Глава 33

— Два идиота, вот честное слово, Джо, — жаловалась я лучшему другу, лежа на кровати в его каюте и попивая вино из пузатого бокала, пока он, прядь за прядью перебирал мои волосы. Дело было к вечеру, избавившись от верхних юбок, я расстегнула пару пуговиц корсета, и изучала свои обтянутые в чулки ноги, — один прохода мне не дает, а второй, как капризный ребенок, лелеет свои обиды. Разобрались бы уже между собой, поговорили, как нормальные люди.

— А тебе не кажется, что ты чересчур близко к сердцу воспринимаешь их вражду?

— Ничуть! Я просто… — собралась возразить, а аргументов-то нет.

Я действительно заморочилась тем, что, по большому счету, меня не касается. Но как объяснить это проклятому сердцу, которое рвется в бой, зная, что кто-то незаслуженно страдает.

А Макс страдал. Пусть на его вечно ухмыляющемся, породистом лице прочесть это невозможно, внутри я знала, что ненависть брата больно бьет по его чувствам.

Желание помочь ему было сильнее меня. Ну и не последнюю роль сыграло стойкое убеждение, что страдать он должен только от моей руки, и ничьей больше. А уж я-то оторвусь!

— «Просто» что? — не унимался Джо.

— Просто хочу, чтобы справедливость восторжествовала, — выкуси! — как только дирижабль приземлится, мы помашем им всем ручкой, но до этого момента я не хочу видеть, как эти двое волком друг на друга смотрят. Какая все же говорящая у них фамилия, — хихикнула я, отчетливо понимая, что перебрала с алкоголем.

Входная дверь вдруг резко распахнулась, издавая протяжный скрип. Вспомнишь черта!

— Можно увезти девушку из кабаре, но кабаре из девушки — никогда, — войдя внутрь и оглядевшись, протянул мех.

При виде небрежно закатанных рукавов белой рубашки, спадающих на глаза черных прядей и недовольно поджатых губ, я замерла и, кажется, даже не дышала так долго, что началось головокружение. Хотя, может всему виной было выпитое вино, утверждать не берусь.

— Эй, это на что ты намекаешь? — нашлась я, наконец, с ответом.

— На твой внешний вид, колючка. Лежишь полуголая в обществе мужчины, который не приходится тебе мужем, напиваешься и хихикаешь так, что за дверью слышно. Узнав, до чего докатилась ее племянница, принцесса Железной империи, императрица отдаст концы, — представляя так живо описанную им реакцию своей мнимой тетушки, я вновь засмеялась.

— Ей повезло, что я всего лишь неизвестная танцовщица, а не ее родная кровь. И вообще, какого черта ты заходишь без стука, а если бы мы тут целовались? — улыбка слетела с его лица в мгновении ока, будто ее там и не было никогда.

— Даже если бы голые по кровати скакали, мне все равно, — обидные слова резанули по голым нервам, заставив меня вскочить на ноги, приблизиться к этому хаму и ткнуть его пальчиком в грудь.

— Говори зачем пришел, или проваливай!

— Не за чем, а за кем. За тобой, — без единой эмоции на лице выплюнул Макс, и только в его серых глазах бушевала буря, готовая снести все на своем пути.

— Я с тобой никуда не пойду. У нас с Джо планы на сегодняшний вечер, которые не включают любование твоей сиятельной персоной.

— Придется тебе их пересмотреть. Завтра вечером мы прибываем в Барле, и за это время мне нужно подготовить тебя ко встрече с императрицей.

— Перенеси на завтрашнее утро. Сегодня я не в духе, — но ему, судя по всему, было глубоко плевать.

— Ты не будешь против, если я унесу ее отсюда? — поинтересовался Макс обращаясь поверх моей головы к Джо.

— Она вся твоя, дорогуша, делай с ней что хочешь, — махнул рукой приятель, не обращая внимание на мои выпученные глаза и сложившиеся буквой «О» губы.

Получив добро, Макс схватил меня за бедра, как-то чересчур легко для своей худой комплекции, перекинул через плечо и направился к выходу.

— ПРЕДАТЕЛЬ! — ну все Джо, дай только вырваться и ты покойник.