47.4

— И что же, ты догадался, а твой брат не догадался, что в его жену вселился чужой дух? — скептически спросил Бавур.

— Как оказалось, он никогда не был знаком с настоящей Гвендолиной Боллар, — ответил Десар. — С момента вселения духа в тело Гвендолины Боллар прошло уже несколько месяцев. Сейчас они с братом связаны печатью, и он точно знает, что жена искренне его любит, не замышляет плохого и никому не причинит вреда, поэтому я не вижу смысла её трогать. Я лично ознакомил их обоих с органичениями, которые накладывает на чужемирцев СИБ, и они обещали не нарушать установленные для них правила.

— А как же остальные Боллары? Хочешь сказать, что они тоже не знали, что она — чужачка? И не поэтому от неё отказались? — поинтересовался Бавур, пристально глядя мне в глаза.

Муж ответил за меня:

— Боллары от неё отказались потому, что она посмела выйти замуж за Ирвена после того, как тот отрихтовал личико Бреуру. Поднимать с Болларами разговор о Гвендолине сейчас я считаю бессмысленным, потому что они больше не родственники и могут использовать эту информацию против Гвен, а я бы не хотел, чтобы эти сведения распространились дальше этой комнаты. Если у них были подозрения, мы их подтвердим, но зачем это, если мы и так знаем правду? Гвен — любящая, преданная жена и будущая мать, я против того, чтобы она подверглась остракизму из-за своего статуса чужемирянки. Надзор установлен, супруг предупреждён. Не вижу смысла мучить девушку. Она не виновата в том, что её дух откликнулся на зов во время воскрешения. Вы все прекрасно знаете, что среди чужемирцев попадаются достойные и талантливые люди. Она — одна из таких, помогла открыть лечение от ран, наносимых кантрадами. Уже за одно это её стоит поблагодарить.

Спорить с Десаром никто не стал.

— Так вот как она быстро распознала Странника… — задумчиво постучал пальцами по столу Скоуэр. — А ведь вы её допрашивали. Как вы прохлопали ушами, что она чужемирянка?

— Не спросили напрямую. Очень рекомендую всем присутствующим в будущем начинать допрос именно с этого занятного вопроса, — хмыкнул Десар.

— Принято к сведению, — кивнул Скоуэр. — Ну что же, раз ты берёшь её под личную ответственность, то никаких возражений с моей стороны нет. До тех пор, пока она не представляет опасности, простого надзора будет достаточно.

На этом совещание наконец завершилось, и мы с Десаром вернулись в кабинет нашей звезды, пустой и оттого неуютный.

— Они лазили в мой стол! — первым делом возмутился муж, перебирая документы. — Сожрали мою халву и выпили весь мой морс! Не элитное подразделение, а кучка беспардонных засранцев!

Предводитель всех местных засранцев, бритоголовый Бавур, вскоре появился на пороге с папкой:

— Раз вы вернулись, то забирайте обратно дело вашей исчезнувшей чужемирянки.

— Мы официально в отпуске, — отрезал Десар. — А с тобой мы ещё отдельно поговорим. Какого дракона ты к моей жене полез?

— Из самых лучших побуждений, — с невинным видом ухмыльнулся в бороду безопасник. — Кроме того, ты же не ждал от меня вот этого мерзкого несправедливого отношения к ней только лишь на том, основании, что она женщина? Что ты, я всегда буду обращаться с ней как с любым другим коллегой! И я убедился, что она способна держать себя в руках и реагировать на провокации не эмоционально, а разумно. Да что там я — все убедились. Видишь, какой я молодец, дал твоей жене возможность продемонстрировать всей ячейке, что она — агент СИБа, а не истеричка с ранимым самомнением!

— Такта вам, конечно, не занимать, — саркастично заметила я, пока не решив, как относиться к его выходке.

— Дак я вообще стараюсь не занимать, а то будут потом кредиторы доставать… А такт ещё и под такой процент выдают, там захочешь — не расплатишься. Да и потом, человек я деревенский…

— Ты — лардон, так что не считается, — оборвал бритого Десар. — И что за чужемирянка?

— Я — деревенский лардон, так что считается. А чужемирянка та, которая пирожки с особой начинкой продавала, помнишь? В общем, она ещё месяц назад исчезла из-под надзора, дело вёл Эрер, передали мне его не сразу, а когда передали, по горячим следам уже поздно было искать. Сельчане понятия не имеют, куда подевалась их целительница. Была зацепка, что она могла отправиться к Разлому, но эту ниточку я отработал, она там не появлялась. Так как она нарушила предписание и сбежала из-под надзора, её нужно найти и арестовать. Но пока поиски успехом не увенчались. Образец крови в документах у Эрера я нашёл, но заклинания ничего не показали. В общем, раз дело ваше, то забирайте его обратно, мне этот висяк портит статистику и настроение.

— Целительница, говоришь? — задумчиво спросил Десар, беря дело в руки. — А когда она исчезла, до взрыва портала или после?

— А этого сельчане не знают. Жила она на отшибе, к ней не каждый день обращались, поэтому исчезновение заметили не сразу.

— Очень любопытно, — ответил Десар и потёр мочку уха.

