Эпилог

Шесть лет спустя

– Папа, смотри, как я могу!

Я вздрогнул от детского крика, и мы с Руфином испуганно переглянулись.

Фразы «Смотри, как я могу», «Я сама», «А ещё так можно» и пресловутое «Проще простого!» вызывали во мне приступ паники. Даже спустя три года после того, как Джина всё-таки научилась управляться с магией.

В первые дни после возвращения сил я и в постель-то с осторожностью ложился, ведь когда меня обнимала моя любимая жена, то обязательно пропускала через меня магический разряд… Хотя во время секса, надо было признать, это добавляло остроты ощущениям, а вот во время сна… О моем саде, который Джина уничтожала двадцать два раза – и говорить нечего…

В кабинет вприпрыжку вбежала моя маленькая пятилетняя принцесса. Выглядела она так, словно только что спаслась от пожара.

Растрепанная, чумазая и… с магическим огнем в руках.

– О, Боги, Энесс! – у меня вся жизнь перед глазами пронеслась.

Одним движением руки я потушил магию дочери и бросился к ней.

– Видел? Видел, как я могу? – хвастливо заявила она и деловито уперла руки в бока, подняв повыше свой курносый нос.

Истинная дочь своей матери. Все, что она переняла от меня – это цвет волос и глаз. А характером – вылитая Джина.

Голубое платье моей принцессы было прожжено в нескольких местах, белые бантики держались на одном «честном слове» … Черные косички торчали в разные стороны, но голубые глазки смотрели на меня очень величаво.

– А я говорил, что магия у них раньше пробудится, чем у обычных детей, – деловито заявил Руфин, заполняя бумаги. – А ты мне не верил…

– У меня были причины не доверять тебе, старик.

«Старик» для Руфина стало нарицательным. Все думали, что я называю его так исключительно потому, что он мой старый друг. Никто и подумать не мог, какую на самом деле тайну хранит этот молодой и вполне симпатичный светловолосый эльф-ведун. Вернуться в родные края Руфин не захотел, поэтому остался у меня на должности управляющего. К счастью, теперь он не устраивает свою личную жизнь под крышей моего дома. Девиц, у которых он порой пропадает неделями, в округе хватает.

– А это уже твои проблемы, Верлиан, – насмешливо протянул эльф.

Я понимал, что Руфин прав. Надо было поверить ему ещё тогда, когда он сказал, что Джина родит близнецов. Мальчика и девочку. Но даже держа на руках Килана и Энесс, я все равно считал это обычным совпадением, а не его видением.

– Где мама? – я присел возле Энесс и принялся испуганно оглядывать свою малышку на предмет ран и ссадин.

– Она пытается отобрать Эльтазара у Килана…

– И Килан умеет как ты?

Кажется, дело обстоит намного хуже, чем я думал…

– Ага, – с готовностью кивнула моя принцесса. – Мы играли в детской и… Ах, да… Мама уже ее потушила.

– Тысяча ежей! – выругался я и подхватив дочь на руки, помчался с ней на второй этаж.

С появлением в моей жизни детей, мне приходилось выбирать выражения, потому что они впитывали все в себя как губка. Я до сих пор помню, как Джина устроила мне истерику, когда Килан обозвал пушистика «рыжим куском дерьма», за это Эльтазар не разговаривал с моим пятилетним сыном несколько недель.

– Хвост! Хвост в покое оставь! – орал нечеловеческим голосом Эльтазар. – Гор-р-рю!

– Килан! – испуганный голос Джины, раздавшийся из детской, не сулил ничего хорошего.

– Я его лечу! – упрямо выкрикнул мой маленький бандит, и именно в этот момент я вбежал в детскую.

– Твою же… детскую, – прошептал ошарашенно, когда моему взгляду предстала вся картина.

Чумазый пятилетний мальчишка сидел верхом на Эльтазаре, придавив пушистика к ковру, и пытался удержать вырывающегося кота.

