Глава 58

Дэйлин Карелл жил в нескольких часах езды от столицы в небольшом городке, под названием Пимон. Здесь же находился вокзал, откуда в Напомь ходили поезда и билеты на тот, что отправляется сегодня вечером, уже лежали в наших с Максом карманах.

Джо с Арманом остались в привокзальной гостинице, дожидаться нашего возвращения. Я и Волконского хотела там оставить, но мех категорически отказался отпускать меня куда-то одну.

Стоя у дубовой двери, что вела в дом, где я провела все свое детство, я поняла, что ничего не чувствую.

Не было ни ностальгии, ни грусти, ни печали. Даже обиды не было, хотя именно она владела мною, когда я покидала это место. Невысказанная горькая обида на человека, которого считала когда-то своим отцом.

Раньше, я списывала его ко мне равнодушное отношение на то, что я ему не родная. Ребенок от другого мужчины, забравший жизнь его любимой женщины. А сейчас совсем запуталась. Выходит и не было никакой женщины. Зачем тогда я ему понадобилась?

Осталось совсем немного, и я задам ему эти вопросы.

Даже не верилось, что прошло уже два года. Для меня они были вечностью. Все время, сколько себя помнила, я мечтала, как сбегу из дома, на прощание помахав Дэйлину ручкой. И, когда это все же произошло, я чувствовала себя на седьмом небе от счастья, пока реальность не ударила меня тяжелым молотом по голове. Но и тогда я не пропала. Появился Джо, любимая работа, где я с помощью танца дарила свою энергии публике. Потом в моей жизни появился Марк, и даже об этом я не жалела. Он преподал мне важный урок, всегда быть начеку и верить только в себя, именно это и помогло мне так быстро смириться с предательством Милли. Сложись все иначе, сомневаюсь, что не сломалась бы под грузом разочарования и горечи.

Стоящий за спиной Макс, словно понимая, что я сейчас чувствую, обхватил меня за талию и прижал к своей груди. Видя мою нерешительность, он поднял руку и сам постучал в дверь, а я, затаив дыхание, застыла в ожидании.

Отчим, — я по привычке продолжала мысленно его так называть, — был дома, но не один. За его спиной стояла высокая, незнакомая мне женщина, держащая на руках годовалого младенца.

— Лекса, — кустистые брови сошлись на переносице. Дэйлин мало изменился за прошедшее время, лишь посеребренные виски и лапки морщинок в уголках глаз намекали на его возраст, но не будь их, я бы решила, что он вроде как… помолодел, — что ты здесь делаешь?

— Я тоже рада тебя видеть, папа, — последнее слово я произнесла по слогам и очень медленно.

— У тебя есть дочь? Почему ты ничего мне не говорил? — стоящая позади него женщина, отодвинула его от двери и кивнула нам с Максом, приглашая войти, что мы и сделали.

— Все не так, Серина. Она мне не дочь… не настоящая, по крайней мере. Лекса, что произошло? Почему ты вернулась?

Вместо меня ответил Максим.

— Мы не будем вас стеснять, — обращался он больше к Серине, чем к Дэйлину, — у нас к вашему… мужу пара вопросов, получим ответы и уйдем.

— Проходите, конечно, не стойте на пороге, — передав ребенка отчиму, женщина провела нас по знакомому маршруту на кухню и усадила за старый стол, на котором лежала корзинка со свежеиспеченным хлебом и масленка, — сейчас чай заварю и поболтаем.

Она еще о чем-то спрашивала Максима, пыталась и ко мне обращаться, а я зависла, уставившись в одну точку, готовя себя к тяжелому диалогу. А то, что он будет тяжелым для меня, я не сомневалась.

— Итак, я тебя слушаю, — отчим, оставив малыша в детской, сел с нами за стол и, не дожидаясь, когда будет готов предложенный нам чай, приступил к разговору.

— Дэйлин, — я впервые обратилась к нему по имени, и это не осталось незамеченным, — я приехала за правдой. Я знаю, что ты мне не отчим, и даже знаю, кто мои настоящие родители. Но прошу лишь об одном, расскажи, как я оказалась в твоем доме и какое ко всему этому имеет отношение наша императрица.

Мужчина застыл с открытым ртом. Его маленькие глазки сначала забегали по моему лицу, затем перескочили на Макса, и остановились на хмурой Серине.

— Ну что ж, когда-то это должно было случится, — он тяжело вздохнул, попросил у жены стакан воды и осушил его одним махом, — все это произошло четырнадцать лет назад…

Внезапный стук прервал его рассказ в самом начале. Дэйлин даже встать не успел, как дверь с громким треском стукнула о стену и топот ног перемешался с детским плачем.

На кухню ворвались двое мужчин, одетых в форму императорской стражи, а за их спинами показалась величественная фигура Мелиссы Бодлер.