Глава 35. Тренировка

В холодных стенах старинного зала до сих пор витал запах смерти и темной магии. И чтобы от него избавиться – надо было снести весь дом к чертовой матери. Сравнять его с землёй.

Но я не стал этого делать.

В этом огромном зале, в котором раньше находилась столовая, живет мое прошлое.

Любимая комната великого Мерлина Скартелли. Моего отца. Создателя и мучителя, провозгласившего себя Богом.

Я стоял в дверях, оглядывал бесстрастным взглядом комнату и снова ощущал себя тем Верлианом Скартелли, которым был много лет назад. Магом, владеющим огромной силой. Ребенком, который с детства мечтал убить собственного отца и перетянуть на свою сторону сводного брата.

Я бегло глянул на огромный гобелен с изображением черного ворона, висящий на растрескавшейся каменной стене. Его Мерлин повесил в тот день, когда во время очередного эксперимента я сумел создать себе вторую ипостась.

Почему я выбрал ворона? Просто так мне проще всего было удирать из дома. Избегать новых идиотских замыслов, что приходили в голову безумному старику, и которые он тут же стремился осуществить на своей любимой игрушке. То есть на мне.

Я перевел взгляд на толстые ржавые цепи, свисающие с потолка, и внутренне содрогнулся.

Я до сих пор помню звук застегивающихся на моих запястьях оков, за которыми непременно следовало появление новых шрамов на теле. А дальше чередой шли бесчисленные ритуалы на крови, которые придумывал Мерлин, чтобы увеличить мою силу в разы. Иногда мои мучения длились всего час, но чаще всего они затягивались на несколько дней. Некоторые эксперименты получались, некоторые – оставались просто отметками на теле.

Он не считал меня сыном.

Игрушкой, экспериментом. Кем угодно, но только не своим ребенком.

И по воле случая именно в этой комнате семь лет назад и были убиты мой отец и старший брат. Они оба были преданы мной.

Жалел ли я об этом? Ни капли.

Если у Мерлина выбора не было, то у Самюэля был. С семнадцати лет я пытался перетянуть его на свою сторону. Открыть ему глаза на то, что Мерлин не заслуживает звания отца, что он самое настоящее чудовище. Но мой старший брат слепо верил ему и пытался заслужить его благосклонность любыми способами.

В отличие от меня.

Интересно, чтобы ты сказала на это, Джина?

Как бы она отреагировала, узнав о том, что я уничтожил собственных отца и брата? Как бы приняла эту новость ее светлая аристократическая душа?

Я иронично усмехнулся и направился к деревянной, сооруженной наспех мишени, что стояла у стены. Вытянул деревянную стойку и установил ее недалеко от центра зала. Оставил ровно там, где раньше заканчивался длинный обеденный стол и восседал мой мучитель.

Мне было приятно тренироваться, представляя себе, что вместо обычной деревяшки там сидит Мерлин.

– О Боги, это ужасно, Верлиан, – передразнил я Джину и запустил первый клинок.

Он угодил прямо в лоб моего воображаемого деревянного папаши.

– Это же была твоя семья, Верлиан, – продолжил я наигранным голосом и снова метнул нож.

Я бросал клинок за клинком. Выдергивал их из мишени и проделывал это снова. Чем дольше из моего рта вылетали предполагаемые фразочки Джины, тем сильнее пробуждалось мое любопытство. Мне хотелось увидеть ее настоящую реакцию. Тем более сейчас, когда я не оставил ей выбора и, возможно, наградил ребенком.

– Доброе утро! – этот радостный женский возглас заставил меня улыбнуться.

Мысли все же материальны.

– Доброе, – отозвался я и обернулся, зажав в руке клинок.

Моя босая богиня соблазна стояла в дверях, закутанная в мой халат до самой шеи и улыбалась.

Сонная, взъерошенная и дьявольски соблазнительная. Надеюсь, халат она надела на голое тело…

– Ты нарушила мои планы, – усмехнулся я, вскинув бровь. – Я хотел тебя разбудить.

– Меня Эльтазар своими воплями разбудил. Слишком громкий у тебя кот.

– Просто Руфин плохо слышит, когда от него что-нибудь требуют.

Джина сделал неуверенный шаг в зал и принялась вертеть головой по сторонам.

– Жутковатое место, – нахмурилась она. – Похоже на огромный склеп. И аура здесь плохая.

– Ты почти угадала, – я сделал к ней шаг и, обхватив ее за талию, притянул к себе.

Моя рука скользнула под халат, и я блаженно закрыл глаза, ощутив обнаженную горячую кожу.

– Верлиан… – выдохнула она, прижимаясь ко мне, как маленький котенок.

– М-м-м?

– Ты посмотрел карту?

– Да. Источник находится на Землях Пустоши. После завтрака мы отправляемся туда.

– И далеко нам идти?

– Нет. К вечеру будем на месте, если в ущелье альвов не застрянем.

Я почувствовал, как напряглась Джина после моей фразы. Вероятно, встреча с Анариэль произвела на нее очень сильное впечатление.

– Не переживай, – моя ладонь прошлась вдоль ее позвоночника и легла на ягодицы. – Мои отношения с альвами намного лучше, чем с эльфами. Эти злобные карлики практически мои друзья… Но, на всякий случай, скрипку свою возьми, мало ли что… Деньги для альвов ценнее дружбы.

– Значит, это правда, что они бояться музыки?

– Да.

– А клинков?

– Точного броска боятся все.

– Ты обещал научить меня управляться с оружием, – ее голубые глаза смотрели на меня с мольбой, а припухшие губки игриво надулись. – Начнем с клинков?