В зелёных глазах Эльтазара застыл ужас, и он не переставая перебирал лапами по полу.

– Верлиан! Спас-с-си! – закричал пушистик, и детская ладошка тут же накрыла его мохнатую морду.

– Килан! – рявкнул я грозно. – Живо отпусти Эльтазара!

– Я его лечу! – упрямо возмущался мой сын, но в ярко-голубых глазах уже стояли невыплаканные слезы. – Его Энесс обожгла!

– Я случайно, – тут же пролепетала маленькая лиса, сидящая на моих руках и ласково прижалась ко мне.

Вот же хитрая подлиза.

– Отпусти, сказал. Я сам его вылечу.

Килан с надеждой посмотрел на Джину, и тяжело вздохнув, все же слез с кота.

Но как только детская ладошка исчезла с морды Эльтазара, я сразу понял, почему он так истошно орал.

Шерсть и усы были опалены магией, как раз на том месте, где только что Килан держал руку. Мой сынишка не лечил, а продолжал то, что не закончила его сестра. Но был убежден в обратном.

– Мучители! – закричал Эльтазар и рванул из комнаты прочь. – Я вас бесплатно альвам отдам!

О, Боги… А то ли ещё будет… Он ведь до сих пор Джину стороной обходит, когда она злится, а теперь еще и детей избегать начнет.

– Я хотел помочь, – шмыгнул носом Килан и виновато опустил вниз голову. – Хотел быть, как ты.

Я тяжело вздохнул и посмотрел на Джину. Ее платье тоже было прожжено возле груди, и я невольно задержал там взгляд.

– Идите в мой кабинет. К Руфину. Он вам красивые браслеты наденет. Все маленькие маги носят такие, пока не научатся управлять своими силами.

– Ура! Браслетик! – заверещала Энесс прямо мне в ухо, на секунду оглушив, и вырвалась из рук. – Пошли быстрее, Килан! Иначе я выберу себе самый красивый! А там с камушками есть?

Она стрелой вылетела в коридор, но Килан за ней не спешил.

– Я не девочка, – заявил он обиженно. – Я хочу быть, как ты. У тебя ведь нет браслета.

– У меня он тоже был, – солгал я и, присев возле сына, потрепал его по темным волосам. – Мы выберем тебе мужской. Обещаю.

Килан тяжело вздохнул и с видом сурового маленького мужчины зашагал к двери.

– Ты уверен, что надевать на собственных детей магические браслеты – это нормально? – уточнила с улыбкой Джина, когда мы остались наедине.

Я подошёл к ней и положил ладонь на прожженную дыру в платье. Коснулся груди, залечивая ссадину, и двинулся дальше.

– Нет. Но мне, как всегда, не оставили выбора, – улыбнулся, добравшись до острого соска. – Тем более, это временно.

Я обожал эти моменты. Когда касался Джины и смотрел ей в глаза. Видел, как в них медленно разгорается пламя. Мне казалось, что за шесть лет семейной жизни, она стала ещё красивее и соблазнительнее.

И дьявол… Я любил ее так, что и не подозревал, что вообще когда-нибудь буду испытывать подобные чувства.

– Верлиан, – вздохнула Джина и закусила губу. – Сейчас не время…Нам надо разобраться с даром детей. И вылечить Эльтазара.

– Разберемся, – протянул я, целуя тонкую жилку на шее, пока моя ладонь уже пробиралась под юбку. – Вылечим.

Я обожал ее запах. Ее голос. Словно был под действием сильнейшего в мире зелья, от которого нет никакого противоядия.

– Нас ждут…

– Угу…

Уже через секунду мы оказались в собственной спальне. Джина всегда применяла этот магический трюк, когда я зажимал ее где-нибудь в доме.

И всегда возмущенное «не сейчас» вмиг превращалось в ответную страсть.

– И за что я тебя люблю? – срывая с меня одежду, шептала Джина. – Ты же безответственный…

– Ошибаешься. Я счастливый…