Я подошла к мужу и заглянула через плечо. Адрес, характеристика, написанная рукой Эрера, предупреждение, заверенное изящной летящей подписью, явно чужемирной… Протоколы допросов сельчан, в которых они свою целительницу называют ведьмой и приблу́диной. Слово-то какое, никогда такого не слышала…

— Кайра, луна моя, как ты смотришь на то, чтобы прокатиться до Армаэ́са? Это займёт часа четыре в одну сторону, только дневать, возможно, придётся там.

— Не то чтобы я занята чем-то другим… — отозвалась я.

— Ну, раз вы определились с планами на медовый месяц, то я, пожалуй, удалюсь. Свои соображения касательно этой девицы я изложил в рапорте, копия есть в деле. Если вам интересно моё мнение, то искать её в Империи бессмысленно. Если она не совсем дура, то слиняла за кордон. Однако я связался со всеми приграничными постами — никакой бесхозной целительницы-нарушительницы у них не обнаружилось и, по их заверениям, мышь бы не проскользнула.

— Ага, конечно… — протянул Десар. — Знаем мы, какие мыши у них не проскальзывают.

— Гигантские, — заговорщически поделился со мной информацией Бавур. — Даже больше, чем самомнение нашего капитана.

— Врёте, — фыркнула я. — Больше не бывает.

— Я уже практически майор, между прочим, — задумчиво отозвался муж. — Скоуэр пообещал издать приказ если не этой, то следующей ночью. Нужно только отчёт об операции сдать. А ты, Кайра, станешь не стажёркой, а капралом. Или капралкой?

— Капралыней, — с готовностью подсказал бородатый. — Капралицей.

— Капралессой? Капрали́ной? Ноблари́на капрали́на… — сморщил нос Десар. — Звучит…

— Ужасно, — заключила я. — Капрал Блайнер. И не заставляй меня жалеть о том, что я не капрал Боллар.

— Капралиха Боллар, — с нежностью поправил Бавур, искрясь радостью.

— Я бы на твоём месте Кайру не дразнил, — не поднимая головы от бумаг проговорил Десар. — Эти Боллары такие мстительные, хуже только Блайнеры.

— Так ты сам начал…

— Мне можно, а тебе — нет, — бесцеремонно заявил Десар. — И, кстати, твои извинения не показались мне достаточно искренними. Имей в виду, что Кайра любит торты. Думаю, десяток тортов твою вину искупит… Что скажешь, луна моя?

— Десяток? Нет. Как минимум три дюжины, — копируя самоуверенную манеру мужа, посмотрела на рыжего я.

— Согласен, вина глубока, а мы изрядно похудели за время похода.

— Тебя, что ли, тоже кормить? — недовольно сощурился бородач.

— Из-за твоих инсинуаций в адрес жены я тоже морально пострадал и нервно истощился. Так что с тебя три дюжины тортов, Бавур.

— И чтобы они не повторялись, — на всякий случай ехидно добавила я.

— А доставлять их нужно по вечерам, но только в те дни, когда Кайра будет находиться в здании СИБа.

Рыжая борода возмущённо растопырилась, а её обладатель гневно спросил:

— То есть я, не жалея себя, встал на защиту чести твоей жены, а теперь ещё и торты должен ей носить?!

— Ты всё верно понял, — лучезарно улыбнулся Десар.

Бавур вдруг залихватски улыбнулся:

— Ну, торты так торты… Пожалуй, пойду искать ближайшую кондитерскую.

— Погоди, — окликнул его Десар, — у тебя стажёр остался?

— Остался этот малый Дрезег. Книжный червь и жуткий зануда. А что? — недоверчиво уточнил бородач.

— Попроси его составить список всех лицензированных целителей Империи.

— Хочешь, я тебе всего стажёра отдам, целиком? В аренду? — с надеждой уточнил Бавур и принялся нахваливать: — Так-то он парень умный, усидчивый, самостоятельный, умеет держать язык за зубами…

— Нет, спасибо. У нас не будет времени с ним нянчиться.

— А бесплатно? — всё ещё не терял надежды собеседник. — Ладно, вижу, что нет. А с приплатой?

— Дружище, мне сейчас не до того. Помимо прочего, он — бывший Кайрин одногруппник, и мне сейчас некогда заниматься психологической динамикой отношений в звезде.

— Можно подумать, мне есть когда с этими стажёрами нянькаться, — проворчал бородач и ушёл, явно недовольный тем, как сложилась беседа.

Когда мы остались вдвоём, я спросила:

— У вас хорошие отношения?

— Неплохие, — отозвался муж. — Бавур иногда перегибает палку, но он не злой и не жестокий. Просто любит шутки и розыгрыши.

— Судя по тому, что перечислял Скоуэр, розыгрыши бывают очень даже жестокими.

— У него своеобразное чувство юмора, местами такое же мрачное, как настроение Скоуэра по утрам, так что с тортами будь поосторожнее. Сначала рассматривай начинку и только потом ешь.

— Зачем тогда ты их попросил в качестве извинений?

— Бавур не любит долги и незавершённые дела. Так что пока не рассчитается, спать не будет. Идём, нам теперь нужно уйти до того, как он отдаст тебе первый торт.

— Но я хочу торт, — запротестовала я.

— И я обязательно тебе его куплю.

— Я поняла: это такая игра. Он будет дарить торты с сомнительными начинками, а мы — всячески их избегать, и при этом дружно делать вид, что это такая форма извинений.

— Я всегда знал, что ты умница, — обрадовался Десар. — Пойдём. Такое чувство, будто эта целительница как-то связана с Эрером, а интуиция меня обычно не подводит.