– Может начнем утро с более приятных вещей? – предложил я, нежно погладив упругую попку.

– Ты обещал… Ну, пожалуйста…

Против этих голубых глаз было невозможно устоять. Нет, эта женщина определенно обладает какой-то магией…

– Ладно, – вздохнул я и отошёл на шаг, нехотя вытаскивая руку из ее халата.

Джина радостно подпрыгнула и, уперев руки в бока, воинственно взглянула на деревянную мишень.

– Их сюда швырять?

– Метать. Швырять не надо.

Я вложил в ее руку два клинка и, обхватив за плечи, подвел ближе к мишени.

– Отсюда бросать будешь.

Пока я объяснял ей, как правильно держать клинок и целиться, Джина смотрела на меня с видом прилежной ученицы. Несколько раз я демонстрировал свою теорию на практике. И моя супруга решительно заявила мне, что готова попробовать.

– Ты точно поняла?

– Конечно, – заявила она с гордостью и встала в стойку. – Только не стой сбоку, пожалуйста. Клинок может отлететь от стойки.

– Ты так за меня переживаешь? – спросил с насмешкой и зашел за ее спину, отступив на несколько шагов.

– Я только привыкла к мысли, что я замужем. Не хочется привыкать к мысли, что я вдова.

– Какое честное признание.

Сзади Джины стоять было не только безопаснее, но и интереснее. Мои глаза замерли на ее соблазнительной пятой точке и тонкой талии, перевязанной поясом халата.

Рука Джина взметнулась вверх, и я нехотя перевел взгляд на мишень. Клинок ударился о деревяшку и упал на пол с характерным звоном. Второй постигла та же участь.

– Может ты попробуй сделать…

– Помолчи, – заявила Джина, подбирая с пола клинки. – Первые попытки всегда неудачные.

Я с улыбкой наблюдал за тем, как воинственно она зажала клинок в руке.

– Ты неправильно его держишь и…

Джина швырнула клинок.

Именно швырнула, а не метнула, потому что она замахнулась с такой силой, что он выскользнул из ее пальцев и полетел в мою сторону.

Я отскочил вбок и крутанулся, стараясь увернуться.

Мое плечо так резко обожгло огнем, что я зашипел. Повернув голову, бросил взгляд на источник своей боли. Позади из плеча торчал клинок.

Я со злостью посмотрел на Джину, которая с ужасом таращилась на мое плечо и прикрывала ладошкой рот.

– Того сукина сына, что дал Юджинии де Виль в руки клинки, следовало бы убить… – прошипел сквозь зубы и опустился на пол.

– Прости! – Джина бросилась ко мне. – Я не хотела! Честное слово, я сделала это не специально!

– Было бы страшнее, если бы специально.

– О, Боги… У тебя идет кровь! – она заглянула мне за спину, и паника в ее глазах начала нарастать.

– Такое бывает, когда из плеча торчит нож.

Мне стоило больших усилий, чтобы на нее не накричать. Удерживало лишь понимание того, что я собственноручно доверил ей опасное оружие.

Ведь видел своими глазами, черт возьми, что она с эльфийским мечом делала! И с динамитом! Где же, твою мать, мои мозги?

– Что мне сделать? Что мне сделать? – металась испуганно Джина, то вскакивая на ноги, то снова падала возле меня колени. – Ее становится все больше!

– Кого?

– Крови! – закричала она и ударилась в слезы.

– Возьми второй клинок, Джина, – произнес серьезным тоном.

– Да, да… Сейчас… Что? Что мне делать? – спросила она, крепко сжимая в руке нож.

– Убей меня. Чтобы я не мучился.

Заплаканные глаза моей «меткой» королевы распахнулись от ужаса, а пальцы разжались. Звон металлического клинка, ударившегося об пол, прокатился эхом по всему залу.

– Бесчувственный наемник! Я хочу тебе помочь! – разрыдалась она, опустив голову.

– Тогда для начала прекрати реветь и вытащи его, – боль в плече усиливалась, а пальцы раненой руки онемели.

– Клинок? – на зареванном лице отразился ужас.

– Нет, мой кадык… Конечно, клинок, Джина.

– Сейчас?

– Твою мать… – прошипел стиснув зубы и устало закрыл глаза. За какие грехи мне досталась эта женщина? – Джина, обхвати нож и вытяни его из моего плеча, – я пытался сохранить остатки спокойствия.

– Как?!

– Руками! Дьявол! Руками!

– Я не смогу… А вдруг я что-нибудь тебе случайно поврежу? – дрожащие руки взметнулись вверх и снова опустились.

– А сейчас я, по-твоему, цел и невредим? Тяни, сказал!

– Может Эльтазара позовём?

– Его мохнатые лапы определенно мне помогут… – заявил с издевкой.

Джина поджала губы и встала за моей спиной. Я повернул голову в бок и усмехнулся, заметив, что моя трусиха крепко зажмурилась. Но все-таки дернула.

Пульсирующая боль усилилась. Я чувствовал, что кровь начала сочиться ещё сильнее, пропитывая халат с огромной скоростью.

– Вот теперь зови Эльтазара, пока я не залил кровью весь дом. Пусть тащит нить исцеления.

– Я сама. Все сама, – прошептала моя побледневшая супруга, глядя на кровавую лужу, растекающуюся на полу. – Я виновата… Так виновата…

Она сделала один неуверенный шаг и пошатнулась. Я подхватил ее здоровой рукой и опустил на свое колено, вглядываясь в бескровное лицо.

Веки Джины прикрылись и…

Она потеряла сознание.

– Только этого не хватало, – пробурчал с усмешкой и через секунду громко закричал: – Эльтазар! Живо сюда!