Быстро вставайте! — выпалила я. — Вон котик сидит голодный и неглаженый. Надо срочно его кормить, — свалила я близнецов на Аза.

Кот поднял на меня обиженный взгляд, в котором явственно читался вопрос – за что? Но я уже пошла дальше по коридору. Здесь моя миссия была выполнена – близнецы подскочили с кроватей и бросились тискать Аза.

— Я знаю, как вернуть Сигизмунду нормальный вид, — сказала я, заглянув к Стефану в спальню.

Отреагировал мальчик или нет, даже проверять не стала. Сигизмунд действовал на Стефана безотказно.

— Медина, — сунула я нос в последнюю спальню, — если немедленно не встанешь, подложу тебе в кровать Эдмунда.

Девочка резко села:

— Я уже проснулась. Не надо.

Вот так-то лучше.

Я понесла Эдмунда на кухню. По пути он играл моими волосами. Малышу явно пришелся по вкусу рыжий цвет. Он ведь такой яркий!

Когда я усаживала Эдмунда в детское кресло, он поднял на меня свои огромные, как у олененка глаза, и четко проговорил:

— Ма-ма.

— Ты ошибаешься, — поправила я ласково. — Я не твоя мама.

— Ма-ма! — настойчиво повторил малыш и сморщил носик, приготовившись разрыдаться в случае отказа.

Если в первый раз это могло сойти за ошибку, то теперь я со всей очевидностью поняла – Эдмунд принял окончательное решение, и спорить с ребенком бесполезно. Он, как и все Уиллисы, жутко упрямый и своевольный.

— Ладно, — вздохнула я, смиряясь, — как скажешь.

Эдмунд тут же передумал плакать, удовлетворенно кивнул и повторил, закрепляя:

— Ма-ма.

Я прикусила нижнюю губу. Совру, если скажу, что меня это не тронуло. Когда-то я мечтала о детях, потом привыкла к мысли, что у меня их не будет, а с попаданием в чужой мир все окончательно запуталось. И вот заветное слово прозвучало из уст Эдмунда.

Ощущение было, словно меня избрали. Выделили из всех и наградили особым званием. Я сразу ощутила ответственность, а еще щемящую нежность. Не знаю, как сложится моя дальнейшая судьба в этом мире и отношения со старшими братьями Уиллисами, но этих детей я точно не брошу.

Завтрак прошел своим чередом. Разве что мы с Эдгаром поменялись местами. Теперь он всячески за мной ухаживал, делал комплименты и намеки. До чего же он, оказывается, навязчивый! Неужели я так же себя вела, когда пыталась его соблазнить? Тогда неудивительно, что он сбежал. Я уже и сама была готова дать деру.

Но к счастью или нет, был еще Крес, и мне требовалось с ним поговорить. Сегодня выяснилось важное – настоящее имя моего нового тела. Уверена, это поможет нам попасть в Верхний город.

— Крес, — сказала я, пока он не встал из-за стола, — мне надо с тобой кое-что обсудить.

— Ты всегда можешь пообщаться со мной, — тут же вмешался Эдгар и томно добавил: — И не только словами.

Клянусь, я его ударю! Лучше бы муж и дальше меня избегал. В своих попытках ухаживать Эдгар был невыносим.

Крес, проигнорировав слова брата, кивнул мне и встал из-за стола. Я тоже поднялась, и тут же заскрипел еще один стул – Эдгара.

— Мне можно с вами? — спросил он с надеждой.

— Нет! — ответили мы с Кресом хором. Похоже, не меня одну достал любвеобильный Эдгар.

Мы вышли в коридор, и Крес впервые пригласил меня в кабинет. Едва дверь за нами закрылась, я выпалила:

— Я знаю, как меня зовут.