Глава 87

Ведьмак тем временем по-хозяйски схватил Щётку за древко и притянул к себе. После чего накинул на неё пиджак.

А модель «щётка-1929» — это вам, конечно, не «смерч-68», но тоже «громкая» модель. Со своим характером, довольно норовистым, кстати. Во всей АНИ-13 у меня у одной такая. Потому что, во-первых, разработчики в стремлении наделить модель личностью и разумом несколько перестарались, и готовая модель чуть было не оказалась не допущенной к производству. Просто потому, что возить кого-либо на себе она отказывалась. Наотрез. Чар подчинения, естественно, слушалась, но всё же при первом удобном случае норовила сбросить ездока. Но потом выяснилось, что кое-каких ездоков «щётки» возить согласились. А именно тех, кто носит имя Маргарита. Ходят даже слухи о волшебнице, которая официально сменила имя, потому что во что бы то ни стало желала стать обладательницей вожделенной «щётки». После предъявления паспорта и весьма придирчивого его изучения (не спрашивайте, как это делала неграмотная метла, — честно, понятия не имею, более того, искренне считаю, что это не более чем слух, пущенный в массы компанией-производителем) консенсус был достигнут, и «щётка-1929» позволила-таки себя оседлать.

Вымысел это или нет, а всё же красноречивое доказательство, что характер у «щёток» препаршивейший — это вам не Вихрь и не Комета, и уж тем более не Стрекоза и не Махаон, на котором летает Элька.

По пути Щётку, конечно, заинтересовал «собрат по разуму», а именно — «смерч», но вот чужих прикосновений моя метла не выносит. Каспер, понятно, не в счёт — фамильяра любая метла считает продолжением анимага.

И вот теперь, когда Ралфи вздумал фамильярничать со Щёткой, мне только попкорна не хватало в ожидании, когда же ведьмак огребёт от этой самой Щётки по лбу (эксцессы уже были).

— Да не волнуйся ты так, я же о твоей хозяйке забочусь, — пробормотал Ралфи, встряхивая рукой с ушибленным пальцем.

Чарами он не воздействовал, к тому же при отрицательном магическом фоне вряд ли вышло бы даже у него. И не злился на метлу, что меня, признаться, немного удивило. Хотя в наличии у ведьмака терпения я уже имела возможность убедиться на паре по пси-воздействию.

Успокоив (чудом, не иначе) Щётку, Ралфи на этом не остановился: какие-то хитрые манипуляции с бортами пиджака и рукавами — и перед нами предстал невысокий, полтора метра в высоту, шатёр из непромокаемой ткани.

— Залезай, простудишься, — скомандовал Ралфи, и я разнообразия ради решила подчиниться.

— Только попробуйте сунуть руки куда не следует, — прошипела я, шмыгая под приподнятый борт.

— Это куда? — уточнил ведьмак невинным тоном, залезая следом за мной. — Погоди! — сказал он, увидев, как я усаживаюсь прямо на землю, поджимая под себя ноги. — Я рубашку постелю.

Оказаться с Ралфи наедине в тесном шатре где-то у чёрта на куличках — честно, не то, о чём мечтает порядочная ведьма. А вот непорядочная… Так, молчи, ведьминская сущность! Не знала, что ты у меня такая развратная. Итак, на чём я остановилась? Ах, да! Оказаться в откровенно (м-м-м… слово-то какое!) стрёмной обстановке с голым (пристрелите меня кто-нибудь!), ладно, полуголым Ралфи, — совсем уж мечтавозмутительная комбинация.

Поэтому я не сдержалась:

— Давайте только без крайностей, ладно?!

Ведьмак ухмыльнулся; в полумраке, к которому успела привыкнуть, блеснули за спектральными линзами ореховые искры в его глазах.

— Боишься не устоять перед моим неземным обаянием и нечеловеческой харизмой?